Крылья, уши... и хвосты.

      Никогда ещё в жизни Брюс Уэйн не чувствовал себя так глупо и унизительно…       В попытках остановить безумный план Рас’аль Гула, заключавшийся в том, чтобы повернуть историю вспять, ни Тёмный рыцарь, ни глава Лиги Убийц не учли характера последствий в виде смешения и искажения параллельных вселенных. И если процесс слияния удалось прервать, то последствия отката — энергии из разрушенной древней установки, — ударили по самому Брюсу!       И вот теперь он искал совета у Заттаны Заттары.  — А мне кажется, что тебе так больше идёт.       Брюс скрестил руки на груди. Не верит он, что в таком виде можно появиться на грядущем вечернем банкете в честь состоявшейся сделки Уэйн Энтерпрайзес.  — Да и потом, тебя не так уж и сложно отличить от Мэн-Бэта.       Брюс фыркнул, а уши, длинные, округлые и пушистые, прижались к голове.  — Ты прекрасно понимаешь, что это, — распростёр он резко руки, к которым прирос плащ, превращённый в кожаные перепонки крыльев, — затрудняет погоню за преступниками.       Да, вы всё прекрасно поняли: Бэтмен полностью стал соответствовать своему названию.       Руки-крылья, похожие на сморщенный зонт, норовили зацепиться за полку или рычаг в ненужный момент. Но при этом защищали от косо идущих ударов ножей или траекторий полёта пуль, оставлявших сетку царапин и шрамов, что были лишь на пару тонов светлее. А что хуже всего, они позволяли летать, и физика данного акта оставалась загадкой.       Кевлар врос в кожу мгновенно, без боли, лишь обжёг на секунду. Концы пальцев перчаток увенчались заострёнными когтями, режущими стекло, как бумагу; ноги также не избежали своей участи, они верой и правдой держали тело на весу, сжимая завидной хваткой каменные балки. Походка стала по-звериному изящной и бесшумной.       От голеней до шеи сквозь каждую чешуйку пластин прорезался густой пух и волос, варьирующийся от смоляного в плечах и шее до сивого на ногах; плавный изгиб лодыжек в обрамлении широких разрезов, сужающихся к началу бёдер, манил взгляд, а шерсть на плечах формировала наплечники, придающие фигуре бо́льшей внушительности.       Символ летучей мыши выделялся блестящим твёрдым клеймом, пояс претерпел модификационные изменения. На маскировку это пагубно не повлияло.       Увы, Брюс не в силах оценить произошедшие с ним изменения. Это вовсе не красиво, а отвратительно! Он человек, а не диковинная зверушка, которую можно показывать в зоопарке или использовать в лабораторных экспериментах. Он решительно не понимал, что фокусница находит в нём красивого. Он ужасен…  — Прошу, как друга: помоги мне от этого избавиться. Я хочу вернуть свой прежний облик.       Он ужасен… он — опасен, пока находится в таком состоянии. Особенно опасны когти, которые легко могут вспороть горло или живот незадачливому преступнику. Гордон лишь из уважения не пытается наслать на него отряд захвата, как это делает Буллок. Барбара говорит, что ему нужно как можно скорее исправить это. Ни Робин, ни Найтвинг пока ещё не знают о произошедшем с их наставником. А врагам тем более знать о произошедшей неприятности с Тёмным Рыцарем знать не положено!       Брюсу нужно всё, что угодно, чтобы развеять бурю тревоги на сердце. Наука не помогла Тёмному Рыцарю, усилившиеся органы чувств только усугубили его способность трезво оценивать ситуацию. Это он понял, когда осознал, что ориентировался в пещере, совсем забыв включить свет. Только спустившийся по лифту Альфред сообщил о внезапном скачке напряжения, подав питание из резервных источников, которыми служили запасные генераторы. — Тогда как ты?..  — Я услышал слабые щелчки, сэр.       Да, мужчина не замечал, что намеренно щёлкал языком, через определённые промежутки времени. Запись круглосуточно работающих, в том числе в ночном режиме, камер наблюдения в Бэт-пещере стали неоспоримым фактом. И при этом, когда включился свет, он не проявил признаков светобоязни, что породило новые вопросы. Что он теперь такое?  — Или хотя бы остановить этот процесс… — голос подавлено сорвался с губ бывшего плэйбоя, который снял с себя маску. Лицо Брюса осталось прежним, достойным обложек журнала. Лишь выдающиеся клыки и плюшевые уши выделялись на суровом профиле. — Я не могу оставаться оборотнем до конца своих дней.       Потомку Уэйнов необходимо держать маску перед людьми Готема, чтобы и дальше поддерживать свою деятельность мстителя. Нельзя, чтобы такой его вид стал известен обществу, это может повлечь за собой непредсказуемые последствия. — На молодёжном языке это называется «Фурри», — усмехнулись в ответ. Брюс ощерился. — Не спорь. В некоторых кругах Фурри-фетиш практикуется вполне легально. Не без помощи твоей корпорации, конечно.       То есть подобное извращение используется за счёт его денег?! Это она хочет сказать?       Да его чуть не застрелили автоматной очередью из-под прожектора вертолёта! А люди теперь пугались его не меньше, чем Готемских фриков, и убегали прочь. Он не мог смотреть им в глаза. Он пугает их вместо того, чтобы дать надежду. Готем отрёкся от Тёмного Рыцаря…  — Ладно, давай посмотрим, что можно сделать…

***

      Не помогло.       Сил фокусницы не хватило, чтобы снять проклятье. Так окрестил это явление Бэтмен. Адаптироваться к новому телу будет трудно. Люди рано или поздно узнают, что стало со знаменитым миллиардером Готема. Альфреду и всей Бэт-семье придётся принять последствия внезапных перемен. Но, перед тем как окончательно перевернуть последнюю страницу жизни крестоносца в плаще, Бэтмену предстоит закончить последнее дело.       Джокер снова сбежал из Аркхема, но что удивительно, без жертв со стороны персонала. Врачи утверждали, что клоун проявил нетипичное для него поведение: не пытался привлечь к себе внимание, не останавливал их попытки позвать на помощь. Вот только охрана не успевала банально схватить психа сразу на месте. Не только потому, что он их калечил. Его вообще не видели!       Камеры показывали буквально детские трюки с осмотренными шкафчиками, откуда выглядывал безумец, едва люди уходили на достаточное расстояние. Фокус с двойными стенками в ящике, даже пятилетка знает о нём. Так какого чёрта персонал проявил столь запредельное слабоумие?!       Или Аркхем наглядно не показывал своей компетенции в плане выполнения своих прямых обязанностей, или клоун заранее приготовил свой побег столь сложным исполнением такого простенького плана. Бэтмен больше склонялся ко второму. «Знаешь, как обвести вокруг пальца величайшего в мире детектива?» — эту прощупанную до дыр фразу Брюс услышал в своей голове. — «Спрячь отгадку на самом видном месте и наблюдай».       На самом видном месте…       Догадка пронзила Уэйна, едва он вспомнил лукавый взгляд шута прямо в камеру. Джокер не говорил с ним, он показывал ему, что он задумал!!! Но почему нет убитых? Это точно ловушка.       Значит, его надо искать в последнем месте поимки зеленоволосого паяца. Бэтмен полетел в сторону заморозившего свою деятельность завода по производству мягких детских игрушек.

