Мелисс

Тихие стоны и шорохи раздавались в полумраке. Поцелуи вампира спускались все ниже и ниже вдоль шеи. Мэттью мягко касался губами нежной кожи, медлил, словно дразня, а затем набирал обороты, кусал. Он исследовал заманчивые изгибы тела Джейннис, проводил руками по девичьей талии, а затем спустился к пояснице. Мужчина заметил, что её ягодицы были мягкими наощупь. "Прекрасный вечер, прекрасный." Вампир грубо мял её задницу, оставляя синяки. Женщина хрипло стонала, стараясь сдерживаться. Мэттью лишь усмехнулся. Vēni. Vidi. Vici. Он повалил её на кровать. Закатал рукава рубашки и расстегнул ремень. Она явно не соображала, кто перед ней и что происходит, но Мэтт не собирался отказываться от планов. Он рывком снял с неё последние остатки одежды и развёл ноги в стороны. Его пальцы касались горячей кожи, вампир ощущал участившийся пульс Джей. Для него это была почти музыка. Мэттью сильнее возбудился, приспустил брюки, сплюнул вниз и затем резко вошёл. Жарко. Невыносимо узко. Больно. Джейннис закричала, начала извиваться, но он завёл руки жертвы за голову. Он взял её за талию и толкнулся, затем ещё раз и ещё, пока из горла женщины не стали литься хриплые стоны. — Ах-х! Да, ещё, ещё! Сильнее! Не останавливайся, ах-х, я хочу... — Твоей крови, — продолжил бархатистый голос, и брюнет жадно впился в горло девушки. Джейннис резко очнулась с характерным вдохом, который бывает при пробуждении от кошмаров. Неприятное утро. — Доброе утро, солнышко, — вампир насмешливо улыбнулся. Слегка обнажая клыки, он элегантно расположился в одном из кожаных кресел возле окна, напротив кровати девушки. — Мэттью? Как ты?!.. — Тш-ш... Милое личико. — Лучше не стоит меня затыкать. Я не уверена, что ты всегда носишь с собой аконит. — её чёрные тонкие брови сдвинулись к переносице, а пухлые губы скривились. — Ты такая милая, когда злишься.. Не это ли потеряла? — он покрутил пистолет на пальце. — Пули в составе, содержащие яд оборотня. Умно. — Разве вампирам не нужно приглашение, чтобы войти в дом? — Это миф восемнадцатого века, когда вампиры были особенно сильны. Чтобы сохранить население, придумали этот бред. Признаюсь, некоторые действительно не могли войти без приглашения, вернее не хотели, этикет все дела... Но когда голод брал вверх, даже самые прилежные срывались. — Какой интересный урок истории! А что ты, собственно, от меня хочешь? — Ничего, просто зашёл поболтать. Но, видимо, из твоих снов следует, что ты хочешь большего, не так ли? — вампир подмигнул и перекинул ногу на ногу. — Да иди ты! — девушка кинула в него подушку, но вампир успел её схватить. Джей проматерилась и вылезла из постели в майке тёмно-серого цвета и нижнем белье. Направившись на внушительную кухню, Джейннис взяла хлопья и бутылку вина. Так как Мэттью и сам иногда был не прочь выпить по утрам, он ничего не сказал. — Будешь? Содержимое бутылки бурно зашевелилось, как только её немного потрясли. Скорее всего, это было вино. — Благодарю за заботу, Джей, но я предпочитаю другой, более старый сорт вина. Вампир сел напротив неё и смотрел, как струя спиртного льётся прямо в хлопья. Удивительное зрелище. — А что на это скажет твой опекун? — в его глазах заплясали хитрые огоньки. — Если ты такой же как и я, то понимаешь, что иногда нужно опохмелиться. "Перевела тему, а жаль. Информация про лидера была бы полезной." — Понимаю... Может, раскроешь секреты опекуна? Я так понял, она "чёрная лошадка" в организации. — Секреты на то и секреты, чтобы оставаться между ограниченным количеством лиц. — мягко отрезала девушка. — Я так понимаю, она тебя