«Дева Смерти»

На лестничной площадке в одном из жилых зданий стоял настоящий гул. Несколько учащихся окружили одну из дверей, попутно тараторя каждый свое. Ёшида дернул с силой за ручку, но дверь не поддалась. Вторая попытка с ещё большими усилиями не обвенчалась успехом. Тайсей, цепляясь второй рукой, неотрывно дергал злосчастную ручку, чудом не выламывая её из двери. — Заперто! — Надо напролом, время на исходе! — И-и-и… Все вместе-е!!! СТУК! ГЛУХОЙ УДАР! БДЫЩ! ХРУСТ! БАХ-БАМС!* Вся кагала ввалилась в квартиру, с низу которой был Терасака, а поверх него остальные одноклассники. Те, кто распластались внизу кучки так же, как и Рёма, с трудом запыхтели, пытаясь встать и сбросить с себя «багаж». Все поднялись, готовясь бегом искать хозяйку квартиры, как та сама показалась у них перед глазами с немым шоком на лице и веревкой в руках. — Д… да вы что, с ума по сходили?! — Ты не посмеешь! Мы не позволим! Ранее Возле корпуса Е класса стояли двое парней, Терасака и Мурамацу. Они довольно разговаривали насчет того, что им удалось разрушить бассейн, построенный этим утром Коро-сенсеем. Хотя первый был скорее задумчивый. Как же часто его посещали мысли, что ему надоел этот осьминоголовый учитель, которого так и хочется грохнуть. Он ни с кем не контактировал, подговаривал своих единственных товарищей держаться в стороне, и все для чего? А ведь действительно, чего этим тогда можно добиться? Бессмыслица. Похоже это поняли уже все, кроме Терасаки. — Слушай, Терасака, — Мурамацу потер шею. — Может, нам стоит перестать держать одноклассников на расстоянии? Мы согласились разрушить бассейн, но мне кажется, что все это бессмысленно. Может, пора измениться? Рёма угрюмо молчал, потупив взгляд в землю. Такуя, не ожидая дальнейшего ответа, собирался уходить, разворачиваясь спиной. — Мурамацу… что это у тебя в кармане? — Терасака рывком вытащил листок, торчащий из заднего кармана брюк одноклассника. — Н… ну… на промежуточном экзамене я набрал баллов больше, чем когда-либо, — парень застенчиво почесал затылок. — Все благодаря «Интенсивной зигзагообразной подготовке», которую открыл этот осьминог… — Что?! — Рёма резко схватил того за воротник, заорав прямо в лицо. — Мы трое поклялись, что не потратим и секунды времени на этого осьминога, а ты сделал эту… эти… эти чертовы зигзаги?! Н-нгх!!! Парень с нехилой силой откинул одноклассника в дерево, от чего Такуя скатился прямо по стволу, шипя от сильного удара в спину. — Иди наслаждайся своими баллами, долбанный предатель!

. . .

В классе тем временем все собрались вокруг учителя, который благодаря оставшимся доскам от бассейна смог сделать деревянный мотоцикл. И сейчас, переодевшись в гоночную форму, он делал вид, будто мчался на всех парах на своем мотобайке. Среди всех был Ёшида. Он как никто другой разбирался в мотоциклах и был восхищен, поскольку в школе никто в них почти не разбирался. — Офигеть! Прямо как настоящий! — восхищенно воскликнул парень, рассматривая экспонат. — Ёшида, какого ты тут делаешь? — внезапно низким голосом пронеслось у него за спиной, и Тайсей сглотнул. — Н… ну, Терасака, я немного увлекся и заболтался с ним о мотоциклах… — с кривой улыбкой Ёшида показал на учителя. — В нашей школе ведь никто почти не разбирается в мотоциклах, понимаешь? — Нуру-фу-фу, пусть я и взрослый, зато мужчина из мужчин, — гордо произнес сенсей. — Мне нравится, это что-то типа хобби, — он слез, сменив гоночную одежду на обычную. — Только подумать, этот байк разгоняется до 300 км/ч. Хотел бы я прокатиться на таком настоящем. — Да вам бы быстрее было его с собой носить! Весь класс засмеялся, но Терасака наоборот разозлился не на шутку. БАМ! * Мотоцикл разлетелся на части и рассыпался в щепки. Учитель Коро слезно обнял щупальцами колесо, поминая свое деревянное творение. Все недовольно начали бурчать в сторону Рёмы, мол тот заставил плакать мужчину из мужчин, и вообще, зачем он разрушил такой классный байк. — Хватит! Жужжите здесь, как рой мух! — заявил он, доставая из-под парты