Распад GPG

Утро оказывается не совсем добрым. Юнги просыпается с адской головной болью и с ослепляющим солнцем из окна. «Чёрт, на какой фиг Хосоку сдались эти шторы?!» — мысленно возмущается Юн. Так как он уже проснулся, Мин решает встать с кровати и направиться в ванную, дабы смыть своё состояние. Или хотя бы попробовать. По дороге в душ он слышит доносящийся из кухни шум и уже знает его создателя. Однако решает встретиться с ним уже после водных процедур. — Доброе утро, что делаешь? — обнимает со спины стоящего у обеденного стола Хосока Юнги. — Решил салат приготовить и уже 12 часов, — продолжает нарезать картошку Хо. — Я всегда встаю после 12, привыкай, — говорит Юн, а затем чуть прикусывает кожу у основания шеи парня и идёт наливать себе кофе. — Ах! — вздрагивает Чон, быстро накрывая место укуса ладонью, — Юнги! — Не надо было шторы открывать в моей комнате, — улыбается Мин и, взяв стакан с ароматным кофе, проходит к окну, чтобы понаблюдать за движением на улице. Чон же только пыхтит на это, краснея. *** Проходит ещё 2 недели и Хосок под долгие уговоры Юнги всё-таки решает переехать в его квартиру. Юнги с Намджуном сейчас переносят коробки с вещами Хосока в квартиру первого, а Сокджин с Хосоком тем временем готовят праздничный ужин в честь переезда. — Я всё не пойму, как же так получилось, что ты решил переехать к Юнги? У него такой мерзкий характер! Ты первый, кто решился на это, не считая Джун-и, конечно, — говорит Джин, ставя курочку в духовку. — Серьёзно? — хихикнул Хо, — я, конечно, в курсе, что он тот ещё козёл, но, думаю, ужиться с ним можно. — Для этого нужно быть либо отчаянным дураком, либо таким же, как он. На отчаянного ты не похож, поэтому, скорее всего, второй вариант, — с улыбкой рассуждает Джин. — Хах, кто знает, — улыбается Чон. Через час после того как парни заносят в дом последнюю коробку, а Джин выключает плиту, все садятся за стол. Намджун открывает бутылку вина и предлагает выпить по бокальчику, для здоровья. — Что ж, счастья тебе в этом доме, Хосок-а. По себе знаю, как бывает сложно в одной квартире с вредным Мином, — смеётся Джун, держа хрустальный фужер, наполненный вином. — Эй! Уж от кого, но от тебя я не ожидал такого, предатель! — наигранно ругается хозяин квартиры. — Если что, сразу звони мне, я приеду и заберу тебя от этого монстра, Сок-а. Я уже сохранил свой номер у тебя в телефоне, — поддерживает любимого Джин, приобнимая рядом сидящего Чона. — Да, блин, вы что, сговорились?! Друзья называются! Не слушай их, Хосок, они обо всём врут! — вырывая из объятий любимого и прижимая к себе. Чон же смеётся с этой ситуации. Друзья пару часов ещё посидели, а затем парочка Кимов решила пойти домой. — Что ж, у нас завтра много работы, поэтому нам нужно встать пораньше. А вам, думаю, стоит побыть наедине, — подмигивает Джин Юну, на что тот прокашливается. Затем тот подходит к Хосоку и говорит ему на ухо как можно тише: — Как бы он не уговаривал, ни за что не соглашайся без презерватива. — Чт... Джин — дурак! — краснеет Чон, ударяет ладонью по груди советчика, тем самым отталкивая от себя, и уходит из комнаты. Мин убирает всё со стола, а затем моет грязную посуду, Чон в это время моется в душе. После душа, немного разморенный и покрасневший, Хосок проходит в кухню и, останавливаясь на входе, облокачивается на дверной проём. — Почему ты раньше не съезжался ни с кем? Тебе ведь уже почти 24, верно? — интересуется Чон. — Ты уже помылся? — немного вздрагивает Мин от неожиданности, — ты младше меня всего на год, однако, ты тоже не упоминал о таких событиях. — Я был занят танцами и музыкой. Ты сам всё