заинтересовала? Глаза Мэтта потемнели, но он быстро справился с эмоциями. Сейчас было важно другое: — Меня интересуешь только ты, Джей. —он мягко дотронулся до её руки. — Со мной такой дешёвый трюк не пройдет, Мэттью. Несмотря на отрицание, она пожирала его взглядом. А он лишь усмехнулся. "Её тело говорит совершенно другое... Людские женщины такие забавные!" — Ладно, ладно. За такую проницательность нужно выпить. Вампир обошёл девушку сзади, подлил ещё вина, но на этот раз в найденные бокалы. Однако, Джейннис Хант так и не притронулась к бокалу, её отвлекли поцелуи на шее. Она вдрогнула и затаила дыхание, не двигаясь. Жертва чувствовала спиной взгляд хищника. Знала, что ей сулит погибель, но не могла сдвинуться с места. А Зверь, в свою очередь, забавлялся. Мэтт довольно хмыкнул и обошёл девушку. Он ощущал от Джей жар, которым горят женщины, желая мужчину. Видел в её синих, потемневших от похоти глазах возбуждение. И ему сносило крышу. Его руки жадно схватили её за талию, приближая Джейннис к разгорячённому телу. Ближе, пока между ними не осталось места. Он целовал её грубо, страстно, не давая вдохнуть. Хант же подчинялась. Это была её маленькая отдушина — секс отвлекал от боли, разрывающей грудь каждый день, позволял забыться. Они быстро избавились от лишней одежды, и страсть вновь захлестнула их с головой. Все действия были спонтанными, но уверенными. Никакого замедления, только слепая похоть и желание. Толчок, ещё один. Желание обладать и быть обладаемой. Стоны сливались в одну соблазнительную мелодию. Мэттью всей душой любил подобные развлечения. Без любви, без обязательств. Здесь не было ответственности, не было ревности, не было места для мыслей о будущем. Они жили моментом. Capre diem. Поцелуй, ещё один. Темп увеличился, скорость набрала обороты. Джей вопила во всё горло, царапая мужскую спину до крови. А Мэттью же воображал, как же было бы прекрасно разорвать её тело напополам, вкусить свежей крови. А затем его переполняла страсть с агрессией. Вампир вколачивался в неё, желая овладеть полностью, желая затрахать до смерти. Первой сдалась она, открыв рот, не издавая ни звука, словно рыба, а затем задрожала, схватившись за его плечи как утопающая. У этого явления было тысячи названий. Нирвана. Эйфория. Оргазм. Мэттью кончил следом. *** Они остались в зале с бассейном в центре, расположившись на большом шезлонге. Погода стояла прекрасная. Поднялась температура, запели птицы. — А вампиры все такие Боги в постели или только ты? — Хант окрылённо взглянула на вампира, хотя было видно, что она была готова уснуть от наслаждения. Мэттью победоносно улыбнулся: — Только я, — и поцеловал её в лоб. Как только Джей уснула, вампир стал исследовать местоположение — больше всего его тянуло к кабинету на втором этаже. Он был небольшой, но достаточно элегантный и по ощущениям богатый. Чёрные кожаные кресла, по бокам стояли книжные стеллажи из красного дерева, тяжёлые занавески с золотым узором, будто извержение молний или вены на руках, мягкий бордовый ковёр. Мэттью подошёл ближе к столу и аккуратно провёл пальцами по деревянной поверхности. Прохладно. Нагнувшись, он увидел ящики. Закрытые, что его совсем не удивило. «Сообразительная, сильная женщина, управляющим этим стадом. Кто же она на самом деле? Может, я смогу найти здесь её слабости, раз эти отбросы не желают выдавать мне Босса этой помойки?» Он окунулся в приятные воспоминания и снова прокрутил постельную сцену, однако его отвлёк открытый ящик. Там была лишь стопка чистых бумаг. Мэттью взял листок и ручку. Через полчаса он услышал треск стекла