Опаляя крылья

      Скомканная постель освещена слабым светом настольной лампы. Чимин вторые сутки не может уснуть, мысли продолжают терзать его. Он продолжает листать новостную ленту совершенно без эмоций, скорее даже по инерции. Не считает нужным что-то делать с этим сейчас. Успокаивает себя тем, что это лишь бессонница и сбитый режим. Чи мин старается игнорировать проблему, ему не хочется разбираться со всем мусором. Он не считал себя защитником природы и никогда не задумывался о том, что стоит ее беречь. Поэтому не видит смысла сортировать свой мусор, усмехается, ему нравится сравнивать свой внутренний мир с помойкой. Чимин всегда считал это забавным. Смех над собой — талант. Только талантов у него нет, поэтому каждая шутка и слово попадает прямо в цель. Заставляет прокручивать это по сотне раз в голове, чувствовать себя отбросом общества, порождая новые страхи и комплексы. Но это лишь ночью. Абсурд, но в темноте он видит себя по-другому. Замечает каждый шрам и ненавидит себя за это еще больше. Он буквально упивается ненавистью. Считает ее смыслом своего существования. Не жизни, потому что давно не живет. Лишь дышит, смотрит в зеркало по утрам и понимает, что все еще не умер. Но продолжается это лишь во мраке его комнаты, где никто не увидит его обнаженных страхов и недостатков. Стоит ему выйти на свет, как улыбка снова будет украшать его лицо. Все же он что-то может. Искусно врать самому себе и людям, что окружают его. Все это он считает нормой. Ему не хочется что-либо менять в жизни. Надеется, что не придется жалеть о своем выборе — похерить будущее. Отнекивается от упреков тем, что слишком молод для того, чтобы думать об этом. Но на самом деле у Чимина есть планы на дальнейшую жизнь — не дожить до 30. Гордится своим выбором, словно жизнь это забава. Ему читают нотации, он лишь закрывает уши. Не считает нужным слушать людей, которые сами не разобрались со своим дерьмом. Закатывает глаза и громко вздыхает. Чимина раздражает привычка совать нос в чужие дела. Люди прикрывают свое любопытство заботой, надеются обмануть и обвести. Но он давно не верит в альтруизм. Всем им интересно не состояние Чимина, им нужны его страдания. Они хотят удостовериться, что у кого-то дела хуже. Удовлетворить свое эго, словно это поможет им быть менее жалкими. Как бы это не звучало, но Чимин их при этом не осуждает, они не виноваты, что потонули в этом красиво украшенном хаосе. В вечной гонке за лучшие условия они словно обезумели. Ему повезло чуть больше. Он никогда не нуждался в материальном богатстве. Его родители положили в свое время свою душу на алтарь за кусок богатства. Его бы сейчас осудили за такое пренебрежение. Так грубо выражаться о родителях, что подарили ему прекрасную жизнь. Он не знал бед, будучи ребенком. Получал, что требовал и хотел. Следовательно, он должен ценить то, что есть, но Чимин не понимает какие эмоции испытывает. Он бы сказал, что внутри лишь пустота, но солжет. Там что-то продолжает болезненно трепыхаться каждый раз, когда он пронзает себя ножом собственной жалости к себе. — Мне так плохо, — буквально кричит это каждую ночь. Но крик никогда не выходит за стены его комнаты, лишь отражается эхом и заставляет сходить с ума снова и снова от собственных же воплей.       На его теле давно не осталось места, не покрытое шрамом. Причинять себе вред — удел слабых, но ему нравится осознавать свою слабость. Быть беспомощным отвратительно, не иметь возможности подняться еще хуже. Но он так любит свое болото, что продолжает глотать и наполнять легкие тиной, уходить на глубину. Если есть дно, то он его достигнет. Он словно состоит из противоречий. У него нет принципов, он никогда не пытается отстоять себя и свою правоту. Проще согласиться и отступить, потому что спорить с людьми — безумство. Никто не любит быть неправым. Так зачем лезть в самое пекло и доказывать свою правду. Идти по легкому пути не значит бояться. Просто кто-то может осознать свои возможности и принять их.       