балончик. — Может мне вас немного потравить?! ПШ-Ш! ВШ-Ш! * По всему классу распространился запах кедровой пыльцы, выходящий из баллончика, который треснул от сильного удара об пол. Ученики закашляли, прикрывая рты. Недовольный такой выходкой учитель положил щупальце хулигану на плечо. — Терасака, шутки шутками, но это… — Отвали, хренов монстр! — Рёма бесцеремонно сбросил щупальце, обращаясь ко всем: — Меня тошнит от него и от вас! Прямо все друзьями этого монстра стали! Повисла неловкая тишина. Таких слов никто не ожидал услышать, тем более от одноклассника. Все, конечно, знали, что Терасака недолюбливает их окружение и учителя, но чтобы настолько… Это было слишком грубо, нет, это было по-хамски! Однако никто такого сказать не смел в силу хорошего телосложения Рёмы, который мог впечатать кулак в лицо в любой момент. — Так вот, что тебе не нравится, — Карма спокойно опирался спиной о стену. — Если он тебе не нравиться, то почему бы тебе его не убить? У нашего класса есть особое разрешение на это. Атмосфера накалялась. Акабане знал, что эта бомба замедленного действия взорвется равно или поздно, но все ещё сохранял спокойствие. Решая прервать эту дискуссию, Камихаро осторожно сделала шаг вперед, поднимая примирительно руки. — Терасака, я понимаю, ты не любишь учителя Коро… — девушка старалась подбирать слова, как бы не нарваться. Но ведь нужно когда-то эту гору мышц ставить на место? Выдохнув, она решила попробовать вразумить одноклассника. — Но это не повод его оскорблять! Тем более не только его, а даже нас. Он все же и твой учитель, а мы твои однокла… — Заткнись! — рыкнул Рёма, тяжело приблизившись на один шаг. Он внезапно схватил её за край безрукавки, сжимая в руке. — Тебя это тоже касается, даже больше, чем их! Строишь из себя здесь пай девочку, бесит! Если ты нарываешься так же, как и Карма, так я не буду!.. Челюсть парня жестко схватили, закрывая рот. Терасака от неожиданности отпустил девушку, толкая назад. Наоки отошла на пару шагов назад, сцепляя руки в замке. — Будет тебе, Терасака, — Карма приложил палец к губам, и вызывающе, но в тоже время с угрозой заговорил: — Если хочешь что-то доказать, то поступки здесь красноречивей слов… Но, — он чуть сильнее сжал пальцы, чувствуя, что готов сжать сильнее, — я бы тебе посоветовал и за словами следить. — Отвали! Защищаешь эту шавку также, как и выгораживал её?! — Терасака резко ударил его по руке. — Тоже нарываешься?! — Вообще-то он прав. С чего ты распускаешь руки на девочек? — Сугино недовольно сложил руки на груди, делая шаг вперед. — Что на тебя нашло сегодня? — Вот именно, Терасака, — поддержала Накамура. — Говорить такие обидные вещи, будто ты разговариваешь с чужим человеком, это край не воспитания! — Да плевать! Задрали, прилипалы! — прорычал Рёма, выходя из класса и громко захлопывая сёдзи. Вновь повисла тишина, прерывающаяся лишь непонимающими вздохами учащихся. Что сегодня с ним? Раздражительнее, чем обычно, да и свирепее. А про нарывание на драку и вообще лучше промолчать. Были конечно предположения, что он что-то замышляет, но они были мутноватыми. Каяно осмотрелась и заметила, что одной ученицы не хватает. — Подождите, а куда подевалась Наоки? — Что? — Маехара огляделся. — Я и не заметил, как она вышла… — Ну, Терасака, совсем уже страх потерял! Набрасывается на своих же одноклассников, так ещё и на девочку! — возмущаясь, подала голос Фува. — Не удивительно, что Наоки предпочла уйти, ей ведь неприятно. — Так, я за не!.. — Томохито только хотел сдвинуться с места, как чуть не запнулся о собственную ногу, когда его задержало щупальце за воротник. — Ауч! Учитель Коро, какого?! — Пусть побудет одна, ей так будет лучше. Она не такая уж и глупая, чтобы расстраиваться по таким мелочам. Pov Я ушла настолько быстро, что никто даже этого не заметил. Это было очень неожиданно, хоть я и знала, что Терасака меня недолюбливает, но после его слов мне стало некомфортно находиться там и дальше, из-за чего я решила уйти. Я направилась в кафе, где работает