и женские крики, издающиеся оттуда, где он оставил Хант. Быстро забрав вещи, мужчина побежал на крики. Он увидел несколько тел, скрытых в полной маскировке. Джейннис пыталась всеми силами отбиться от захвата чужаками. Вампир оскалил клыки, его голубые глаза побагровели. Мэттью резко накинулся с клыками на ближайшего амбала из банды. Тот заорал и оттолкнул его в сторону, держась за окровавленную шею. Часть пола залилась алой жидкостью с тонким металлическим привкусом. «Так тебе и надо, уёбок.» Мэтт увернулся от удара напавшего на него сбоку, но пропустил следующий. Из носа полилась бурая жидкость, но мужчина не обращал на это внимание и боролся до умерщвления противника, пока не прибыло подкрепление чужаков. Один из них с ужасающей скоростью сбил Мэтта с ног, повалил к земле и укусил его в плечо. Мэттью тихо матерился и взвыл, когда клыки вошли в его плоть особенно глубоко. «Оборотень» — опасливо промелькнула мысль в голове вампира. Боль в плече раздавалась сильным жжением. Он опоздал. Чужаки исчезли вместе с Джейннис. *** Мэттью сидел на кухне в лихорадке. Пот покрыл его бледное лицо, а тело сковало сильной дрожью. «Ублюдки забрали Джей, испортили мне все планы. Да и Лисица явно не обрадуется, узнав, что я эту пьянчужку не уберёг. Чёрт, если бы не оборотень, я бы их всех разорвал на куски...» Послышался стук каблуков по кафелю, отвлекая мужчину от рефлексии: — Что ты здесь делаешь? — холодно прозвучал низкий голос. Чей-то взгляд проскользнул по ране. Кажется, оппонент всё понял и без объяснений. Мэттью открыл глаза и увидел круглое лицо с заострённым подбородком, пухлые губы, бледную кожу, нос, длинный, тонкий, кончик слегка приподнят и большие, но узковатые в разрезе чёрные глаза. В тот же миг лицо исчезло из-за обострения зрения. Любой свет был ему неприятен, поэтому он снова закрыл глаза. Через несколько минут он почувствовал укол и снова с тяжестью открыл глаза. Вампир увидел иглу и катетер, прикреплённый к сгибу локтя, по которому тёмно-коричневая жидкость текла по пластмассовой трубке. — Беспокоиться не о чем. Это аконит. Через пару часов яд оборотня перестанет действовать. Сколько их было? — Мелисс, верно? — но она продолжала пренебрежительно просто смотреть на него, словно изворачивала душу наизнанку. — Сколько их было? — повторила лидер вопрос, каждое слово, чётко и по-отдельности. — Насчитал шесть, может было больше. Я не понял, кто они. Запах замаскирован, лиц, чего-то ещё не было видно. — Тебе лучше вернуться в штаб, когда станет лучше. — ледяной голос замолк и она хлопнула дверью, оставив его в одиночестве. Через пару часов он снова пошёл в кабинет одной из девушек и перечитал своё письмо. Всё должно было быть правильным. Манера письма, слова, мысли. "Дорогой Бенедикт, Не буду тратить время на ненужные никому формальности, так что перейдём к сути: так как ты больше всего приближен к Вальтери, а они могущественные сущности и знают практически всё, что происходит, я бы хотел попросить тебя разузнать об одной крайне интересной особе. Насколько я понял, она демоница, Мелисс. Да, Бен, я изменил нашим традициям, но она дала мне кров и продовольствие, взамен на мою повседневную обязанность убивать ради выживания. Выгодная сделка, сам понимаешь. Однако, я подозреваю неладное. Организация слишком скрытная, мутная, соратники лишнего не болтают и, видимо, не собираются. Без твоей помощи не обойтись, так что полагаюсь на тебя, Бенедикт." Оставшись довольным результатом, Мэттью по пути назад поймал лесную пташку и с помощью внушения отправил письмо "голубиной почтой" старому другу.