Медленная смерть

Гермиона неслась к портрету с пышной дамой, как будто кто-то гнался за ней. Внутри всё сжималось. Она не могла поверить в то, что случилось. Он поцеловал её. Сам. Но зачем? Что его сподвигло на этот поступок? А действительно ли он хотел этого? Так много вопросов и так мало ответов. Гермиона быстро прибежала к гостиной Гриффиндора, уже хотела говорить пароль, но замолкла. И представила себе картину: она, вся в слезах и запыхавшись, влетает в гостиную Гриффиндора. Наверняка, её друзья в недоумении, видят всё это и делают выводы. Гарри и Рон знают, что сегодня должно было быть первое патрулирование с Малфоем. Когда Гермиона всё это представляла — усмехнулась: уже видела как Рон бежит "чистить морду хорьку". Грейнджер вообще не хотела бы рассказывать, что произошло. Внутри у неё всё кипело от злости, разочарования и.. возбуждения? Нет, она целовалась, конечно, но не так же. Ну, хотя партнёры в этом деле у неё так себе были! Ну кто там? Крам, Рон и какой-то мальчик из маггловского лагеря на пятом курсе, когда родители запихнули её туда летом. Она как сейчас помнит: Малфой смотрит ей прямо в глаза, а в его взгляде горит огонь ярким пламенем. Проводит рукой по тонкой талии, притягивает ближе к себе. Ей становится страшно и приятно одновременно. Такой аккуратной близости с противоположным полом у неё не было. Её щёки загорелись. Он медленно провёл рукой от талии к шее, чем вызвал у Гермионы волну мурашек. И следующий момент, как вспышка: он впился губами в её губы. Ни он, ни она, не ожидали этого. Поцелуй был страстным, но не очень-то долгим. Когда Грейнджер поняла, что этого не должно быть и всё это неправильно, она оттолкнула его и убежала вся в слезах. Гермиона прибежала в туалет к плачущей Миртл, за что та выдала Грейнджер тираду о том, что некрасиво нарушать чужой сон. Она заперлась там и проплакала всю ночь. На завтрак она не явилась, на обед тоже. Гарри, Рон и Джинни косились на Малфоя весь день, будто знали в чём причина долгого отсутствия подружки. Но они и на миг не могли представить, что же случилось на самом деле.

***

— Что, не выспался? — с улыбкой спросил Блейз. — Да как-то не очень, если не видишь, — лениво ответил Драко. Он всегда приходил перед завтраком в подземелье. Так сказать, в родное место. К друзьям. Хотя.. Какие там друзья? Единственный, которому Драко всегда всё рассказывал - это Забини. Он всегда выслушает и поможет. Драко считал его другом. Девушки у него не было. То, что они с Пэнси трахаются время от времени...ну, это точно не отношения. Тем более, там не только Паркинсон. — Как там Грейнджер? "Патрулировали" вчера? — улыбнулся Блейз. Драко, видимо, понял на что намекает друг и сказал: — Забини, иди к чёрту! — скривился тот. Драко посмотрел на камин и погрузился в свои мысли. Вспомнил прошедшее, ведь он ещё не успел это обдумать со вчерашнего вечера. А что это было вчера? Что на него нашло? Он же сам к ней потянулся, этого не скроешь. Да и чёрт с ним! Может ему просто хотелось удостовериться, что он не хочет её. Он ведь не хочет? Наверное — нет. Хотя, член его думает иначе, когда Малфой вспоминает гриффиндорские ноги. Какие же всё-таки у неё ноги... — Да ладно, Малфой? Серьезно? — искренне удивился Блейз. — А? Чего? — спросил Драко. — Ты её трахаешь? Тебе мало половины Хогвартса, что за тобой бегают, а ты вцепился в грязнокровку? Не прошло и недели, как ты затащил в постель гриффиндорскую заучку? — Фу, Блейз, даже не говори такого, меня сейчас стошнит, — скривился Драко. — Ответь на вопрос! — Нет, конечно, ты что свихнулся? — Ну смотри мне, — в гостиной послышался облегченный вздох Забини. Нотт и Монтегю вышли из спален, и все вчетвером отправились на завтрак.