Мияко и хотела побыть наедине со своими мыслями. Он конечно ещё та заноза, но это уже выходило за рамки всего. Это было очень обидно, ведь он не понимает, как я пытаюсь помогать Е классу. И почему я так зла? Чертов Терасака! Или… Фу-ух, нужно успокоится, я сама не своя. — Наоки, прием, Земля вызывает Наоки! — Ась? Мияко? Что ты… — я только хотела спросить «Что ты тут делаешь?», как поняла, что уже села за столик в кафе. Видимо, сильно погрузилась в мысли. — Что ты хотела? — Ты что-то заказывать будешь? — спросила Мияко, открывая блокнот. — Просто ты зашла с таким застывшим лицом, решила подойти сама, пока ты не уснула за столом. — Прости, я просто немного задумалась, — я виновато потерла затылок. — Бывает. Я иногда так задумаюсь, что достучаться можно только через рупор, — хохотнув, официантка улыбнулась. — Так что с твоим заказом? — Да… давай латте со сливками. Думаю, мне нужно немного отвлечься. — О-окей. Жди. Девушка ушла, параллельно записывая заказ в блокнот, а я отвернулась к окну. Эта ситуация… Боже, о чем я только думаю? Меня должна волновать не эта ситуация, а мое возвращение… Возвращение? Точно, я ведь совсем забыла! Я пару раз моргнула. Я совсем отклонилась от цели вернуться обратно! Эта ситуация мне напомнила, что не стоит забывать о том, что могут быть и плохие моменты. Почему я внезапно забыла о своей цели? Не понимаю. Вместо этого я хожу в школу и меня волнует перевод в Е класс. Неужели я привыкла к этому миру? О нет, этого не может быть. Категорически запрещено! — Опять витаешь в своих мыслях? — Мияко поставила кофе на стол. — Твой заказ. — Спасибо, — я сразу же оплатила его и девушка хотела уйти, но мне вдруг захотелось её остановить. — Мияко, это… — Да? — Тебе доводилось ставить себе цель, но из-за чего-то приходилось принимать решение? — спросила я у неё. Она помотала головой и присела напротив. — Разве у тебя сейчас не рабочее время? — Моя смена сейчас закончится. Лучше скажи, к чему ты это спросила? — Мияко сложила руки на столе, опираясь на них. — Тебе нужно между чем-то сделать выбор? Этим ты задумалась, да? Я немного помолчала и, отпив немного кофе, постучала пальцами по столику. В целом она права. Я стала слишком беззаботна и расслабилась, перестала искать пути к цели, да даже перестала думать об этом. Было ошибкой слишком приспосабливаться к этому миру, ведь теперь становиться жаль, что долг обязывает тебя к возвращению. Щелк! Щелк! Я чуть вздрогнула и заморгала. — Ку-ку, Наоки, не спать. — А, да, я просто… — Опять задумалась, я уже поняла, — подперла рукой лицо Мияко. — Выговорись, тебе станет легче, да и я, может, чего посоветую. Сжав губы, я не знала, могу ли рассказать все как есть. Очевидно, что нет, ведь тогда меня примут за сумасшедшую. А если рассказать, но приближенно, возможно… — Ну, вот к примеру ты решила сорвать один цветок из двух: безобидный лютик или розу с шипами, — я стала примерно сочинять выбор, как и у себя. — С одной стороны на вид безопаснее было бы сорвать лютик, такой хрупкий и обычный. С другой же стороны можно было бы выбрать розу с шипами. Но суть в том, что лютик, как только его срываешь, обжигает руки и на самом деле ядовит, хоть по виду не опасен. А если ты срываешь розу, то можешь просто уколоться шипами, ведь роза не ядовитый цветок. И…что бы ты выбрала? Кажется, я наговорила такое, что сама бы с трудом поняла. Безобидный лютик — моя цель; с виду у меня есть все: дом, опека, питание, образование, средства. Но взамен на все это мне приходится платить, обжигая руки — домашние хлопоты, лишение свободы и права на выбор. Роза с шипами — мой выбор; мои друзья, учеба, полноценная свобода и в целом самостоятельная жизнь. А шипы — сложные ситуации, тренировки, трудности. Я уныло с отчаянным стоном опустила голову на руки, как только заметила растерянный взгляд собеседницы. Похоже, я не только сама запуталась, но и её запутала в придачу. Я устало промычала. — Конечно, ты немного намудрила… — Мияко неловко кашлянула. — Но суть я, вроде, поняла. Ты