Приложением к любви идут животные

Антону не хотелось переезжать. Ему очень нравилась квартира, которую ему почти что отжал Позов. Хозяйка уезжала куда-то на юга, ей нужен был срочно квартирант за смешные деньги, чтобы просто кто-то жил, следил, ну и копейка капала. Тогда Шастун занимал комнату у Позовых, каждый день думая, что это неудобно и нужно переехать. Димка был знаком с хозяйкой по работе, свёл их. Разговор был сумбурный в аэропорту, когда та сидела на чемоданах, а Антон спешно подписывал договор на коленке. Татьяна была против животных, но Тоша состроил такую несчастную моську, что та уступила – ну кот и кот, не крокодил. Прошло полтора года, и ему необходимо сваливать, потому что хозяйка нашла где-то в Турции-Шмурции жениха и тащит его в Москву. Дом был не старше десяти лет, район потрясающий: два стадиона рядом, огромный торговый центр, где было всё необходимое, плюс станция метро в шаговой доступности. Пришлось смириться и искать им с Люком новое жильё. Вариантов море, но как-то ничего не цепляло. Позов подключился к поиску. Катя обмолвилась, что у парня её подруги родители сдают квартиру, двушку, на юго-западе Москвы, от метро минут десять, и вот-вот ремонт закончится. Антон печально выдохнул, подумав, что хоть не за МКАДом, и на том спасибо, - поехал смотреть хату. Район был зелёный, родители этого парня подруги милые. - Вы, Антон, не переживайте, - частила хозяйка, - у нас соседи мирные, отзывчивые, помогут, если надо, только на девятом этаже алкоголик живёт, но Вы его не услышите. Шастун кивнул, осматривая помещение. - У меня кот есть, это ничего? – спросил тот. - Животные допускаются, - кивнул мужчина, - у нас половина подъезда собачников. Парень улыбнулся. В принципе, ему всё понравилось: квартира, хозяева, сумма и расположение. Они предупредили, что завтра будут травить клопов и тараканов, поэтому Антону придётся чуть подождать: оказалось, на Юго-Западе Москвы – это прямо эпидемия. Шастун вновь вздохнул, думая о треклятой Татьяне, которая не могла, что ли, в Хренурции остаться. Когда они вышли из подъезда, над головой, низко-низко, пронёсся самолёт. - Аэропорт, - пожал плечами мужчина, - привыкнете. - Так до него же далеко, - недоумённо. - Некоторые над районом петлю делают, - женщина улыбнулась. Они договорились о дате переезда, отдали один комплект ключей и сели в автомобиль, предложив подвезти парня до метро. Тот отказался, решив пройтись. Его длинные ноги донесли его до станции за семь минут - это радовало. Пока он шёл, то приметил два магазина с разных сторон, плюс «Красное и Белое» тоже имелось, ну а у метро вообще инфраструктура развита, что уж там – и рестораны, и пивнухи, и зоомагазины. Антон подумал, что это не такой уж и поганый период в его жизни, ну пришлось переехать, свыкнется. В назначенную дату Тоша взял каршеринг, погрузил туда пожитки, Люка в переноске и поехал к новому жилищу. Хозяева помогли ему всё перетаскать, на кухоньке подписали договор, обсудив все нюансы, отдали второй комплект ключей и удалились. Шастун выпустил Люка, понаблюдав за ним. Кот пошастал, вернувшись к хозяину, запрыгнул на колени и унялся. - Ничего, обживёмся, - улыбнулся Антон. Он раскладывал вещи, совсем забыв о том, что еды-то у него почти нет: крупы только да специи. Пришлось одеваться и идти в ближайший магазин, который ещё работал. Выйдя из подъезда и завернув за угол, он увидел двух собачников: одна девчушка, кутаясь в пухлую куртку, почти как у самого Антона, выгуливала кого-то похожего на лабрадора. С другой стороны стоял мужчина-парень, издали было не понять, зябко подрагивая, потому что ума хватило кожанку напялить в минусовую температуру, да плюс и джинсы были с прорезями на коленях - идиот. Рядом с ним, семеня лапками, бежала такса. Конечно, в темноте можно было перепутать, но Антон был уверен, что такая «сосиска» в природе только одна. Он хмыкнул, пересекая двор. В магазине народу было что-то очень уж много. Антон взял пельмени, салат и пару бутылок пива, решив, что полежит у телевизора, который в квартире имелся неплохого такого размера. Люку он взял пару пакетиков химозного влажного корма, от которого кота штырило похлеще валерьянки, и, расплатившись, пошёл домой. Во дворе тусовались уже другие собачники, собравшись в группу. Несколько собак гонялись друг за другом. Антон улыбнулся, подумав, что сам бы завёл пса, если бы времени было больше. Да и непонятно, вдруг Люк с ним не поладит, что тогда-то делать? Парень завернул за угол, почти впечатавшись в чужую спину, ругая себя за невнимательность. - Простите, - буркнул он, низко склонив голову. - Ничего страшного, - ответил ему приятный голос. Антон обошёл «преграду» по дуге, понимая, что это тот самый собачник в кожанке с таксой. Собака виляла хвостом, ткнувшись парню в кроссовок. Он улыбнулся, пройдя до двери, и услышал просьбу: - Придержите, пожалуйста. Антон прижал ключ к домофону, услышал характерный сигнал, открыл дверь и повернулся. В свете лампы ему удалось рассмотреть собачника... и зря он это сделал. Тот был объективно красивый. Из-под странной шапки торчали тёмные волосы, глаза были ясные, а ещё улыбка... приятная, но отточенная, как у актёров или моделей бывает. Мужчина посмотрел под ноги, ляпнув: - Ну давай, Батоша, домой, быстрее, не видишь, нас ждут. Такса посмотрела на хозяина как будто даже укоризненно, но засеменила в подъезд. Антон как стоял с пакетом наперевес, так и застыл, наблюдая за соседом. Он держал дверь, вылупившись на джинсы эти брендовые, на кожанку хоть утеплённую, но не по погоде, на лицо симметричное, симпатичное. Ох, блин. - Благодарю, - мужчина улыбнулся шире, глянув на парня. Они вошли в подъезд, тот подхватил «сардельку» на руки и выудил из кармана ключи. Антон прошёл к лифту и начал уговаривать себя не смотреть на задницу соседа, но проиграл сам себе. Тот остановился у двери с номером 145, делал всё не быстро, и слава богам лифт тоже не торопился. Мужчина открыл дверь, вошёл в квартиру, вытерев подошву ботинок о половик, повернулся, заметив, что за ним наблюдают, вновь улыбнулся и закрыл дверь. В ту же секунду подоспел и лифт. Антон иногда думал о красивом соседе, в основном, конечно, когда выходил из подъезда и неосознанно бросал взгляд на окна квартиры номер 145. Они не сталкивались, так как, видимо, графики не совпадали, только несколько раз, выходя на балкон покурить, Тоша видел его с таксой, и просто наблюдал, вдыхая дым, ни о чём не думая. Антон, возвращаясь с работы, мог видеть силуэт на кухне или отблески с экрана телевизора-компьютера. Ему хотелось бы придержать для него и его собаки дверь, увидеть улыбку и шикарный зад в классных джинсах, не без этого. Шастун жил уже две недели в новой квартире, поэтому пришла пора пригласить друзей в гости, устроить посиделки. По-хорошему, всем понравилось жильё. Было уже восемь, когда Позовы засобирались домой, как позвонили в звонок. Антон подумал, что они шумели, и соседи пришли качать права. Открыв дверь, он машинально преградил Люку дорогу ногой, и только тогда посмотрел на человека за порогом - увидел пожилую женщину, которая держала лист бумаги и ручку. - Добрый вечер, - поздоровался Антон, - чем могу помочь? - А где Слава с Викой? - Они тут не живут, - Шаст улыбнулся, понимая, что речь о хозяевах. – Что-то случилось, мне надо с ними связаться? - Нам тут решение из муниципалитета пришло, вот подписываем петицию, что не