Скрытое от вида 2

      Ретчет ушёл обратно на склад за необходимыми сейчас запчастями. Свою работу на некоторое время придется отложить, чтобы заменить потерянный (разбитый в хлам) манипулятор. Конечно, Оптимус такого приказа не давал, но перед оффлайном мехи успели обмолвиться о том, что связист может сыграть большую роль в противостоянии двух сторон. Саундвейв долгие ворны находился под крылом своего лидера, служа ему верой и правдой. Золотой Век, Первые ораторские выступления, переворот власти, война — всё это время мех был намного ближе к Мегатрону, чем все остальные вместе взятые. У тогда ещё Ориона первой мыслью при виде обоих гладиаторов вместе возникло, что они партнёры — настолько тепло и понимающе друг к другу относились. Уже тогда в серебристом проскальзывали нотки величия и возвышения, но телепат на это, кажется, совсем не обращал внимания. Саунд знал своего Лорда даже лучше самого Прайма. Но это не являлось единственным козырем синего меха. Тот был в курсе всего происходящего на десептиконском корабле, имел удивительные познания в программировании, а ко всему прочему оказался до шарктиконов гениальным. Подобный механоид вполне способен решить исход войны; на одного такого приходится с дюжину обычных. И то, что сейчас связист почти добровольно оказался в манипуляторох некогда врагов, было огромным чудом. Это как схватить куш — так же сладко и опьяняюще; до глюков процессора. Подобное нельзя упускать, когда есть возможность — нужно вцепиться когтями, дентопластинами, чтобы удержать того, кто способен выдать секреты других во благо будущего. И Оптимус мог поклясться, что эта личность пожелает сотрудничать даже в убыток себе, по старой дружбе, что так много для него значила. И Ретчет с этим заявлением согласился, прекрасно зная, что предводитель алозначных несказанно прав. А потому решился без прямого на то указания восстановить одну из конечностей, что могла пригодиться в дальнейшей работе. А вот с сервоприводом пока что лучше повременить…       Связист проводил взглядом медика до самой двери, за которой он поспешил скрыться. Ворчаний и каких-либо возмущений не последовало, что для связиста особой новостью не стало, а вот высунувшихся детей изрядно удивило. Чтобы Ретчет не проклинал весь мир за то, что ему дважды пришлось идти в одно место? И тем более отложил свои «неотложные» дела, занявшись чем-то менее продуктивным? Он собирался прерваться, чтобы просто поставить шпиону утерянную конечность, который даже не в критическом состоянии пребывал?! Ребята были, мягко говоря, в шоке, но особо выделялась эмоциональная девчонка, поспешившая выплеснуть все свои удивление и восторг:       — Да ладно! Чтобы этот ворчун так легко согласился что-то сделать? Я точно не сплю? — Мико самой первой выскочила из временного «убежища», стоило двери только захлопнуться.       — Ворны, — тихо прошелестел собственным вокодёром связист и снизил подачу энергии в визуальный поток. Окуляры вместе с подсветкой потемнели на несколько тонов, вокруг всё стало темнее в несколько раз, но телепата это не угнетало: он спокойно мог ориентироваться благодаря своему ЭМ-полю или же просто сканируя окружение вокруг — благо, его корпус оснащён необходимой механикой.       — В смысле? — уточнил Раф, также приблизившись к краю смотровой площадки.       — Ворны дружбы сыграли свою роль, — пояснил связист и ненадолго задумался. — Следовало попросить немного энергона.       — Он у тебя на исходе? — наконец вмешался Джек, как всегда вступая в беседу самым последним из-за чрезмерной осторожности и недоверия. Хотя это вполне объяснимо — фиолетовозначных стоило опасаться вне зависимости от того, с какими они пришли намерениями. В большинстве случаев исход один — и он не положительный.       — Не сказал бы. Держусь пока что, но когда процент опустится до пятнадцати, уйду в энергосберегающий режим.       — А сейчас сколько? — уточнил младший из парней.       — Восемнадцать. В таком состоянии продержусь ещё около джоора, может, чуть меньше.       — Джо… что? — не поняла Накадаи.       — Джоор. По вашему времени час и тридцать минут, — спокойно объяснил связист, на что дети лишь кивнули.       — А ворн?       — Джек, да это не интересно! — вспыхнула девчонка, отталкивая друга в сторону и, как некоторое время ранее, опасно перевесила верхнюю часть тела через ограду. Только вот на этот раз забираться на десептикона она не спешила. — Ты был знаком с Ретчетом?       — Ворн — приблизительно восемьдесят три земных года, — ответил Вейв сперва на вопрос Дарби, уже прекрасно понимая, что отдохнуть ему не получится в силу процессорного штурма, организованного мелкими любознательными детишками. — Да, — ответ уже на второй вопрос.       — А как вы познакомились? — не унималась брюнетка.       — Вы хотите, чтобы мой голосовой модуль стерся окончательно, — достаточно тихо и с толикой отчаяния взмолился телепат. И за что ему такие страдания?       — Стёрся? Почему? — а вот и новый вопрос, уже от Рафаэля.       — Редко использую.       — Но он же красивый! — возмутилась гиперактивная девчонка.       — У меня свои причины, — отрезал связист. Вышло немного грубовато, но судя по изменившимся лицам детей, лезть в личную жизнь врага они более не намерены.       — Так вот, насчёт Ретчета… — начал Вейв, замечая, как подростки приободрились, устраиваясь поудобнее на полу. — Знакомство, по правде говоря, вышло очень сумбурным, смятым. Я тогда ещё был гладиатором…       — Ты был гладиатором? — изумилась девчонка. — Но ведь твой корпус… Разве тебя не переломали бы?!       — Если будешь перебивать, я не стану рассказывать, — пригрозил телепат и продолжил. — Я был гладиатором и…       — Так ты им всё же был? — не удержалась Накадаи, но встретившись с недовольным взглядом, тут же притихла.       — Был. Ранее у меня стояла другая альтформа, по размерам немного уступал Мегатрону. После сменил его на более элегантный и легкий.       — Но разве не лучше иметь на войне корпус более сильный? Этот, он…       — МИКООО! — протянули парни, не в силах более выслушивать подобное издевательство.       — Этот корпус не предназначен для сражения. Я этим никогда не увлекался. У меня лучше выходит процессорная работа, — шпион пропустил мимо своих аудио возгласы мальчишек. — Вернёмся к рассказу. Я был гладиатором и работал параллельно с Мегатроном, ранее звавший себя Мегатронусом…       — Ты с ним работал?!       — Мико!..       Ничем не примечательный день, что освещали пять взошедших на небе Солнц. Небо чистое, светлое, как и окружение вокруг центральных улиц Каона. Здесь всегда слепит оптику от ярких вывесок, не менее броских корпусов прохожих кибертронцев; стоит шум; громко играет музыка. Город оживлён, но эпицентром служит далеко не какой-нибудь клуб или торговый центр — большая часть населения столпилась у громоздкого здания округлой формы, у входа которого растянулась длиннющая очередь, а где-то даже возникали конфликты и драки. Сегодня один из долгожданных боёв — Мегатронус должен схлестнуться в жестоком поединке со вторым, не менее известным гладиатором — Саундвейвом. Билеты раскупались на ура, сегодня гарантировался аншлаг. Только вот тёмно-синего меха это не особо волновало — его бой произойдёт ближе к ночи, когда город проснётся окончательно, а небо будет полыхать яркими огнями, впрочем, как и всегда. Сейчас же можно немного расслабиться и отдохнуть в своём отсеке, только за энергоном стоит забежать. Коридоры амфитеатра являли собой достаточно широкие, но достаточно пустынные проходы. Редко в таких местах можно пересечься случайно, ведь здесь особо никто и не ходит. Отсеки гладиаторов за три джоора до начала представления запирались — выход предоставлялся лишь тем, кому предстояло сразиться. А обслуживающий и лечащий персонал предпочитал отсиживаться в безопасных местах, когда не было работы. Попасться на оптику одному из гладиаторов не желал никто — большая часть присутствующих здесь либо отбитые убийцы и маньяки, либо психи, лишённые здравого рассудка и норм морали. Они рождались, жили и погибали ради убийства, ради луж и пятен энергона. И убить ни в чём неповинного уборщика, предварительно над ним надругавшись, им не составит особого труда.       Спереди послышался возмущенный вскрик и скрежет металла о металл, что не могло не привлечь внимания Саунда. Он не привык вмешиваться в чужие дела, поскольку прекрасно понимал: нарушишь негласный закон — получишь вдвойне. Никто и никогда не должен интересоваться тем, что делают другие, если это не касается самого себя. Или если ты не уверен в том, что сможешь отстоять свою точку зрения и, конечно же, выжить. Сегодня же его путь проходил как раз через эпицентр событий, а потому вмешаться скорее всего придётся — желание восстановить процент топлива в баках до максимума ещё не угасло, а потому Вейв двинулся вперёд, уже прекрасно зная, что именно его ждёт. Безликая маска устремилась на довольно редкую в этих стенах картину — двое верзил зажимали какого-то красно-белого юнца между своими корпусами, а тот в свою очередь отчаянно брыкался и материл тугопроцессорных гладиаторов за их омерзительное поведение. На губах тёмно-синего засияла улыбка, испарившаяся в тот же наноклик, как оптика наткнулась на белый крест, расположенный на плечевом сегменте бедолаги. «Медик, значит», — прояснил для себя ситуацию механоид и добавил, — «скорее всего стажер».       — Развлекаетесь? — нарушил момент Саунд, опершись на стену, возле которой остановился. В вокодёре различались убийственные нотки, что и заставили гладиаторов прекратить свои пытки над медперсоналом, но не выпускать добычу из манипуляторов.       — О, Саундвейв… — замявшись, начал один.       — Не хочешь присоединиться? Смотри, какого красавчика подцепили! Гулял спокойно по коридорам, сказал, что ищет кабинет главврача! Забавно, да?       — И вместо того, чтобы ему показать дорогу, решили просто сконнектить? — Вейв вздёрнул надлинзовую дугу в легком недоумении, прекрасно зная, что этого действия никто не увидит.       — Почему бы и нет?       — Отпустите его, — тоном, не терпящим возражений, приказал связист.       — Но мы же его не ломать хотим… «Вы его просто хотите», — закончил мех про себя и недовольно рыкнул, высказывая подобным действием своё недовольство происходящей ситуацией.       — Так и быть, раз тебе запал этот красавчик, можешь объездить его первым! — один из головорезов в примирительном жесте поднял манипуляторы и отошёл назад. Второй же просто сделал несколько шагов в сторону, высвобождая медбота из цепких когтистых объятий.       — Убирайтесь, — сквозь денты процедил телепат и показательно щелкнул боевыми когтями, способными без особого труда вспороть шейные магистрали любого из присутствующих.       — Что, даже после себя не дашь? — возмутился было второй, но поймав на себе безликий взгляд, поспешил ретироваться вместе со своим дружком от Саундвейва.       — Я… Спасибо большое, — пришел в себя медик, что-то несвязно болтая. Теперь уже лицевая, скрытая под толстой маской взглянула на него, также заставляя в страхе молчать.       — Имя? — как всегда коротко и понятно.       — А? Ретчет, — напряжённо провентилировал мех под пристальным взглядом. — Я стажер, прохожу здесь практику… «Лучше места не нашлось», — фыркнул про себя механоид — вновь оказался прав.       — Убирайся отсюда, пока не наткнулся на новые неприятности, — отчеканил гладиатор.       — Неужели вы.? — в голубой оптике легко прочиталась тревога и даже некоторый страх, приятно будоражащий системы изнутри. Неужели Вейв так похож на насильника или убийцу? Ах, точно, здесь только такие и водятся.       — Пшёл вон, — на этот раз грубее, чтобы до глупого студента дошёл смысл слов.       — Мне нужно найти главврача, передать ему датапады под роспись… — медик замялся сильнее, уже опасаясь, что благородный спаситель на самом деле не такой уж и благородный. Сколько он помнил, то этот гладиатор никогда и никого не оставлял в живых… Ретчет определённо знал его, и от близости с ним немного глючил процессор. Электромагнитные поля веют холодом и жестокостью, маска не позволяет разглядеть маниакально поблёскивающих окуляров и садистскую улыбку. Конечно. Он такой же, как и все остальные, заточённые здесь.       — Прямо до развилки и налево, — сухо отозвался гладиатор и двинулся дальше по коридору, даже не удосужившись обойти стажера — он отошёл самостоятельно, мелко подрагивая от навеваемого ему страха.       — Что? — Ретчет вскинул шлем, недоуменно глядя на огромную фигуру, что уже успела отдалиться на несколько метров.       — Двести первый отсек, — отозвался вокодёр уже вдали. Медбот, прошептав тихое: «Спасибо» пустоте, поспешил по заданному ему маршруту, надеясь добраться без приключений.       — Вау! Я не думала, что вы могли познакомиться подобным образом! Так а почему те верзилы до него докопались? — ситуация, описанная без подробностей настырную девчонку не сильно радовала, поскольку приходилось задавать многочисленные дополнительные вопросы.       — Таким мехам, как гладиаторы нужны только развлечения. А что может быть интереснее, чем запугать какого-нибудь глупого меха? Вот и ответ на твой вопрос. — прошелестел связист, отгоняя от себя лишние воспоминания, что желали всплыть следом за этими. Детям не обязательно знать, что когда-то он вместе с Мегатронусом были не просто друзьями Ретчету и Оптимусу. Всё же раньше их связывало очень многое, и знай ребята всю историю, то могли не только неправильно понять рассказчика, но и заявиться с кучей вопросов к другим, что могло повести за собой не самые хорошие последствия. К тому же, Вейв не собирался рассказывать столь личные для всей компании вещи.       — Даже не верится, что вы могли познакомиться при таких обстоятельствах! — восхитился Рафаэль неожиданно проявившейся благородностью десептикона, о которой ранее им было не известно.       — Ага. И вашей дружбе помешала война? — вмешался Джек.       — Именно. А теперь я бы советовал вам уходить — ремонт может затянуться надолго, и вам придется здесь просидеть достаточное количество времени, если не успеете сбежать до возвращения Ретчета. Подростки спорить не стали, понимая всю правильность слов механоида, а потому, попрощавшись и пообещав его навещать, скрылись за дверьми отсека. Сикер же остался наедине со своими мыслями до приходя медбота, который вернулся достаточно скоро и взялся за ремонт утраченной конечности.