Ты сломал мне рёбра, чтобы пробраться в самую душу

Я не успел опомнится как меня кто-то живо поставил на ноги и буквально потащил в машину. Я ничего не соображал и стал вырыватся. Это снова тот мужик? Сильные руки взяли меня за живот и я оказался в горизонтальном положении. Мне было холодно и я уже устал что либо делать. Задняя дверь машины открылась и я сразу почувствовал тепло. По всей видимости в автомобиле был включен обогреватель. Я понял что в безопасности только тогда, когда раздели до трусов, хорошенько вытерли и укутали в одеяло. Меня всё ещё трясло и только через какое-то время я всё же увидел кто мой спаситель. Антон Дмитриевич за то время, пока тащил меня, уже успел промокнуть до нитки, но даже не дрогнул. Когда учитель убедился что я в порядке, то сел на переднее сидение. Автомобиль быстро тронулся и мы поехали в ту сторону, с которой меня сюда завезли. Я уже давно был согрет, но меня жутко трясло. Через зеркало на меня поглядывал учитель. Я дрожал в одеяле и слушал как на улице вовсю грушит ливень. Мне не верилось в происходящее. Я сам дошёл до трассы, меня чуть не изнасиловали, по глупости я как минимум заработал себе обморожение, а теперь я сижу в машине человека, в которого влюблен, в машине своего учителя. Стоп. Но почему тогда он ездил на олимпиаду со мной в автобусе? Но даже на то, чтобы задать вопрос не было сил — ляг, поспи, — сказал наконец учитель, в очередной взгляд кинув на меня взгляд через зеркало Я послушно улегся на все заднее сидение и только сейчас заметил подушку. Одеяло, подушка... Он действительно так заботится обо мне, что на душе потеплело. Незаметно для себя я быстро заснул. Шумы медленно прекратились и ощущение движение со временем удалилось. Я был сонным, но не спал, хотя и глаза не открывал. Я услышал щелчек. Задняя дверца автомобиля открылась и мужчина с легкостью взял меня на руки. Считайте меня полным извращенцем, но я прям таки почувствовал себя принцессой на руках у бесподобного принца. И нет, я не трансвестит, а гей. Неосознанно я что-то промычал и по лицу захотелось знатно ляснуть, ибо это мычание больше походило на стон. Я всё ещё не открывал глаза, но чувствовал прикосновения рук и тела Антона Дмитриевича. Как-то странно, люди, после того, как из хотели изнасиловать от людей бы держались явно подальше, но мне хотелось по человечески укутатся в нежности. Такой уж я, с виду черствый, а требую ласки. На улице, кстати, дождь прошел, но было до жути холодно, ведь я в ожном одеяле, а стопы моих ног прекрасно чувствуют холодину, на которую у меня аллергия. Я уже чувствовал как краснеют и начинают чесатся мои ноги. Домофон. Дверь. Подъезд. Элитный подъезд. В нём не воняло подвалом или дешевой краской, как в моем. Я продолжал делать вид что сплю, пока не вспомнил об одной вещи. Бабушка. Бабушка наверняка переживает что меня всё ещё нет. Мне стало насрать на то, что я как идиот симулировал сон и широко открыл глаза. Как раз в этот момент мужчина зашел в огромную квартиру со мной на руках. Увидев, что я уже "не сплю" учител издал тихий смешок. — мне нужно срочно домой. Сколько время? — сказал я, когда Антон Дмитриевич поставил меня на пол — у меня переночуешь, я тебя в таком виде никуда не пущу Ступор. С одной стороны приятно, но мне сейчас начхать на свои потребности, ибо всё же бабушка — моя бабушка... — я позвонил ей как выехал, сказал что ты в порядке и решил переночевать у друга У друга? Хах... Ну, ничего себе дружок у меня. Хотя в этот момент будто и упал камень с души, но напряжение не уходило. Хочу заметить, что меня всё ещё знобило и стало обидно что теперь я свою на холодном полу, а не лежу на руках у такого мужчины. Я понимаю что сейчас бы все мои одноклассницы мне обзавидовались бы, и не сдержавшись от этой мысли я нервно хихикаю,но учитель пропускает это мимо. Его рука больше чем моя чуть ли не в два раза. Он касается нею моего лба. — всё ещё холодный... — прошептал он, а я только что и мог склонить голову на бок от умиления, — Я уложу тебя в свою кровать, а сам