согласны. - Если не к спеху, я могу взять, попросить кого-нибудь из них приехать, а потом Вам отдать. - О, милый, будь добр, - женщина улыбнулась. – Меня Зоя Павловна зовут, я в сто пятьдесят первой квартире живу. - Хорошо, запомнил. Она кивнула и ушла к лифту. - Шаст, ну что там у тебя? – спросил из кухни Позов. Антон бросил взгляд на все номера квартир в подъезде и, конечно же, выцепил строчку, где стоял номер 145 – Попов Арсений Сергеевич. И подпись, где угадывалось «Арс» и дальше какая-то витиеватая закорючка. - Арсений, - выдохнул Тоша, улыбаясь. Он узнал, как его зовут. Да, конечно, это могла быть подпись собственника, и господин Попов не кто иной, как хозяин, а красивый сосед тоже снимает квартиру, лимита. Но что-то подсказывало Антону, что нет, собачник с таксой – это Арсений. По меньшей мере, ему это имя подходило. Антон столкнулся с собачником через три дня в подъезде. Тот закрывал квартиру, держа в руках собаку, говоря с кем-то по телефону. - Батон, - громко, - хватит елозить, сейчас отпущу, - он наклонился и поставил собаку на пол. – Неугомонное создание, - выдох. – Да он гулять хочет, а я задержался. Шастун замер у лестницы, наблюдая, как пёс пружиной скатился по ступенькам, подбежал к нему и стал обнюхивать. - Да я знаю, меня на работе тоже про день рождения спрашивают, а я устал так, что... – Арсений отвлёкся, видя, как Антон стоял изваянием и позволял себя нюхать. - Фу, - сказал грозно. – Прошу прощения, - мужчина улыбнулся мягко. – Да что на тебя сегодня нашло?! Антон прижался к стене, уступая место соседу. Тот открыл дверь, выпустил животное на улицу и вышел сам, продолжив разговор. Шастун поднялся, вызвал лифт и уставился на номер квартиры. В голове было пусто. Месяц прошёл, как Антон жил в новой квартире, и, наконец, к нему приехала Ира. Девушка задумчиво кивала, обходя помещение, одобрительно улыбалась, а потом, погладив друга по руке, сказала, что вариант им с Люком достался очень даже неплохой. Они развалились в большой комнате, Ира пила вино, а Тоха тянул пиво. Разговаривали о всяких мелочах и по очереди гладили кота. Время неумолимо стремилось к полуночи, Ира засобиралась, сказав, что скоро переходы в метро закроют. Шастун махнул рукой, вызывая ей такси – ничего, не обеднеет. Одевшись и спустившись вниз, они договаривались встретиться как-нибудь в будни, сходить в кино – эта страсть их объединяла. Такси приехало и перегородило въезд во двор. Сзади подъехал серебристый БМВ, ожидая. Антон посадил Иру в машину, она поцеловала его на прощание в щёку, пожелав спокойной ночи. Антон закрыл дверь и махнул рукой, сразу же доставая пачку сигарет. БМВ проехала вперёд и припарковалась почти в самом конце, где было одно свободное место, видимо, его. И из тачки вышел собачник. Он выглядел просто охрененно. Антон шёл к подъезду и замедлил шаг, понимая, что голову просто не может отвернуть. Тот был в плаще (в конце февраля – идиотина), в драных джинсах, уже без шапки, демонстрируя свою стильную причёску, ботинках мощных и очках. Те Шасту понравились особенно, было в них что-то такое, классное. - Привет, сосед, - поздоровался мужчина, улыбаясь. – Девушку провожал? – задал очевидный вопрос тот. Антон растерялся и просто кивнул, чуть дымом не подавившись. - Красивая она, как зовут? Как он мог рассмотреть её, темно же, хотя... свет фонаря, фар – ясно. - Ира, - прокряхтел Тоша, туша сигарету. Сосед подошёл к двери и открыл её, держа, дожидаясь парня. - Спасибо, - сипло. – Поздно уже, - Антон хотел хлопнуть себя по лбу, так как ничего умнее сказать не мог, - собака не гулянная? - Он у меня умный мальчик, - мужчина очень довольно улыбнулся, - терпит. Как-то шестнадцать часов без прогулки провёл, ничего, дождался, не нагадил. - Это хорошо. Тоха пошёл к лифту, который, сука, был всё ещё на первом этаже. - Это, - он сглотнул, - тогда хорошей прогулки. - Спасибо, а тебе спокойной ночи, - сосед открыл дверь квартиры и отсалютовал ключами. Послышался лай и цокот когтей. Дверь закрылась, Шастун вошёл в лифт. Ну хотя бы говорить начали. В начале марта Люку поплохело. Такое случалось, но не часто. Антон еле дождался субботы, чтобы загуглить ветеринарную клинику поблизости и отвезти кота туда. Мало ли что. Ближайшая его чем-то смутила. Там и отзывов было мало, и оценка так себе, поэтому Антон выбрал клинику чуть подальше, можно было от метро доехать на автобусе, но на его удачу в пяти минутах была свободная машина каршеринга. Он залил в себя кофе, упаковал себя и кота и вылетел из дома. Люк выглядел погано, мяукал, когда ходил в лоток, как-то вёл себя странно, хоть бы не помер раньше времени. Шастун припарковался и пулей полетел к дверям клиники. Он взялся за ручку двери и чуть не получил в лоб её ребром, потому что с той стороны кто-то с силой толкнул её от себя. На удивление, это был собачник. Антон ойкнул и отошёл на шаг. Тот выглядел бледным и грустным, держа в руках свою «сосиску», на соседа даже не посмотрев, промямлив: - Прошу прощения. Тут-то Тоха заметил серебристую БМВ у торца здания, в которую мужчина сел, погладил собаку и поставил на пассажирское кресло, пристегнувшись сам. Люк мяукнул. Антон опомнился и вошёл внутрь, думая, что же случилось такого с таксой, что вечно улыбающийся сосед выглядел так жалко? Шастун чувствовал себя сталкером. Он каждый день смотрел на окна квартиры номер 145, воображая, что же там делает красивый сосед и как там его собака. Они не сталкивались и не встречались, только молчаливое наблюдение за тёмной макушкой с балкона во время их прогулки с Батоном. Антон грустил, потому что ему хотелось бы вновь поговорить ни о чём с мужчиной, увидеть его улыбку. Эта странная симпатия должна была насторожить, но Шаст не придавал этому должного значения. Он одинок, ему нравятся мужчины, пусть и не все, но на соседа ментально вставало. Антон в очередной понедельник, направляясь на работу, придавленный со всех сторон в вагоне метро, думал, что если бы собачник был геем, он бы обратил внимание на Антона? Счёл бы его привлекательным? Чушь это всё, конечно, у такого человека должно быть по бабе в каждом районе, и обязательно разных: блондинок, брюнеток, рыжих – высоких и низких, кокетливых или властных – разнообразных. Существовала, конечно, вероятность, что он любитель мужского тела, но ничтожная. Антон предпочёл просто думать об этом и изредка поглядывать на окна, ну и чаще выходить на балкон курить. Он поделился своими переживаниями с Позовым, а тот сказал, что друг – дурак форменный, и у него недотрах. Допустимо, да, Антон был человеком неконфликтным, и спорить не стал. Не признаешься же приятелю, что сосед, с которым ты тремя словами обменялся, в мокром сне тебе приснился, и утром выходного дня ты в душе полировал свой хрен, прокручивая моменты сна. Ладно, если бы сосед был личностью известной, было не так стыдно. Тоша ощущал неловкость, понимая, что эти странности становятся всё страннее. Он хотел ещё раз поехать к ветеринару и невзначай спросить про таксу, но надобности не было: Люку установили мочекаменную болезнь в самой ранней стадии, лечение назначили и строго-настрого запретили баловать кота сырой рыбой. Ну дебил Шастун, любил он его сильно, вот и потакал скотинке, а оказалось, что чуть до могилы не довёл. Люк пропил нужный курс лекарств, больше у лотка не мяукал, кушал хорошо и выглядел нормально, а это был минус один повод к встрече с соседом или узнаванию хоть