хорошо знаешь. — Ну, видимо, у меня тоже были дела, я тоже, как ты знаешь, занимался музыкой, — вытирает полотенцем руки Юн и разворачивается к собеседнику лицом, продолжая, — Знаешь, не так просто найти человека по душе, того, с кем бы ты хотел жить в одной квартире длительное время. А строить отношения, не имеющие смысла, не горю желанием. Какой толк, если через пару месяцев мы разъедемся? — с интересом рассматривает такого привлекательного после душа Хосока Юн. — То есть, в отношениях со мной ты видишь какой-то смысл? — А ты умный, — ухмыляется пепельноволосый. — Сколько… Ты перебрал персон, пока искал нужного? — Хм… Достаточно много. Но я не совсем понял, что именно тебя интересует. Встречи, отношения, секс? — прищуривается Юн, пытаясь разглядеть смысл заданных вопросов в глазах Хосока, который то и делает, что пытается не смотреть в глаза Юнги. — Меня интересует всё о тебе. Но сейчас… — делает паузу брюнет, а затем добавляет еле слышно, — секс. — О как. Ну... Я пару раз хотел попробовать с девушкой, но у меня ничего не вышло. Благодаря этому я понял, что девушки мне, ну, совсем не интересны, — подходит ближе Юн, — несколько раз меня пытались заставить, один раз я. Потом, вроде, было раза 2 по пьяни, но я их не помню, соответственно, были ли они на самом деле — не знаю. Только со слов. — То есть, теоретически, никого не было, — переводит взгляд на Юнги Хо. — Возможно, — отводит взгляд Мин, останавливаясь в 20 см от Чона, — а у тебя? — У меня даже намёка на это не было… — проговаривает брюнет и, несколько секунд решаясь, взяв нежно за подбородок, поворачивает голову Юна и вовлекает его в поцелуй, целуя немного неумело. Юнги застывает на некоторое время от неожиданности, но потом отвечает на поцелуй и за талию притягивает Чона к себе, прижимая того как можно ближе. Мин бродит по спине руками, оглаживая лопатки, проходится рукой снизу вверх, пересчитывая позвонки, а затем запускает ладонь во влажные волосы, поглаживает, перебирает их, чуть оттягивает. Юнги старается целовать Хосока тягуче, нежно, но сладость губ слишком опьяняет, поэтому иногда его уносит и он грубо втягивает губу либо кусается. В какой-то момент он чувствует давление на своё тело и пятится назад, а затем его таз прижимают к кухонной тумбе. Он чувствует, как чужая рука осторожно забирается под футболку. — Что ты делаешь? — чуть хрипя, спрашивает Юнги, отстраняясь и тяжело дыша. — Ты не хочешь? — смущённо спрашивает Сок, вытаскивая руку из просторной футболки парня. — Дело не в этом… — Если хочешь, то я буду снизу, — перебивает Чон, быстро протараторив. — А? Да нет, я не это имел ввиду, мне все равно кто снизу. Просто я думал, что ты хочешь повременить с этим… — заглядывает Мин в глаза брюнета, но Чон их отводит. — Я думаю об этом с того дня, когда было загадано то желание… — Желание? Когда мы играли в бутылочку что ли? Вау… — Тогда я выпил и не против был продолжить. — Знаешь, алкоголь не лучший советчик в этом, поэтому… — Зато он прибавляет храбрости. С ним легче сделать то, чего ты боишься в трезвом состоянии, — перебивает Мина Чон, — поэтому… Давай продолжим, если ты не против, — проговаривает брюнет и спускается на шею Юна, принимаясь покрывать её поцелуями. Но не успевает Хосок и половину шеи исследовать губами, как он чувствует, что его ноги отрываются от земли. Мин подхватывает Чона за бедра и несёт того к себе в спальню. После он аккуратно опускает парня на кровать и нависает над ним, впиваясь в его губы поцелуем. Он терзает губы в страстном поцелуе, забирается руками под футболку, ласкает живот, пересчитывает ребра и поднимается к