История одной Принцессы

Вот Айен пришла домой, и только после этого думала насчёт того, о чем же все-таки говорила Фила. Почему она сказала к этой компании не приближаться? Почему строго настрого запретила этого делать? Ответ она узнает только утром. Али дома не оказалось, чему Айен обрадовалась, ведь она может побыть в тишине и приготовить блинчики, например, как раз в холодильнике было прокисшее молоко. Быстренько переодевшись, девушка пришла на кухню и начала готовить тесто для блинов. Достала муку, яйца, сахар, соль, ложки 2: столовую и чайную, ёмкость для теста. Но ведь готовить вкуснее, когда есть музыка и поэтому Айен начала петь:

Я потерялась вдруг Был бесконечен круг Одни обычные дела Вдруг ясно как слеза Хоть завяжи глаза Ведь я давно взлететь могла Теперь себе скажи Не жди, дерзай Будь сильной и взлетай Посмотри как легко Погляди сверху вниз Мы парим высоко Летим в свободную жизнь Над морем красоты Мы вместе я и ты Посмотри как легко В какие же края Не уж то это я И каждый вздох излом крыла Часы останови Мгновенье улови Лети свободно и смело Не желаю жить подневольной птицей Пусть клетка из серебра Я лечу туда куда душа стремится Лечу к свободным ветрам Выше рек и мостов В суете городской Выше яви и снов Мы взлетаем с тобой Посмотри как легко Погляди сверху вниз Мы парим высоко И в свободную жизнь Здесь всё подвластно нам Свободным как ветром Посмотри как легко Выше улицы крыш В облаках высоко Ты свободно летишь Посмотри как легко*

Это была песня, которую она сама сочинила. Она как-то возвращалась домой с работы, девочка говорила своей маме, прыгая: «Посмотри как легко, я парю высоко». И после этого она написала эту песню. Обычно она играет на гитаре её, но в этот раз руки были заняты. Тем временем Айен закончила месть тесто. Ставя на плиту сковородку включая газ, тем самым разогрева еду, запела другую песню, слегка пританцовывая:

Сквозь меня стрела слов добра летает. Вижу каждый неверный взгляд. За добро тут давно не платят, Но если платят, то не с полна. Я надену чёрное с шипами счастье, Чтобы лживых так отторгать. Но внутри бьётся сердце с лаской, Научиться бы не пускать. И я не знаю, как правильно жить по правилам заново, Но я знаю, что главное — быть собой. И я не знаю, как правильно жить по правилам заново, Но я знаю, что главное — быть собой. Сквозь меня стрела слов добра летает, Вижу каждый неверный взгляд. За добро тут давно, давно, давно не платят, Но если платят, то не с полна. Я надену чёрное с шипами счастье, Чтобы лживых так отторгать; Но внутри бьется сердце с лаской, Научиться бы не пускать. И я не знаю, как правильно жить по правилам заново, Но я знаю, что главное — быть собой. И я не знаю, как правильно жить по правилам заново, Но я знаю, что главное — быть собой. И я не знаю, как правильно жить по правилам заново, Но я знаю, что главное — быть собой. И я не знаю, как правильно жить по правилам заново, Но я знаю, что главное — быть собой.**