какой-то информации о нём. Ближе к концу марта Антон так отчаялся, что стоял у подъезда дольше положенного, куря, смотря на заветные окна. Иногда сосед мелькал в них, а порой они были темны. Шастун поздно вечером в субботу решил купить себе еды на воскресенье, чтобы провести с Люком тюлень-день за просмотром ситкома, как спускаясь всё ниже на лифте, уловил грохочущую музыку. Выйдя из кабины, он столкнулся с Зоей Павловной. - Здравствуйте, - сказал, криво улыбаясь. - Добрый вечер, - она вздохнула, смотря на дверь квартиры собачника. - А... – открыл рот парень, но его перебили. - У Арсения день рождения, пусть мальчик погуляет, - она качала головой, - хоть и поздно уже, хотя... Бабулька прошла к двери и остервенело нажала на звонок. Антон вышел из лифта, а то его чуть не придавило, и замер. Зоя Павловна начала стучать в дверь, и через минуты две ей открыл хмельного вида мужчина кавказской наружности. Женщина, видимо, при его виде спесь всю потеряла и спокойно выдала: - Через час сделайте музыку тише, молодые люди! – в приказном тоне. - Конечно-конечно, - с улыбкой. – Не переживайте, мы порядочные... Она не дослушала, почти что отпихнула Антона от лифта, нажала на кнопку и вошла внутрь кабины. Из квартиры орало так, что чуть уши не заложило. Шастун не знал, куда себя день: кавказец смотрел на него, тот смотрел на кавказца. - Ты тут живёшь? – спросил, пьяно икнув. Антон кивнул. - Сюда поди, - он махнул рукой и вошёл в квартиру, оставив дверь открытой. Шаст подумал, что это ему снится, но счёл себя не таким уж идиотом, чтобы отказываться. Внутри явно было много народу, так как на коврике грудой валялись пары обуви пришедших гостей. Антон почему-то до этого момента не задумывался, что у Арсения трёхкомнатная квартира. Именно из большой громыхала музыка и доносились большинство голосов. Антон повернулся в сторону кухни, заметив в небольшом пространстве пятерых. Именинника нигде не было. Из туалета вывалилась девушка, ойкнув, улыбнувшись ему, поправляя причёску. - Ты кто у нас такой? – пропела она нежно. - Я сосед, - пугливо. - Какие у Арса милые соседи живут, ух, - девушка вновь ойкнула и поспешила обратно в туалет. Кавказец шёл из большой комнаты на него горой, держа в руках пса. - Погуляй с Батоном по-братски, а то некому, - и всучил Антону «сардельку», рулетку и комбинезон, выдворяя за дверь. Парень не понял, как оказался в подъезде, хлопая ресницами, с открытым ртом, смотря на номер 145, с чужой собакой на руках. Он посмотрел на таксу, тот посмотрел на него с настороженностью, но не лаял. - Ну ладно, Батон, пошли гулять. Он присел на корточки, надел на длинное тельце комбинезон, прицепил к ошейнику конец рулетки и спустился по лестнице. Батон идти не хотел, оборачивался, но Антон ласково его упрашивал. - Давай, Батоша, тебе надо в туалет, - и подгонял. Пёс поддался, и как только оказался на улице, радостно засеменил своими лапками. Антон отказался от похода в магазин, посчитав, что не знает, как чужая собака отреагирует, если он её у входа оставит. - Слушай, - парень закурил, - мы с тобой почти тёзки, - хмыкнул. – Я Тоша, а ты Батоша, вот так совпадение, м? Пёс повернулся, высунул язык и только хвостом туда-сюда вилял. - У меня, кстати, кот есть, Люк зовут, надеюсь, вы когда-нибудь познакомитесь, - и вздохнул, - возможно, твой хозяин как-нибудь придёт ко мне на чашку чая. Батон притормозил у дерева и справил нужду. Антон посмотрел на мобильный. - Блин, а сколько с тобой гулять-то надо? Пёс шёл вперёд, игнорируя человека. Антон прикинул, что когда увидел Арсения с собакой впервые, то он шёл в магазин, так провёл минут двадцать, плюс дорога. Выходило где-то сорок-сорок пять минут. Рассудив, что Батон должен пописать и покакать, плюс чуть побегать, тогда Антон может его возвращать. - Ну, пробежимся, сосиска? – спросил он, щелчком выкидывая окурок. Антон медленно побежал. Батон офигел, но пасть раззявил и на своих коротких лапках побежал сам. Они пересекли двор, по дуге оббежали детскую площадку и притормозили. Снега уже не было, резко потеплело и всплыло говно, поэтому Батон облюбовал какую-то супер-лужу-ямку и насрал там. Антон подумал, что всё, можно и по домам. Они медленно шли, Шаст вновь закурил, сняв сторис, сказав, что выгуливает собаку «того самого соседа», и пусть не спрашивают, как так получилось. Естественно, мало кто знал о сталкерских наклонностях Шастуна, поэтому вопросы будут из серии: что ты скрываешь? какая нахрен собака с соседом? а Люка ты куда дел? Батон поспевал за его широким шагом, и уже вскоре они оказались у подъезда. Собака смешно поднималась по лестнице, и Антон с улыбкой за этим наблюдал. Он позвонил в звонок. Из-за двери продолжала грохотать музыка. Ни через минуту, ни через пять ему никто не открыл. - Так, - с опаской. – Приехали. Батон выжидательно присел, смотря на родную дверь. Антон позвонил ещё раз, а когда ему вновь не открыли, то постучал, но не так, как Зоя Павловна – всё-таки на часах было почти двенадцать. С другой стороны, чего бояться, если музыка такая громкая, что соседи всё равно не спят, но Шастун как-то не решился долбиться. Он нахмурился и вышел на улицу, Батон с неохотой последовал за ним. Камни в окна кидать не следовало, да и грязные они, а дотянуться и постучать – задача, так как на окнах были решётки. Хрень какая-то. Антон вновь вошёл в подъезд, опять позвонил в звонок и нарвался на игнор в который раз. Что делать, чёрт возьми? Батон начал носиться вокруг его ног, потом скрестись в дверь. Шаст предпринял очередную попытку, нажимая на звонок – ноль эмоций. - Ладно, - он выдохнул, - не бросать же тебя здесь. Подхватив собаку на руки, парень вызвал лифт и поехал к себе. Помолившись, чтобы Люк не закатил ему семейный скандал, Антон открыл дверь и намотал поводок на ручку, чтобы собака не рвалась по более или менее чистому полу своими говнистыми лапами. Кот выглянул из-за угла, подошёл к нежданному гостю и обнюхал. Батон заволновался, но молчал. Они не сцепились, и Тоша выдохнул. Он разулся и унёсся на поиски стикера или бумаги со скотчем. Найдя чек - ничего другого под руку не попало, - парень написал своё имя, номер квартиры и на всякий случай мобильный телефон, заверив, что Батон жив-здоров, и когда сосед протрезвеет и очухается, то пусть не пугается. Спустившись на первый этаж, Антон предпринял попытку вновь достучаться до тусовщиков, но его опять проигнорировали. Он сложил чек несколько раз и приклеил скотчем к двери, недалеко от ручки, чтобы точно взгляд упал на послание. Вздохнув, Шаст ушёл домой. Батон смиренно ждал своей участи. - Чёрт, а кормить тебя чем? Антон растерялся, понимая, что за собачьим кормом не пойдёт, так как на дворе ночь, и, возможно, псу сойдёт и кошачий. Люк сидел на стуле на кухне и наблюдал за мельтешением хозяина. Антон понимал, что кот недоволен. - Я тебе клянусь, - оправдывался перед Люком парень, - он у нас временно, - вытирая маленькие лапы, уговаривал тот животное, - завтра за ним придут, и мы вновь будем одни, обещаю! Кот зевнул. Батон лизнул Антона, а тот так обалдел, что отшатнулся и упал на задницу, а потом счастливо заулыбался. Он снял комбинезон, отстегнул поводок и стал наблюдать за действиями собаки. Тот прошёл на кухню, понюхал миску Люка, боязно попил, потом понёсся по коридору в комнату. Дверь в спальню была закрыта, поэтому он только обнюхал наличник, и вновь ушёл на кухню. Антон поковырялся в