Не смей развращать Чонгука!

      Удар, ещё удар, его бьют изо всех сил. Тело устало сопротивляться, парень просто лежит у ног своего мучителя, свернувшись калачиком, чтобы было не так больно. Синяки грозятся не ждать утра, а появиться в ближайший час на избитом теле.       Чон Хосок не может сдерживаться, даже глядя на то, что он уже сделал с бедным парнем. Не стоило этому мальчишке прикасаться к его брату. Мало того, извращенец трогал его лицо и плечи совсем не по-дружески, держал руки на мальчишеской талии.       Плевать, что Чонгук не сопротивлялся. Видимо, боялся обидеть друга. Да, так и было! Не может же милый маленький Чонгук быть геем.       А Тэхён – да. Его красные волосы буквально кричат об этом. Хосок хотел просто поговорить, но вышло по-другому.       - Тебе не кажется, что ты ведёшь себя как девчонка?       - Нет, - огромные глаза доверчиво смотрят на Хосока, - а что случилось, хён?       - Ты прикасаешься к Чонгуку, будто вы влюблённая парочка. Мне это не нравится, да и ему, наверное, тоже. Прекрати это.       - О чём ты говоришь?       - Все вокруг думают, что ты гей, - пытается втолковать старший. – Я не о тебе беспокоюсь, а о Чонгуке. Могут решить, что он тоже из этих.       - Хён, но я и правда гей, тут нечего стесняться.       Хосок от такой прямолинейности потерял дар речи. Этот мальчишка бессмертный что ли? Как он может не стыдиться такого? Это же мерзко!       До него не сразу дошёл смысл следующей фразы:       - Мы с Чонгуком просто друзья, но он недавно говорил, что ему тоже нравятся мальчики. У него даже есть парень.       Мальчишка смотрел на Хосока доверчиво, веря, что он всё поймёт. Но тот смотрел на Тэхёна удивлённо, затем в его взгляде появилась злость.       Резкая боль под глазом, и Тэхён уже осел на пол комнаты.       - Ты! Как ты смеешь? – Хосока захлёстывало волной неконтролируемой ярости. – Это всё ты! Что ты сделал с моим братом?       Полные слёз глаза устремились на Чона.       - Я…       - Заткни свой рот, - больше парень не мог себя контролировать.       Удары градом посыпались на Тэхёна. По лицу он бил руками, а, когда оппонент без сил лежал на полу, то ногами пинал спину, живот, ударил в пах. Остановить его не могли ни тихие мольбы, ни стоны боли.       - Не смей подходить к моему брату, - в перерывах между ударами кричал на парня Хосок, - слышишь? Увижу вас рядом хоть раз – я сделаю так, что ты не захочешь жить! Ты меня понял?       Последнюю фразу он произнёс, наклонившись и взяв Тэхёна за подбородок. Дождавшись ответного кивка, Хосок поднялся, обдумывая дальнейшие действия.       Красноволосый выглядел удручающе: глаз заплыл, на скулах кровоподтёки, губы распухли, покрытые красной корочкой.       Гнев не покидал Хосока, нужно было проучить этого отвратительного гея, чтобы не смел развращать милого невинного Чонгука, чтобы не смел распространять все эти мерзкие слухи о нём.       - Вставай! Или ползи, мне плевать.       Тихое болезненное всхлипывание не вызвало никакой жалости, он молча кивнул в сторону кровати и пнул, чтобы поторапливался.       Хотелось встать и дойти, но он не чувствовал ног, и резкая боль пронзила рёбра. Тэхён понимал, что в таком состоянии Хосок запросто может его убить и не заметить. Он решил подчиниться. Ползти было нестерпимо больно, но парень преодолел небольшое расстояние до своей кровати и кое-как забрался на неё, пытаясь не провалиться в обморок.       - Раздевайся, сука, я выбью из тебя всю гейскую дурь.       Дрожащими руками Тэхён попытался стянуть с себя футболку. После пары неудачных попыток, Хосок содрал её сам. Штаны парень всё же снял самостоятельно.       - Трусы, - непонимающие глаза смотрели на Хосока, - ты же любишь мальчиков, чего стесняться, да?       Ничего не оставалось, как только подчиниться. Тэхён сидит на краю кровати полностью обнажённым, отстранённо наблюдая, как Хосок снимает свои джинсы, затем трусы. Так же отстранённо смотрит, как тот трогает себя, заставляя возбудиться. Видит, что член Чона уже в боевой готовности.       - Перевернись на живот, не хочу видеть твоё уродливое лицо, - доносится будто из другой вселенной.       Словно в трансе, Тэхён отползает на середину кровати и переворачивается. Он всё ещё надеется, что это просто запугивание, блеф. Но Хосок считает иначе. Он трахнет его так, чтобы и думать забыл не только о Чонгуке, но и о сексе вообще.       Резким движением раздвигает ноги парня, садясь между ними.       - Стой, пожалуйста, - Тэхён пытается приподняться, но его вдавливают лицом в подушки, - меня надо растянуть, иначе ты порвёшь…       - Я, может, этого и добиваюсь, - усмехается парень, наблюдая, как жертва начинает трепыхаться, осознавая всю безысходность ситуации.       - Хосок, - красноволосый не теряет надежды, взывая к разуму насильника.       А у того срывает тормоза, он резко приставляет член к нервно сжавшейся дырочке:       - Никогда не произноси своим грязным ртом моё имя!       И толкается внутрь.       Крик боли потрясает стены. Хосок замер, войдя всего лишь наполовину, ему тоже больно, парень сильно сжимает его внутри.       - Заткнись и расслабь задницу, тварь!       Тэхён старался не кричать, но анус жгло, будто туда засунули раскалённую кочергу.       Он понимал, что Хосок не остановится. Его не разжалобят ни слёзы, ни мольбы, ни стенания. Парень вспомнил, что это называется состоянием аффекта, что в таком случае насильник может даже убить.       Напрягая все оставшиеся силы, Тэхён максимально постарался не кричать и расслабить сфинктер. Получалось плохо, но Хосок оценил. Он вставил свой член полностью и уже начал двигаться, не обращая внимания, что смазкой служит кровь.       - Нравится, да? - с усмешкой спрашивает, хватая за волосы и приподнимая голову парня.       С остервенением он продолжает терзать ослабленное тело.       Тэхён надеется потерять сознание, но организм решил по-другому. Парень едва дышит, его тело сотрясают резкие толчки. Не таким он представлял себе первый секс, да и секс вообще. Чонгук рассказывал, что у него с его парнем всё очень нежно, боли почти нет. А у Тэхёна всегда всё не как у людей.       Неожиданный удар приходится в затылок, он понимает, что Хосок чего-то от него хочет:       - Я спрашиваю, будешь ещё лезть к Чонгуку?       - Нет, - еле слышно шепчет парень, - не буду. Хён, остановись, пожалуйста, мне больно.       Нервный смех прокатился по комнате Тэхёна:       - Только, когда решу, что ты всё понял, тварь.       Снова уронив лицо в подушки, парень осознал, что слёз у него не осталось. Боли в заднице он не чувствовал. Нет, боль была, она слилась в один большой ком и душила его.       Хосок не сбавлял темп, да и зачем? Главное, проучить этого ублюдка.       Член ощущал приятную упругость внутри Тэхёна, парень вдруг понял, что ещё минута и он кончит. Желая унизить красноволосого ещё больше, Хосок вышел из него.       Тэхён подумал, что его пытка закончилась, но нет:       - Перевернись и открой свой рот.       Из последних сил парень попытался подчиниться, руки дрожали, ноги не слушались.       А Хосок уже стоял рядом с кроватью, доводя себя рукой до оргазма. Когда Тэхён смог лечь на спину, ему в лицо ударила тёплая сперма.       - А теперь проглоти её, - Хосок смотрел на это как на произведение искусства.       Парень слизал с губ солоноватую сперму, пальцами собрал остатки со лба и щёк, и отправил в рот.       - Чтобы больше с Чонгуком я тебя не видел никогда, - Чон неожиданно ударил членом по губам ничего не понимающего парня, - ты понял?       Хосок ударил снова, снова и снова, пока раны на губах парня не стали опять кровоточить.       Удовлетворённый содеянным, он только сейчас заметил, что его член весь в крови. С отвращением, парень вытер его о простыни.       Его одежда лежала на кресле, надевал её он в тишине, прерываемой громким дыханием Тэхёна.       Осталось застегнуть ширинку и покинуть дом этого мерзкого гея, но:       - Знаешь, - Чон приблизился к кровати, снова доставая член, - я подумал, что этого маловато для тебя.       Тэхён лежал без сил, надеясь лишь на то, что в ближайшие минуты останется в одиночестве. Отстранённо слушал голос своего насильника, не понимая, что ему ещё нужно.       Но осознание пришло через секунду. Красноволосый почувствовал, как что-то льётся на его ноги, затем перешло на грудь, вырисовывая зигзаги. Когда капли стали падать на лицо, парень не выдержал и заплакал. Слёзы сами потекли из-под опущенных век, смешиваясь с чужеродной жидкостью.       - Вот теперь точно всё, мразь, - бросил Хосок, стряхивая на простыни. - Можешь не провожать.       Хлопок двери послужил отправной точкой для истерики. Тэхён рыдал и не мог остановиться. Собрав волю в кулак, он дополз до ванной, надеясь смыть с себя все следы произошедшего.       Сколько он провёл в воде? Час, два, вечность? Кто считал? Не Тэхён уж точно.       На четвереньках парень добрался до гостиной и лёг на диванчик. В спальню он не сможет зайти уже никогда. Боль немного поутихла, синяки болели не так сильно, задницу пекло чуть меньше.       "Жить буду, - подумал парень проваливаясь в сон, - только бы подальше от Чон Хосока."