затвердевшим бусинам. Добравшись до сосков, он несильно сжимает пальцами правый, ловя губами сдавленный стон со стороны Хосока. Юнги отстраняется на какое-то время, чтобы восстановить дыхание и, не теряя времени, снимает с себя футболку и штаны, а затем помогает с одеждой и любимому. Он только сейчас замечает, как дрожат колени Хосока, что немного его взволновало. — Хэй, ты точно хочешь этого сейчас? — спрашивает Юн, заглядывая любимому в глаза, и кладет свои ладони на его колени, принимаясь успокаивающе поглаживать их. — Можешь взять смазку с презервативами из моей сумки? — отводит свой взгляд брюнет. — Ответь на вопрос, — будто приказывая, серьёзным голосом просит сероволосый. — Если бы я был против, я бы сейчас этого не говорил, — пытается как можно увереннее ответить Чон, но его голос все равно подрагивает. — Я не хочу тебя принуждать, — делает глубокий вздох Юн. — Юнги, прошу, сделай то, что я сказал. Если мы сейчас не продолжим, то я ещё долго не смогу решиться, — лепечет Сок, а Юнги кажется, что дрожь с его ног начинает переходить на всё тело. Юн ищет нужную сумку, находит в ней то, что от него требовалось, и возвращается к Соку. Он снова припадает к губам любимого, сминая их, но уже не с былой страстью, а с нежностью, заботой, успокаивающе. Мин поглаживает его лицо, гладит по голове, перебирая волосы, гладит его руки, потом уже целуя и их, спускаясь к пальцам. Серебряноволосый решает попробовать повторить недавнюю выходку Чона. Он уверен, что она понравится Чону также сильно, как и ему до этого. Мин подносит пальцы левой руки любимого ко своему рту и берет один на пробу. Облизывает его, как леденец, посасывает, наблюдая за реакцией парня. Тот же смотрит заинтересованно, возбужденно, закусывая нижнюю губу. Мин перебирается на следующий палец и проделывает те-же манипуляции с ним, только в конце решает добавить изюминку. Юнги последний раз проходится языком вокруг пальца, а затем медленно прикусывает его и, задерживаясь в конце, даёт насладится мягкой, приятной болью. У Хосока из-за таких манипуляций не получается сдержаться и с его губ слетает стон наслаждения, которое скатывается вниз, отдавая в паху. Юн продолжает ласкать губами тело любимого переходя на шею, затем на грудь, спускаясь по животу всё ниже. Уже покрывая поцелуями зону ниже пупка и начиная опускать резинку боксеров, Мин чувствует на своей голове руки партнёра, которые приостанавливают его. — Что ты хочешь сделать? — смущённо спрашивает брюнет, сводя брови домиком. Пепельноволосый на это только вопросительно поднимает бровь, выпрямляясь, — не надо. Это слишком… — Что в этом такого? Думаю, что тебе будет приятно. — Нет, мне не нравится такое. — Хм… Ладно. Но трусы все равно нужно снять, — говорит Юн и стягивает боксеры с Хосока, из-за чего второй подскакивает, принимая сидячее положение и прикрывая возбуждение, ойкая. Также Юн поступает и со своими трусами, отбрасывая их к другой одежде куда-то на пол. — Знаешь что, — усаживается рядом с Хосоком Юнги и, облокачиваясь на спинку кровати, надевает презерватив на свой член, — иди ко мне на ручки, — дразнит, хлопая пару раз ладонью по бедру, как бы приглашая. Хосок же отворачивается смущённо, увидев данное деяние, — да ты издеваешься! — собирает он вместе коленки, обнимая их. — Ты, смотрю, тоже. Давай быстрее, — стоит на своём Юнги, — или слабо сесть ко мне на колени? Помнится, ты когда-то уже так делал. Чон пытается что-то ответить, пыхтя от смущения и негодования, но потом понимает, что Мин ему не поддастся — уж больно охреневший. Поэтому он борется со смущением, но выполняет просьбу. — Черт, какой же ты