холодильнике, найдя одну сосиску, скормил псу. Тот сжевал её с удовольствием, виляя хвостом, смотрел выжидающе. - Сарделька, мне реально нечем тебя кормить, - он развёл руками. Люк спрыгнул со стула и ушёл на свою лежанку. Наверное, обиделся. Антон попил воды, пошёл умываться и уже готовиться ко сну. Животные вроде не были друг к другу агрессивны, поэтому он особо не переживал. Дверь в спальню закрывать не стал. В третьем часу ночи почувствовал, что кто-то скребётся. Антон сел, смотря на пса, который хотел к нему на кровать. - Ну ладно, - сказал ласково, беря длинное тело, - ложись, только Люку ничего не говори, а то ещё сильнее обидится. Они уснули вместе, а разбудила их настойчивая трель звонка. На часах было восемь утра. - Иуды, - выдал Шастун, зевая. Батон начал гонять по кровати, не в силах спрыгнуть с неё сам. Антон опустил его на пол, взяв домашние треники, натягивая на длинные ноги под неугомонный сигнал звонка. Пожар, что ли? Он взлохматил себе волосы, поправив растянутую футболку и пошёл открывать. На пороге стоял сосед. Он был, наверное, ещё чуть пьян, с гнездом на голове, помятый, как будто только от подушки оторвался, но в джинсах и пижонской рубашке, которая стоила, вероятно, как мобильный Антона. - Доброе утро, - протянул Тоша. Собачник вылупился на него, осмотрев с ног до головы, как рентген, будто бы пытался что-то узнать, а потом поморгал, отмерев. - О... – прочистил горло. – Моя собака, - сказал тихо, а потом присел на корточки. – Батоша, мальчик мой, иди к папе, - сказал громко, но ласково, что у Антона даже коленки задрожали. Из спальни, цокая, как долговязая торпеда, выбежал пёс, счастливо гавкая, виляя хвостом как заведённый. Он подбежал к хозяину и тут же встал на задние лапы, взобрался по джинсе, как по лиане, и стал лизать лицо. - Ну-ну, я дядю Серёжу отругал уже, что он тебя отдал не пойми кому... Антон сложил руки на груди и нахмурился. - Ой, - мужчина изменился в лице, - это я не про тебя, - решил оправдаться, сделав ещё хуже. – Спасибо, - улыбнулся, - я, кажется, не представился. Арсений. - Антон, - парень кивнул, руку не протянув. Щегол чёртов! - Я чертовски тебе благодарен, что ты оказался адекватным и не бросил моего пса на улице. - Я изувер, что ли? – Тоша так возмутился, что хотел уже этому хрену по морде надавать. По красивой морде – поправка. - Нет-нет, - он встал, подняв руки. – Я охренел, когда понял, что мой друг-мудак отдал мою собаку какому-то чуваку из подъезда. Думал, инфаркт будет. Ой, ну что я в самом деле, - он хлопнул себя по джинсам, - пошли ко мне в гости, я тебя кофе с именинным тортом угощу в благодарность, ну и познакомимся, должен же я знать героя не только в лицо, - и улыбнулся так очаровательно, что в глазах заслепило. Антон долго не думал, кивнул, ушёл переодеваться и умываться. - Ой, а кто это? – засюсюкал Арсений из коридора. – Какой красивый, - выдал довольно. – Иди, я тебя поглажу, парень, - ясно, начал к коту приставать – или кот к нему, кто знает. Антон фыркнул, что заляпал зубной пастой зеркало. Пофиг, потом вытрет. Он вышел к соседу, посвежевший, готовый идти завтракать. Надев кеды, взял ключи и накинул на плечи толстовку, которая почему-то висела на вешалке. Арсений предпочёл спуститься по лестнице, говоря, что у него день рождения, и он так не пьёт, честное слово, и какой Антон распрекрасный, что пса его не бросил и себе взял, ведь не каждый чужую собаку в дом впустит. Они вошли в квартиру, Арсений опустил собаку и тот унёсся куда-то в недра, а потом, передумав, унёсся на кухню и просто набросился на миску. Оголодал, бедняга. Из большой комнаты послышался мученический стон и хрип: - Нашёл живность? - Ты у меня отхватишь ещё, - грозно. – Проходи, не стесняйся, - сказал хозяин уже мягче. – Иди на кухню, я сейчас приду. Антон заволновался. Он осмотрел коридор, стянул кеды и ушёл в указанном направлении. Не успел жопу на стул посадить, как из-за угла выплыла та самая девушка, которая вчера блевала. - О, привет, - она улыбнулась. – Я бы поболтала, но мне домой пора, - она юркнула в ванную, прикрыв за собой дверь. Парень осмотрел и это помещение. Кухня была встроенная, не за три тысячи рублей, с хорошей техникой и мебелью, большие часы, которые занимали половину стены, очень крутая идея: небольшой циферблат, но цифры раскиданы на большом пространстве, были разного размера и цвета. Антон встал и дотронулся до литой цифры. - Это подарок, - сказал Арсений, входя на кухню, сразу идя к холодильнику. – Друг-дизайнер придумал этот концепт для меня. - Офигенно, - выдал Тоша. - Тебе кофе покрепче или слабенький? – улыбнулся, оправив футболку. Шастун осмотрел его такого домашнего и губу закусил, кивнул, как дурак. Тот принял решение сам, перекладывая с большого блюда кусок торта на блюдце. - Кстати, с днём рождения, - отозвался Антон. - Спасибо, - чуть застенчиво. - А сколько тебе стукнуло? Было любопытно, потому что на взгляд Антона мужчина выглядел за тридцать, определённо, но точно сказать было сложно. - Я уже пожил, - ответил со смехом, - тридцать шесть. Шастун вылупился. - Ну, поздравляю, но ты выглядишь куда моложе, - он закивал. Арсений поставил перед ним чашку кофе, подал сливки и сахар, и тарелку с тортом. Антон поблагодарил и принялся есть. Тот стоял у стойки, ожидая свою порцию кофе. - Я пью кровь младенцев. - Я где-то слышал, - решил подыграть Тоха ему, - что трахать девственниц куда эффективнее. Арсений заржал, почти сложившись пополам. - Он у нас не по этой части, - выдал сонно тот самый мужчина кавказкой наружности. – Эй, - завопил, когда вошёл на кухню и получил пиздюлей от хозяина. Все трое замерли. Антон застыл с куском торта у рта. Арсений вылупился на друга, взглядом крича: ты чё, охуел? А третий, видимо, от боли. - Э-э-э... – выдал Тоха. - Да спокойно, он не заразный, - решил гнуть свою линию низенький, - я ж нормальный, - и крякнул, когда получил по уху. – Сделай кофе мне по-братски, а то я сейчас упаду. Из ванной вышла девушка, уже не выглядя мятой и потрёпанной. - Мальчики, - она подошла и поцеловала каждого в щёку, - я пошла. Арсен, тебя ещё раз с днём рождения, мужика тебе нормального и деток побольше, а то часики-то тикают. - Да что же это?! – взвыл хозяин, мученически простонал, спрятав лицо в ладонях. - Не вставайте, я дверь прикрою, - она улыбнулась. – И тебе пока, сосед. Антон отмер и отсалютовал ей вилкой. Она в коридоре наклонилась и потрепала за ухом Батона, надела каблуки и умчалась. - Я Сергей, кстати. - Антон, - сказал тот с набитым ртом. – Очень вкусный торт. - Ты прости, - тихо выдал Арсений, - мои друзья – уроды моральные, ведь ненормально незнакомому человеку все мои скелеты в шкафу показывать, - сказал укоризненно и зло, смотря на друга. - Да что я? – тот пожал плечами. – Я думал, у тебя весь подъезд знает, ведь ты ж когда с бывшим поругался, толпа наблюдала. Антон охренел. - Я недавно переехал, - выдал он пискляво. - Во-от, - Арсений гневно отдал свою чашку другу. – Чтоб ты подавился! - Ты всё равно это любя, - Сергей расплылся в улыбке. – Я это, прилягу пойду, а то крутит. - Не заблюй мне диван! - Ага, - он встал с чашкой, взял из вазочки конфету и ушёл. - Прости ещё раз, - мужчина остался стоять у стойки, ожидая, когда же получит свою законную порцию кофе. - Нет, ничего, - оправдался Антон, чуть не ляпнув, что они оба тонут в гейском болоте. – Твоя личная жизнь... - Не будем, - резко пресёк