Поток мыслей прерывает свет в коридоре. За дверью шаркают обувью. И уже через секунду его комната покрывается мягким желтым светом из коридора. — Ты снова не спишь. Солнце, я беспокоюсь, бессонница это не шутки, — его мать произносит все это ужасно уставшим голосом. Скорее всего она только закончила свою работу, и сейчас собиралась лечь спать.  — Может мне записать тебя к врачу?       Взгляд озабоченный, она не врет в своем беспокойстве. Любит по-настоящему, как могут родители. От этого становится еще более тошно. Чимину больно разбивать ей сердце. — Нет, все нормально. Я уже засыпал, — ложь, снова и снова. — Ты же знаешь, у меня нет проблем со сном, не переживай.       Ему бы признаться, что это не в первый раз, когда он не может сомкнуть глаз из-за навязчивых мыслей. Вот только разве ему есть дело до собственного тела. Если оно не выдержит, не так уж и страшно. Он не расстроится. И плакаться по этому поводу точно не станет. — Ладно, но ты же знаешь, что я всегда тебя выслушаю, — губы в тонкую полоску, сдерживает себя.       Она бы сказала отцу, но слишком уважает личное пространство сына. Всю жизнь твердила, что даст ему то, что ей не хватало. В ее жизни почти никогда не было своего места. Ей все время приходилось чем-то делиться. Она не хочет того же сыну. — Прошу, мам, иди спать. Ты же устала, я вижу. Перестань беспокоиться обо мне, — прозвучало довольно грубо, но он не хотел вкладывать в свои слова пренебрежение. Он и сам не понимает, какие эмоции испытывает, разговаривая с матерью.       Она ничего не отвечает, не находит слов. Наблюдает, как ее ребенок чахнет. Глупый Чимин уверен, что его мать ничего не замечает. Считает себя самым хитрым, но ему не хватает опыта. Он, несомненно, хорошо играет, но сложно носить маску 24/7. В моменты слабости его видит мама. Ей больно. Видеть, как кто-то родной тебе нуждается в помощи, но при этом яро от нее отказывается.       Дверь почти закрывается, но в последний момент Чимин произносит, словно глоток воздуха перед прыжком в воду. Сразу на дно, там, где темно и холодно. — Я люблю тебя, мам, — он улыбается, словно только сейчас осознал, что перед ним человек, которому нельзя показывать свои раны. Не стоит просить жалости.       Но снова делает ошибку, потому что в ответ получает не жалостливый взгляд. Это любовь, такая яркая и не требующая объяснений. Она смотрит на него открыто, в ее жестах и мимолетных взмахах ресниц нет ничего отталкивающего. Она сияет, словно у нее под кожей спрятан свет луны. Она такая настоящая в своей заботе. Ему на секунду становится тепло. Словно кто-то протянул руку в его пугающую темноту, не побоялся потерять конечность. Это опьяняет, он и забыл каково это. — Я тоже люблю тебя, прости меня за все, — эти слова так много значат. Она не могла найти подходящего момента, чтобы извиниться. Виновата перед ним, потому что полностью забыла о нем на несколько лет. Считала, что может заменить все материально — подарками. Так долго откладывала, что не заметила момента, когда Чимин повзрослел. И повзрослел неправильно. Дверь с тихим скрипом закрывается, снова погружая комнату в полумрак. Телефон Чимина вибрирует, он отводит глаза в сторону. На экране мелькают быстро сменяющие друг друга текстовые сообщения. Его губ касается легкая улыбка. «ПРОИЗОШЛО УЖАСНОЕ» «Она пригласила меня на свидание, Чимин-а! Я опоздал. Мне стоило быть быстрее». «Этот позор не стереть». «Т.Т»       Пак вздыхает и оставляет сообщения без ответа, нет смысла что-то писать. Завтра этот человек в любом случае с новыми силами завалит его информацией, которая совершенно ему не нужна. Отбросив телефон в сторону, закрывает глаза и считает до ста. Все еще верит, что это поможет, но переступив черту, бросает это дело. Сколько не пытался ничего не меняется. Он все так же не может уснуть. А навязчивые мысли продолжают шуметь на фоне. Ему кажется он сходит с ума, но при этом боится признать это до конца.       