***

Гермиона не знала, как она будет смотреть в глаза Малфою. Неужели он догадался, что она сохнет по нему уже как полгода. Дура, дура, дура! Она бы ещё слюни пускала, как только видела его. После обеда она отправилась в библиотеку. Действительно, куда бы ещё. Снейп поручил ей написать доклад с однокурсником Гриффиндорцем. Она была рада, что не Слизеринец, хотя и не общалась с ним особо. Она сидела, записывала что-то на пергаментах и ждала Кормака Маклаггена. Именно с ним она писала доклад по зельям. Гермиона пыталась сосредоточиться, но ничего не получалось. Её мысли всё время возвращались ко вчерашнему вечеру. Ну зачем он это сделал?— крутилось у неё в голове. Она даже не знала, рада была этому событию или нет. Конечно, её радовало то, что тот, кто ей небезразличен, обратил на неё внимание. Но это же Малфой! А как он смотрел на неё перед патрулированием. Она что, действительно красивая? Господи, какая дура! Влюбиться в Малфоя, да и ещё сидеть здесь, в библиотеке и думать понравилась ты ему или нет? А если серьезно? Ему понравился поцелуй или нет? Хотя, она была уверена, что тому, что упиралось ей в бедро во время поцелуя, понравилось. Её мысли прервало прикосновение к плечу. Теплая мужская рука легла ей на плечо. Гермиона вздрогнула и резко развернулась, тем самым опрокинув все свои записи. — Прости, я не хотел тебя напугать, — тихо произнес Кормак. — Ничего, я просто задумалась, — сказала Гермиона. Они вместе нагнулись, чтобы собрать пергаменты. Когда почти все были собраны, они вместе потянулись к одному и их руки соприкоснулись. Гермиона подняла голову и посмотрела Маклаггену в глаза. Кормак улыбнулся и она смущённо убрала руку. Они сели за стол, Кормак прочистил горло и спросил: — Ну что, приступим? — улыбнулся он. — Да, конечно, давай, — смущённо ответила Гермиона. Все знали на курсе, что Маклагген неровно дышит к главной заучке, но он никак не показывал этого самой Гермионе. Она и сама не говорила ничего ему, так как знала, что взаимностью ответить не сможет. Летом они с Роном попытались встречаться. Это не продлилось больше двух месяцев. Она знала, что ничего не чувствует к нему. Они были как брат и сестра. Молли Уизли хотела видеть Гермиону в невестках, но больше всего она хотела счастья своему сыну. Невозвратной точкой в этих "отношениях" стало то, что во время, когда всё подошло к близости, Рон простонал Гермионе в шею "Да, Полумна..". После этого она две недели с ним не разговаривала, а потом и вовсе разорвала с ним отношения. Даже сейчас, ей иногда больно смотреть как Полумна флиртует с младшим Уизли и строит ему глазки в Большом Зале. Но она признаёт, что не хочет быть на её месте. Почти три часа они сидели и писали. Иногда обменивались парой слов по теме. Но сейчас Кормак набрался смелости и спросил: — Идёшь завтра в Хогсмид? — Да, мы втроём наверное пойдем. Джинни провинилась на Трансфигурации и миссис Уизли не подписала ей разрешение, — посмеялась Гермиона. — Да ладно, не думал, что наш декан способна жаловаться на своих, — улыбнулся он в ответ. Пару мгновений молчания и снова Кормак заговорил: — Слушай, — начал он, — прости, что напираю, но можно я завтра с вами пойду? Гермиона изумлённо посмотрела на него, но быстро ответила: — Эм, ну.. да.. конечно можешь. Прости что спрашиваю но, почему такое рвение? — заволновалась Гермиона. — Просто хочу побыть в вашей компании, надеюсь твой парень не против? — он улыбнулся. Конечно, он имел в виду компанию Гермионы, но не будет же он так прямо в лоб ей этого говорить. — У меня нет парня, Кормак! Но ладно, ты можешь пойти с нами. — согласилась Грейнджер. — Ой, смотри, как мы засиделись: через десять минут ужин. — Ну так пошли, я тебя провожу, — сказал он. — Хорошо, — улыбнулась она. Когда они пришли, уже все ученики были на месте. Некоторые студенты из Гриффиндора начали перешептываться, когда увидели их вместе входящих в Большой Зал, позже всех. Они попрощались, пожав друг другу руки. Она мельком посмотрела на слизеринский стол и увидела, что Малфой смотрит на соединение их с Кормаком рук и... злится? Неужели он ревнует? Да нет же! Ему плевать на грязнокровку. Видимо, ей понравилось как он злится и она сделала нечто очень непредсказуемое. Гермиона обняла Кормака. Она с улыбкой попрощалась с ним окончательно и заметила как Малфой взглядом метает молнии в Маклаггена. Как только она села за свой стол, ей задали вопрос: — Это что сейчас было? — с улыбкой спросила Джинни. — Ничего, — также ответила Гермиона. — А ты уверена, что это не твой новый парень? — спросил Гарри, усмехнувшись. — Гарри! Нет, конечно. Но, он идёт с нами завтра. Вы же не против? — спросила она у друзей. Гарри и Рон переглянулись и последний сказал: — Ну ладно, ладно.. — Спасибо, Рон, — посмотрела она на друга и положила руку ему на плечо. Гермиона перевела взгляд на Драко и увидела, что он очень зол. Она ещё не видела его таким. Ей стало не по себе от его взгляда, который был направлен на её руку на плече Уизли. Она перевела взгляд на свою руку и резко отпрянула. — Всё хорошо? — поинтересовался Рон. Гермиона пару раз моргнула и ответила: — Эм.. да, конечно, — и продолжила есть. Друзья ничего не заподозрили.

