my page

тихий шум кондиционера навевал некое спокойствие, выбивая из груди облегчённый вздох, потому что кроме этого привычного звука тебя больше ничто не беспокоит. минхо стоял возле входа магазина, уперевшись руками об стойку. его взгляд был задержан на страницах очередного журнала, который он подобрал из здешней стопки. телефон разрядился ещё час назад, а забытая утром зарядка валялась где-то среди прочего хлама, поэтому приходилось идти на крайние меры и хоть как-то отвлечь себя, поторапливая время. шло оно, кстати, не быстрее самой медленной черепахи или той же улитки, что очень раздражало. как не взглянешь на настенные часы, так большая стрелка указывает на пять, отводишь взгляд, казалось бы на целую вечность, а стрелка по-прежнему стоит на пятёрке, ну может быть совсем чуть-чуть сдвинулась. в общем, проводить время на работе оказалось той ещё тоской, не говоря уже об отваливающихся конечностей под конец рабочего дня., но самое худшее с чем пришлось столкнуться минхо — это назойливые, капризные покупатели, которые не щадят совсем молодой, но в душе уже старый, организм, и трахают тебе мозг громким 'а это мне не подойдёт! а это слишком дорого! '. — ну и катитесь отсюда к чёртовой матери. — злобно шепчет минхо каждый раз, а затем изо всех сил натягивает милую улыбку, словно работать с свиньями его предназначение. хотя, со свиньями на ферме работать куда приятнее на самом деле, думает он. животные гораздо лучше людей, хотя бы потому что они не имеют способность жаловаться на все и вся. тишина в магазине для ли, как бальзам на душу. никто никуда не спешит, нет никакой толкучки, от которой мозги разом сносит, и терпение заодно. только холодный воздух, не громкая музыка. песни, к сожалению, шли одни и те же, надоевшие ему за три дня. будучи уверенным в себе, минхо готов делать ставки, что уже завтра он почувствует тошноту, стоит лишь услышать чёртово 'двбвдвдыд' ещё раз. он, сам того не осознавая, едва слышно подпевает джастину биберу, ни капли не фальшивит даже, пока дверь, ведущая в торговый центр, не распахивается, впуская внутрь парня с синими волосами. широкая чёрная футболка, заправленная в штаны, идеально подходила его образу этакого панка или подростка визжащего маме 'я не такой, как все! '. ремень хорошо подчёркивал тонкую талию, а бутсы на платформе делали его немного выше, чем было на самом деле. минхо реально залип. и если бы не врождённое самообладание, он бы прямо сейчас неловко подбирал свои слюни и краснел, как пятиклассница перед крашем, который старше её на четыре класса. присмотревшись, он заметил, что незнакомец ещё и линзы голубые нацепил, наверняка, чтобы заставить кровь бурлить, как в адском котле, и добить до конца ни в чем неповинного консультанта. в голове сирена воет, когда парень с серьёзным лицом подходит к нему, убрав руки, украшенные браслетами, в карманы, несколько секунд осматривает его и вдруг машет ладонью перед лицом. — перед бабкой при смерти махай так. — вырывается из уст минхо, и он спешит исправиться до того, как на чужом лице отразится недоумение смешанное с недовольством. — кхм, здравствуйте, я хотел сказать. — ну привет, — а голосок то ещё совсем юный. становится очевидно, что ли явно старше, не на годик и не два даже. парень прищуривается, устремив взгляд на бейджик. на линзы с диоптриями не хватило, походу, проносится в голове, прежде чем тот продолжает. — минхо… поможешь мне? — да, конечно, — улыбается старший, и сильно удивляется, когда осознает, что искренне. немного сместив взгляд, он замечает на браслете маленькие буквы — хан джисон, ага. — что хочешь? джисон почему-то с ответом не спешит. вместо этого он внимательно проходится по губам красивого до ужаса консультанта, и нарочно облизывает свои, медленно толкаясь языком в щеку. — я хочу новые кроссовки. — наконец отвечает, поднимая на закипающего минхо невинный взгляд. 