Call Out My Name

Ты лежишь и хлопаешь глазами, совершенно не понимая, что именно происходит. В сознании медленно всплывают обрывки фраз, ты помнишь прикосновения, ты точно видела сон, но все перекрывается и ты не можешь адекватно соображать. Прямо сейчас перед глазами лицо Томаса, который кажется был на грани истерики и тебе нужно быть с ним, ему нужно быть с тобой. Ты помнишь, как тянешь к нему руку, пытаясь ухватиться за нее, но в последний момент выходит и ты падаешь ему в объятия, сразу же просыпаясь. Тебя снова перевезли в палату и Том сразу же сел рядом с тобой, сжимая твою ладонь и широко улыбаясь. Ты не знала, что человек из-за огромного стресса может так похудеть, состариться и вообще измениться. Ты видишь его улыбку, но также замечаешь слезы в уголках глаз. — Я всего лишь уснула, — говоришь ты ему, слабо моргая. — Нет, нет, сейчас не спи, — он касается твоего лба и смотрит на приборы, — мысль о том, что я мог тебя потерять и даже… — Я люблю тебя и нам и не нужно прощаться, — ты касаешься пальчиками его губы и он выдыхает, перехватывая твою ладонь и нежно целуя. Ты чувствуешь легкую усталость и всего. К тебе снова подключены датчики и всякая аппаратура, но сейчас ты жива и тебе намного лучше. Ты обеспокоено смотришь на Хиддлстона и до сих пор не понимаешь, что вообще происходило. — Я думал, что потерял тебя, — его голос надломленный и ты гладишь его по щеке, очень нежно и осторожно, чувствуя его тепло, — ты уснула и все, понимаешь? Мне было так страшно, — всхлипывает он, а ты тяжело выдыхаешь. — Я буду в порядке, — улыбаешься и Томас поднимается с места и наклоняется над твоим изголовьем. — Прошу тебя, пообещай мне, что не оставишь меня, я прошу только этого, Т/и, — шепчет и ты слабо киваешь, а его губы находят твои и сливаются в нежном поцелуе. Ты чувствуешь всю боль, которая была в Томе и пытаешься забрать ее, лишь бы ему стало легче, но он пытается сделать тоже самое. Его рука касается твоей щеки и ты отстраняешься и начинаешь кашлять от нехватки воздуха. Ребра слегка ноют, но это еще меньшая проблема. — Вам придется восстанавливать ходьбу, то есть, вам придется научиться заново ходить, — врач поджимает губы, смотря на тебя, а после на Хиддлстона, который крепко сжимает твою ладонь в своей. Так прошло две недели. Постоянные анализы. Медленное восстановление и начало реабилитации. Ты думала, что все будет не так сложно и надеялась, что все будет хорошо, но нет, ничего не бывает легко и просто. — Я устала! Я так больше не могу! — ты держишься за бортики и выдыхаешь, боль в ногах дает о себе знать и Томас быстро реагирует, подхватывая твое хрупкое тельце на руки. — Я в порядке, в порядке, — ты всплескиваешь руками и мужчина садится на край кровати, все еще не отпуская тебя. Ты выдыхаешь и он утыкается лицом в твою щеку, — давай, я попробую еще раз. Ты делаешь первые шаги, разрабатывая колени, но все дается с большим трудом. Каждый шаг отдается больной и почти зажившие ребра снова ноют. Ты боишься упасть, но рядом с тобой Хиддлстон, который в любой момент готов подхватить тебя и больше никогда не отпускать. — Врач сказал, что мы можем поехать домой, но завтра тебе нужно будет снова приехать. Хочешь побыть со мной дома? — спрашивает он, поглаживая твою ладонь и ты киваешь. Уже месяц ты не видела себя в зеркале и мысль об этом пугала. Взгляд мамы, которая говорила, что ей так жаль, взгляд отца. — Это временная квартира, а после я заберу тебя домой, — говорит и поднимает тебя на руки, оставляя кресло в коридоре. — Я могла сама, — отвечаешь, но тот улыбнулся и поцеловал тебя в щеку. — Я могу тоже сам, — он осторожно несет тебя в спальню и сажает на кровать, — хочешь поесть? Я могу приготовить что-нибудь. — Да, спасибо, — ты улыбнулась и только сейчас заметила, что в комнате ни одного зеркала, а как только он вышел, ты осторожно поднялась и держась за стену поплелась в ванную. Каждый шаг дается с трудом, но ты идешь и наконец видишь то, зачем пришла. Ты понимаешь, что все может быть плохо, ведь та серьезная авария явно оставит шрамы. Ты цепляешься за раковину и выпрямляешь спину, а после наконец смотришь на свое отражение. — Нет… — шепчешь ты и касаешься лица, ссадины и порезы, которые только начали заживать. Ты спускаешь свой свитер и открываешь вид на ключицы, шею и верхнюю часть грудной клетки. Все изуродовано. Ты тяжело задышала и ноги подкосились, а ты сразу же падаешь на пол, роняя все флаконы шампуней с полки. — Т/и! — он быстро оказывается и видит тебя на полу, сразу же садясь рядом и видя, что ты плачешь. — Что случилось? Ты сильно ушиблась? — Я не хочу, чтобы ты меня видел, — произносишь и вытираешь слезы, пытаясь подняться, но ноги не слушаются и он легко подхватывает тебя на руки и несет обратно к кровати. — В чем дело? — Мое лицо, тело, я просто…я была такой красивой, я… — ты всхлипываешь и укутываешься в свой свитер, но он останавливает тебя, медленно снимая его с тебя. Его руки нежно касаются твоих плеч, ключиц и поднимаются к шее. На его лице слабая улыбка, а через секунду он подсаживается ближе и целует тебя, вновь касаясь щек. — Что ты делаешь? — всхлипываешь. — Я не знаю почему ты так сильно расстроилась и вообще из-за чего. Ты выглядишь прекрасно. А эти шрамы, я уже влюблен в них, — он касается их, — я люблю тебя любой. — Но я выгляжу… — Прекрати, как мне доказать то, что я люблю тебя? — спрашивает он, а ты лишь отворачиваешься. — Все будет хорошо, ты со мной, а это главное, — он притягивает тебя к себе и ты оказываешься в его руках. — Я очень устала, — шепчешь ему и тот кивает, аккуратно вставая и помогая тебе снять с себя вещи и переодеться. — Я скучал по твоему виду, — произносит он, когда ты надеваешь его футболку, — скучал по тебе. — А я по тебе, — ты слабо улыбнулась и легла на бок, утыкаясь лицом в подушку и тихо всхлипывая. Мужчина лишь ложится сзади тебя и обнимает, понимая, насколько же ты похудела сама и стала еще хрупче, чем была. — Я тебя очень люблю, — его голос заставляет тебя улыбнуться и ты находишь в себе силы повернуться к нему, а он начинает целовать твое лицо, ведь ему и правда не так уж это и важно, главное, ты жива. — Я тебя тоже, — ты улыбнулась и он целует тебя, нависая сверху и сразу же отстраняясь, но ты мотаешь головой, — я по тебе скучала… — Я тоже, но нам обоим нужен отдых, — Хиддлстон целует тебя в щеку. — Но я хочу тебя, — произносишь и притягиваешь его к себе…