разрываешься между двумя вещами и не можешь понять, что лучше выбрать: изначальный вариант или тот, который заставляет тебя изменить свое решение. Я правильно поняла? — Угу, — сдавленно бормочу я, поднимая голову, смотрю устало на неё. — Ха-а, может, я перегнула палку с примером, но просто… Я надула губы, не зная как сказать, что я сомневаюсь: можно ли доверить ей что-то этакое, и поймет ли она меня. — Слушай, — она накрыла своей ладонью мою, — может мы и знакомы с тобой не слишком хорошо, но ты можешь мне рассказать. Я учусь на психолога в университете Айгоку. Для меня бы это было неплохой практикой, поэтому рассказывай все как есть. Можешь вкратце, но в основных деталях. — Спасибо, — я благодарно улыбаюсь. — Просто я здесь оказалась чисто по некоторым обстоятельствам. У меня есть дом и родственники, которые находятся в Европе. И я как бы должна вернуться к ним, ведь это мой долг — вернуться домой, но с другой стороны… Я уже так привыкла к Токио, к людям, что меня окружают, что у меня возникают сомнения по поводу возвращения. Меня здесь быть не должно, но уходить мне становится трудновато, ведь я начинаю привязываться ко всему, что мне кажется дорогим. — Хм, а что же твои родственники? Они разве не заметили твоего отсутствия? — Заметили, наверное, — угрюмо отвечаю я, перемешивая ложкой кофе. — Они весьма требовательны ко мне и у меня дома много забот. Отношения у нас натянутые, но они все же обеспечивают меня. — Ага. А здесь у тебя есть свобода и никто тебя не сдерживает, верно? — Да. Слушай, профессия психолога тебе подходит, — подметила я, добро усмехнувшись. — Так, что бы ты выбрала на моем месте? — Если взять твой пример с цветами, то шипы всегда можно убрать, а вот яд из цветка не вывести, лишь выбросить его полностью или вообще не срывать. Обычно я иду по зову сердца, — ответила Мияко, но выставила перед собой палец. — Но спроси сама у себя: «Почему ты считаешь своим долгом вернуться?» — Нагитава, Исогай задерживается, замени его пока! — прикрикнул пухленький мужчина с бейджиком «Администратор». — Ну же, не сиди, посетители ждать не будут! — Сейчас! — откликнулась Нагитава, подскакивая с места. Она повернула голову ко мне и, улыбаясь, кивнула. — Мне нужно работать. Подумай над этим вопросом, ладно? Я часто себе его задаю, когда предстает трудный выбор. Забрав мою опустевшую чашку из-под кофе, официантка ушла работать дальше. Не долго думая, я встала и вышла из кафе. Посмотрела время на телефоне, которое показывало 16:38. В кафе я просидела полтора часа, а я ведь и не заметила. Перебирая ногами, я небрежно направилась домой, задумавшись над собственными словами. Жизнь без трудностей — как роза без шипов. И сегодняшний случай тому доказательство. Верно, обижаться на Терасаку нет смысла, ведь это его характер и этот шип меня лишь уколол, не более. Пора снять эти розовые очки и смотреть на мир так, каким он и изображен — неидеальным. — Да, пора бы мне их снять, ведь они уже давно как треснули, — я невесело усмехаюсь. — Но теперь нет смысла отпираться и пора признать, что я действительно зашла в тупик. Слишком привязалась ко всему. «Почему ты считаешь своим долгом вернуться?» Пф, что за чушь! Из-за бабушки конечно же! Но почему-то я в этом не уверена… Я замотала головой. Слишком много всего за один день! Завтра на свежую голову и решу, а пока хватит думать. Перейду с этих мыслей на бытовые. Я стукнула себя по лбу. Точно! Надо же веревку купить, а то заняться нечем, так хоть макраме поплету. Вдруг передо мной показалась оранжевая лилия, и я, опешив, остановилась. — Девушка, не желаете прикупить дивный цветок? — я посмотрела на флориста. Паренек лет восемнадцати. — Он такой же красивый как и ваши глаза. — Ох, э-э-э, я польщена… но откажусь. — Могу сделать скидку за ваши очаровательные глазки. — Боже, прошу, не стоит, — я отмахнулась и пошла дальше. Какой оптимистичный. Настроение сразу поднялось. Я зашла в магазин для рукоделия и купила толстые веревки для макраме. А потом направилась домой.

. . .