***

Сидеть одной в сером и холодном доме ей стало привычно. После того, что было кошмары не покидали её сны. Муж сбежал, её посадили под домашний арест. А сын вообще не разговаривал ни с кем. После начала учебного года он не ответил ни на одно письмо. За неделю таких было три. Милый Драко, Я знаю как тебе тяжело и знаю, что ты не хочешь со мной разговаривать после того, что я сказала тебе, но пожалуйста, сынок, я прошу тебя, откажись от своей идеи. Не будь таким упрямым. И пойми же ты наконец, мать всегда на стороне своего ребёнка. Я всегда пойму тебя и помогу чем смогу. Но не делай того, о чём потом пожалеешь! Твоя мать, Нарцисса. Это письмо Драко разорвал и испепелил. Неужели она не понимает, что он должен это сделать. Милый Драко, Ты читаешь мои письма, я уверена в этом. Читаешь, злишься, но не отвечаешь. Тебе тяжело перечить матери. Драко, я умоляю тебя — не делай этого! Да! Да, он наделал ошибок, но он не плохой человек. Отпусти его, как это сделала я. Он найдет путь, как выбраться и отомстить тебе за то, что ты сделаешь. И мне за то, что позволю. Я знаю: ты любишь его. Я учила тебя не врать. Так не ври себе. Оставь его в покое! Твоя мать, Нарцисса. Это письмо он просто кинул в камин. Когда пришло третье письмо, он даже не открыл его и использовал на нём Делетриус. Драко Малфой был точно уверен в своём плане и он знал, что не отступит, даже если его мать будет ему угрожать.

