когда не знаешь, где правда, а где ложь - беги прочь

- ты должен выпить лекарства, - Питер сжимается весь, отворачивая голову в сторону. Квентин возвышается над ним, словно дьявол, смотрит так близко и нахмуренно, протягивая несколько ядовитых таблеток, а юноша не смеет поднять взгляд, чтобы посмотреть в глаза и четко сказать: - н...нет, - сжимая пальцы на коленках. - что ты сказал, Питер? - кожа покрывается противной дрожью. Питер хочет отстраниться, когда Бек врезается пальцами в его челюсть, поворачивая к себе, но тот удерживает слишком крепко, - открой рот, - чеканит, надавливая сильнее на щеки, оставляя красные следы на тонкой коже. Питер не по своей воле размыкает зубы и Бек впихивает это чертово лекарство от здоровья чуть ли не в глотку, - глотай. Питер давится водой. 🍒 у него поясница болит и ноги дрожать не прекращают. в теле с каждой таблеткой все больше слабости прибавляется, и Питер не знает, куда себя деть, потому что теперь вокруг него лишь четыре бетонные стены, дверь, постоянно закрывающаяся на десятки ключей и окно, которое не откроешь, в которое не постучишься, в которое не выйдешь. оно переливается разными цветами и словно телевизор показывает одинокому Паркеру панорамы красочных мест, чтобы как-то сгладить ощущение пустоты. но становится только хуже, ведь он понимает, что это все - одна большая иллюзия Квентина. "теперь синяки так долго проходят" - думает Питер, разглядывая запястья, и вспоминает свою первую попытку выбраться - в тот раз, может, неделю, а может, и две недели назад, Квентин забыл проверить, проглотил ли он таблетки, притупляющие его суперспособности, и Питер незаметно выплюнул их, пряча под наволочку. он почувствовал, что ему стало заметно лучше, что в руки вернулись несколько частичек сил - Питер, правда, надеялся, что их хватит, чтобы ночью задушить Бека, пока он спал. "ты очень плохо себя повел, детка" - шептал он в тот раз, с силой вжимая тонкие запястья в кровать над головой. 🍒 эта чертова кровать была последней каплей к разбушевавшейся ненависти. поэтому после первого раза он разворотил свою и так полупустую комнату, несуществующими силами разбил ящик о стену и выбил из подушек перья. - о, наша детка умеет злиться, - смеялся Квентин, осматривая беспорядок и ее причину, сидящую в углу и уткнувшуюся в колени, - Тони точно был бы удивлен. одно имя - и Питер чувствует боль глубокую и всепоглощающую. и ее настолько много, что она медленно перекрывает все остальные эмоции, пробирается комком в горло, остается горечью на языке и разворачивает желудок. Питер видит себя безвольной игрушкой, которую используют для достижения какой-то цели и для собственного удовлетворения, и не может остановиться 🍒 от слез и криков. - мне нравится видеть тебя таким, - Квентин предупреждает питерские попытки вырваться пощечиной. красный след горит на коже и противно начинает свистеть в ушах. Бек переворачивает его на живот, чтобы грубо провести пальцами вдоль позвоночника, и удовлетворенно скалится на болезненный выдох, - он так усердно ищет тебя, места себе не находит, - Питер сжимает между пальцами пропитанную слезами простыню. кровать издает скрип, а потом Квентин прижимается к чужой щеке, выдыхая на ухо жестоко и уверенно, что "но он никогда не придет за тобой". 🍒 "тебя никто не спасет" - говорит он, насмешливо смотря на устроившего голодовку мальчишку: Питер сидит в полюбившемся дальнем углу и бросает в ответ охрипшее "я ненавижу тебя". Бек любит играть, выводить из себя и сводить с ума, потому что он знает питерские слабости, потому что он изучил его "от" и "до" еще до их самой первой встречи, - и кто бы знал, что его главной слабостью окажется знаменитый сорокалетний старикашка? - а потому ему нравится следить за сменой эмоций Питера, когда он меняет свое лицо на лицо его возлюбленного: нет ничего лучше, чем видеть в прямой трансляции, в самой жизни, как в глазах маленького глупого супергероя все мешается, путается, а потом - разбивается с грубым прикосновением. один раз Бек устроил прекрасную иллюзию спасения Старком Питера: он ворвался в комнату, как принц на белом коне в замок чудовища, строя самое реалистичное выражение лица Тони. Питер бросился к нему в объятья, думая, что все, его любовь пришла за ним и они наконец могут вернуться в родной дом, а потом Бек наблюдал, как тысячи осколков посыпались из чужих зрачков, наливаясь мокрым. - "зачем?" "почему ты это делаешь?" "что тебе от меня нужно?" - "я просто хочу сделать Старку больно. и позабавиться, конечно же." 