Эту песню она тоже написала, но в этот раз, эта песня о её жизни, о том, как ей тяжело было, да и сейчас тяжело все стерпеть. Тем временем нашла весёлая Аля пришла домой и услышала, как Айен поёт незнакомую ей песню, хотя та знает почти все. Мулатка разулась прошла на кухню и видит, что её домоправительница готовит, как она поняла блины. Не стала её тревожить до окончания песни (Аля пришла к середине пения Айен). Аля стояла возле кухни и слушала прекрасное пение Айен. Как только она закончила петь, Аля сказала: — Вау, Айен, — Айен дернулась и резко повернулась назад к девушке, — Я не думала, что ты так круто поешь. А что это за песня? — Я… Ммм… — замялась Айен, — Я не слышала, как ты зашла. А что не переодеваешься? Давай или мой руки и приходи ужинать блинчики со сгущёнкой и чаем. Я почти их доделала. — быстро перевела тему девушка. — Тааак, я переодеваюсь и прихожу сюда, и ты чтобы была здесь. Я с тобой поговорю. — и девушка ушла. Когда Аля переодевалась, у неё зазвонил телефон: — Да, — беря телефон в руку и отвечая на звонок, даже не смотря на дисплей. — Ты дома? Сегодня как-то слишком много вампиров на улице. — А, Мари, да я дома, переодеваюсь. Я тут такую новость узнала. — Погоди, мы только с тобой расстались. Когда ты успела узнать что-то узнать? — Я, как истинная журналистка, узнаю новости самая первая. Вообщем, ты представляешь, в нашем классе появилась новенькая, — выйдя из комнаты, сказала проговорила Аля. — Что? Новенькая? Не повезло ей. — Почему ты так думаешь? — Потому что у нас есть 4 бабника, если ты забыла. А если это очередная какая-нибудь шлюха или того похуже? — Но есть же и альтернативные варианты. Вдруг она совершенно наоборот — хорошая, ты об этом подумала, — тем временем Аля села напротив Айен, — В любом случае мы узнаем об этом затвра. К тому же если она эта новенькая нормальная, то мы ей поможем. — Да. Ладно, пока. Пошла собираться. До завтра. — До встречи. — девочки попрощались. Пока Сезер переодевалась, Айен ругала себя. Почему она не услышала, когда мулатка зашла? Какого черта Айен пела СВОИ песни? Дело в том, что Айен не любит петь свои песни, боится, что никому не понравятся. Она не готова к ещё одному унижению. Девушка предпочла, что никто не услышит её песни. Так будет лучше. За этими раздумьями она Локел не заметила, как разложила тарелки с блинчиками и налила чай. И вдруг слышит, как возвращается Аля. — Вдруг она совершенно наоборот — хорошая, ты об этом подумала. В любом случае мы узнаем об этом завтра. К тому же если она эта новенькая нормальная, то мы ей поможем. — … — До встречи. — Аля положила телефон на стол, — И так. Что это была за песня? — Какая песня? — начала строить из себя дурочку. — Перестань. Я же не отстану. Где ты её слышала? — Я её… Эээ… Написала, — чуть слышно созналась Айен, потому что понимает, что от Али не отвертеться. — Погоди. Написала? Сама? Обалдеть! Вот это круто. Споешь ещё что-нибудь из своих песен? — НЕТ. Свои песни я никому не пою. Лучше скажи, о чем ты так волновалась, когда сюда зашла? — старый добрый способ отвлечь Алю от расспросов — это перевести разговор на такую тему, где журналистка будет много говорить и забудет про ранюю беседу. — Тут просто такое дело, в мой класс на этот последний год переводится девушка. Кто она, как она выглядит и тому подобное, мне неизвестно. Знаю только то, что в этом году много кто перевелся в мою школу и то, что моя будущая одноклассница единственная, кто переводится в 11 класс. Айен слушала монолог девушки не перебивая, но с небольшим страхом, и решила этот страх рассеять: — А в какой школе ты учишься? — Франсуа-Дюпон. А почему ты спросила? У Айен смешались все эмоции. Шок — подтверждающий её опасения, страх — осознание этого, печаль, что это оказалась она, радость того, что она хотя бы кого-то знать будет в этом новом для неё окружении. Ей казалось, что ещё немного и пойдёт снег. — АЙЕН! — закричала Аля. — Аль, что ты так орёшь? У пеня аж уши заложило. — Я тебя, между прочим, 3 раза звала, а ты не реагировала. Так что случилось? — Да ничего такого. Лучше расскажи про наших одноклассников. Какие они? — издалека начала девушка. — Ну, как сказать, есть много хоро… — не договорила Аля, как вдруг ей пришло осознание сказанного, — Погоди. Как ты сказала? «Расскажи про наших одноклассников»? Хм… Стоп. Наших одноклассников? НАШИХ? Так ты и есть та самая новенькая? Но как? Почему ты переводишься на последний год к нам? — засыпав вопросами Айен, быстро проговорила мулатка. — Так. Слишком много вопросов. Да, я и есть новенькая, о чем уже сожалею. Я надеюсь, ты пока никому не скажешь, что я та самая новенькая. Завтра итак это узнают. Это было во 1ых. Во 2ых: я перевожусь на 1 год, потому что от дома близко находится школа. Это Лео настоял, пояснила девушка. — Хорошо. Так ты хочешь узнать, с кем будешь учится? — увидев одобрительный кивок Сезер продолжила, взяв телефон и начала что-то искать, — Итак. Вот это — моя лучшая подруга Маринетт Дюпен-Чен, — показала фотографию девушки с синими волосами, — Мы с ней давно знакомы. Она хочет стать дизайнером. Играет на гитаре и хорошо поёт. Вот это Айвон (или Айван, напишите, как правильно), — показала следующего довольно крепко сложенного парня, — он любит группу «Зомби-череполомы». Милый парень, но лучше над ним не издеваться, иначе будет плохо. Встречается с Милен Апрэль (от автора: они обычные люди), — показала фотографию, где они вместе. — А это кто? — показала Айен на человека, как она думала, которого сегодня видела в кафе. — В каждом классе есть, так сказать, своя элита. И мой класс не исключение. В эту «элиту» входят: братья Агресты: Адриан и Марк, Натаниэль Курцтберг, Нино Ляиф. Они знаменитые бабники, переспали почти со всей школой. Их все боятся, они могут так навалять, что мало не покажется. Это так, лучше к ним не подходить и их обходить стороной. Хотя с Нино можно ещё общаться нормально, когда нет Курцтберга. Нино диджей, каких поискать. Если в школе дискотека, то за пультом всегда он. Аргресты раньше были более-менее нормальными. У них мама погибла, когда им было 5 лет. Адриан более-менее ещё держался, но Марк полностью изменился и не в лучшую сторону. Куртцберг всегда был таким. Начиная с началки, он был самовлюбленным типом и с годами это не прошло. У него, как и у всех его друзей, богатые родители. Они не воспитали его должным образом. Всегда покупали то, чего он захочет. Да и сейчас так делают. Также у него есть «девушка» Хлоя Буржуа. Она стервозная, высокомерная сучка. Ей всегда все сходит с рук. С ней тоже лучше не связываться. А, кстати, у Марка тоже есть девушка Лила Росси. Она по характеру такая же, как и Хлоя. И плюс к этому, постоянно лжет всем, — закончила свой монолог Аля. Тем временем девушки допили чай с блинами. — Так, понятно. От них держусь подальше, а дальше, как пойдёт. Ладно, пойдём спать, завтра трудный день, особенно для меня. — Не переживай ты так. Держись меня, и все будет о’кей. И они разошлись по комнатам

