Каньон

-Куда ты меня опять тащишь, Панка?- спросила девочка с черными волосами. Светило яркое летнее солнце. Табор обосновался примерно в 3 км от водоема с пресной водой, недалеко от ущелья. Рыжий мальчишка вёл девочку по узкой скалистой тропе, закрыв ей глаза руками. Лилит протестовала, но цыган знал эту местность лучше, чем она. Им поручили набрать воды , и вместо ближнего небольшого озера он потащил ее к огромному разлому. Дорога стала ровнее, вдалеке послышался плеск воды. Подобный звук напоминал плеск канавы в городе, но был намного громче и мелодичнее. И чем ниже они спускались, хоть он не был громким, но Лили казалось, что у нее закладывает уши. - Готова? Мы пришли, - Панка убрал ладони. Перед сероглазой открылся вид на водно пространство. Шириной оно было в улицу и уходило в никуда. Девочка вопросительно посмотрела на своего соседа. Зрачки её сузились до точек. - Что это такое? - Это река. Родители говорят, еще задолго до их рождения рек было очень много, и были среди них такие огромные, что не было видно берегов на другой стороне. А сейчас они обмельчали или вовсе исчезли. - Я видела их в старых журналах. Дедушка собирал их. Он отличался от семьи, я расскажу как-нибудь. Если я правильно помню, то у них были названия. - Да, например на вече. И да, о названиях, они действительно были, не сохранились за редким исключением. Вот этой повезло, название простое и распространенное в былые времена — Серебрянка, - мальчишка взял ведро и вошел в реку по колено. -Серебрянка. Действительно красиво, - девочка уселась на плоский камень и с любопытством наблюдала за знакомым. До этого она никогда не видела «рек» или «озёр», о брате и сестре и говорить нечего. Максимум, вода в ванной и бассейн в городе. А тут целая улица из воды. - Что-то ты притихла, Лили. Ах, извини, тебе же такое в новинку, - сказал мальчишка с легким оттенком грусти. - Раз так, то давай еще кое-что покажу. Рыжий взял ее за руку и потащил чуть далее места спуска. - Что на этот раз? Дети остановились , когда достигли вершины холма. Поля цветов необыкновенного красного цвета сливались с небом. Среди ярких бутонов не было ни единого просвета., сплошное полотно. - Маки. Красивые, правда? После дождей в это время года поля окрашиваются в алый. Папа называет это patroj sango, переводится как «кровь отцов». Дело в том, что у нас существует легенда, мол, во время Великих войн женщина, потерявшая на войне всю семью, посреди ночи вымолила у неба возможность встретиться с умершим мужем. Наутро она вышла и увидела яркий бутон мака, что расцвел у порога. Она не придала этому значения, мужа не нашла. А когда осознала, чем являлся цветок, горько над ним заплакала. В тот же день она окончательно сошла с ума от горя и вскрыла вены, вымолвив: «In aeternum». Если не ошибаюсь, то переводится «вовеки». А потом у ее тела выросли другие маки и покрыли пустоши. Поэтому мы верим , что дождь — слёзы, пролитые над погибшими, а маки — это их кровь и души, - Мальчишка сделал небольшую паузу и взял в руку мак, не срывая. - Цветут они недолго, так как не имеют право задерживаться в нашем мире. Цветы были чуть ниже колена детям. Лили смотрела на них с любопытством. Она прикоснулась к лепесткам одного из них, но они тут же опали. - Кажется, я могу только разрушать, - грустно пробормотала Лили, опустив голову. Мальчишка посмотрел на неё с сочувствием и в тот же момент начал размахивать руками, ногами, в дело пошло даже ведро. Лили вскрикнула от неожиданного грохота железа. Над травой вспорхнуло и вскоре осело алое облако. Рыжий ураган остановился и посмотрел на Лилит с улыбкой во все 32 зуба. - А я тоже могу! - радостно воскликнул он.-Пошли домой, нас уже заждались. Мальчишка набрал воды, и вскоре они уже шагали по дорожке из ущелья.