***

Воскресное утро было отличным. Гермиона умылась, переоделась и села выжидать момент. Она не хотела встречать его с самого утра. Как только портрет скрипнул, она радостная вышла из комнаты, спустилась по ступенькам вниз и хотела уже идти на завтрак, но её внимание привлёк пергамент на рабочем столе. Гермиона подошла ближе и увидела - это письмо. Видимо Малфоя. Наверное, ей было бы плевать, но Распределяющая Шляпа отправила её на Гриффиндор и любопытство взяло вверх. Она наклонилась над спинкой стула и начала читать письмо, чужое письмо! Господи, стыдно то как! Дорогая мама, Ты права — я действительно читал твои письма. Я благодарен тебе за помощь, которую ты мне оказываешь. Я прошу тебя не волноваться, со мной всё хорошо. Я должен отказать в твоей просьбе. Ты знаешь, что я тебя люблю, но ни за что не откажусь от своей идеи. Я прошу лишь одного — не мешать мне и никому об этом не рассказывать. Я не оставлю его в покое, пока он не ответит за то, что сделал с моей и твоей жизнями. Твой сын, Драко Скрип портрета и стук ботинков прервал её от чтения. — Что грязнокровка, решила поучиться с утра пораньше? Чего за столом сидишь..., — последние слова он сказал очень медленно, — Какого хера?! — крикнул он. — Малфой я.., — тихо сказала Гермиона. — Я тебя спрашиваю, какого хера? — рявкнул тот. Он подошёл ближе, схватил её за плечо и поднял Гермиону со стула. Их лица были очень близко друг к другу. — Я тебя спрашиваю ещё раз, какого хера? — прошипел Малфой. — Я.. я.. я не хотела.. оно просто.. лежало.. я не знаю.. прости.., — уже со всхлипами говорила она. Она зажмурилась и готовилась к удару, но его не последовало. Она с изумлением открыла глаза и посмотрела на него. Какой же он всё таки красивый — пронеслось у неё в голове быстрым щелчком. Так, Грейнджер, соберись, сейчас не время для этого! Когда Малфой увидел, как из янтарных глаз потекли слёзы, он со вздохом закрыл глаза и потёр переносицу. Гермиона не поняла этого жеста и только хлопала мокрыми ресницами. — Как много? — отчаянно спросил он. — Всё письмо, — осторожно ответила та. — Блять, Грейнджер я тебя ненавижу, — вздохнул Малфой, — Обязательно совать свой нос туда, куда тебя не просят? — риторически сказал тот. — Не переживай, это взаимно, — отметила Гермиона. Малфой проигнорировал колкость с её стороны, чем вызвал удивление у Гермионы: он всегда отвечал ей. — Я клянусь Грейнджер, если об этом кто-нибудь узнает, я зааважу тебя и твоих дружков, — прошипел тот и указал на письмо, — Ты поняла меня? — он сорвался на крик. Гермиона только со страхом в глазах яростно закивала. Малфой отпустил её и вздохнул. — Почему ты оставил его здесь? — любопытство все-таки победило внутри Грейнджер. — Ой, Грейнджер не тебе читать мне морали, — скривился Драко, — это же ты читаешь чужие письма. Гермиона только фыркнула и ушла из гостиной на завтрак. Впервые в жизни ушла она, а не он. И Малфой позволил. Да он и сам не знает почему. Ему просто не было ей что сказать. Конечно, он мог сказать "отвали, грязнокровка", но не хотел и чёрт знает почему.

***

День подходил к концу. Солнце садилось за горизонт. Студенты обошли все магазины, которые только знали; уставшие, они завалились в "Три Метлы". — Я тебе говорю, она превратилась в кошку, — Гарри указал на Гермиону. — Да ладно, я то думал почему она так долго лежала у мадам Помфри, — улыбнулся Кормак. Гермиона смущённо улыбнулась. Все четверо смеялись на весь паб. Это заметили слизеринцы. Конечно, кто же ещё! — Эй, Грейнджер, подцепила ещё одного олуха? — крикнул Нотт. — Интересно, они там играют в игру "кто первый рассмешит чопорную заучку, тот и быстрее присунет ей наверху в номере"? — сказал Монтегю. По пабу прокатилась волна из смеха слизеринцев. Первым не выдержал Маклагген. — Монтегю, рот закрой, иначе будешь сейчас зубы с пола собирать, — ответил Кормак. — Трясусь и боюсь, — он изобразил как будто действительно боится. — Мудила, — бросил Рон. — Перестаньте, они того не стоят, — сказала Гермиона друзьям. — Да, слышал рыжий, сучка сказала молчать, — крикнул Нотт и по пабу снова прокатилась волна смеха. Малфой только ржал во весь голос и Гермионе стало обидно. Хотя с чего бы это он стал защищать её. — Малфой, усмири своих хорьков! — сорвался с места Уизли. Нотт тоже поднялся. — Грейнджер, походу ты плохо работаешь ртом, Уизли нервный какой-то! Забери его! После этих слов Малфой злым взглядом уставился на друга. — Всё, довольно! Сядь, Нотт! — рявкнул Малфой. — Чего? Ты спятил что ли? — изумлённо спросил Тео. — Я сказал: закрой свой рот и сядь, — прошипел Драко. После этого не было настроения уже ни у кого. Никто так и не понял, что случилось с Малфоем и почему он так резко отреагировал. Гермиона тоже не поняла этого, но мысленно была благодарна ему за то, что он прекратил этот позор. — Мы определённо об этом поговорим, — сказал Забини Малфою так, чтобы услышал только он. — Не о чём разговаривать, Блейз, — лениво протянул тот. — Я так не думаю. А Малфой и сам так не думал. Он уже начал сходить с ума. Он уже начал медленно умирать.