козёл, Юнги! — пробует подняться парень и кое-как, на ватных конечностях все-таки забирается на колени к пепельноволосому, — гнида паскудная, идиот, задница, обнаглевшая скотина! — Я тоже тебя люблю, — проговаривает Мин и затыкает Чона поцелуем, на этот раз страстным и развратным, прижимая к себе хрупкое тело. — Ну что, весь пыл спустил или ещё остался на задворках? — нехотя прекращает поцелуй Юн, когда любимый немного отвлекается. — Гад, — проговаривает Хо, восстанавливая сбившееся дыхание. — Хах, окей, — смеётся парень. Затем берет ладонь Чона и кладёт к себе на грудь, на область сердца, спрашивая, — что ты чувствуешь? Хосок некоторое время прислушивается к своим ощущениями, а затем отвечает: — Бьётся. Часто. Слишком часто, — немного удивлённо подняв брови, проговаривает Чон. Он чувствует насколько сильно бьётся сердце Мина и, от осознания причины некой тахикардии, он неосознанно расплывается в тёплой улыбке. Оно бьётся так сильно, будто хочет вырваться из грудной клетки и с уверенностью можно сказать, что ему это под силу. Бьётся так сильно, что, кажется, весь мир может услышать. Так сильно, что кажется, будто силы одного сердца хватит на всех людей планеты. Также сильно, как и сердце Чона. Бьётся в унисон. Хосок вовлекает любимого в трепетный поцелуй, берет его ладони в свои руки и направляет по телу. Левую руку направляет на свою спину, будто прося поглаживаний именно этой области, правую же опускает ниже, касаясь пальцами самой дырочки. Юнги понимает, что от него требуется и, выдавив немного смазки на средний палец и на сам проход, пробует протиснуть его внутрь. Хосок выдыхает и пытается расслабиться. Всё оказывается не настолько плохо, как ему ожидалось. Юн отвлекает его поцелуями, массирует его спину, проходится по позвоночнику, от чего парень выгибается. Когда один палец входит уже достаточно свободно, Мин, выдавив ещё смазки, добавляет второй. Хосок же, сдавленно простонав, прерывает поцелуй и носом утыкается в плечо парня. — Больно? — взволнованно интересуется Мин. — Нет, но достаточно странные ощущения. Когда уже всё? Надоели пальцы… Хочу что-то большее… — Мы ведь только начали… Ты меня так возбудить что ли пытаешься или что? Лучше не стоит, Хосок-а. — Я хочу почувствовать тебя в себе… — Серьёзно, хватит, — жалобно просит Юнги и резко добавляет третий палец, случайно проходясь по простате, из-за чего Хосок подпрыгивает, выгибаясь и роняя откровенный стон. Юнги пытается быстрее растянуть парня, раздвигая пальцами на манеру ножниц, ищет нужную точку, запоминая угол проникновения, и покрывает поцелуями шею и плечи Хосока. Он уже изнемогает от желания, а его член начинает побаливать из-за отсутствия внимания. — Сок-а, приподнимись, пожалуйста, — вытаскивает пальцы из прохода Юн, а затем, выдавив смазку на свой член, размазывает её по всей поверхности презерватива. — Ну что, готов к тому, чего так рьяно просил? — и, не планируя получить ответ, вводит свое возбуждение в тело парня, ловя губами протяжный стон партнёра. Введя орган наполовину, Мин даёт привыкнуть любимому к его размерам, зацеловывая его губы. Спустя некоторое время, Чон уже сам насаживается до основания, чуть подрагивая. — Я люблю тебя, — с трепетом произносит Юн и, поглаживая щеку любимого, смотрит с любовью в глаза Хосока. — Тоже… — кладёт свою ладонь поверх чужой, придерживая, ластится об неё брюнет. Пару минут спустя Юн начинает двигаться, помогая себе руками, направляя бедра Чона. Не очень удачная поза для первого раза. Трудно двигаться самому, учитывая вес Чона на своих бедрах, который из-за неконтролируемо дрожащих, ватных ног, не в