Книжная любовь или как я переродилась в другом мире

      Небольшая тряска и стук копыт заставили меня медленно открыть глаза. Не понимая, что происходит, я стала быстро осматривать комнату, и до меня дошло, что я сижу в карете. Мой взор упал на сидевшего передо мной мужчину лет 55, он смотрел на меня строгим взглядом, будто я совершила страшную вещь. — Даже сейчас ты меня не слушаешь, Элизабет! — имя он выделил громко, заставляя меня стыдиться сильнее. — Простите… — лишь смогла выдавить из себя, но пока не понимала, что происходит. — Только попробуй опозорить свою семью, теперь ты горничная семьи Эйдриан и должна быть очень послушной, если не хочешь, чтобы твоя семья разочаровалась в тебе, — от его злого взгляда меня била в легкую дрожь, хоть я и пыталась не показывать этого. — Ты это поняла? — Да, сэр, — лишь тихо сказала я, и до меня стало медленно доходить некоторые вещи. «СТОП! Семья Эйдриан? Элизабет? Это же семья, в которой родился Калеб. Так я попала в книгу?! О мой бог… Но ведь в самой книги не было никакой Элизабет. И вообще, что произошло тогда на переходе?» Голова была переполнена мыслями, и потом я вспомнила всё, что произошло: ребенок шёл через дорогу на красный и, похоже, был в наушниках, ведь не слышал сигналящую ему фуру, мои ноги сами побежали к переходу, я оттолкнула мальчишку, и потом перед глазами был яркий свет, до ушей доносился крик людей о вызове скорой. «Но, похоже, я умерла быстро… А мне всего-то было 20 лет… Ужас».       Но вдруг из мыслей меня выкинуло резкое торможение и ржания коней. — Прибыли, пошли и побыстрее, — лишь грубо сказал мне мужчина, перед этим выйдя из кареты. До меня дошло, что лучше его не злить, и я, схватив слегка тяжелый чемодан, быстрым шагом пошла за ним, осматривая по дороге территорию, и моему взору открылся большой двухэтажный белый особняк с тёмно-зелёными крышами. «Вау, вот это домик! Хотя семья Калеба богата и может позволить себе такой домик». Когда мы пошли в сам дом, нас сразу встретила дама лет 50, она была одета, как горничная. — Теперь это твоя головная боль, Гертруда, я пошёл, — грубо ответил он и пошёл на выход. Горничная, пардон, Гертруда, стала осматривать меня с головы до ног и, услышав тяжелый вздох, до меня дошло, что дело плохо. — Можешь даже не говорить своё имя, я и так его знаю. Я Гертруда — старшая горничная в этом особняке, ты теперь горничная семьи Эйдриан и должна выполнять все обязанности горничной и приказы членов семьи Эйдриан. Ты поняла меня? — её голос был такой монотонный, не грубый и не злой. Наверное, она говорит так, чтобы не напугать меня — ну, я так надеюсь. — Да, мэм, я всё поняла. И после моих слов она повела меня в одну большую комнату, где было аж 30 кроватей и столько же тумбочек. — Это теперь твоя кровать, — она указала мне на кровать, на которой лежала моя форма, — подъём у нас в 5 утра,затем завтрак и потом работа по особняку. Так как я старшая горничная, то я несу за тебя ответственность, пока ты не освоишься. Надеюсь, это будет быстро. — Я постараюсь как можно быстрее освоиться, чтобы не быть грузом на ваших плечах, — ответила я очень уверенно, но в свой адрес увидела лишь усмешку на её лице. — Переодевайся и жди, когда тебе дадут задание. Ясно? Увидев мой кивок, она быстро покинула комнату.       «В книге горничной по имени Элизабет даже не было, значит, после моего появления поменялся немного сюжет. Значит, я могу, всё-таки всё исправить и спасти Калеба. УРА!» Настроение поднялось до небес, и грустные мысли быстро улетучились прочь. Одежда горничной была мне в пору, прямо как на меня сшили, осталось только убрать волосы в хвост, повезло, что в комнате есть зеркало — небольшое, но есть. Подойдя к нему, я сразу увидела своё новое тело: ярко-красные волосы, зелёные "как изумруд" глаза, немного бледноватая кожа и цвета персика губы. — А неплохо даже. По сравнению с моей прошлой внешностью, я просто красотка. Я широко улыбнулась и, когда заплела волосы в конский хвост, пошла быстро на выход, перед этим надев белый ободок. Но не успела я выйти, как ко мне подошла одна из местных служанок, смотрела она на меня презренно и высокомерно, это до жути бесило, но я не могла ничего сделать в данный момент. — Эй, новенькая, Гертруда сказала передать тебе, чтобы ты шла убираться в спальне молодого господина, и поживее, пока он не пришёл. — Хорошо, я поняла. Но можешь показать, где находится комната молодого господина? Я же как-никак новенькая и ничего пока не знаю. Ложь. Конечно, я знала хорошо строение особняка этой семьи, но мне нельзя палиться, иначе заподозрят ещё в чём нибудь — Тц… От тебя лишь одни проблемы, пошли и быстрее, не заставляй меня, горничную, которая работает тут дольше тебя, тратить на тебя много времени, — ответила она грубовато. Перед тем, как идти в комнату Калеба, она показала, где лежат все принадлежности, и только потом уже показала дверь в комнату и ушла. «Удачи мне…» Сделав глубокий вдох и выдох, я медленно открыла большую чёрную дверь и через минуту оказалась в просторной и богатой обставленной спальне. «В моих мыслях я представляла комнату немного по-другому, но тут так красиво». Чёрные обои идеально сочетались с золотой и белой мебелью. Когда я вспомнила об уборке, то стала аккуратно убираться, стараясь ничего не разбить. Но вот очередь дошла до кровати. Сама кровать была спрятана за чёрными занавесками, и, когда я отодвинула её, то моему взору показался спящий в кровати брюнет или проще хозяин этой комнаты. «Чёрт, если он проснётся сейчас, то устроит мне казнь, но он такой красивый… Так соберись и быстрее вали». Паника охватила моё тело, и, когда я хотела убежать из данной комнаты, в миг моё тело стало падать, и сверху стало нависать полуголое тело брюнета, его золотые глаза просто прожигали во мне дырку. — Я же приказал не приходить сюда, тупая или что? — возмутился он, смотря на меня злым взглядом. Было до жути страшно, ведь когда его не слушают, он становится злым, как голодный лев. — П… простите К… молодой господин, я… я только прибыла сюда и не знала, что вы здесь… — я пыталась всячески оправдаться, хотя формально мне сказали, что этой тушки нету в комнате. Если бы я знала, то не пришла бы сюда вообще. Еще минут пять он смотрел на меня прожигающим взглядом и потом просто силой выкинул из комнаты, сказав напоследок: — Пусть Гертруда придёт сюда со служанкой. Перед моим лицом громко закрылась дверь. — Это было очень страшно… Мамочка, роди меня обратно, — лишь тихо сказала я и пошла искать старшую горничную.       Когда слова молодого господина были переданы Гертруде, та пришла в комнату господина с ещё одной горничной. И последнее, что я слышала это смачный удар — пощечины или что-то в этом духе.