я не дам себя сломать

Чонгук сидит за партой, смотря в учебник литературы. Наступил урок, учитель с учениками активно обсуждали новую тему, омега же думал о том, что произошло минутами ранее на его глазах. В голову закрадываются самые неприятные мысли и, парень чувствует, что многие из них являются правдой. Он знал, что не случится чуда, обязательно на пути будет какая-либо преграда. В данной ситуации, преграда в виде собственной старшей сестры. Сунан с детства недолюбливала брата из-за того, что он младше. Чонгуку всегда доставалось больше внимания, потому что он был очень желанным ребёнком, к тому же мальчиком. По классике жанра, она завидовала и рвалась испортить любимую игрушку, только брат почему-то реагировал на это спокойно, что ещё больше злило Сунан. Шло время, они росли, но отношение сестры не менялось. Фальшивая улыбка при родителях и родственниках, а наедине даже слова ему не скажет. Чонгук иногда грустил из-за этого, потому что не смотря на все пакости и колкости, продолжал её любить, но случай, что произошёл сегодня, омега не сможет простить. Это было слишком ценно для него, а Сунан поступила в своём стиле, лишив дорогого и нужного. В голове куча смешанных мыслей, но самое неприятное — это щемящее чувство в груди, когда сердце словно остановилось от неожиданности, а после все стало восприниматься так остро и чересчур болезненно. Чонгук внутри таит надежду на то, что он просто заблуждается, и они обнялись как старые приятели, к тому же одноклассники. Только вот, искрящиеся глаза выдали Тэхена. Как же Чонгук смог забыть о том, как счастливо выглядел альфа в этот роковой, для омеги, момент. Взгляд непроизвольно мутнеет, а в носу неприятно пощипывает. Чон шмыгает, утирая капельки слез и вновь утыкается в учебник, стараясь забыть об этом.

***

Придя домой, омега закрывается в своей комнате. Хочется побыть одному, но от одиночества собственные мысли пожирают, делая все больнее и больнее своими догадками и предположениями. Чонгук не будет спрашивать у сестры, отдала ли она записку. И так уже понятно, что нет. Омега почему-то убеждает себя в том, что Тэхен, прочитав его признание, хоть как-то, но отреагировал бы. Он не из тех, кто плюет на чужие чувства. Альфа мог ответить невзаимностью, но при этом был добр и мил, обещая, что в будущем этот человек обязательно встретит кого-нибудь другого, намного лучше его самого. Чонгук никогда не видел никого лучше, чем Тэхен. Влюбился даже в его недостатки. Ведь не всем нравятся безумные, в хорошем смысле слова, парни, немного странные — особенные. Чонгук был готов принять его всего. Была бы возможность, но кому нужен такой жалкий трус, который даже записку передать нормально не смог. Чон смеётся, а в груди по прежнему саднит. Парень садится за свой стол, желая окунуться в уроки, чтобы хоть не надолго забыть об этой боли.

***

Проходит время, за окном постепенно темнеет. Тело омеги слабеет от усталости, а голова постепенно перестаёт соображать. Слова путаются, буквы теряются, а цифры не складываются. В комнату входит мама, приглашая сына ужинать. Чонгук встаёт, медленно плетясь в сторону кухни, спотыкаясь на ступеньках. Радует только одно, что он сможет быстро уснуть, чтобы снова не терзать себя мыслями перед сном. Омега присаживается рядом с сестрой, что сидела, уткнувшись в свой телефон. Папа в фартуке положил всем на тарелки по порции спагетти, занимая место рядом с супругой. Парень улыбнулся своим родителям, взяв в руки вилку, накручивая немного пасты. — Как ваш день прошёл, Сунан, Чонгук? — мама улыбнулась, рассматривая детей. Старшая даже не подняла на нее взгляд, а младший сидел с полными щеками, большими глазами смотря на маму, желая ответить, но не мог с полным ртом. — Сунан, мы понимаем, что общение это важно, но давай хотя бы за столом обойдёмся без телефонов? — отец посмотрел на дочь, что нехотя отвлеклась от переписки. — Неужели молодой человек пишет, раз ты до сих пор не приступила к еде? — мужчина по-доброму смеётся, а Чонгук поникает, утыкаясь в свою тарелку. Даже говорить теперь не хочется. — Да, это Тэхен, мой парень. — девушка улыбается, откладывая телефон, экраном вниз, на край стола. Родители удивленно переглядываются. — Почему ты нам раньше не сказала? — ярко-ярко улыбается мама, вытирая рот салфеткой. Сунан хихикает, перебирая спагетти вилкой. — Мы только недавно начали встречаться. — пожимает плечами. — Это же замечательно! — женщина никак не нарадуется. — Пригласи его к нам на ужин, в субботу! Мне и папе очень интересно пообщаться с твоим избранником. — Сунан активно кивает головой, приступая к еде. Чонгук с комом в горле встаёт из-за стола, благодаря родителей за чудесный ужин, и, уходит к себе. Голова идёт кругом от количества новой информации. Омега на автомате принимает душ и ложится в кровать. К счастью для себя слишком быстро забываясь сном.