посплю на диване Я только открыл рот чтобы возразить о том, что я сам мог бы прекрасно поспать на диване, как Антон Дмитриевич меня перебил — кушать хочешь? – нет, — сказал я, шмыргнув носом. По всей видимости у меня начинался насморк, который я так ненавижу, — хочу спать... — ладно, пойдём, — учитель заботливо взял меня за руку и мы пошли в глубь квартиру, которая кстати очень походила на пен-хаус и я не мог понять от куда у обычного учителя огромная квартира и машина... Тилипалсч я за ним конечно жутко неловко. Одной рукой придерживал подол пледа, а другой держал крепкую ладонь учителя Мы зашли в большую спальну. Она немного походила на ту, что обычно в люксовых отэлях и я всё же не понимал от куда такой богатство. Вспомнив о своей коморке с старой кроватью и шкафом, я смутился. — ложись спать, если тебе что-то нужно будет, то я в гостинной, — мужчина подошёл к комоду и достал футболку размера М. Обычно я ношу такое дома, обожаю вещи оверсайз, — мм, — Антон Дмитриевич кинул на меня взгляд, — извини, штанов твоего размера у меня нет, так что надень-ка пока это Я уселся на кровать, всё ещё кутаясь в одеяле, хоть мне и было уже жарко в нём, но я дико смущался своего тела при человеке, которого люблю, поэтому терпел — я пойду, — тот подошёл ко мне и поцеловал в лоб, — сладких снов, Серёж Мужская фигура скрылась за белой дверью. В ступоре я тронул место лица, куда только что поцеловал меня мужчина. Хотелось всё обдумать, но мне так хотелось спать,поэтому я натянул на себя футболку цвета темной вишни и улегся под одеяла. От мысли что здесь спал человек, которого я так люблю, по телу пробежали мурашки. Я уже не спал, но и не в силах был встать или хотя бы открыть глаза. Меня лихоманило и трясло, мне было жарко, поэтому я полностью раскрылся. Я что-то бубнел себе под нос и даже не услышал как дверь в комнату открылась и Антон Дмитриевич потрогал мой лоб, а потом в спешке куда-то исчез. Я вообще ничего не понимал, ничего не осознавал. Лихоманило не по детски. Голова раскалывалась, а с меня ручьём стекал пот. Непрошло и минуты как я почувствовал на своем лице что-то мокрое и очень холодное. Особо это не дало результата, но мне полегчало. Мужчина залил в меня какие-то медикаменты с водой и я снова лежал на кровати. Хах, а я то уже думал что моя "вечерняя прогулка" мне обошлась. Наивный, с моим то хиленьким телом и организмом. А дальше всё как в тумане. Прошла уже неделя и единственное что я помню, так это обеспоконное лицо мужчину, постоянно примостившегося возле меня, который то и дело что ухаживал за мной. Я открыл глаза. Голова болела, но меня уже не лихоманило. За окном дождь, я в огромной кровати. На другой стороне от меня, поверх одеяла лежал мужчина. Он был совсем близок ко мне. Его горячее дыхание обжигало мне щеки. Я умилялся, глядя на этого взрослого мужчину, с которым я был так близок. В голову стали бится неровным ходом кусочки воспоминания. Я лежу на кровати, трудно дышать, учитель сидит на полу и держит меня за руку. Снова воспоминания. Отрывок. Я на руках у Антона Дмитриевича, у него в руках тарелка, он кормит меня. Снова. Ванная, я в холодной воде. Голый. Стоп, что? По щеке, шее и ушам стали видеться красные пятна. До чего же стыдно, как я теперь буду смотреть ему в глаза... Господи, лучше бы я покрылся мхом и от меня несло бы свалкой, но только не это. — уже проснулся? — услышал я голос мужчины Ответить я не смог. Как стыдно то... — какое сегодня число? — выдавил я из себя — 3 ноября, четверг, — учитель стал подниматся — чёрт, школа, бабушка, — с неожиданности я вскочил с кровати, от резкого движения голова заболела сильнее — каникулы вообще-то, серый, — с улыбкой на лице сказал Антон Дмитриевич,и почеив он меня называет так? — а бабушке твоей я всё объяснил — от куда у вас вообще номер моей бабушки? — ты хоть и записал свой номер в журнале, но у классной руководительницы номер бабушки имеется — она что знает? — не беспокойся об этом, как ты себя чувствуешь? — мужчина потёр шею рукой. О мой Бог, он что засмущался?