darkolai drubbles;

Николай Ланцов не умеет кататься на коньках. Александр повторяет эту мысль про себя еще раз. Николай Ланцов чего-то не умеет. Еле как, утопая резцами коньков в снегу, стоит на берегу скованного льдом озера, и на замерзшую его поверхность неотрывно глядит так, будто из-под толстой корки на него монстр смотрит. Александр только вздыхает, берет королевича за руки, перехватив пальцами запястья, выманивает его на лед шаг за шагом, кладет его ладони себе на предплечья, дает опору. Мороз на его загорелой коже оставляет розоватые поцелуи: на носу и щеках. Лед оставит пару синяков, потому что Николай неизбежно падает. Снова и снова. Но встает, стряхивает с зимнего пальто ледяную крошку, и пробует еще. Александр над ним только посмеивается или глаза закатывает, когда невозмутимо скользит мимо. И совсем пропускает момент, когда Николай утягивает его за собой. Тени их фигуры окутывают и боли от столкновения с жестким льдом никто из них не ощущает. О, как хорошо, что никто из подданных Равки своего короля, неуклюже распластавшегося на льду в объятиях заклинателя тьмы, сейчас не видит. Александр улыбается этой мысли, поднявшись на локтях, и удержаться не может, чтобы ладонью по холодной раскрасневшейся щеке заливающегося звонким смехом царевича не провести