***

Дни пролетели один за одним. Каждый новый, как предыдущий: такой же серый и неинтересный. Чонгук больше не смотрит на Тэхена, встречая его в школьном коридоре. Нет сил поднять на него свои грустные глаза. Да и как он смеет, если у альфы уже есть вторая половинка... Так считает омега, в очередной раз убеждаясь в собственной жалости и слабости. С самого утра весь дом был на ушах. Отец вёл с дочерью серьезный разговор на тему отношений: что делать можно, а что нельзя, что ещё рано, а чем можно довольствоваться в любом возрасте. Сунан кивала, улыбаясь папе. Мама как заведённая готовила на кухне, стараясь для своего, как она надеется, будущего зятя. А Чонгук просто сидел на подоконнике, смотря во двор. Парень ночами напролёт мечтал, как однажды пригласит Тэхена к себе домой, познакомит с родителями. Они будут счастливы до конца своих дней. Но мечты так и остались мечтами, а мир в один момент потерял все краски. Омега пустыми глазами смотрел на темно-зелёный газон около ступеней. На крыльце неожиданно появился парень. Сердце Чонгука пропустило один удар, а после забилось как сумасшедшее. С первого этажа послышался крик матери, омега на ватных ногах спустился, становясь рядом с родителями. Сунан открыла дверь и, на порог ступил он. Тэхен был красив, с непривычно уложенными, коричневыми волосами, в полосатой рубашке и чёрных джинсах. Парень поклонился, здороваясь с родителями своей девушки. Сунан бросилась тому в объятья, вспоминая отца, который сказал, что объятья — это очень хорошо, и помогает в тяжелые моменты. — Папа, мама, знакомьтесь, это мой альфа — Ким Тэхен! — девушка целует возлюбленного в щеку. Старший альфа с лёгкой улыбкой осматривает молодого человека, а мама уже души в нем не чает. Только Чонгук стоит в стороне, едва ли сдерживая собственные слёзы. Безумно больно слышать подобные вещи, а видеть — тем более. Сунан любезно указывает Тэхену его место за столом, тот присаживается, слегка нервничая. Его впервые пригласили на ужин с чужими родителями, и это было очень волнительно. Отец сидел в центре стола, мать напротив, сестра с гостем слева, вместе, а самый младший сидел один напротив Тэхена. Изначально девушка настаивала на том, что Чонгуку нечего делать с ними во время этого ужина, но мама её отругала, ведь брат неотъемлемая часть семьи и, не пригласить его было бы очень некрасиво. — Тэхен-щи, а чем вы любите заниматься в свободное время? Есть хобби? — женщина улыбнулась, сделав глоток красного вина. — С детства я занимаюсь рисованием, но сейчас учусь сам. Делаю наброски одежды, иногда могу выйти с мольбертом на балкон и зарисовать город. — смущенно улыбается. — Ещё практиковался петь, даже думал стать айдолом, но уж слишком грубый у меня голос. — смеётся. Сунан смеётся следом, все за столом улыбаются, не чувствуя напряжения, только один омега не может найти себе места, чувствуя здесь себя лишним. Лучше бы он отказался, чем сидел, слушал все это. — Это так здорово, Тэхен. — мама одобряюще кивает. — У нас Чонгук тоже любит петь. — смеётся, ероша волосы своего сына, что залился румянцем, впервые за вечер поднял голову и встретился глазами с человеком, от которого сердце кровью обливается и сжимается от боли. Альфа смотрит так по-доброму, с искренней улыбкой. Парень готов рыдать, готов на все, чтобы каждый день видеть эту улыбку. — А ещё он танцами занимается и хочет стать айдолом. — женщина осматривает всех за столом, гордо поднимая голову. Она очень ценит и любит своего сына. Стыдно признаться, но он единственная надежда их семьи. А Сунан можно разве что выдать за путевого альфу, которого они разглядели в Тэхене и, постараются сделать все от них зависящее, чтобы они были вместе долгое время. — Чонгук, это наверно очень трудно? — собственное имя на устах возлюбленного звучит так непривычно и чертовски прекрасно, что омега не сразу откликается, прокручивая этот момент снова и снова. Парень кивает головой, последний раз взглянув в любимые глаза, и утыкается в свою тарелку. — Да что вы все о нем? — Сунан смеётся как ни в чем не бывало, укладывая свою руку на запястье парня. — Сегодня наш вечер. — девушка укладывает голову на чужое плечо, видя в глазах родителей одобрение. — Искусство это, конечно, очень хорошо, но на кого поступать собираетесь? На дизайнера? — отец строго смотрит в глаза избранника дочери, дожидаясь хорошего ответа. — Думаю, что на архитектора. Я много практиковался в рисовке чертежей и создании макетов. Но это огромная ответственность, к тому же, я не хочу терять свою любовь и связь с искусством. — старший альфа мягко улыбается, ответ молодого человека показался ему очень даже хорошим. — Согласна с тобой. — мама кивает головой. — Тяга к прекрасному и понимание эстетики не всем дана, ты не должен оставлять рисование, даже когда будешь взрослым мужчиной. — Тэхен улыбается в ответ, эти люди ему очень нравятся, и он очень хочет, чтобы они стали одной семьёй. — Нарисуешь меня? — смеётся Сунан, обнимая парня за предплечье, тот слегка краснеет, мило ей улыбаясь...