Дома я переоделась в домашнюю одежду и, заварив зеленый чай, села на кухне плести макраме. Ничего так хорошо не успокаивает, как отвлечение от мыслей и погружение в творчество. Кстати, впервые я заметила сегодня, что при входе есть дежурный, который проверяет всех жильцов. Наверное, меры предосторожности. Он так округлил глаза, когда увидел у меня в пакете веревки, да ещё средство для мытья посуды. Да и мое лицо от усталости уже тогда ему показалось бледноватым. — И чего тут необычного? Ну, подустала чуток, ну бывает. Я сидела и в тишине плела макраме, попивая чай. Но не прошло и получаса, как в мою дверь стали долбиться, будто снести пытались. Я подпрыгнула на месте и соскочила с диванчика, идя к прихожей с макраме в руках. СТУК! ГЛУХОЙ УДАР! БДЫЩ! ХРУСТ! БАХ-БАМС!* Дверь с грохотом упала, а в квартиру ввалилась целая кагала одноклассников, которые кучкой упали у порога. Те ребята, что были в самом низу этой кучи запыхтели и стали вставать, сбрасывая с себя сверху лежащих. Я с немым шоком смотрю на это представление. — Д… да вы что, с ума посходили?! — крикнула я от недоумения. — Ты не посмеешь! — крикнули Кимура, Сугино и Мимура. А потом все добавили. — Мы не позволим! — Я понимаю, что был кретином, но даже не смей этого делать! — заорал Терасака, вырывая из моих рук макраме. — Слышишь? Прости меня! Я был не прав, только не делай этого, поняла?! — В… вы чего это? — я округлила глаза. — Терасака, я на тебя не злюсь, мне, конечно, было обидно, но я не таю обиды. Только ты отдай пожа… — Нет! — он поднял веревку так, что из-за своего роста я не могла достать и прыгала на носках. — Это хорошо, что мы во время успели! — Да о чем вы?! Вы мне дверь снесли! — я расставила руки в боки, не понимая о чем идет речь. Я осмотрела всех. Они были напряжены и, видимо, обеспокоены чем-то. — Ха-а, что стряслось? Почему вы вломились? Куда вы успели? — От повешения тебя спасти успели!!! — хором ответили укоризненно все. Я впала в каплю. — Пха-ха-ха!!! Аха-ха-ха!!! — я схватилась за живот, смеясь во весь голос. — Пха-аха-ха!!! Что? С чего в… вы взяли? Я вытерла слезы от смеха и посмотрела на недоумевающих одноклассников. — Терасака все осознал и хотел перед тобой извиниться, — медленно отвечал Ёшида. — Мы с Мурамацу решили составить компанию, а потом решили, что пойдем группой. На входе мы сказали, что к тебе, а охранник ответил, что ты шла с бледным видом и несла с собой веревку и мыло! Что мы все должны были подумать?! — ДА! Я оглядела всех. Даже Терасака был перепуган. Видимо, все же он и вправду изменил свое мнение обо мне. — Ну, фантазию вашу хлебом не корми, — хохотнув, я оперлась о стенку. — Не мыло, а средство для посуды. А веревку, чтобы сплести макраме. А вы подумали… ох наду-у-умали. — Т… так ты не собиралась того… из-за меня? — Терасака, я не тот человек, который не умеет прощать. Я знала, что тебе просто нужно было время. Я по-дружески обняла этого громилу, потому что злиться и видеть одновременно его раскаявшееся лицо просто невозможно. Они с Мурамацу и Ёшидой даже принесли торт в знак примирения, и я, как истинная хозяйка, пригласила всех на кухню. Одна ведь не съем этот огромный шоколадный торт с малиновой глазурью. Когда все расселись по кухне и даже на полу, так как мест не хватило, то наконец разъяснили все недопонимания. — Только, я понимаю, вы переволновались, но… кто мне будет дверь новую ставить? — Поставим, — отозвался Маехара. — Мы мастера, что надо. Я мысленно представила, как Хирото забивает гвоздь, а через минуту стоит с перебинтованным пальцем. Сдерживая смех, попыталась принять понимающий и серьезный вид, что у меня, конечно же, не выходило. — Ладно. У меня ещё один вопрос. — Да? — А-а-а… а почему Карма мокрый-то? Все рассмеялись, кроме Акабане, который стоял в мокрой одежде, с мокрыми волосами, укутавшийся в полотенце, с кружкой чая и эмоциями напоминал надувшегося бульдога. Сквозь смех, слово взяла Окано. — Ой, слушай, что произошло-о, пока тебя не было…