Часть 1
— Будь хорошим мальчиком, Ли Минхо. — Джисон улыбается, приподнимая правый уголок губ. Рукой проводит по своей кофте, спускаясь к ногам, и останавливается на коленях, нежно похлопывая, в знак приглашения. — Садись ко мне на коленки. Джисон властный, с хорошим телом во всех его проявлениях. Накаченные руки, хороший торс и непоколебимый взгляд, пронзающий до самых мурашек. Парень очень красивый, с виду нежный и маленький, однако он явно заключил сделку с дьяволом, потому что именно сейчас Ли не верит, что это один и тот же человек. Минхо же полная противоположность, выглядит горячо, старается казаться настоящим мачо, на публике, а на деле любит, когда Хан входит по самое основание, и трахает грубо, так что аж кровать скрипит, а стоны Минхо доходят до остальных участников группы, которые в свою очередь сидят с красными лицами, и подушками, прикрывающими пах. Мин вальяжно подходит к парню, который сидит на кровати облокотившись на спинку, чуть раздвинув ноги. Закусывает губу, старается не сводить взгляд с тёмных глаз, старается не краснеть и не выдавать своё чистое желание, хочет, чтобы Хан сам его добился. Перекидывает ногу через чужое колено, кончиком языка проводит по верхней губе, оставляя еле заметный влажный след, усаживается на пах Джисона, немного двигаясь на нём, как бы стараясь удобнее сесть. Сильные руки скользят по тонкому телу вверх. Сон ведёт пальцами по пуговицам белой, хлопковой рубашки и останавливается на самой верхней. Медленно расстёгивает и приближается к губам парня напротив. Умелые пальцы быстро справляются со второй, третьей и так далее, а горячий язык проникает в глубь рта Ли, заставляя того издать тихий стон прямо в пухлые губы, углубляя жадный поцелуй. Каждый тянет время. Поцелуи после концертов самые эмоциональные, весь адреналин, который мальчики получили на концерте, они передают друг другу, создавая настоящую бурю, которая потом выливается в страстный секс. Касания языков нежные, вкус чужой слюны терпкий, руки Хо развязно гуляют по спине парня, оттягивая ненужную ткань одежды, которая мешает, но с другой стороны лишь доставляет ещё больше возбуждения. Джисон кусает губы Минхо, из-за чего получает лёгкую, но такую приятную вибрацию в свои губы, отчего белоснежная рубашка срывается с плеч Хо до самых локтей, оголяя светлую кожу. Дальше Ли начинает сам высвобождать руки, однако Джисон перехватывает запястья, нежно шепча «я сам…», отстраняется от уже опухших губ, переходя к шее. На пол летит рубаха, а хриплые стоны старшего с каждым разом усиливаются. Хан знает каждое место, которое хочет сегодня поцеловать, каждую родинку, которую мечтал весь концерт обвести языком и думает лишь об одной сладкой дырочке, в которую он обязательно сегодня вставит. Светлая кожа, становится багряной, жжёт и пульсирует. Хан метит свою добычу, оставляя следы зубов и мокрые отпечатки губ. Минхо же высовывает кончик языка от удовольствия, покрываясь мурашками по всему телу, так приятно не делает никто, лишь Джисон на подсознательном уровне понимает, что сейчас нужно старшему. — Минхо, ты такой сладкий… — Хан отрывается от шеи и легко целует губы, затем валит того на спину, нависая сверху, держа чужие руки в своей ладони. — Так съешь уже меня… — выдыхает Мин в губы Джисону, утягивая в новый глубокий поцелуй. Младший отпускает руки и снимает с себя концертный пиджак, оставляя его на кровати, затем так же быстро расстёгивает пуговицы надоедливой ткани, оставляя её на себе. — Мой Хан такой сексуальный… — Чей? — Джисон расплывается в похотливой улыбке, начиная ласкать грудь Ли языком, обводя каждый миллиметр желанной кожи. У младшего язык мягкий, но шершавый, приятный и горячий, Минхо будто всего в дрожь бросает от каждого прикосновения. Хочется стонать громко, распутно. Полностью выгибаться в спине и перебирать пряди волос Сона. В прочем Минхо редко себе в чём-то отказывал. — Мой… — выстанывает Минхо, давя ладонью на голову младшего, прижимая того ближе к себе. Тот же постепенно спускается к самому напряжённому месту. Дорожкой из поцелуев ведёт к вставшему органу, желая снять ненужную одежду. Руки скользят к возбужденному члену, начиная умело массировать. Джинсы мешают, давят, не дают расслабиться, а Хан лишь скалиться как на добычу и следит за лицом старшего, сглатывая накопившуюся слюну. Под тихие стоны старшего Сон расстегивает железную пуговицу на ткани Ли, а затем медленно тянет язычок от ширинки вниз. — Ах…скорее… Хван… — шипит Минхо и тянется руками к налитому кровью члену, но Джисон быстро перехватывает Хо, вжимая того в кровать. — Как ты меня назвал? — Джисон закусывает губу и вопросительно поднимает