'он это нарочно делает? ' орёт внутри себя старший, чувствуя знакомое ощущение в животе, но на лицо остаётся спокойным, как удав. провести парня до отдела с обувью оказалось очень легко, а вот, когда пришёл момент выбирать кроссовки, минхо немного напрягся. конечно он знает все новинки и то, что сейчас в моде, поэтому и предлагает ему, что подороже., но смотреть на то, как джисон медленно и показушно наклоняется, чтобы завязать шнурки, открывая вид на задницу, у минхо не хватает никаких моральных сил. приходится отворачиваться как-то, устремлять взгляд в пол, отдалённо размышляя над тем, что он делает со своей жизнью, и заодно вспоминать сколько светит за изнасилование. в шутку, конечно. как назло остальные работники слились в непонятном направлении, ссылаясь на обед., а минхо то у нас умничка, на диете сидит, но по правде говоря жёсткий режим эконом вынуждает его пропускать ланч или побыстрому засовывать себе в рот бутерброды с дешёвой колбасой. так и от гастрита недалеко, говорит ему как-то чан, но ли лишь отмахивается от него, как от надоедливой мухи. минхо настолько глубоко погрузился в себя, что не заметил, как чужая ладонь коснулась его щеки и провела вниз по шее. старший немного вздрогнул, моргая часто. — вы выбрали? — кивок. — а, хорошо, может быть вы хотите купить что-то ещё? минхо язык себе прикусывает сильно, стараясь не замычать от боли, потому что ну кто тебя просил. если этот хан-гребаный-искуситель-панк-джисон останется с ним наедине ещё на минут пятнадцать, старший за его же порванное очко ответственность не несёт. пока они идут к футболкам, минхо судорожно прокручивает в голове недавние события, прошедшие за две недели, и не находит ни кусочка связанное с сексом. неужели недотрах даёт о себе знать, а мальчишка не причём? — тут в основном все новое, примерочная, если что там. — консультант указывает на другой конец магазина и ретируется со словами. — я водички попить и скоро вернусь! джисон удивленно хлопает глазами, провожая взглядом удаляющегося парня до тех пор, пока тот не скрывается за секретной дверью с табличкой 'только для работников', и переводит внимание на висящие футболки, тихонько хмыкая под нос. минхо жадно присасывается к горлу бутылки с холодной водой и от нахлынувшего блаженства прикрывает глаза. вода заканчивается очень быстро, а жажда, утоленная лишь наполовину, никуда уходить не собирается. мысль подрочить прямо здесь кажется заманчивой, но оставлять джисона одного тоже не вариант. в конце концов, какова вероятность, что он прилежный покупатель и гражданин, и ли потом не вставят по самые уши за спизженные кроссы и вещи. — ну, была не была, — произносит он сам себе, вытирая потные руки об собственные штаны, и выходит из душного помещения навстречу судьбе. обойдя все вешалки и каждый квадратный метр, минхо с ужасом понимает, что джисона нигде нет. и смачный шлепок по лицу звучит, как game over. он тихо матерится и проклинает себя за такую оплошность, называет себя олухом и не опытным кретином, который попался на удочку соблазнительного тела и отвлёкся. он бы продолжил себя карать до самого вечера, ещё бы и кошкам потом поныл, но голос, отдавшийся из примерочной, рождает в нем новую надежду и широкую улыбку на лице. парень мигом оказывается возле нужной примерочной. — вам что-то нужно? — минхо тихо выдыхает и смеётся беззвучно над своей тупостью, не веря в происходящее. слова чана о том, что нужно больше спать вспоминаются сами по себе. — да, — джисон не спешит, только через пару секунд приоткрывает занавеску и плавит минхо умоляющими искорками в тёмных глазах. — мне нужна твоя помощь. — и, не дожидаясь ответа, резко тянет минхо на себя. оказавшись в тесной примерочной рядом с ханом, минхо по-началу испугался отражения в зеркале., но спустя пару мгновений понял, что бояться не его нужно было, а парня, который никак не мог справиться с ширинкой джинсов. — я захотел их примерить, а когда решил снять, замок заел, — бормочет младший, вздыхает и сдаётся, оставляя ширинку в покое. у минхо щеки горят. уши отдают алым оттенком. в голове ни одной приличной мысли. за разговорами он уже успел представить шикарную картину, где он опускается на колени перед джисоном, зубами хватает замочек, и с первого раза расстегивает его, не отрывая хищный взгляд от дрожащего парня. как ни странно, минхо ловко расправляется с ней руками. казалось бы, что стоит теперь сказать спасибо и выгнать его, но джисон невозмутимо