***

Всю ночь Чонгук проплакал в подушку. В мыслях один лишь Тэхен. Идеальный Тэхен. О чем бы омега не начинал думать, все возвращалось к мыслям об альфе. Красивом с чертовски добрым сердцем и необычным взглядом на этот бренный мир, покрытый ложью, покрытой деньгами. Парень уверен, что альфа видит этот мир иначе, точно так же как и он сам, продолжая верить в любовь и надеяться, что когда-нибудь и он обретёт своё счастье...

***

После того ужина родители Сунан часто приглашали Тэхена, независимо от того какой это был день недели. Иногда сестра приходила домой после школы, вместе с парнем. Они вместе делали уроки в её комнате, смеялись, разговаривали. Чонгуку все это приходилось слышать, пока он не нашёл свои наушники. Он садился делать уроки, включая себе музыкальные произведения классиков: Себастьяна Баха, Людвига Ван Бетховена, Петра Чайковского или песни под которые они танцуют на занятиях. Пусть, омега их и не слышал, но он знал, что его возлюбленный, который не собирался покидать его голову, там, с сестрой, не известно чем занимаются за закрытой дверью. Чон даже думать об этом не хочет. Он со слезами на глазах представляет, как Тэхен дарит ей тепло, нежность, даже не догадываясь о том, что в соседней комнате страдает маленький мальчик, желая тоже оказаться в этих нежных руках. Но в своей односторонней влюбленности виноват только он и никто другой. — Сам виноват... — шепчет омега, видя как на тетрадь капает очередная слеза. Он в спешке вытирает свои щёки, стараясь концентрироваться на уроках. В горле стоит ком, хочется пить. Парень снимает наушники, вставая из-за стола, направляясь на кухню за стаканом воды. Спустившись по ступенькам, Чонгук трёт красные и все ещё влажные глаза, проходя на кухню. Неожиданно для себя, он лицом утыкается в чью-то спину, резко отходя назад. Перед ним стоит человек, из-за которого омега не может прекратить страдать. — Будь осторожней. — улыбается альфа. Чонгук в шоке осматривает того, а потом видит на плите чайник и две кружки на столе. — Хорошо. — парень насупившись, достаёт стакан с полки, наливая из кувшина воды. — Я тебя так редко здесь встречаю. — альфа слегка прищуренными глазами изучает младшего, что сейчас жадно пил воду с выпученными глазами. Очень милое действие. Чонгук милый с ног до головы. — Иногда даже не понятно, дома ты или нет. — младший переводит на него взгляд, а затем снова уводит, продолжая пить воду. — Твои глаза... — Тэхен облизывает губы и присматривается. — Они красные... ты плакал? — омега ставит пустой стакан на столешницу, кашляя. Альфа постукивает того по спине, боясь сделать ещё хуже. Этот скрытный, но очень милый мальчик, выглядит чересчур нежным, кажется, что любое касание может сломать его. — Спасибо. — Чонгук несколько секунд смотрит на него, а потом смущенно уводит глаза, подходя к раковине. — Со мной все в порядке, не обращай внимания. — омега давит улыбку, возвращая мытый стакан на своё место. Тэхен хочет задать вопрос вновь, как раздаётся чужой голос, нервно возмущаясь: — Оппа, ну где наш чай? — девушка поправляет короткие шорты, топает ногой, смотря на своего парня. — Хватит с ним говорить, у нас ещё доклад! — Сунан фырчит, парень берет две кружки, напоследок смотря на младшего брата своей девушки, что стоял повёрнутый к раковине. Очень хочется узнать, что заставило этого парня, что всегда улыбался, плакать. От чего покраснели его глаза? Может ли Тэхен как-то ему помочь, чтобы не видеть этой боли?