тот поток слов. – Тебе это слышать неприятно, а я говорить не хочу, - он отмахнулся. Антон не стал ничего отвечать. Арсений присел, начал цедить кофе и спросил про самого Тошу. Тот лениво и коротко поведал, кто он, что делает, как дожил до жизни такой. Допив кофе и почти вылизав тарелку, Антон встал и хотел помыть посуду за собой, но Арсений его за руку схватил. Они на долю секунды замерли. Мужчина отшатнулся от парня и сказал, чтобы тот в раковине оставил, у него машина – всё помоет. Хозяин дома решил дать Тохе с собой салатов и запечённой курицы, потому что у него еды на неделю вперёд. Шастун отнекивался, но в итоге сдался. У дверей Арсений вдруг спросил: - Как там Ира? Тоша растерялся, стоя раскорякой, надевая кеды. - Нормально, - сказал первое, что в голову пришло. - Это хорошо, - он улыбнулся. – Спасибо тебе ещё раз! Они распрощались. Антон ушёл к себе, все дары засунув в холодильник. Он не знал, плакать ему или улыбаться счастливо. Мужчину звали Арсений, он гей и свободен. У Тоши появился шанс? Антон думал, что повод им встреться будет ещё, какой-нибудь совершенно неожиданный – пустяк, из-за которого парень сможет позвонить в квартиру номер 145 и что-то попросить, соль, например, или что-то другое. Но поводов не было целых две недели. Шастуна спрашивали по поводу дня рождения, что и как, а он отмалчивался. В пятницу после работы Антон чесал яйца на своём диване с пивом и Люком, игнорируя внешний мир, как в дверь позвонили. Он был в слишком непотребном виде, поэтому пришлось спешно одеваться. На мытьё рук времени не было. Открыв дверь, он увидел чудовищно красивого Арсения. Тот стоял в строгом костюме с бабочкой. Ну прямо принц заморский, никак не меньше. - Привет, - сказал Тоша. - Привет, - тот кивнул. – Я, это, - он смутился. – Можно войти? - Конечно, - Антон отступил. Из комнаты показался Люк, с любопытством смотря, кто же к ним пожаловал. - Что-то случилось? - Да не совсем, - Арсений улыбнулся, осматривая коридор, как будто был здесь впервые. – Меня отправляют в командировку на три дня, я хотел попросить тебя погулять с Батоном, если тебе не сложно, он вроде к тебе хорошо относится, не лает. - Конечно, я готов, что ты, - спешно ответил парень. – Ты мне только расскажи, сколько по времени, как кормить... - Да, не вопрос, - мужчина вновь улыбнулся. – Точно не сложно? Утром ещё надо. - Буду вставать раньше, - беспечно. - Я буду тебе очень благодарен и признателен, - он достал из кармана связку ключей. – Это запасные, уезжаю в понедельник рано очень. Ты приходи завтра, может, на кофе утром, я всё расскажу, - и подмигнул, берясь за ручку. - Хорошо, - Антон сглотнул. – До завтра. - До завтра, - мужчина вышел. Тоша сходил в магазин за упаковкой пирожных, переоделся, покрутившись у зеркала, и пошёл к соседу. Тот был заспанный, но лучистый, радостный. Батон тут же выбежал и стал обнюхивать Антона. - Ты проходи, - Арсений ушёл в комнату. – Сейчас приду. Тоха погладил пса, стянул кеды и пошёл на кухню, поставив пирожные на стол. Арсений смущённо поблагодарил его за сладость, когда появился на пороге, засуетился. Трещал о том, что командировка свалилась как снег на голову, что он не ожидал и вообще. - А почему ты такой нарядный вчера был? - День рождения у начальника, типа корпоратив устраивали, - он пожал плечами. – Мне милее дырявые джинсы, чем смокинг. - Я заметил, - Антон улыбнулся. - Как Ира? – невпопад спросил Арсений. – Давно её не было, - и резко замолчал, только напряжённая спина выдавала его странное состояние. - Мы недавно в кино ходили, оба любим, - Тоха подвоха не уловил. – Кстати, мне фильм очень понравился, я вообще не любитель два раза пересматривать, но этот, думаю, гляну через пару месяцев точно, - он принял у хозяина чашку кофе. – Хочешь… вместе посмотрим? – чуть смущённо и пугливо. - Можно, - Арсений улыбнулся, открыв упаковку пирожных. – Ох, какой запах. Я не сладкоежка, но иногда так и тянет. Фигуре смерть! - Всё хорошо у тебя с фигурой, - отмахнулся Антон. – Раз в неделю можно, - и улыбнулся добро. На кухню прибежал Батон, осмотрел двух людей, попил и угнал обратно. Тоха взял пирожное и слопал сразу всё. Арсений засмеялся, так звонко, так открыто, что Шастун не мог не любоваться им. Арсения хотелось обнимать, хотелось говорить ему кучу нежностей. И почему он один? Неужели в постели плох? Стервозен? Капризен? Что с ним не так? - Слушай, про Батошу, - мужчина отпил кофе и начал свой монолог. Антон выполнял все указания, что дал ему Арсений. Не баловать, не потакать, кормить только после прогулки, больше часа на улице не быть, с земли ничего не подбирать и не жрать, к другим собакам подпускать можно, но осторожно, лапы мыть, холку чесать и говорить, что он милый и хороший. В среду вечером, после прогулки, когда до приезда Арсения оставалось несколько часов, Антон решил задержаться и осмотреть квартиру. Ох, его сталкерство до добра не доведёт, но руки чесались, а ноги сами несли его в недра квартиры. Батон хлебал воду, а Тоха пошёл на разведку. Большая комната, спальня и кабинет. Почти всё лаконично, мало лишнего, только фотографии и картины. Запах стоял странный, вроде и приятный, но какой-то интересный, не отталкивающий. У Арсения была старшая сестра, судя по снимкам, и две племянницы. На одной фотографии он был с отцом в окружении женщин – двое в цветнике. Антон долго не остановился на них. Спальня была обычной, светлой, с яркими деталями. Шаст словил себя на мысли, что хочет упасть лицом в подушки. Батон прибежал к нему, виляя хвостом, а потом унёсся в большую комнату и плюхнулся на свою лежанку. Антон решил, что пора закругляться, но не смог удержаться и заглянул в кабинет. Там было очень много книг, классный стол с дорогим компьютерным креслом и не дешёвый стационарный комп. Бумаги, квитанции, стикеры и томик Блока на столешнице. Конечно, раз представился такой случай, то можно было бы поискать дилдо и смазку (Шаст думал, что Арсений всё-таки пассив), всякие там непотребные вещички, но Тоха не стал. Он почему-то зашёл в ванную, осмотрел баночки-скляночки, понюхал духи, которые освежающе пахли, обратил внимание на марку зубной пасты и шампуня, и завис, уставившись на корзину грязного белья. Там маняще лежала футболка, словно прямо-таки призывала взять её и понюхать, но Антон удержался от соблазна. Он же не влюблённая школьница, в самом деле! Поэтому, заметая следы своей разведки, удалился, попрощавшись с Батоном. Тот к нему не подбежал, поэтому парень закрыл дверь и кинул ключи в почтовый ящик, как было оговорено. Арсений приехал, забежал вечером следующего дня на пять секунд, вручил Антону банку заморского пива и упаковку каких-то снеков, и удрал. Шаст вздохнул и подумал, что такими темпами смотреть ему только на заветные окна да мечтать. Он пожаловался Позову на сложившуюся ситуацию, а Димка только хуже сделал, сказав, что влюбился Антошка и отчего-то тормозит. Нахрапом надо красавца-мужика брать. А как, блин? Не прийти же с Педигри в гости, сказать, мол, это Батону и тебе поцелуйчик? Да нет, бред это. Поэтому Антон продолжил курить долго у подъезда, смотреть на окна и думать, что надо бы перестать всё это делать, и найти себе кого – земного. Хотя, удивительно, ведь Арсений был близко, вроде как расположен к нему, и надо бы перестать бояться. Шаст даже пару раз всерьёз обдумывал повод для прихода в гости, и намёк, который даст мужчине понять, что они «яблоки