Счастье в мелочах

       Впервые за неделю по-настоящему яркие солнечные лучики заливали весь школьный двор, заставляя всех студентов с охотой вылезать с учебниками и домашними работами на тёплую улицу. Лужайка была просто забита разговаривающими парнями и девушками. Все радовались долгожданной весенней погоде. Питер мило щурился на солнышко и оглядывался по сторонам, наблюдая за своими однокурсниками, его кропотливо выполненное на длинном пергаменте домашнее задание для профессора Стебль, лежало под тенью раскидистого дерева, а он сам удобно устроившись, наблюдал, радуясь приветливой погоде. Малая часть слизеринцев, которая рискнула выйти в столь солнечный день, отыскали небольшие крохи тени под деревьями и с ненавистью смотрели на других радующихся школьников, особенно им не прельщали пуффендуйцы, самый дружелюбный факультет среди остальных трёх. Ведь те радовались абсолютно всему, незаурядные оптимисты находили счастье в мелочах, чем несомненно раздражали скользких слизеринцев, живших в подземельях, и привыкших к темноте и сырости. Недолгие размышления Паркера, почему же слизеринцы такие буки, прервала громкая и яркая на фоне всех остальных гриффиндорка Эмджей. — Питер! О боги, Питер… ты НЕ поверишь, что я сделала!!! — она свалилась рядом с парнем на солнцем нагретую траву и часто дышала, пытаясь перевести дух. — Фуу боже, как я запыхалась! Короче, я… — её размышления прервал Малфой гордо вышагивающий в их сторону с таким лицом будто слизней на завтрак наелся. — Посмотрите кто это у нас тут… — он сделал многообещающую паузу, разыгрывая сцену перед всеми студентами, и продолжил не замечая горящих ненавистью глаз Мишель. — Грязнокровка Джонс и тупой дружелюбный фанатик Паркер, очень интересно. — Вали отсюда слизень, пока я не отдышалась, чтобы встать и заехать по твоей вонючей роже, — девушка скривила пухлые губы. — Не смей так говорить со мной, поганая грязнокровка! — прорычал мигом взбесившийся парень, волшебные палочки Крэбба и Гойла, что стояли по обе стороны Драко взметнулись вверх ожидая приказа, — ты верно забыла, кто такой мой отец, Джонс? — елейно протянул Малфой. Питер было попытался неловко подать голос и попросить прекратить их, но был остановлен грубым смешком Малфоя. — Что-что, нюнчик? Ты что-то хочешь сказать мне, малыш? — слизеринцы разразились громким хохотом, а Паркер стремительно покраснел, становясь цветом ровно таким же как и красная гриффиндорская мантия его подруги Эмджей. Девушка хотела уже подняться и как следует заавдить Малфоя, но на её плечо легла рука друга, и она самую малость умерила свой пыл. Слизень, похоже, хотел продолжить свои тупые издевательства над друзьями, как раздался голос, услышав который, Паркер облегчённо выдохнул и прикрыл глаза, изо всех сил сдерживая счастливую улыбку. — Так-так-так, Малфой, что это я вижу? Снова лезешь к тем, кто не может дать тебе отпор? — с развевающимися полами синей мантии к ним приближался лучший ученик факультета Когтевран и староста школы — Тони Старк. Малфой выпустил нервную ухмылку и напрягся, проблемы со старостой школы в его планы определённо не входили, но и бежать как крыса он не мог, все-таки чистокровный волшебник рода Малфоев, лучший ученик 5 курса по зельеварению… и далее далее далее. — Что ты, Старк, всего лишь разговориваю с нюнчиком и его подружкой… ничего примечательного, — Драко криво улыбнулся и отступил на шаг, заметив, как потемнел взгляд Старка. — Шёл бы ты отсюда, хорёк. Пока я, в лучшем случае баллы с тебя не снял за хамское поведение, а в худшем тебя не скинул в озеро связанным, — процедил когтевранец и изобразил такую же кривую улыбку, показывая насколько ему противно находиться рядом со слизеринцем. Малфой громко ухмыльнулся и, бросив прожигающий ненавистью взгляд на Паркера, взметнул полами изумрудной мантии и бросился прочь, Крэбб и Гойл как верные псы засеменили следом. Питер шумно выдохнул и поднял голову, чтобы посмотреть на своего защитника, Тони смотрел вслед Драко, сжимая побелевшими пальцами волшебную палочку, так и норовя пустить в слизня круциатусом, но, почувствовав на руке чью-то хватку, опустил палочку и присел рядом с Питером, тот держал его за руку смотря глазами оленёнка Бемби, в них читалось столько благодарности, что Тони задохнулся бы, если бы не поспешно втянул в себя воздух. Эмджей, давно привышкая к таким выкидонам друзей, фыркнула и поднялась оставляя их наедине. Те, как будто даже и не заметили её ухода, потому что не могли насладиться друг другом. Старк опустился рядом с Питером и притянул мальчика к себе в объятия, с удобством размещая его в ногах, а сам привалился спиной к дереву, закрывая глаза. — Клянусь богом, малыш… — Знаю, знаю, ты кинешь в него авадой даже не моргнув глазом. Я знаю, Тони, но ты же понимаешь, чем это для тебя обернётся, его папаша упечёт тебя в Азкабан, и мы ничего не сможем сделать… — Тони брезгливо поморщился, вспомнив отца Малфоя, такого же мерзкого гада, как и его сын. Его руки крепко прижимали к себе Питера, а носом он зарылся в шелковистые волосы мальчика, — Господи, ты так вкусно пахнешь. Питер засмущался, поглаживая грубые ладони Старка, своими нежными музыкальными пальчиками. Рядом с ним ему было невероятно легко, мгновенно забывались всякие Малфои, профессоры Снегги и им подобные змеи, рядом с Тони всегда было хорошо. Питер развернулся в крепких руках и оказался лицом к лицу с когтевранцем, ни минуты не колеблясь, мальчик утянул его в глубокий поцелуй, мгновенно порозовев щеками, всё же такие вольности давались ему пока что тяжело, пуффендуйцы народ романтичный, редко позволяют себе такое поведение, но с Тони почему-то хотелось именно так. Когтевранец, довольно мурлыкнув, притянул Питера к себе ещё ближе и начал остервенело вылизывать рот своего любовника. Казалось, Паркер вспыхнул и покрылся от ушей до кончиков пальцев ног румянцем, Тони с самодовольством шлёпнул парня по заднице и отстранился. — Ты как помидор, малыш, я уже переживаю, здоров ли ты? — с ухмылкой проговорил Старк. — На самом деле я правда заболел… — изменившись в лице пробормотал мальчик, и Тони нахмурился подцепив подбородок пуффендуйца пальцем, заставляя посмотреть на себя. — Питер? — мальчик молчал, а затем с солнечной улыбкой набросился на Тони и крепко обнял пыхтя куда-то в шею. — Заболел тобой, — Тони облегчённо выдыхая сжал Паркера в сильных объятиях. Питер задорно улыбался и думал, покуда они с Тони вместе и счастливы, никакие Малфои ему не испортят жизни. Поляну все также заливал солнечный свет, группы студентов увлечённо щебетали, обсуждая свои дела, уроки и новые сплетни. Тони и Питер, позабыв обо всем на свете, целовались под тенью дерева несомненно счастливые. А где-то вдалеке Баки наблюдал за ничего не замечающим милым заучкой Роджерсом, который, по подсчёту Барнса, учил уже сотый конспект по защите от тёмных искусств.