Стрелка циферблата медленно приближается к 6, еще одна ночь без сна. Чимин лишь трет глаза и по привычке отправляется в душ. Холодная вода помогает привести голову в порядок. Смотрит в зеркало, немного удивляется, когда понимает, что синяки под глазами не так ярко выражены. Возможно, он даже немного рад этому. Не придется смотреть на губы матери, тонко сжатые в немом недовольстве. На кухне ждет завтрак, и отец пьющий свой любимый горький кофе. Чимина всегда воротило от этого напитка. Он, молча, берет свой сэндвич и, не попрощавшись, уходит. Ему бы постыдиться, но не получается. К отцу он давно ничего не чувствует. У них никогда не было ссор и скандалов, просто в какой-то момент Чимин охладел к нему. Они решили все довольно мирно, предпочитая разговору игнорирование. Перестал пытаться сблизиться, осознал, что будет всегда на втором месте. Работа для отца слишком много значит. Ему не обидно, он смирился. Он полностью погрузился в свои мысли, не заметив друга, махающего ему рукой на протяжении минуты. Тэхен, обнимает Чимина, закидывая руку на плечо и откусывая половину его завтрака. Он улыбается так искренне. Похож на весну, что приходит после холодной зимы. Он дарит тепло, не требуя ответа взамен. Чимин это ценит. Пытается ценить.       Школа встречает их привычным шумом. Тэхен продолжает без умолку что-то рассказывать Чимину. Кто-то бегает по коридору, сбивая на пути людей. Возле окна расположилась группа девчонок, громко обсуждающая какой-то сериал. Недовольный преподаватель отчитывает каких-то парней, при этом до безобразия нелепо жестикулируя руками. Все это так обыденно и привычно. Ничего не выбивается из общей картины, все словно дополняет друг друга.       Пока они поднимаются к нужному кабинету, встречают знакомых и обмениваются дружелюбными улыбками. Пак отвечает взаимными любезностями одноклассницам, и крепким рукопожатием одноклассникам. Он снова весь светится и излучает добро. И лишь единицы могут почувствовать обжигающий холод, исходящий от парня. — Чимин, ты помнишь о том, что сегодня мы идем к Намджуну? — Тэхен хлопает своими до невозможности длинными ресницами. Красивый. Пак постоянно твердил ему о том, что он мог бы быть моделью. Друг же лишь смеялся и отнекивался, просил не льстить. — К кому? — он не помнит, его голова постоянно забита другим. — Прости, но, кажется, я не помню. У нас на вечер были какие-то планы? — Ты как обычно, но я даже не удивлен. Намджун, друг Хосока. Они позвали нас сегодня к себе, — смотрит на Чимина пристально, с ноткой легкой обиды. Делает это специально, чтобы он не мог отказаться. — Будет весело, давай сходим. И даже не пытайся сбежать.       Чимин бы сказал что-нибудь против, но Тэхен лишь закрывает уши и уходит к своей новой пассии. Это не входило в его планы. Он знает намерения Кима, тот упорно продолжает попытки свести Чимина с кем-нибудь. Он давно понял, что ему нравятся парни. Так получилось, что девушки всегда оставались для него лишь друзьями, ни одна из них не смогла пробиться дальше. Тэхен знает о вкусах друга, не осуждает, потому что сам продолжает экспериментировать.       Ким всегда был странным, ему так говорили, а он в это верил. Но с возрастом осознал, что люди довольно много говорят, по своей натуре, и порой это не всегда верно и правдиво. Поэтому он освободил себя от этих оков. В старших классах у него резко возросла популярность в школе, после очередных каникул он вернулся на удивление подтянутым. Пубертат действовал на него завораживающе. Из хилого мальчишки он превратился в уверенного в себе юношу. Чимин был удивлен таким изменениям. Он всегда считал своего друга красивым, но в тот момент это поняла еще и половина школы. Единственным минусом были завистники, они есть всегда, особенно у людей, которые хоть как-то выбиваются из общей массы. Тэхен же был на удивление азартен. Ему нравилось вызывать шепот среди толпы, он в каком-то смысле наслаждался этим. Никогда не боялся, что его поймают в какой-нибудь подворотне, потому что умел постоять за себя. Он всегда твердил, что нужно полагаться на себя. — Если у тебя никого нет, то полагайся на себя, — выглядел в эти моменты до скрежета зубов пугающе, потому что казался взрослее. Словно его такой знакомый и добродушный Тэхен испарялся, демонстрируя взамен другого.       