***

Ночью долго крутилась. И, наконец, ей удалось уснуть.

Pov Айен

Я долго не могла уснуть, все-таки завтра 1 день в новой школе и классе. Все же знают ситуации, когда завтра вы куда-нибудь должны поехать, или завтра состоится мероприятие какое-нибудь и не можете уснуть долго? Так же и со мной. И вот, наконец-то, я смогла уснуть. Это было в каком-то замке, как по одежде можно понять, не совсем давно. Этот замок прекрасный, и люди здесь хорошие. Светит солнце на улице, день прекрасный. Птицы поют, все люди радуются, веселятся, правда чему они радуются, не знала. Я подхожу к женщине, которая проходила мимо, и спрашиваю: — Что происходит? — но она не успевает мне ответить, как вдруг у этой женщины изо рта потекла кровь и упала, умирая, с глазами застывшего ужаса. Сзади нее стоял мужчина с окровавленным мечом. Он и убил её. За миг все радостные звуки превратились в ужасные крики боли и страха. Мужчины в тёмных одеяниях нападали на людей, стража замка не могла с ними справится. Было много крови. Я бегу от него, залетаю в первую дверь и закрывают там. Это была яркая просторная комната с маленькой кроваткой посередине. Я поняла, что здесь должна жить маленькая девочка. Но в комнате было что-то не так. Но не успеваю её рассмотреть, как в дверь начали долбить. Пытаясь понять куда мне спрятаться, поняла, что в этой комнате меня насторожило: кроме маленькой кроватки для ребёнка здесь не было мебели, поэтому спрятаться мне негде. Я попыталась воспользоваться магией, но лёд почему-то меня не слушается. Тем временем дверь выломали и меня попытались заколоть. Но я успела увернуться, но не надолго. Через какое-то время мужчине все-таки удалось меня ранить и я, закричав от резкой боли, упала. Он ко мне подошёл и сказал: — Мы тебя все равно найдем, можешь не прятаться, — и ударил меня мечом прямо в сердце. Я закричала и, резко сев на кровать, открыла глаза, держась за сердце, тяжело дышала, как будто реально меня пронзили в сердце мечом. Я проснулась в холодном поту. Когда я осмотрелась, поняла, что я нахожусь в своей комнате, которая покрыта льдом. Это был кошмар, который мне уже неоднократно снился. И причём всегда разный, но в одном месте, в том замке. И тут в дверь начинают стучаться. — Айен, все в порядке? Открой дверь, — это была Аля. Странно. Обычно она, когда мне снятся кошмары, не приходит. А у меня тут комната льдом покрыта. Я быстро попыталась успокоиться и убрать лёд, обычно помогает. Но… В этот раз что-то идет не так. Быстро все убрать у меня не получается. А Аля тем временем долбится в дверь. Фух. Смогла. Я встала с кровати, открыла дверь и впустила Алю. — Что случилось? — спрашивала она который раз, — Ты так закричала, что аж подпрыгнула. — Неужели так сильно? — ужаснулась я. — Ещё как. — Мне кошмар приснился. Ничего страшного, — честно говоря, я уже к ним привыкла. С 9 лет меня мучают кошмары. Либо про этот загадочный замок, либо про детдом, либо про разные семьи. — Точно все в порядке. Может мне принести воды? Будешь? Или тебе колыбельную спеть? — Нет, спасибо. Иди спи. Я уж как-нибудь сама, — тем временем на часах было 4 утра. Аля с недоверчивым лицом ушла в свою комнату, а я попыталась сделать самую ободряющую улыбку, типа все хорошо и я в за правду в порядке. Интересно, мне все-таки удастся поспать или нет. Ладно попытаюсь. В итоге мне удалось уснуть. И так я доспала до 7:30 утра.