***

      Помещение тёмное, огромное и пустое. Как сцена. Работали рождественские гирлянды, отдавая умиротворённым прозрачным шёлком на изрисованные фиолетовым и зелёным стены. И в столь широком и превосходном поле обзора не наблюдалось ни наёмников в клоунской маске, ни Харли Квинн, мерзким голоском кричащей поторапливаться в приготовлении к встрече с её Пудингом. Брюс поморщился от отвращения.       Он любил пудинг и не любил Харли.       Мститель сидел на балке под потолком, выжидая виновника торжества, как выжидают самые преданные поклонники горячо любимого ими актёра. Эта ассоциация никак не могла не зацепить холодный рассудок Брюса, который замер, борясь с ней, вместо того чтобы спуститься вниз и начать искать улики.       Ближе к центру, перед возвышающейся грудой ящиков, стоял белый столик. Он манил ароматом из лежащей на нём коробкой с дымящейся свежей пиццей. Пары кусочков уже не было, а стоящая рядом коробка с яблочно-виноградным соком была открыта. Значит, хозяин прибыл совсем недавно и отлучился буквально на пять минут. «Пеперрони, Карбонара и Классическая,» — такое амбре передал чуткий нос Уэйну. Увы, в поместье подобное «блюдо» не приветствовалось в силу своей вредности для организма, хотя это и не мешало тайком делать заказ прямо на работе. Отмазка в виде предоставления другого лица-заказчика работала, а потому окупалась частью пиццы для работников Уэйн Энтерпрайзес. Директору доставалось лишь пара кусочков, но ему они дарили желанное блаженство. И Брюс прикрыл глаза: он почти соблазнился столь предательски свежей закуской и был уже готов разжать когти на ногах, чтобы спуститься к ней, как дёрнувшееся ухо засекло торопливый топот… мокрых ног?       Блестевшие в тени глаза, комично округлившись, поймали белую фигурку клоуна с обернутым на бёдрах полотенцем. Брюс моргнул. Ещё раз. Джокер ерошил мокрые зелёные волосы, зевая на ходу.       Нет. Мир определённо не станет прежним.       Потому что Брюсу нравится аромат клоуна. Он всегда пах яблоками. Брюс облизнулся и сглотнул. Самообладание таяло на глазах, где отражалось жемчужное тело.       Капли стекали с плеч по обнажённой спине, пёстрой от синяков и ссадин. Запах крови и химикатов ощущался за километры, Бэтмен еле сдержался, чтобы не фыркнуть. Он ощерился — мокрый загривок вполне достоин его зубов.       Внезапно клоун отбрасывает полотенце, как ненужную тряпку. Благо, чаяния Уэйна не оправдались: ходить, в чём мать родила, психопат не собирался. Он просто продолжил трапезу. Это выглядело так по-домашнему, что это отразилось на поведении наблюдателя.       Да ты что творишь, Брюс! Это же серийный убийца! Наверняка у него уже есть заложники, а вместо того, чтобы налететь, сбить его с ног и выбивать информацию, ты просто прихорашиваешься?! Увы, столь громкие мысли упорно игнорировались торчащими из дополнительных прорезей маски ушами, которые заняты умыванием.       Тем временем Джокер, набросив любимый фиолетовый плащ на обнажённое тело, включил радио, откуда полился вальс. И он поплыл следом за ним. Разворот, шаг, разворот. Завораживало не хуже, чем приставленный к горлу нож.       Бэтмен, пользуясь моментом, когда шут скрылся за ящиками, плавно спустился на площадку. Когтистые ноги мягко ступали по бетону, по направлению к столу. Здесь было чисто, что и было подозрительно.       Внезапно воздух зазвенел над ухом. Брюс резко развернулся, хватая руку с ножом. Выбил его парой ударов по корпусу и отбросил нападавшего. Воздух разрезал сумасшедший смех.  — Бэтс! — оскалил в улыбке зубы Джокер. — Ты слишком рано сегодня. Решил превзойти самого себя? Так я скажу тебе: прыгнуть выше головы никак нельзя.       Зарычав, мститель оттолкнул безумца от себя. Тот с хохотом упал на спину:  — Только гляньте, какой недотрога!       Ярость бурлила в крови, но он не решался выйти из тени. Сумасшедший слишком юркий, чтобы его достали бэттаранги.  — Повторять не буду: что ты задумал?! — ступил он на шаг вперёд. Всего один шаг.       Клоун перевернулся на бок. Движения его были не то, что вялые, но Бэтмен почувствовал какую-то перемену. Неужели он так просто сдался?  — Ты уж прости, но сейчас я не хочу с тобой играть.       Нет, дело вовсе не в… в чём? Бэтмен сжал зубы. Нужно пересилить себя. Ради Готема. Ради его безопасности.  — Тогда зачем?  — Зачем что? — встрепенулся Джокер. Он сощурено всматривался в чёрный силуэт перед собой. Почему от него держатся на расстоянии? Обычно его уже вжимали в стену за горло. Эти пальцы, что пережимали доступ к кислороду… ничто не нравилось больше, чем это.  — Зачем сбежал из Аркхема? — наступал Бэтмен.  — Ты же знаешь, там скучно.       Джокер прохромал к столу и протянул руку к джойстику. Вальс стал тише.  — И всё же, зачем ты…  — А, так ты об этих очкастых букашках? — усмехнулся псих. — Ну, оставил я их в живых, и что? — он развернулся, облокачиваясь поясницей о пластиковый край. — Ты же знаешь, я могу это в любой момент исправить, — на ответное рычание он поднял ладони. — Не злись, дорогой, я же всё-таки их не убил.  — Но мог! — прорычал Уэйн. Лишь бы он не узнал звериные нотки…  — Но факт есть факт: они живы, как ты того и хотел. Или ты хочешь мне солгать, чтобы дать себе повод вернуть меня туда? — зелёные глаза сощурились. — Это грубо.       Брюс разжал кулаки и глубоко вздохнул. Да, Джокер не был пойман на горячем, возвращать его в Аркхем было не за что.  — Слушай, — скучающе протянул Джокер, — ещё не придумал игры для тебя, так что можешь уходить, — он небрежно махнул рукой, отвернулся, чтобы вернуться к закуске, пока она не до конца потеряла вкус уже остывшей.       Мститель замер. Такого он не ожидал. Нет, конечно, он пару раз заставал клоуна за разработкой своих извращённых фантазий и даже тогда Джокер не нарушал закон в открытую. А сейчас мало того, что псих ничего не задумал, так ещё и прогоняет! В груди взбурлило негодование, тут же осевшее облегчением в лёгкие. Совокупность его слов и вещдоков говорят об одном: маниакальная сторона безумца растворилась паром. Она могла вернуться в любой момент и Бэтмену предстояло предотвратить новый приступ психоза.       Но Джокер сейчас проявлял поразительное спокойствие, отчего сердце под кевларом забилось ноющей тревогой. Мышиные уши жадно поглощали мерный шум тока крови под белой кожей.       Джокер чуть не подавился соком, когда почувствовал сквозь ткань плаща сильную ладонь.  — Спасибо.       Нет, это выходило за все рамки понимания клоуна. Слово. Интонация в голосе. Та же крепкая хватка кевлара. Почему её форма… отличается?! Он хотел было развернуться, как эта же ладонь резко вжала его лицом в стол, а другая отдалась тяжестью на талии.  — Ха-ха! Меня всегда поражала твоя настойчивость, — зажмурился он. Ах, сожми сильнее, Тёмный Рыцарь! Только не отпускай! — Но… ты сегодня превзошёл сам себя, — последние слова вырвались невольно. Обычно Джокер не импровизировал, но нечто твёрдое с острым концом, давящее на скулу, спровоцировало высказать вслух свою мысль. Это не похоже на кевлар, он будто…       Джокер приоткрыл глаза.       Остриё выходило не из перчатки, а из кожной складки!  — Значит, это правда, — он гаденько захихикал, что заставило Брюса внутри съёжиться. — Не надо смущаться, Бэтси. Тебе правда очень идёт.  — Так ты знал?.. — осознание оголило душу Уэйна, выбило из колеи. Он убрал руки от тела клоуна.  — Ну, необязательно что-то выискивать… — мужчина выглянул из-за плеча. Оскал стал шире. — Надо просто знать. А я знаю тебя, как облупленного, Бэтс.       Когти сжались в кулаки, но Брюс не решился их направить против Джокера, а опустил их. Самообладание давно скатилось к чёрту. Животная сторона тоскливо пищала, требуя выпустить всё отчаяние. Потому что ничего не сходилось, ничего!       