Поступи иначе!

Шрам возвращался из Слоновьего Кладбища поздно ночью. Только что он рассказал своим союзникам гиенам о своем плане. Да, этот план был ужасен: завтра он хочет убить собственного брата и маленького племянника, но черногривого не мучила совесть. Ведь завтра, если все пойдет по плану, сбудется его главная мечта — он станет королем. Муфасу ему уже давно не было жаль, он отобрал у него все: внимание отца и любимую львицу. Все самое лучшее доставалось ему и это вызывало у Шрама жуткую зависть. Черногривому хотелось отобрать у старшего брата все и быть на его месте. Хотелось разрушить счастливую жизнь Муфасы и его надоедливого отпрыска Симбы. А ведь когда-то они с братом были очень дружны и ни одного дня не проводили врозь, доверяли друг другу все секреты и казалось, ничто и никто не может встать между ними. Но оказалось, что все-таки может. Когда Муфасу объявили наследником, его младший брат Така и подумать не мог, что это так отдалит их друг от друга. Началось все из уроков отца. Ахади брал на них старшего сына, младшего оставляя без внимания. Тогда Така впервые почувствовал одиночество, невзирая на то, что мама всегда была рядом и утешала его. Потом осознание того, что он станет королем, сделало из Муфасы ужасного зазнайку и это очень злило младшего брата. А затем появилась Сараби в которую влюбились оба брата, но она предпочла будущего короля. Тогда в душе Шрама помимо зависти поселилась еще ненависть к старшему брату и исчезло всякое чувство братской любви и привязанности между ними. Но Симба… он ведь еще совсем малыш и не успел сделать ничего плохого своему дяде, помимо того, что является сыном Муфасы и помехой на пути к трону. Неужели он заслужил смерть? Шрам потрусил головой, отгоняя сомнения и стараясь не думать о Симбе. Он уже был на своем любимом выступе и лег, положив голову на лапы. «Ничто не заставит меня отступить от плана» — думал черногривый, — «я сделаю это и стану королем и мне все равно, что они мои родные брат и племянник.» С этими мыслями Шрам не заметил, как им овладела дремота. * * * Сначала лев как будто провалился в темноту. Но вскоре перед его глазами появилось то самое ущелье, в которое он завтра должен был привести Симбу. Шрам шел вперед, удивленно разглядываясь вокруг. Почему он оказался здесь и что это за странный сон? Или же не сон? Черногривый увидел впереди фигуру какого-то льва. Чем ближе он подходил, тем больше замечал, что этот лев очень на него похож, пока в один момент незнакомец не обернулся и Шрам с удивлением отпрянул. Перед ним стоял… его двойник! Черногривый как будто видел свое отражение. Пока Шрам отходил от шока, двойник улыбнулся и сказал: — Ну здравствуй, а я уже давно жду тебя. Черногривый вздрогнул. Мало того, что этот лев поразительно похож на него, так еще и говорит таким же голосом. Шраму было очень странно слышать свой голос от кого-то другого. — Кто ты? — спросил он только, — и что тебе нужно от меня? — Я это ты, — смеясь, ответил двойник, — только из будущего. — Это шутка? — спросил Шрам, — или я сошел с ума? — Нет, с ума ты не сошел, — ответил двойник, — я здесь, чтобы спасти твою душу и убедить тебя не делать того, что ты задумал. — Ты о чем? — пораженно спросил черногривый. — Но ты же умный лев, Така, и сам уже наверняка догадался, — ответил ему собеседник. — Ты о убийстве Муфасы, — сказал Шрам, даже не обратив внимания на то, что двойник назвал его старым именем. — Именно, — сказал ему тот, — ты не должен этого делать. Шрам еще не мог прийти в себя и поверить в то, что сейчас он разговаривает сам с собой и что другой «он» пытается уговорить его не убивать брата. Но вскоре в его душе поднялась злость. — Почему я должен слушать тебя и отказаться от своей мечты, от трона?! — раздраженно закричал черногривый, — и к тому же, Муфаса уже давно мне не брат! — А я тебе отвечу на этот вопрос, — ответил ему двойник, на которого крик Шрама не произвел никакого впечатления, — потому что я знаю, что будет после того, как ты убьешь Муфасу. — Стоп, я убью? — удивленно спросил черногривый, — Муфаса и Симба погибнут под копытами антилоп. — Нет, — качая головой, ответил двойник, — ты убьешь его собственными лапами, сбросив со скалы, но на Симбу у тебя лапа не поднимется и он сбежит. Ты будешь считать его покойником, но он вернется, чтобы победить тебя. Шрам только молчал и слушал, а двойник, тем временем, продолжал свой рассказ. — Твоя душа не настолько зачерствела, насколько ты думаешь. После смерти Муфасы тебя будет мучить совесть. Брат будет преследовать тебя в кошмарах и наяву являться в каждом уголке пещеры. Тебя будет преследовать его последний взгляд и предсмертный крик будет стоять в твоих ушах. Ты думал, что брат для тебя ничего не значит? Как видишь, это не так. Запрет называть при тебе его имя не поможет заглушить голос совести и ты медленно будешь сходить с ума. А Симба, ведь он еще совсем ребенок и искренне любит тебя и тянется к тебе. Неужели он заслужил того, чтобы потерять отца? Ведь ты помнишь, как тебе было больно, когда умерла мама? — спросил двойник у Шрама. Огромная волна боли пронзила душу черногривого при этом вопросе. Он действительно очень тяжело перенес смерть своей матери, которую сильно любил. — Так вот Симбе будет так же больно, — продолжил двойник, — а он же еще будет винить в этом себя из-за того, что ты перебросишь свою вину на его плечи. Шрам опустил глаза и задумался. — Но у тебя есть шанс спасти свою душу и не переступить черту, — сказал двойник. — Как? — спросил Шрам. — Поступи иначе, — ответил собеседник, — откажись от плана, научись ценить тех, кто с тобой рядом и пойми: счастье не в троне, не во власти, а в семье. И самое главное — не дай тьме завладеть твоей душой, как это случилось со мной. При этих словах двойник медленно растворился в воздухе и исчез. * * * Шрам проснулся, тяжело дыша. Он снова был на своем выступе. Странный сон все не шел из головы черногривого. Шрам помнил его до мельчайших деталей. Слова двойника глубоко засели в его душу. И темный лев решил последовать его совету: поступить иначе. И он решил сделать первый шаг для этого. Шрам встал и пошел искать брата, чтобы поговорить и помириться с ним.