Curse

      Дни протекали слишком быстро. Каждый день напоминал персональный круг ада, по завершению которого начинался новый. Целая неделя прошла с того момента, как Люси узнала правду своего проклятия. Все драконоборцы, и обычные маги, рассыпались по городам, в надежде отыскать виновника и помочь своему другу. Роуг тоже был готов бросить все и направиться на поиски, но холодные руки на его запястье и полные надеждой глаза, смогли немного заглушить пламя мести.       С каждым днем Заклинательница чахла на глазах. Пламя веры постепенно гасло, это было заметно по тому, как поблекли ее карие глаза. Но девушка не принимала жалости на свой счет, улыбаясь и говоря, что все в порядке. Заклинательницу гильдия забрала в Магнолию, аргументируя тем, что сейчас они нужны ей, как никто другой. Ченни поехал с ней. Он не мог ее оставить. Не в таком состоянии. Удивительно, как всеобщее волнение сказалось и на Фроше. Высший впал в уныние и буквально прилип к Люси, не собираясь отпускать ее и на секунду. Хеппи ревновал девушку, но понимал, что он нужен Нацу в поисках, да и, помогая, он принесет больше пользы.       Спустя еще два дня, в гильдию вернулась Эрза. Она уезжала в Совет, требуя помощи в поисках темного мага, но те отказали. Результаты были плачевными. Но никто не опускал руки, стараясь внести свой вклад. Лаксас со своей командой отправлялись в тот город, где все и произошло, грезя, что там что-то осталось, и они смогут найти нечто полезное. К сожалению, ничего так и не выяснилось. Следы давно исчезли и найти хоть малюсенькую зацепку на место нахождения мага, им не удалось. Мастер также не опускал руки. После возвращении Эрзы, он самолично направился в Совет, требуя аудиенции со всеми верховными.       Больше всех было тягостно Нацу. Он корил себя за невнимательность и медлительность. Уверяя всех и вся, что именно по его вине сейчас происходит все это. Для него это был большой удар. Будь он быстрее, не отойди он тогда от нее… Все бы сложилось по-другому. Когда очередным напряженным вечером в гильдию возвращался мастер, находясь в возвышенной точки злости и качал головой, Драгнил со всего маху ударял кулаком в стену и удалялся в неизвестном направлении. Чем занимался парень — не знал никто. Все что могла делать гильдия — сопереживать и поддерживать его, пытаясь убедить Саламандра в том, что его вины совершенно нет, что это были просто стечения обстоятельств.        Леви страдала не меньше. Сколько раз Гажил силой выволакивал бедную девушку из библиотеки? Она была бледна, как мрамор, но хватку держала крепко. В итоге, через пару дней у нее произошло истощение и она была вынуждена оставаться под строгим надзором Полюшки. Но и там она не раз пыталась сбежать, чтобы хоть как-то помочь. Вина большим грузом давила на ее хрупкие плечи. Она срывалась, слезно прося прощение, хотя Люси совершенно не видела ее вины. Каждый раз девушка гладила ее по голове, говоря успокаивающие слова. Но ведь на деле должны успокаивать ее, разве нет?

«Мы выбирались и не из таких передряг!»