Нет заложников. Нет состава преступления. Какая тут игра безумного?! Никакой.       Готем в безопасности.       Тогда почему Брюса изнутри колотит?       Медленно заклацали по металлу когти.  — Бэтс? — Джокер внимательно следил за своим врагом. — Ты куда это собрался?! — возмутился он. Нет, его Бэтмен не должен его игнорировать! Он хотел только достать нож, как оппонент резко развернулся к стене и застыл на месте. Псих передумал нападать. Ему не понравилась такая реакция. — Бэтс, что ты.?       Когтистые пальцы впились в метал и начали медленно его раздирать, спускаясь ниже и ниже. Воздух огласил затравленный вой. У клоуна расширились глаза — такой реакции он не ожидал. А Бэтмен замолк и опустился на колени. Он отрёкся от дома — ему некуда возвращаться. Он отрёкся от города — его уже не ждут. И теперь он отрёкся от маски — он больше не может игнорировать правду.       Лампочки замигали и стали ярче. Джокер смог получше разглядеть Бэтмена. Спина напряжённо вздымалась, перепонки крыльев распластались по полу. Ушастая голова уткнулась в согнутые локти. Клоун почти бесшумно подошёл ближе.       Брюс пришёл в себя лишь когда вздрогнул от зарывшихся в шерсть пальцев. Джокер прошёлся руками вверх, к загривку.  — Что ты?.. — тело против воли выгнулось навстречу ласке. — Прекрати! — он быстро схватил чужие руки. Испугался такой чуткости.  — Ты знаешь, я всё-таки придумал новую игру, — Джокер наклонился к лицу Бэтмена. Дыхание обожгло кожу от скулы до уха. Бэтмен сжал руки до угрожающего треска. — Брось, ты уже всё понял.  — Если ты кого-нибудь убьёшь…       Ему в ответ лишь усмехнулись.  — Неужели тебе мало Аркхема? — Брюс снова сорвался. Опрокинул безумца, схватив за горло. — Ведь не в них же дело, а в тебе! — он блаженно закатил глаза.  — Перестань так делать!  — Делать что? — белые руки обхватили запястья, сначала пройдясь вверх по локтям обратно, а затем придавить их крепче к своему горлу.       Тело клоуна полностью расслабленно под ним. Зверь внутри настойчиво тянется к ласковым рукам. Но Брюс боится. Он боится влияния Джокера, боится, что паяцу, докопавшемуся до его слабостей, наскучит такая начинка и он прервёт существование и миллиардера, и крестоносца. И потому отпрыгнул назад. Зря — он только раззадорил Джокера.  — Ну, куда же ты, сладкий? Тебе же нравится, зачем отрицать очевидное? — клоун протягивал к нему открытые ладони. Без перчаток, без кнопки с электрическим током или ядом. Зрачки в зелёных глазах расширены. Улыбка потеряла свою кровожадность.       Настал тот момент, когда Бэтмен по-настоящему испугался Джокера. Не одержимого им маньяка и убийцу, а оголодавшего до нежности и источавшего тепло и уют существа. Бэтмен создан сражаться, но его никто не научил принимать благодарность и признательность. А Брюс с той трагедии так и остался ребёнком, замерзающим от горя потери в переулке, который за много лет забыл, что такое настоящая ласка и доброта.       В груди забился пушистый кожаный комочек. Звериная натура, которую Бэтмен считал кровожадной хищной тварью, оказалась маленькой, пищащей летучей мышью, отчаянно ищущей тепла. Такого диссонанса Бэтмен не смог потерпеть. Он искал выход, но не смотрел по сторонам, а потому оступился и ударился о ящики. Клоун воспользовался замешательством и запрыгнул на спину Бэт-Фурри, который в ответ неуклюже захлопал крыльями в попытке взлететь. Но он не мог позволить себе навредить Джокеру потому они оба заметались по пустому залу. Джокер обхватил его всеми конечностями и смеялся, а Бэтмен возмущённо отбивался и ворчал. Бесполезно. Клоун вцепился в него не хуже клеща.       Через пару минут Брюс упал на пол лицом вниз.  — Отпусти.  — Неа, — Джокер двигался на нём, как бы создавая «ангела», только из шерсти, а не снега.  — Отпусти, Джокер! — он заскрёб когтями пол перед собой, едва пальцы шута прошлись по загривку. — Нррх…  — После того, что между нами происходит сейчас? — прошептали над его ухом. — Я же вижу, что ты изменился.  — Это только снаружи…  — Это не та шутка, дорогой, — Джокер взъерошил мех за ухом. Брюс прикрыл глаза. — Ты не можешь показаться людям в таком виде. Тебя просто не примут.       Брюс почувствовал раздражение. Джокер всегда констатирует очевидные вещи.  — Да, ты прав! Некуда…  — Это значит?..  — Если тебе этого мало, чтобы сделать мне больно — давай! — оскалился Брюс. — Закончим всё это… ты у нас в этом мастер.       Тишина. Лишний вес со спины исчез. Джокер сделал пару шагов, чтобы повернуться и сесть перед любимым им врагом.  — Бэтси… — Бэтмен заворчал, уткнувшись носом в пол. — Мы танцуем так долго, что я совсем не ожидал такой смены стиля. Но мне понравилось, —Джокер заметил, как заинтересованно дёрнулись живые бэт-ушки. — Ты так долго наказывал меня за каждую пролитую кровь этих несчастных жителей Готема, столько раз говорил о своём правиле… но ничего не менялось. И тут я подумал: почему бы не пойти методом от противного? Клин клином вышибают, так ведь говорят в народе?       Его сердце замерло на мгновение. Мгновение, схватившее тихий смех Тёмного Рыцаря.  — Значит, — Брюс поднял голову, — ты всё-таки это спланировал.  — Конечно, мой глупый мышонок, — улыбнулся добродушно Клоун-Принц. И Бэтмену меньше всего верилось, что эта улыбка театрально наигранная. — И если бы ты включил свои мышиные мозги, — он костяшками пальцев легонько постучал по кевларовой маске, — то понял бы, что я просто воспользовался корпоративом в честь юбилея открытия нашей старой-добренькой психушки.  — А поскольку ты, как всегда, не обедал, — ухмыльнулся Уэйн, окидывая взглядом тощую фигуру под плащом, — по пути сжевал только пару пирожных, а по пути сюда заказал пиццу, угрожая пекарю.  — А это ты откуда знаешь? — удивился Джокер.  — Пицца-пекарня в квартале отсюда. Так что я просто отследил тебя по запаху, — постучал когтем новорождённый Фурри по носу.       Джокер захохотал, скатившись на бок.  — А вот это та самая шутка, которую я ожидал от тебя услышать!  — И ты удивлён? — Брюс поднялся на локтях, чтобы лучше разглядеть реакцию шута.  — Я рад, дорогой, — Джокер обхватил лицо Бэтмена в ладони. — Я безумно рад, — он прижался к губам напротив своими. И Брюс впустил его, впустил тепло в замёрзшую душу. Зверёк заёрзал под кожей, раскрыл крылышки и затих.       Бэтмен притянул тощее тело к себе одной рукой за талию, а другой укрывая крылом. Чужие бёдра прижались к его торсу, а руки зарылись в грудной мех, обвели символ летучей мыши. Под бледной ладонью быстро билось сердце. Да, Джокер был очень жадный до внимания. Его внимания. А потому отдавал всего себя.  — Я столько для тебя сделал… а ты это увидел только сейчас! — разорвав поцелуй, Джокер дразняще облизнулся. — Не думай, что тебе сойдёт это с рук.       Да, стояк, зажатый между телами, трудно игнорировать.  — Нет, я только сейчас вижу, что ты небезнадёжен, — в открытую ухмыльнулся Брюс, сжимая в когтях талию Джокера.  — Тах, ты! Аах!.. — паяц выгнулся навстречу руке, проскользившей по спине вверх, а потом схватившей за загривок. — Сильнее! Не сдерживайся…       Бледные тонкие пальцы вновь нырнули в нагрудный мех, жадно обхватывая мышцы под ним, а когда зубы сомкнулись на шее, обхватили плюшевые уши…

***

      Неизвестно, как долго будет длиться их рай. Уже настал рассвет, а они смеются, обсуждая новости за коробкой пиццы и пакетом сока. Звонивший Альфред сообщил, что информация дошла до Дэмиана и Дика, и оба решительно настроились на поиске лекарства. Аркхем безмолвствовал: заметит он исчезновение Джокера только спустя неделю, если не больше. Другие злодеи были больше заинтересованы в наставшей тишине, в которой они могут перебрать свои мысли и разложить их по полочкам.       Брюс полюбил яблочный пудинг. А Джей — расчёсывание щёткой густой шерсти под мерное тиканье часов.