🍒 позабавиться. Питер исправно съедает все, что дается на подносе, потому что жить хочется, очень хочется, а еще - у тестируемых таблетках Бека появился побочный эффект в виде крови из носа: сегодня Паркеру вновь снилось, что он тонет, а когда проснулся - понял, что захлебывается кровью, которая медленно стекала, впитываясь в подушку. Бек на это лишь задумчиво что-то зачеркнул в своем блокноте и ушел. 🍒 "его нет слишком долго" - думает Питер, потому что, кажется, прошло уже больше пяти часов, в желудке урчит, и Питер считает проявившиеся ребра на грудной клетке: один, два, три, четыре...; истощение дает о себе знать. окно на стене транслирует дождь, и Питер еле сдерживается, чтобы по щекам не потекло мокрое - хотя, может быть, после этого глаза бы болели меньше, но... он уже так устал. Питер устал пугаться своих воспоминаний, которых с каждым днем становилось все меньше: вместо настоящих лиц всплывали лишь мутные, нечеткие картинки: женщина, русые волосы, карие глаза; юноша, полноватый, черные волосы, зажмуренные в смехе глаза; девушка, волшебные кудри, красивая улыбка; мужчина. "Тони..." и на нем все рушится. потому что Питер запутался в своих чувствах к своей любви, потому что Питер не может понять, где была правда, а где ложь, потому что Бек разворотил его сознание, по полочкам прежде разложенные воспоминания разбросал, некоторые заменив, а какие именно - неизвестно, потому что Питер потерял доверие. 🍒 - тише, Питер, успокойся, - мальчишка с испуганными глазами бросается в угол, кричит неразборчиво "нет! ты не сделаешь этого снова!". в двери стоит странный человек с таким знакомым лицом, с /тем самым/ лицом, и тянет к нему свои руки, но Питер знает, что это все - обман. Питер не доверится ему снова, потому что знает, что потом будет больно как морально, так и физически. Питер не доверится ему снова. не доверится. не доверится. - Питер, все хорошо, это я, - Тони выходит из костюма, оставляя его у входа, и медленными шагами подходит к пытающемуся слиться со стеной Паркеру. в груди нещадно колет и разрывается при взгляде на похудевшее и посеревшее тело, в голове крутятся юлой мысли о том, что "мне так жаль, что я не смог раньше" и "я так виноват перед тобой", и Энтони пытается не взвыть, потому что Питер смотрит, как дикий зверёк, ругается и вырывается, - малыш, я не сделаю тебе больно, - Тони садится на пол рядом с Паркером, совершенно близко, и осторожно тянет ладонь к чужому лицу, мягко кладя на впалую щеку. Питер на секунду дергается в сторону, но все-таки позволяет коже соприкоснуться с кожей, потому что "тепло". - Питер, я хочу забрать тебя домой. "домой?" - Питера смущает это слово, словно его определение потерялось где-то в затворках далеких, мутных воспоминаний. "дом, дом, дом..." - думает Питер, совершенно не понимая значение, но почему-то чувствуя в грудной клетке разрастающееся тепло, а потом "дом" подходит к сердцу и в глазах мерещатся картинки странные с размытыми лицами: женщина, русые волосы, карие глаза; юноша, полноватый, черные волосы, зажмуренные в смехе глаза; девушка, волшебные кудри, красивая улыбка; мужчина. "дом, дом, дом" - бьется по венам, а слева почему-то нарастает какая-то боль, то ли от того, что кусочки лица никак не складываются в единое целое, то ли из-за осознания, что, кажется, этот человек тянет к себе больше всего. мужчина, темные волосы, густые брови, морщинки в уголках глаз, обеспокоенное выражение лица. - Питер, малыш, - Питер не понимает, почему чужие глаза наливаются слезами, почему лицо ненастоящего Тони такое по-настоящему уставшее и болезненное, словно он не спал несколько десятков суток. его ладони мягко тянут к себе в объятья, гладят по волосам и совершенно не заходят дальше, как в прошлый раз было в иллюзиях Квентина, - прости меня, паучок, это все моя вина, - почти задушенно. Паркер чувствует, как по щекам текут слезы, а потом чужие пальцы нежно стирают их. Питер ловит их, скрепляя со своими. сердце неистово бьется в разные стороны, хочет вырваться поближе. поближе. - это... это правда ты? Тони, это правда ты? - потому что Питер не видит зелёного цвета в глазах, потому что в этот раз не так, совершенно не так, как было прежде, потому что что-то шепчет ему поверить. - это я. а потом Тони берет Паркера на руки: тот цепляется слабыми пальцами за шею, обнимая, и утыкается в ключицы. ткань футболки мигом становится мокрой. - мы возвращаемся домой. мы наконец-то возвращаемся домой.