Чимину становилось не по себе, терялся, словно маленький ребенок. Они так долго друг друга знают, но при этом оставалось что-то неизведанное, покрытое мраком, и не один из низ не осмеливался открыть завесу. Возможно, в этом и заключалась суть дружбы — молчать о вещах, что закрыты глубоко внутри. Знать о них и молчать. Это не недосказанность или недоверие. Это уважение, понимание того, что всегда будет оставаться что-то личное, сокрытое от чужих, пусть и самых родных, глаз. Они оба это понимали, от того и была крепка их связь.       Именно поэтому они простят друг другу любую оплошность и будут закрывать глаза на странности. И не просто притворяться и делать вид словно всего этого не существует. Они искренне полюбят это в друг друге. В этом заключается суть их дружбы.       Поэтому Чимин лишь закатывает глаза и молча дает согласие, Тэхен не глупый, прекрасно поймет без слов. Они словно гребаные соулмейты, чувствуют друг друга. Пак садится за свой стол и ждет начала урока, наблюдая за пейзажем за окном. Чистое небо, ни одного облака, погода располагающая к хорошему настроению, но не в случае Чимина. Он считал, что такие факторы не показатель, и не имеют весомого давления. Но он не до конца уверен в своих высказываниях, потому что любит спорить. И свое мнение сформировал кому-то в противовес. Непоседливый, любит говорить наперекор, хотя всегда считает, что спорить — бессмысленно. Усмехается, вспоминая ночные рассуждения. Считает себя таким отстраненным, а на деле не может пройти мимо. Сколько бы не пытался создать из себя что-то другое, совершенное по его мнению. Все всегда заканчивалось крахом. Единственное в чем он прав, так это в своем противоречии. Бесится, потому что не соответствует своему идеалу. — Снова занимаешься убийством милых овечек в своей голове? — рядом резким движением садится Тэхен, закончивший разговор со своей девушкой. — Тебе ли не знать, что я этим не промышляю, в отличии от некоторых, — вздернутая бровь и наглый взгляд. Чимин умеет быть нахальным. — Сдаюсь, снова ты занимаешься своей пассивной агрессией. Разве я, прекрасный Ким Тэхен, этого заслужил? — смешно кривит губы, и прикладывает руку к сердцу, изображая обиду. — Прекрасный Ким Тэхен пока что заслужил историю Кореи. Поэтому садись, не думаю, что учитель будет рад твоему шуму, — улыбается своими милыми глазками, выглядит как божий ангел, который говорит о столь удручающих Тэхена, вещах. — Я говорил тебе, что ты словно дьявол в обличии ангела? — усаживается на место, хоть и пытается говорить колкостями, но все равно благодарен Чимину за это. Он не отрицает, что шумный и порой забывается, что сказывается в будущем. — Сотню раз, Тэ, сотню раз, — улыбка не сходит с лица. С другом он чувствует себя комфортно, с этим человек его связывает так много воспоминаний, целая палитра цветов, и ни об одном моменте он не пожалел.       Их разговор прерывает учитель. Шум начинает стихать и класс погружается в атмосферу учебы. День проходит размеренно, классы и учителя сменяют друг друга, одноклассники все также продолжают громко обсуждать различные темы. Будь то новая прическа какого-нибудь айдола, или же новый фильм, вышедший в прокат.       Они покидают школу после последнего урока и направляются домой. Тэхен намерен привести в порядок Чимина, уверяя его, что это обязательная процедура. Парень спокойно соглашается, прекрасно понимая, что в любом случае сделает по своему. У него странные ощущения по поводу сегодняшней вечеринки. Не привык быть частым гостем на различных тусовках, предпочитая другое, более нейтральное развлечение. Но при этом он уверен, что сегодня вечером что-то произойдет.