бровь, параллельно переворачивая старшего на живот. Приподнимая и перекладывая его к себе на колени, так чтобы поясница была чуть дальше ног младшего. — Хван… Он был сегодня такой красивый… — Минхо знает эту игру и лишь подмахивает бёдрами, выставляя их для последующего наказания. — Хочешь, чтобы малыш Хван трахнул моего мальчика? , — Джисон поглаживает задницу Мина предварительно стянув с того джинсы. Сжимает в пальцах нежную кожу, после чего несильно шлёпает. — Как ты его хочешь? — Хочу, чтобы он мне вставил и трахал долго и жёстко… — Минхо выстанывает каждое слово, похрипывает и стонет, так приятно, что Джисон начинает шлёпать того с каждым разом лишь сильнее. — Я бы хотел его попробовать… ах… член Хёнджина на вкус. С каждым ударом по Минхо проходит разряд молнии, член неистово ноет, просит прикосновений, разрядки. Ли начинает тереться член о колено, жалобно скуля и прося большего. — Ах… но, я думаю, даже член Хёнджина, никогда не сможет заменить Сона…- последний и самый сильный удар по заднице раздаётся эхом по всей комнате. Старший стонет, переходя на крик, а Джисон целует светлую кожу на шее. Минхо сползает с младшего и встав на четвереньки и спустившись на локти языком проводит по ткани джинс в районе паха. Хо долго не мучает, так как сам терпеть уже не может. Быстро расправляется с одеждой и припадает к вставшему органу, начиная ласкать розовую головку. Облизывает и мягко целует, заставляя Джисона шипеть и похрипывать. Мин берет головку в рот и начинает посасывать, обводя горячим языком, обжигая нежную плоть. Сосёт усердно, отчего Сон глаза закатывает и сжимает простынь в кулаках. Однако Джисон хочет совсем не этого, нежно берет его за подбородок и поднимает голову, сжимает щёчки и целует в губы, вновь роняя того на кровать, нависая сверху. Оставшаяся одежда летит в другую часть комнаты, Джисон плюёт на ладонь и размазывает слюну по вставшему органу. Целует старшего в шею и мгновенно входит почти в полное основание. — Ах… какой большой… ммм- Минхо выгибается в спине, закатив глаза. Руками обвивает шею Джисона, прикусывая губу и стараясь справиться с нахлынувшей волной боли. Хо сжимает в себе Сона, ему больно, но он то знает, что потом будет приятно, поэтому позволяет младшему двигаться дальше. Джисон старается быть медленным, не таким болючим, но слишком хочется отодрать Минхо. Он был таким красивым на этом концерте, вытворял такие похабные вещи, так танцевал. Хан откровенно залипал, не мог отвести взгляд, да и не хотел совсем. Лишь ждал, когда все уже наконец отстреляются и поедут в общежитие, где Хан вытрахает из этого парня всё. В комнате становится жарко, воздух горячий, как и температура двух тел, которые слились воедино. Шлепки тел раздаются на всю комнату, хриплые стоны лишь дополняют их. Младший входит глубоко, резко, втрахивает в постель, головкой каждый раз проходясь по комочку мышц, отчего Минхо стонет громко, изо всех сил стараясь сдержаться, но выходит не так хорошо. Минхо стонет громко, подмахивая бёдрами в такт толчкам Хана. В кулаках сжимает тёмную ткань простыни, периодически кусая фаланги собственных пальцев, стараясь сдержать громкие стоны. Джисон же одной рукой держится над Минхо, а другой надрачивает старшему, заставляя того, высовывать кончик языка, который так и просит о поцелуе. Джисон валится на Минхо, уводя в поцелуй, не переставая двигаться в старшем. «Люблю тебя, Хо… " шепчет Сон и продолжает целовать. Жадно, кусая губы и язык, обводя зубы и чужое нёбо. Всё это так развратно, так похабно, от этого возбуждение только нарастает, а тела сильнее нагреваются. Толкается глубоко, целует также глубоко, старается доставить удовольствие парню под собой, который лишь сильнее обнимает за шею и перекрещивая ноги, обхватывает талию младшего. — Глубже… я сейчас… ах… — слова прямо в губы, Ли жадный, не упускает ни секунды поцелуя, член пульсирует сильно, готовый к разрядке. С каждым толчком лишь сильнее сжимает в себе Джисона. — Ах… подожди… меня — Минхо внутри такой же горячий, как и снаружи. Мягкий, влажный, узкий. Джисон разрывает поцелуй и откидывает голову назад. Стонет также громко, как и Минхо, с каждым толчком ускоряя темп. Финальный толчок, самый глубокий и резкий. Оба парня кончают почти одновременно, пачкая друг друга. Белое семя выходит небольшой струёй внутрь Минхо, после чего медленно вытекает на простынь, оставляя белый, мокрый след. — Ты грязный, Хан Джисон, — произносит Минхо, стараясь восстановить дыхание и придти в себя. — Но я всё равно люблю тебя. — Придурок… — шепчет Хан, нащупывая мокрую ладонь Хо. Переплетает пальцы, прерванно дышит и улыбается, краем глаза поглядывая на Ли.