      Слова Макао гулким звоном отражались в голове каждого. Он был чертовски прав. Хвост феи «воскрес» после нападения Акнологии. Какое-то заклинание не сможет подкосить их строй и не отнимет пылкость веры. Они теряли своего друга однажды, они не допустят этого снова, зная, что могут помочь. Но почему-то, с каждым днем, эти слова больно резали голову, в то время, как мозг твердил, что шансов совершенно нет. Оставалась неделя. Последняя неделя.       Выпал снег. В конце октября это было обычное явление. С детским восторгом Люси взирала на белые снежинки, что падали с неба. Это было волшебным зрелищем. Сколько она себя помнит, всегда любила снег. Он, как знак того, что все будет хорошо. Чистый и мягкий. Новая страница жизни. Любая ассоциация. Главное — он помогает очистить мысли и, хоть на миг, забыться, наслаждаясь каждой секундой.       На заднем дворе было слишком тихо. Возможно, впервые за несколько лет существования этой гильдии. Основной состав волшебников по прежнему ищут мага, даже после того, как Хартфилия попросила их больше этого не делать. Ей было безумно больно смотреть, как каждый член ее семьи надрывается, горя желанием помочь и отомстить. Сердце постоянно сжималось, когда двери гильдии открывались и на пороге появлялся уставший маг с неутешительными результатами.       Роуг всегда следовал тенью за Люси. Стараясь помогать и поддерживать, хоть и не заметно. Он понимал, что жалостью сделает только хуже, будто подведет ее к неизбежному, своими утешениями. Она всегда улыбалась и говорила, не сметь ее жалеть. Мало кто понимал и принимал это желание. И вот сейчас, он смотрит на ее фигуру, которая смотрит на снег и выдыхает пар в небо. Кем она стала для него? Возможно, той единственной. Как раз стала его слабым местом, по которому враг может ударить, если прознает. Но он совершенно не жалеет, что история про судьбу, которую он вечно отрицал и ненавидел, произошла с ним. Благодаря этому, пришло познание многих новых чувств, коих он не испытывал никогда. И какая-то часть души винила парня в том, что сейчас происходит. Может из-за постоянной борьбы внутри себя и отторжения определенной части своей сущности, судьба решила его таким образом проучить? Весьма жестоко. «Ты можешь ее спасти, есть способ. Но ты точно уверен, что хочешь этого?» — слова Полюшки постоянно крутились у него в голове. Лекарь права. Он должен все взвесить и прийти к верному решению. Не стоит упускать из виду и желание самой Заклинательницы. Пойдет ли она на такой опасный шаг?       Неожиданно в гильдии начался подниматься гул. Он привлек внимание пары. Поэтому, удивленно переглянувшись, они направились в здание, дабы узнать причину такого ярого недовольства. Картина была не из лучших. Каждый волшебник Хвоста феи был безумно зол. Черная аура и горящие глаза говорили о том, что что-то явно произошло и это происшествие, сейчас было в виде письма из Совета, которые отправили его телепортом, дабы сохранить жизнь того, кто обычно доставляет подобные послания.       Оказывается, что в письме говорилось, о том что завтра, ровно в полдень, будет казнен Мицухидэ, маг, что нарушил многочисленное количество раз закон. Но это было не самое интересное. Им такое приходило довольно-таки часто. Совет всегда отчитывался о смертях преступников, которых Хвост феи когда-либо ловил, и не зависимо от того, сдавали их властям или нет. — Сволочи, — Эрзу била крупная дрожь. Сжатый конверт в кулаке жалостливо скрипел. Губы сжаты в тонкую полоску, а воздух вокруг воинственной фигуры наполнялся частицами магии, вот-вот железное терпение Титании лопнет, — Я самолично разнесу все в щепки! — разрывая бумагу она перевела взгляд на Нацу с Греем, которые были злы не меньше. — Мы столько раз просили их о помощи в поисках этого мага, — Мира с грустью смотрела в пол, нервно сгибая и разгибая пальцы, — А он все это время был у них. — Но если его казнят, Люси ведь… умрет в то же мгновение, что и он, — хватаясь руками за голову Леви начинала терять равновесие, если бы не Гажил, возможно, она бы упала. Она только выписалась и новые нервные срывы ей совершенно не нужны. Как не вовремя все начало происходить. — Люси…? — Нацу в испуге посмотрел на главный вход и остальные проследили за его взглядом. Там стояла Люси, что грустно улыбалась сжимая в объятиях Фроша, но ее плечи предательски дергались, а глаза блестели. Было видно, что она сдерживается, чтобы не расплакаться при всех. Ченни же был белым как мел, с застывшим ужасом в глазах. Сейчас он ярко понимал, медлить нельзя ни в коем случае. POV Люси       Нет. Пожалуйста. Не смотрите на меня с такой жалостью. Я не выдержу подобных взглядов. Почему, вы не слушали меня? Я ведь просто хотела насладиться последними мгновениями вместе с вами. Думала, что если умирать, так с веселыми мыслями, чтобы было не так страшно. Хотя… Кого я блин обманываю? Мне страшно. Настолько страшно, что при любой мысли о смерти у меня внутри что-то взрывается. Что будет со мной когда я уйду? Буду ли я призраком, что будет бродить? Или может сразу же перерожусь? Неизвестно, что будет ждать меня в загробной жизни.       Роуг, прошу, хоть ты не смотри с сожалением на меня. Боже, ты вообще потерял связь с миром. Вновь окунулся в свои мысли, забывая о том, что я существую. Почему? О чем ты постоянно стал думать? После визита к Полюшке, ты сильно изменился. Тебя что-то терзает, но ты не говоришь мне больше о тяготах своей души. Не хочешь тревожить еще больше? Но ты делаешь же наоборот! — Люси, мы уходим, — бесцветный голос Роуга меня напугал. Фрош начал дрожать еще сильнее, и я рефлекторно стиснула его в объятиях. Неужели, он и сам видит впервые такого Роуга? Он не дождался моего ответа, просто поднял на руки и удалился из гильдии, — Не смейте ее хоронить раньше времени! — он обернулся спустя пару шагов, и вновь, не дождавшись ответа понес меня куда-то. Что же с тобой случилось? Что ты знаешь, чего не знает никто? Конец POV Люси