одного сорта на этом поле». Он собрался, оделся, купил заранее бутылку вина и завис у двери, так и не решившись, струсив, быстро унося ноги. То ли не готов, то ли Арсений для него ну уж слишком хорош и пошлёт, даже не дослушав. Ира была крайне недовольна, когда поняла, что друг чахнет и совсем на себя забил. Они договорились сходить в кино, но вместо этого девушка потащила его по магазинам. Она знала о том, что Тоша питает слабость к сильному полу, но его ориентацию они почти никогда не обсуждали, а тут, стоило ей услышать заветное «Арсений», так она как с цепи сорвалась. И джинсы чуть в облипку теперь купить сто процентов надо, и рубашку, ладно-ладно, не слишком классическую, и парфюм новый, а не эта блевотина, которой пользуется Тоша. Что не говори, а у подруги вкус отличный. Пришлось Шастуну отвалить почти весь аванс на покупки, но настроение поднялось. То ли Кузнецова его мотивировала, то ли просто отвлекла. Они поехали к Антону всё мерить, комбинировать и чуть что, Ира сама сдаст или поменяет шмот. Она одобрила почти всё, что было куплено, сказав, что одни брюки на нём в магазине смотрелись лучше, а сейчас как-то не так. Заказав еду на дом, они привычно развалились на диване, включили какой-то триллер и погрузились в просмотр. Антон предложил ей остаться, но Ира запротестовала, так как её новый бойфренд ревнив, а она не хотела его лишний раз провоцировать. Тоша понял. Они спустились вместе и стали ожидать такси. - Ты не грусти только, - она улыбалась и гладила его по руке, - у тебя ведь день рождения скоро. Он кивнул. Как раз в этот момент из подъезда вышел Арсений с Батоном. Ира отвлеклась и обратила внимание на «сардельку». Тот подскочил к ним, потому что не был на привязи, и обнюхал сперва Антона, а потом и девушку. - Добрый вечер, - улыбнулся Арсений, пряча руки в карманах. - Это Ира, - сказал Тоша. – Ира, это мой сосед Арсений. - Очень приятно, - она загадочно заулыбалась, протягивая ему руку. - А мне-то как, - выдал мужчина, посматривая то на неё, то на Тоху, руку пожав. Во двор въехало такси, девушка простилась с ними, поцеловав Антона в щёку и сказав на прощание, что ждёт приглашения от него. Он махнул рукой, сразу доставая пачку сигарет. Она села в машину и махнула им рукой. Батон заскулил. - Приглашение? – собачник выгнул бровь. - Др, - пожал плечами парень. - А разве... ей нужно приглашение? - Типа официальное, - Тоха втянул дым. – Чёрт пойми этих друзей, - и улыбнулся. – Ты не будешь против, если я с вами пройдусь? - Конечно, компания нам не помешает, - Арсений кивнул. – У тебя новый парфюм? – спросил некстати. - Ага, Ира выбирала, - парень вновь пожал плечами. Батон вновь заскулил, отчего мужчина нахмурился. Пёс завилял хвостом и посеменил вглубь двора. - Что? – Тоша повернулся к нему, когда они пошли позади собаки. - Да-а, - мужчина вздохнул. – Ничего, - и отмахнулся. Тоша в чужую душу лезть не стал. Они сталкивались пару раз до праздника Шастуна. Просто махали друг другу с улыбкой. И как-то вечером, выйдя на балкон покурить, Антон просто смотрел, подперев подбородок кулаком, как Арсений гуляет с собакой, так и не взяв сигарету из пачки. На улице стало значительно теплее, можно было расчехляться и позволить себе голые щиколотки, чем, собственно, сосед и пользовался. Буквально за пару дней до дня рождения, Антон тащил домой три пакета еды, уже запасаясь провиантом, как услышал оклик. - Антон! Он повернулся и увидел Сергея. Тот улыбнулся, выходя из своего пижонского авто. - Привет, - поставив пакеты на лавочку, Шастун закурил. - И тебе не хворать, - мужчина встал рядом. – Ты уже в курсе? - О чём? – не понял Антон. - Про Батона? - А что такое? - Он переболел в конце года, вот сейчас ему опять плохо, не замечал? - Да как-то нет, - он пожал плечами, задумавшись. – Всё очень плохо? - Угу, - Сергей кивнул. – Как я понял, длинный своё отжил. Антон поджал губы и сигарету выкинул. Собеседник тоже задумался. Они стояли молча, смотря кто куда. - Эй, - приоткрылось окно на первом этаже и показалось солнечное лицо Арсения, - вы чего? Антон, привет, - и широкая улыбка следом. Тоша махнул рукой. - Да мы так, - Сергей хмыкнул. – О, - он повернулся к парню, - хочешь с нами выпить? - Э-э-э, - Шастун замешкался. - Да, Антон, у нас тихий алкогольный вечер будет, пиво на твою долю найдём, - сказал Попов, опершись локтями на подоконник, - или у тебя дела? - Только кота покормить. - Так потом приходи, - Сергей подошёл к домофону, - открывай давай, - крикнул в сторону окон друга. Тот скрылся, закрыв окно. Антон улыбнулся, подхватил пакеты и пошёл следом за мужчиной. Дверь квартиры 145 открылась, показался Арсений в домашнем, улыбаясь во весь рот. Шаст опять подумал, что этот чёрт просто уникален! - Мы тебя ждём, - сказал собачник, - я дверь не закрываю, ок? - Ага, я быстро, - Антон кивнул, вызвав лифт. Он поднялся к себе, зашёл, апатично наблюдая за Люком. Вот блин. Антон скинул ботинки и утеплённую ветровку, судорожно соображая, в чём спуститься. Небрежно навалив коту еды, разобрав кое-как пакеты, парень пошёл в комнату. Выбор пал на фланелевую рубашку, как на самый нейтральный вариант. Взлохматив себе волосы, взяв огромную пачку чипсов и бутылку пива, Антон ушёл. В лифте посмотрел на себя в зеркало. - Ты безнадёжен! И криво улыбнулся. Он выдохнул перед дверью, встряхнувшись, и вошёл в квартиру. С кухни доносился заливистый смех хозяина дома. Тут же к ногам Антона подбежал Батон, виляя хвостом. Шастун сел на корточки и потрепал пса по холке. Ничего не выдавало в нём какого-то болезненного состояния. Собака как собака. - О, ты с собой всё принёс? – в коридоре появился Арсений, с улыбкой смотря на них двоих. – Как приятно, когда гости со своей едой приходят – сплошная экономия. Сергей хрюкнул. Антон выпрямился, улыбнувшись. Он прошёл на кухню, сев на свободный стул. Друзья вернулись к разговору. Тоша не особо улавливал суть, но Арсений время от времени пояснял, чтобы тот не выпадал. Антон взял вторую бутылку, смакуя, отмечая, что предложенное пиво очень даже ничего и надо бы себе такое купить. Собачник отвлёкся, выуживая из кармана мобильный. Он извинился и ушёл вглубь квартиры. Сергей всунул в себя горку чипсов и продолжил болтать, а потом вдруг сам себя одёрнул и попросил у Антона номер мобильного телефона. Тот продиктовал, и как только увидел номер на своём смартфоне, то внёс его в новый контакт. Арсений вернулся спустя десять минут, он тёр висок, а потом поднял голову и улыбнулся, пристраиваясь у окна задницей, вливаясь в общий трёп. Посиделки длились и длились, пока Матвиенко не заныл, что хочет лежать, поэтому троица плюс собака переместились в гостиную, где двое завалились на диван, а хозяин сел по-турецки на пол. Врубили телевизор, вяло переговариваясь. Антон хмельно смотрел на тёмный затылок и останавливал себя, матеря, чтобы только не дотронуться, не потрогать эти волосы, не провести ладонью по голове. Глупость какая! В какой-то момент Сергей задремал. Арсений был увлечён фильмом. Антон допил давно свою бутылку и думал о своём. Собачник посмотрел на наручные часы и вскочил. - Чёрт, Батошу надо выгуливать, - и засобирался. Шастун наблюдал как тот, позабывшись, не закрыл дверь в спальню, быстро стянул с себя домашние треники и вползал в джинсы, прыгая на одной ноге, как судорожно искал носки, тихо бубня себе под нос. Антон улыбнулся. - Ты забавный, - ляпнул он, когда мужчина подошёл