состоянии чем-то помочь парню. — Мне не очень приятно в этой позе, давай поменяем? — через несколько минут говорит Хо, а Юн и не против — самому хочется так сделать. Мин без слов кладет парня на лопатки и, пристроившись между ног, входит снова. Теперь ему легче управлять процессом и найти нужный угол проникновения, что он и делает. Юнги быстро находит простату и старается с каждым входом проезжаться по ней, выбивая стоны удовольствия из Хосока. Теперь приятно не только ему, но и его любимому человеку, что радует актива. Комната наполняется стонами и пошлыми звуками, кровать ходит ходуном, спинка которой, постоянно ударяется о стену, а воздух становится невыносимо тяжёлым и душным из-за двух разгоряченных тел. Через некоторое время два влюблённых разума настигает эйфория, а их тела содрогаются в некой агонии, поддаваясь оргазму. Юнги замирает, откидывая голову назад, в немом стоне, а затем, выйдя из парня, обессиливший, плюхается рядом с Хосоком. Брюнет проводит своей ладонью ещё несколько раз вдоль своего члена и тоже выгибает спину в неком экстазе, срывая голос на хрипоту в откровенном стоне. Парни обессиленно лежат несколько минут, прикрыв глаза, восстанавливая дыхание и отходя от звёздочек в глазах, а затем Хосок чувствует, как его притягивают к чужому, теперь уже родному, телу и обнимают. — Как ты? — спрашивает Юн, тычась носом в плечо любимого. — Если не брать тот факт, что я сейчас вряд ли сумею встать на ноги… Великолепно, — широко улыбается Чон, поворачивая голову в сторону любимого. — Я рад, что тебе понравилось, — с теплой улыбкой проговаривает Юн и тянется за ещё одним поцелуем, — если ты не сможешь ходить, то я везде буду носить тебя на руках. — Да неужели, ловлю на слове Юнги-я, — отвечает на поцелуй Чон, — на работе значит тоже будешь меня носить. Посмотрим, как ты набегаешься со мной от столика к столику. — Черт, не подумал. Мне ещё можно забрать слова обратно? — интересуется Мин, на что Хосок только смеётся и, прижав к себе сильнее любимого, вовлекает в длительный поцелуй. Парни ещё какое-то время валяются на постели, обнимая друг друга и сплетаясь в нежном поцелуе, а затем идут в ванную смывать последствия перехода их отношений на новый уровень. *** Спустя год. — " Важные новости: завтра в 19:00 состоится выступление новой музыкальной группы, однако, не новых нам людей, из которых: международный репер — Ким Намджун, его коллега — Ким Сокджин, а также бывший участник GPG — Чон Хосок и, вы не поверите! Сам «Бог рэпа», который однажды участвовал в коллаборации с Ким Намджуном! Из неофициального источника появилась информация, что данный человек наконец откроет нам свою личность. Не пропустите! Завтра в 19:00 на нашем канале! Вы не пожалеете! " — вещает телевизор. — Ты уверен, что мне тоже стоит выступить? — неуверенно спрашивает Хосок. — Чего? Ты опять за старое? Я уже 100 раз тебе повторял, что без тебя выступать не буду. Сок-а, ты ведь так хотел этого, что опять взбрело тебе в голову? — притягивает к себе любимого Юн, заглядывая в глаза. — Не знаю, тогда такой скандал был… Я… Я не хочу, чтобы ребят потом хейтеры одолевали… — Так. Хосок. Если ты не выкинешь эти дурацкие мысли из своей головушки, то я тебя покусаю, — заговорщицки улыбаясь, говорит Мин и легонько прикусывает кожу на шее парня. — Ой! — вздрагивает Чон, — Юнги! Я ведь серьёзно! — не сильно бьет Юна ладошками, тем самым высвобождаясь из объятий. — Я тоже. — Хм, — хмыкает Чон и, складывая руки на груди, обиженно надувает щеки. Мин улыбается с такой моськи и, чмокнув парня в надутые щеки, снова обнимает его, прижимая к себе, — вот же, вредный!