Кровожадная сущность

      Кровь.       Много крови.       Открыв глаза и очутившись в ванне, полностью наполненной кровью, Топаз была в состоянии полного шока. Способность шевелиться и кричать покинула её, а страх внутри только развивался. Красная жидкость начала выливаться за бортики ванны, с своеобразным звуком падая на холодный кафель. Слёзы из глаз сочились с невероятной мощью, смешиваясь с кровью, обжигая щеки и закрывая видимость. Светлое помещение было полностью освещено, и из дальнего угла открылась дверь. Столь знакомый человек вошёл в неё, но слёзы не давали разобрать личность. Подходя все ближе, в сознании Змеи становилось все темнее и мрачнее, появилась дрожь и незнакомое волнение. В глазах совсем стемнело, и Тони очнулась от ночного кошмара.       Практически насквозь мокрая подушка, дрожащие пальцы и скрюченное тело стало визитной карточкой Южанки в последнее время. После крайнего преступления Топаз не покидают кошмары каждую ночь. И все они как-то связаны с кровью, ночью, луной, что вполне может описать события, происходящие в полнолуние. Тони списала это на стресс после каждого такого происшествия, и скоро он усилится. Буквально через два дня полнолуние, соответственно новая жертва и никаких улик, наводящих на убийцу. К сожалению, все настолько привыкли к этому, что уже мало кого волнует, никто не вспоминает о происходящем.             Прогуливаясь по школьным коридорам, Топаз услышала гул. Доносившийся из ближайшего поворота, он резал уши, а смех старшеклассников периодически заглушал его. Повернув в сторону источника звука, Змея увидела Блоссом, издевающуюся над учеником средней школы. Его знали все, он был заядлым ботаном и не имел друзей, вся школа смеялась над ним, и Тони всегда это возмущало. Но сейчас это делает именно эта девушка, что не могло не расстроить Змею в разы больше.       — Шерил? Какого чёрта происходит?! — вмешалась мулатка, обращая на себя всё внимание.       — Присоединяйся, — Блоссом сверкнула глазами в сторону розововолосой с ехидной улыбкой, и залитые кровью зрачки не остались незамеченными.       — Прекрати это сейчас же, — подошла к наследнице кленового бизнеса Змея, что настроило на соперничество девушку напротив.       — А ты имеешь что-то против? — слегка нахмурившись, но все еще с улыбкой, проговорила рыжеволосая, смотря в глаза мулатке.       — Имею, — после этих слов Топаз взяла за воротник мальчика и отодвинула в сторону, показывая взглядом на свободный коридор. Толпа моментально разочарованно замычала, постепенно расходившись, а вот бледнокожая начинала злиться еще сильнее, отчего плечи её вздымались, а взгляд становился все более плотоядным.       — Топаз, какого дьявола ты здесь шумишь?! — прикрикнула Шерил, разъярённо смотря на подругу. Почувствовав, что запахло жареным, весь народ снова собрался около девушек, наблюдая за процессом.       — Я хочу спросить тоже самое у тебя, Шер, что ты делаешь? Зачем тебе это? — пыталась понять её мулатка.       — Оой, только не обижайся и не ругайся на меня, и не говори директору, он будет очень недоволен! — состроила гримасу и надула губки Блоссом, после чего карий цвет снова вернулся восвояси.       Нахмурившись, Тони взяла Шерил за плечо и затащила её в ближайший открытый пустующий кабинет, после чего закрыла его изнутри.       — Что за цирк, Шерил? Ты для кого эти представления устраиваешь? — мулатка была настроена решительно.       — Тебе что, действительно жаль этого засранца? Да он выеденного яйца не стоит, чтобы беспокоиться о его благополучии! — искренне не понимала розововолосую девушка.       — Да насрать мне на этого пацана! — Топаз вздохнула после недолгой паузы, — я не хочу, чтобы ты становилась такой жестокой, — посмотрела Тони в глаза Шерил, которые заметно погрустнели.       — Ты опоздала, — не сказав больше ни слова, Блоссом практически вприпрыжку пошла к двери, но Змея остановила её.       — Нет, Шерил, нет. Ты просто не видишь в себе того, что вижу я, — Южанка рассматривала Северные черты и который раз удивлялась, насколько та была красива.       — Видимо, у нас разные взгляды на жизнь, — подытожила рыжеволосая.       — Или просто кто-то себя слишком недооценивает, — предположила Топаз, отчего бровь Шерил исказилась.       — Я похожа на человека, который себя недооценивает?       — Внутренне — определённо, а внешне тебе нет равных, — облизнулась розововолосая, наблюдая за реакцией девушки.       — И что же ты можешь сказать обо мне? — спросила Блоссом, изучая черты лица Топаз. Она не могла не сглотнуть, смотря на пухлые губы напротив.       — Ты прекрасна, спору нет, но внутри тебя сидит что-то, что не дает тебе раскрыться и открыться. Даже передо мной.       — А ты чем-то отличаешься от всех остальных? — игриво спросила рыжая, подойдя чуть ближе.       — Конечно, — улыбаясь, ответила Змейка.       — И чем же?       — Никому не посчастливилось так целовать тебя и быть тобою целованной, — улыбнулась Тони, сокращая дистанцию между ними в момент стука в дверь.       — Чтоб чёрт побрал того, кто испортил такой момент, — выругнулась Змея, смотря на улыбающуюся девушку. Эта улыбка заставляла таять, — Давай мы не откроем? Типо нас тут нет?       — Мой ответ зависит от того, чем мы будем здесь заниматься, — кокетливо прошептала Блоссом, отводя взгляд в сторону.       — Всем, чем захочешь, — согласилась розововолосая.       Рыжая села на учительский стол, взяв в руки учебник физики (они просто очень удачно в него заскочили).       — Итак! Тема занятия — притяжение тел, — открыв книгу на неопределённой странице начала вещать девушка.       — Может проведём опыт? — предложила мулатка, — Так сказать, подтвердим теорию.       — Я посмотрю, на что ты способна.       Топаз подошла вплотную к сидящей Шерил, и движением рук раздвинула ноги, прижав к себе всем телом. Юбка Блоссом задралась неприлично высоко, и точка соприкасалась с телом Змеи. Тяжело вздохнув, рыжеволосая пыталась усмирить себя.       — Остановись. Здесь урок физики, а не спасение утопающего.       — Если ты тонешь в собственном желании, я помогу тебе, — прижав низ Блоссом к себе, мулатка сама двинулась своими телом, имитируя толчок. Издав беззвучный стон, Шерил прикусила внутреннюю сторону щеки, дабы не показать накрывшее её чувство.       — Я серьезно, Топаз, прекрати, — более тяжёлое дыхание выдавало девушку с потрохами, но она максимально пыталась его нормализовать.       — Как скажешь, детка, — Тони отошла от Шерил, оставив ту в недоумении. Встав на пол, бледнокожая взяла ключ и подошла к двери.       — Проштудируй дома материал. Два тебе за практическую работу, — с этими словами Блоссом открыла дверь и вышла из кабинета, прикусывая губу и даже не догадываясь, что мулатка за её спиной делает то же самое.       Весь оставшийся день Шерил прошёл в некой неловкости после происходящего. Она не могла выкинуть это из головы, как бы не пыталась и как бы не хотела. Её действительно интересует эта Змея, но это нездоровый интерес.       — Шерил? Как твои дела в школе? — спросила старшая Блоссом, зайдя на кухню.       — С каких пор тебя это волнует? — скептически отнеслась к вопросу матери дочь.       — Блоссомы всегда были и будут лучшими во всём и всегда. Ты обязана получить золотую медаль, дорогая, — прорычала матушка, отношения с которой ухудшались буквально с каждой минутой, — и не забивай свою и так дурную голову чем-то неправильным, ясно, Шерил?       Промолчав и даже не посмотрев в сторону матери, Блоссом младшая поднялась в свою комнату, в который раз убеждаясь в токсичности своей родственницы. Гомофобное поведение уже давно стало нормой, и рыжеволосой девушке приходилось молчать, чтобы в очередной раз не получить от предка звонкий удар по лицу. Подобная тема была строго запрещена в стенах Тистлхауса, и каждый живой и неживой житель этого дома знал, почему. История с Хезер оставила жирный отпечаток и не могла забыться. Поставив клеймо на родной дочери, Пенелопе хотелось лишь того, чтобы её имя в городе не позорилось. Но размышлять об этом не было сил и желания, поэтому после небольшого диалога с ненавистной родственницей, наследница кленового бизнеса приняла ванну, и завалившись спать, забыла сделать всё домашнее задание.       Следующий день предвещал быть ничем не примечательным, если бы на первом же уроке учитель не собрал работы из дома.       — Мисс Блоссом, могу я узнать, где ваше домашнее задание? — важно спросил учитель, подойдя к парте бледнолицей. Растерявшись из-за неловкой ситуации, Шерил снова вошла в свой образ, словно и никогда не выходила из него.       — Ох, Мистер Клейптан, моё домашнее задание, к великому сожалению, осталось лежать на моём столе в Тистлхаусе, ведь я не считаю ваш предмет важным настолько, чтобы выполнять каждое чёртово задание в независимости от моего состояния, — испепеляя взглядом учителя, зрачки буквально залились краской. От Топаз не ускользнула эта деталь, которую она замечает уже который раз подряд. Говоря эти строки, клыки выпирали, и вид на них сбоку был более отчётлив. Слегка ударив её по ноге, Шерил молниеносно повернула голову к соседке.       — Эм, Шерил, все в порядке? Ты выглядишь очень… рассерженно, — спросила Тони, даже не ожидая услышать ответ.       — Со мной всё в порядке. Я могу выйти, Мистер Клейптан? — тот лишь взволнованно кивнул и пропустил ученицу к выходу. Блоссом вылетела, словно пробка от шампанского из кабинета, но настроение у неё было явно не праздничное. А, скорее, убийственное, как у пули из пистолета.       До окончания урока рыжеволосая так и не появилась в классе, отчего соседка по парте безумно нервничала. Выйти ей не позволялось, а сердце трепетало всё сильнее с каждой минутой, проведённой в неведении. Услышав звонок, мулатка моментально собрала свои и Шерил вещи, и выходя из класса, пошла проведать обстановку. Неся на спине свой рюкзак и повесив на плечо кожаную сумку рыжеволосой, она носилась по школе и опрашивала каждого встречного, не видел ли он ту самую. Каждый раз слыша отрицательный ответ и соответственный ему кивок, мысли в голове были заполнены чем то страшным и отвратительным, выдуманным своей же фантазией.       Следующий урок шёл уже как 7 минут, в то время, как Змейка сидела на пустой лестнице в пустом коридоре и пыталась хотя бы представить, куда могла деться рыжеволосая. Обшарив абсолютно каждый уголок чёртовой школы, опросив половину, она нигде не обнаружила эту девушку. От неё не осталось даже простывшего следа, что пугало и заставляло дрожать. Тони не понимала, что вообще произошло, и желание узнать и помочь от этого лишь усиливалось. Погрузившись в достаточно депрессивные мысли, Топаз почувствовала холодную руку на своём плече.       — Шерил?! Господи, где тебя, чёрт возьми, носит?! Я обыскала всю школу, тебя нигде нет! Что прикажешь думать мне в такой ситуации?! — буквально кричала розововолосая, когда бледнолицая присела рядом с ней.       — Успокойся. Я жива, как видишь, — открыла Америку Блоссом.       — Знаешь, хочется убить тебя.       — Я не против. Займись этим прямо сейчас? — предложила наследница.       — Шер, что случилось? Почему ты ходишь настолько озлобленная? Тебя снова довела твоя мать? — предположила мулатка, пытаясь избавить себя от терзаний, на что рыжая лишь посмеялась.       — Моя мать доводит меня на протяжении всей моей жизни, и я не настолько глупа, чтобы переживать из-за такой ерунды, — отрезала Шерил.       — Раз ты считаешь отношения с мамой ерундой, то ладно. Тогда что же тебя гложет? — Тони пыталась быть как можно менее навязчивой и настырной, ведь до сих пор помнит свои ошибки и максимально старается их не совершать.       — Я… просто переживаю из-за полнолуния. Вот и всё, — безумно наиграно, но насколько это возможно натурально попыталась соврать Блоссом.       — Из-за полнолуния? Разве тебе не все равно, как остальным? — удивилась Тони, совершенно не ожидавшая услышать это от Блоссом.       — Я боюсь, что это коснётся людей, которые дороги мне, — опустила глаза бледнокожая, рассматривая красные когти на белых руках.       — А разве такие есть? — усмехнулась Топаз, и только после этого поняла смысл сказанных слов, — Стой, нет, я имела ввиду…       — Ты считаешь, что я бессердечное существо? — Шерил посмотрела на Топаз взглядом, полным боли, разочарования и слез.       — Нет, стой, Шер, я… — но её буквально обрывает рыжеволосая, встав со своего места и пройдя несколько шагов.       — Стой! — Топаз ухватилась за тонкую изящную кисть, — я имела ввиду, что нет никого, кто ценил бы твою заботу и любовь к нему. Ты видела сегодня хоть кого-то, кто переживал за тебя?       — Да, — не очень красноречиво ответила девушка.       — Кто? — недоуменно спросила мулатка, пытаясь вспомнить хоть кого-то, кого могла иметь ввиду девушка.       — Ты.       Совершенно неожиданные, но столь желанные где-то внутри слова дошли до мулатки только через несколько секунд. Лёгкая, максимально искренняя улыбка растянулась на смуглом лице, и осознание того, что рыжеволосая понимает, что Топаз действительно о ней беспокоится, разливается теплом и светом по всему телу. Видя слегка скривившиеся в улыбке губы впереди себя, Змея не может сдержать неимоверное желание накрыть их своими перед тем, как уже в сотый раз изучив лицо Блоссом, она запоминает каждую деталь её лица. Немало испугав обеих, Мистер Клейптан вышел из учительской, и с грозным видом крикнул, чтобы девушки отправились на урок. Нежеланно растянув расстояния между лицами друг друга, соучастницы происходящего отправились на урок, пребывая в состоянии абсолютной эйфории.