и склонился, беря пса. - Я лучше всех, - выдал тот, довольно улыбаясь. - Да, - серьёзно ответил Тоша, кивнул, но через секунду пьяно булькнул. Арсений смотрел на него с какой-то мягкостью, наверное, как родители смотрят на обожравшегося конфет ребёнка. - Я пойду, - Тоха отвернулся, вставая. - Оставайся, я недолго, - Арсений качнул головой. - Нет, уже поздно, - Антон зачем-то кивнул, - завтра на работу. - Это да, - хозяин потупил взгляд. Они ушли в коридор. Шастун смотрел, как Арсений надевает кожанку, берёт поводок и ключи. - Надень шапку, там прохладно, - выпалил парень и смутился. Мужчина посмотрел на него долго, как-то странно, а потом пожал плечами и послушался, взяв и перчатки. Они вышли из квартиры. - Спасибо, - сказал Тоша, вызывая лифт. - И тебе за компанию, - улыбнулся Арсений и ушёл вниз. Послышался сигнал открывающейся двери, а потом хлопок – дверь закрылась - тишина. Приехал лифт. Тоха вздохнул, думая, что сохнуть по мужику в его планы не входило никак. И угораздило же переехать и встретить такого замечательного Арсения. Замечательного и неприступного Арсения, для которого Антон либо ребёнок ещё, либо недостаточно хорош. Утром в день рождения Антон отказывался реагировать на мобильный, но тот, паскуда, разрывался, готовый вот-вот воспламениться. Шаст одуплился, увидев контакт, – Сергей Матвиенко. Как он узнал про его праздник? Телепат, что ли? - Привет, - скрипя и глухо поздоровался тот. - О, Тох, ты спишь, что ли? – нервно. – Слушай, знаю, звучит по-ублюдски, но обратиться почти не к кому, - он шёл по улице. – У тебя есть водительское удостоверение? - Да, - Антон сел, всунув стопы в тапки, - а что? - Будет просьба, - он вздохнул. – Чёрт, лажовая ситуация. Я сам не приеду, просто не успею, поэтому злюсь. Ладно, короче, ночью Батону стало прямо вообще плохо, и Арс сейчас в клинике, и, блять, он звонил и сказал, что пса надо усыплять, и по голосу было понятно, что он убитый. Тох, пожалуйста, поезжай к нему, не давай ему сесть за руль после... всего этого. Он эмоционален, он загонится и в столб въедет. Нельзя, чтобы он в таком состоянии вообще что-то делал. Ты сможешь? - Уже собираюсь, - Антон нёсся в ванную. - Я адрес тебе скину... - Я знаю куда ехать, я с котом там был. - Ну ок, - Сергей облегчённо выдохнул. – Прости, что так резко, но, правда, не бывшему же звонить, чтобы он мчал?! – риторический вопрос. – Отзвонись потом, я приеду, если он совсем расклеится. - Хорошо. Антон скинул звонок, и принялся собираться с сумасшедшей скоростью. Он чистил зубы и наваливал коту еды одновременно. Кое-как нацепив на себя одежду, сунув в рот кусок хлеба, взяв всё необходимое, парень пробивал ближайшую машину каршеринга, стоя у лифта. Антона бросило в дрожь, когда он подумал, что именно испытывает Арсений. Что случилось с таксой? Почему надо усыплять? Неужели ничего нельзя сделать? Парень выскочил из подъезда и почти бежал к машине, думая только о соседе, которому нужна была его помощь. Ему приходили уведомления с поздравлениями, но Антону было глубоко плевать. Только бы успеть! Надо взять за руку человека, в которого он влюблён, чтобы поддержать, чтобы тот не был один в этот тяжёлый для него момент. Быстро доехав до ветеринарной клиники, Антон семимильными шагами пошёл ко входу, видя серебристую БМВ. - Молодой человек, - окликнули его, когда Антон вошёл и почти завернул за угол. – Бахилы. - А, да, простите, - он неловко улыбнулся, цепляя чёртов целлофан на кеды. - Что у Вас? – спросила девушка-врач. - Там... – Тоша смутился. – Там таксу усыпляют, мне надо... Она понятливо кивнула и проводила Антона в кабинет. Он чуть подвис, когда увидел сгорбленного Арсения, сидящего на корточках, и Батона, который лежал на металлической поверхности стола. Мужчина прощался с псом под сочувственный взгляд врача, который только коротко кинул на него взгляд. Сосед гладил таксу. - Прости, - прошептал мужчина, в словах которого слышалась страшная боль, - не доглядел я за тобой, - он шмыгнул носом. – Батоша, - мягко и надрывно. Пёс смотрел на хозяина своими маленькими глазками, преданно и верно, и у Антона невольно горло сдавило. Врач ввёл препарат, и Арсений выпрямился, смотря на питомца, закусив губу. Антон, не думая, подошёл и взял соседа за руку, переплетя их пальцы. Тот удивлённо вскинул на него взгляд, а потом успокоился, повернувшись опять к собаке. Свободной рукой он продолжал гладить пса, пока врач не кивнул молча. Он снял с Батона ошейник и передал Арсению. Тот недоумённо посмотрел на предмет. Антон перехватил его, суя в карман своей ветровки, понимая, что всё – им тут больше делать нечего. Момент тяжёлый. Хотелось погладить Арса, утешить, но Шастун не рискнул. Мягко потянув мужчину на выход, Тоша изломил брови, понимая всё правильно: теперь дело за врачом. Арсений поддался, низко склонив голову. Они вышли в приёмную. Девушка сухо передала бланк с перечнем услуг, сосед расписался не глядя, а потом заплатил с телефона, смотря в одну точку. - Нам надо... забрать? – спросил шёпотом Антон, не в силах сказать что-то ещё. - Нет, хозяин оплатил кремацию. - Хорошо, - кивнул Шастун. – Арс, - он впервые его так назвал, - пошли. Тот кивнул, схватив документы и чек, шёл за Антоном, который не отпускал его руки. Они вышли из клиники. Солнце слепило, воздух был прогрет, пахло настоящей весной. Арсений смотрел на свои ботинки, весь сжавшись. - Ключи, - попросил Антон, протягивая свою ладонь. Сосед, абсолютно не возражая, передал брелок, разжал ладонь и пошёл к пассажирской двери. Шастун не знал, как вести себя, поэтому делал всё по инерции. Он сел за руль, отодвинул сиденье, потому что колени почти упёрлись в руль, всё наладил под себя и завёл машину. Секундно восхвалив немецкий автопром, Антон поддался порыву, погладил Арсения по руке, а потом взял его ремень безопасности и сам пристегнул. Тот сидел словно куль, хрустя пальцами, даже на вибрирующий мобильный Антона не обращая внимание. Они молча ехали, молча припарковались у дома, молча вышли, оставив на заднем сидении поводок. Тоша достал ключи, открыл дверь подъезда, впуская мужчину. Тот сунул руку в карман. - Нет, - Антон перехватил его ладонь, - домой тебе пока нельзя, - и улыбнулся, ведя его, как ребёнка, к лифту. Арсений поддался и на этот раз. Мобильный опять разрывался. Шаст выключил его. К херам всех, плевать, они подождут. Двое вошли в квартиру. Мужчина ни на что не обратил внимание, стянул ботинки мысками, отдал кожанку Антону и пошёл на кухню. Тот вынул из кармана ошейник, смотря грустно. Пройдя к мужчине, положил его на стол и тут же залез в холодильник. У него вроде как день рождения вечером, а сейчас, получается, поминки. Люк показался в проёме. Арсений посмотрел на него заинтересованно. Кот осмотрел его с ног до головы, подошёл, несмело обнюхал, а потом стал виться у ног. Антон поставил две стопки, открыл коньяк и быстро сообразил им закуску. - Пей, - попросил он, отдав рюмку. Арсений, смотря на кота у своих ног, залпом выпил и принял из рук парня кусок колбасы. Антон сел рядом, соприкасаясь плечом, и тоже смотрел на животное. Арс съел колбасу, поставил рюмку на стол, вроде начал отходить. Люк отлип от него, посеменил к противоположной стене к своей миске, полакал воды, облизавшись. Попов смотрел на это как-то заворожено, а потом медленно перевёл взгляд на ошейник, который Антон не убрал. Тупой Шастун! И всё, его разорвало. Мужчина всхлипнул, уткнул