стоит на месте и не говорит ни слова. ли не понимает в чем дело, пока не следует за его взглядом вниз и натыкается на свой бугорок между ног. какой позор. жар и холод обливают потом. чувство стыда начинает потихонечку сжирать его, не забывая протереть ротик салфеточкой. — это, ну… — все слова сейчас кажутся незнакомыми, и старший не в курсе, как продолжить фразу, но внезапно на помощь приходит виновник событий. — теперь тебе нужна помощь, да? — хан излучает холодное спокойствие, только слабый румянец на щечках говорит о том, что ему либо неловко от ситуации, либо неловко от следующих действий, потому что неожиданно разворачивается спиной и стягивает джинсы с бельем до самых щиколоток. — ты чт- — можешь взять меня. — перебивает он. — смазка и презервативы у меня в рюкзаке в самом маленьком отделе. будешь трусить, расскажу начальнику о твоём домогательстве ко мне. думаю, мы оба этого хотим ещё с первого взгляда. жёсткая правда обрушивается на минхо тяжёлыми булыжниками. да, он в самом деле не прочь был трахнуть этого засранца, но не здесь же. да впрочем, какая уже разница. первый палец входит в нежное нутро достаточно свободно. ли игнорирует неожиданный и неуместный в данный момент укол ревности и ядовито спрашивает. — часто такое практикуешь? — поскорее вводит второй, затем и третий. джисон издаёт громкий вздох и дёргается слабо. — нет, — первый толчок пальцами, — мхгм, скажем так, люблю поиграться с собой рано утром, а тебе просто повезло. сделав вид, что слова хана звучит правдиво, минхо еще немного помучил его пальцами, после чего достал из трусов болезненно-ноющий член с последующим лёгким тоном. у джисона от его размеров скапливается слюна и член заметно дёргается, что видно по отражению в зеркале. минхо усмехается негромко, и входит резко наполовину, выбивая из горла мальчишки протяжный стон. пальчики на ногах сжимаются сами по себе. — боже, — хнычет он, упираясь руками об стенку. — тебе стоит. — юное тело дёргается от слишком резкого толчка, — ах, поторопиться. — громкий стон отскакивает от стенок и разливается в животе приятным теплом. минхо трахает его, как надо. смешивает в быстрых толчка грубость, а в коротких поцеулях в шею нежность. джисона кроет на самом деле. твёрдый член хена часто попадает по простате и вырывает из него очаровательные стоны с высокими нотками. пот катится по острым ключицами, но обоим плевать. они хотят больше, хотят достичь небывалого только вдвоём и желательно одновременно. — минхо. ах! — джисон не может больше сдерживаться, чувствуя как из покрасневшей головки обильно выделяется смазка. — пожалуйста! — и просит, сам не зная что. старший рычит тихо, словно зверь, полностью выходит из полюбившегося тела и вновь вгоняет член на всю длину, млея от пошлых шлепков тела об тело. джисон вскрикивает и всхлипывает в ладонь минхо, поспешившую закрыть ему рот. ещё несколько таких движений, и младшего, будто бьёт током. спина выгибается до хруста, касаясь груди ли, коленки трясутся сильно, намекая о том, что вряд ли выдержат вес хозяина. минхо кончает следом и кусает за загривок, дабы заглушить стон. в глазах сплошной туман, в ушах звенит, дыхание постепенно возвращается в норму. они вытираются салфетками, помогают друг другу одеться, и все это в полной тишине, не считая сбивчивое дыхание младшего. осмотрев магазин сквозь щель в занавеске, минхо первый выходит из примерочной. вздох облегчения вырывается напрасно, когда парень доходит до стойки у входа и видит за ней чанбина. — приветик, — чанбин замечает его сразу и улыбается. минхо почему-то это улыбка не нравится. — привет… — неуверенно бросает тот и переводит глаза на кроссовки, будущий хозяин которых все ещё копается в примерочной. — ты пробил их? — да, а где сам покупатель? — беспечный вид друга вроде как уверяет ли, что тот ничего не слышал и не видел. — скоро подойдёт, ты давно пришёл? — минут пять назад, а остальных ещё нет? старший отрицательно мотает головой. — вот как. — чанбин задумчиво разглядывает его, минхо становится неловко. — хён. — что? со отворачивается. проходит какое-то время, прежде чем он тихо произносит: — я ведь просил не трахать моего младшего брата.