лицо в ладони, сгорбился и натурально завыл. Антон обалдел, не зная, что делать, куда бежать, как в этой ситуации вести себя. Арсений булькал сквозь пальцы, что идиот, что раньше не заметил заразу, так бы Батоша жил, а он, придурок недоделанный, хуёвый хозяин, раз вообще на питомца забил. Шастун думал, что тот преувеличивает, но и самобичевание порой было полезным, поэтому не стремился прекращать этот поток. Налил ещё по стопке, но отставил, просто смотря на соседа, как тот убивается. Арсений продолжил говорить, что это бывший, козлина, единственное хорошее сделал – подарил Батона, что потом бросил их, потому что Арс истеричка и слишком высокого о себе мнения, а ведь они планировали жить вместе, вместе корм выбирали, игрушки, подстилку для собаки, а потом – пшик – и он ускакал к парню помоложе, потому что тот лучше, красивее, страстнее и так далее. И было тяжело сперва, потому что работа, потому что собака требует много времени, но затем приспособился, потом никто нужен не был, потому что Батон встречал и провожал, радовал каждый день, скрашивая одиночество, и почему же чёртова болезнь, сучий паразит, эхи что-то там,.. попал именно в его организм? Почему Арсений не заметил раньше, приняв всё за кишечную инфекцию? Почему врач не отреагировал, поверив, не проверив все возможные варианты? Почему... ну почему Арсению пришлось прощаться с самым лучшим в его жизни другом? Как он один сейчас будет? Как он все эти собачьи вещи соберёт? Куда денет? Антон не выдержал, приобнял мужчину, позволяя положить голову себе на плечо. Арс отнял руки от лица, замолчал, Тоша принялся гладить его ладонь, утешать, успокаивать. Люк запрыгнул на стул и внимательно за ними наблюдал. Сосед вздыхал, и спустя долгие минуты поднял голову, посмотрев на парня устало. Антон продолжил болтать всякие глупости. Арсений моргнул сонно, подался вперёд и легко коснулся губами болтливый рот. Шастун замер, вылупив глаза, и, не дав себе ни секунды сомнений, прикрыл веки, растягивая губы в улыбке. Мужчина отпрянул, виновато смотря на нос Антона. - Прости, - тихо, - у тебя ведь Ира, я не должен был... Какая нахрен Ира? Что творится в этой красивой голове? Шаст обхватил его щёки и сам поцеловал, послав в жопу целомудрие, тут же раскрывая чужие губы своим языком, но не настырно, не грязло или слюняво, а боязно, на пробу. Арсений выдохнул, вцепился в руки парня, отвечая. Тоша проглотил выдох облегчения, мягко лаская чужие губы, думая, что это не совсем правильно, так как они вроде как скорбят по собаке, но не воспользоваться этим шансом – слабостью и уязвимостью мужчины – Антон просто не мог, сразу почувствовав себя подонком. Может, это единственный их поцелуй, и было бы глупо оттолкнуть, задать много тупых вопросов, поэтому Антон гладил щёки, целовал, подсев ещё ближе, соприкасаясь коленями. Никто не стремился прервать другого. Арсений будто забылся, легко касался бицепсов Тоши, тоже пододвинувшись, но потом мягко отстранился. - Антон… А что, если Арс просто искал утешение подобным образом? Вот чёрт! - Ира просто моя подруга, - судорожно выдохнул парень в чужой рот, желая вновь целовать этого мужчину, продолжить начатое, и плевать, если это лишь порыв, у которого не будет будущего. - А... - Я гей, - он поцеловал Арсения в уголок губ, проведя носом по щеке. – В этом доме нет женских вещей, как и чужих мужских, - судорожный выдох. - И я знаю, что момент неудачный, но не мог бы ты, если, конечно, хочешь, поцеловать меня ещё раз, у меня вроде как сегодня день рождения, - слабо выдохнул он в ухо мужчине. Тот прижался к парню щекой, продолжая гладить руки, а потом нашёл его губы и поцеловал, как просили. Антон отвечал отчаянно. Сердце в груди билось быстро. Он понимал, что максимально погано поступает, но если не вывалит на Арсения всё, что накипело, то пожалеет. Или сейчас, или потом просто не будет больше шанса. Прости, Батоша, за такое неуважение. - Я... – Тоха отстранился, уткнувшись носом в висок. Как Арс чертовски приятно пах, - я так не хотел сюда переезжать, но как увидел тебя, то обомлел. Искал встречи, смотрел в твои окна, как чёртов фанат. Ты... потрясающий, - Антон отстранился. – Если бы такой мужчина, как ты, дал мне шанс, - он посмотрел в голубые глаза, - я бы вывернулся наизнанку. Не спорю, возможно, ты действительно истеричный нарцисс, но и у меня есть недостатки, главное – как мы реагируем друг на друга и распоряжаемся нашими отношениями, как сглаживаем углы и ищем компромисс. Я бы... – он закусил губу, сглатывая. Слова кончались. – Арс, - пауза, - я хочу быть ближе. Да, наверное, я не лучший кандидат, мы знакомы всего-ничего, но ведь могли бы попробовать начать с дружбы, да? Мужчина смотрел на него всё так же устало, вяло моргая, но рук не убирал, не перебивал, слушая, а потом просто кивнул. - Ты очаровательно длинный, - он склонил голову. - Как Батон? – ляпнут тот и губу закусил. Арсений скосил глаза на ошейник и выдохнул тяжко. - Прости, я идиот, - Тоша смутился. – Позволь мне хотя бы сегодня не оставлять тебя одного. - Можно и дольше, - Арсений впервые за день еле улыбнулся. – Ты мне сразу понравился, хоть и не в моём вкусе. - А я только недавно понял, что блядски в тебя влюблён, - признался он и улыбнулся. - Матвиенко надо спасибо сказать, - выдал Попов, доставая мобильный. - Зачем? – не понял Антон. - Это же он подослал тебя ко мне, - разблокировав телефон, Арс напечатал сообщение, - больше некому. Он знал, что ты мне чертовски нравишься, - положив прибор на стол, мужчина погладил парня по плечу. – Хочу полежать. - Пошли, - Антон встал, взял его за руку и повёл в спальню. Они улеглись под пледом, обнимаясь. Тоша гладил Арсения по спине, улыбаясь. - Не ходи сегодня домой, - попросил он, - побудь со мной. - Я помешаю. - Нет, ко мне придут гости, я хочу тебя познакомить со своими друзьями. - Зачем на празднике унылый сосед, который будет отсвечивать грустной рожей? – спросил Арсений в скулу Шаста. - Праздник не будет для меня полноценным, если на нём не будет моего друга, которому нужна моя поддержка, - Антон отстранился и лёг лицом к мужчине. – Не будет моего будущего бойфренда? – на пробу. Арсений улыбнулся и чмокнул его в губы. Антон не стал приставать, ограничившись этим лёгким касанием. - Хочешь, я Сергея тоже позову? - Хочу. - Отлично. - Подарка для тебя нет, - тяжёлый вздох. - Твоё согласие и есть подарок, - Антон стал серьёзнее. – Я хочу надеяться, что мой кот сгладит твою тоску. Батона никто не заменит, я понимаю, но верю, что он был бы не против такого расклада. - Ты ему тоже... нравился. - Я хороший, правда, - Тоша кивнул. – И я не козёл, поэтому когда отболит, когда ты будешь готов, мы вместе выберем собаку, нашу, общую, я давно хочу, но времени мало, а если у меня будешь ты, то вдвоём мы справимся. Арсений так обалдел, что не нашёл слов. Он сглотнул и моргал часто, а потом сжал руку парня. - Ты серьёзно? - Очень. Ты выберешь сам, я соглашусь. - И как мы его назовём? Антон долго не думал. - Багет? Арсений засмеялся, заливисто, даже, наверное, счастливо. Он притянул Тошу к себе и обнял, отсмеявшись. Шастун улыбался, продолжив гладить мужчину. Тот задремал. Люк пришёл в спальню, запрыгнул на кровать, критично осмотрев хозяина с чужаком. Тоха удивился спокойствию кота. Тот замер, потом потоптался, и затем устроился у их ног. - А этот с нами надолго, - Антон прикрыл глаза, - мы его не отпустим. Обещаю.