Куда деть эти чувства?

- Слушай, ну пару раз мне ударить тебя придется, извини уж, - даже под маской его лицо выглядело обеспокоенным. Ты презрительно фыркнула, отворачиваясь. На самом деле – ты была зла, но зла на одного единственного человека: на себя. Это же надо было такому случится, что именно после совещания тебя похитили, не забыв забрать и сумочку, где хранились заметки по поводу лагеря. Ты изо всех сил старалась отвлечь внимание от сумки, и все же неуемное любопытство похитителя сыграло свою роль. - Не пойми меня неправильно, - мужчина наклонился к тебе, вдыхая запах твоих волос, - мне самому это не доставляет никакого удовольствия. - Разве что чуточку! – завопила его вторая личность, с силой сжимая твое плечо. Он – шизофреник с явным раздвоением личности. Одна – довольно доброжелательная, можно сказать, пассивная. Тогда у него низкий, скучающий голос и от него чаще пахнет дешевыми сигаретами. Другая же – слишком активная и садистская, порой – немного трусливая и голос высокий, оптимистичный. Надевая маску, он удивительным образом становился единым с его двумя личностями – ни одна из них не преобладала, а они действовали в полной гармонии и согласии. - Еще раз извини, но я делаю это для твоей же сохранности, - тебе тут же прилетело кулаком под дых с такой силой, что перед глазами пошли красные круги и тебя вывернуло прямо под ноги. Не давая тебе прийти в себя, Твайс ударил тебя по лицу, впечатывая в зубы щеку, так что во рту почувствовался железный привкус крови. После минуты страданий ты, тяжело дыша, начала потихоньку приходить в себя. Крови было много, кажется, твой похититель явно знал, где надо резать. Откинувшись на спинку стула, ты перевела взгляд на мужчину. - Что вы собираетесь делать? – воздух выходил из горла со свистом. Тебе казалось, что его руки все еще сжимают твою шею, перекрывая доступ кислороду. - Думаешь, я тебе так возьму все и расскажу? А вот нет, даже и не пытайся, хоть ты мне и нравишься, ничего не… - он прервал сам себя, доставая бинты и начав заматывать твои порезы. - Ща расскажу! – затараторил, будто боясь, что его перебьют. – Мы хотим украсть Бакуго, чтобы переманить его на нашу сторону, ну и заодно поднасрать героям тоже, потому что Лига их не любит, а значит и я их тоже не люблю. У нас больши-и-ие планы на этот тренировочный лагерь и, спасибо тебе, мы смогли добыть более, чем полную информацию. Ну, даже получилось в Юуэй снова проникнуть, правда, ненадолго, чтобы никто ничего не заподозрил. Мы не хотели, чтобы тебя сразу кинулись искать. Поэтому Тога пару дней тебя замещала. Он был так горд и рад, пока говорил, но когда закончил, повисла тишина. - Блин! Я же не хотел тебе ничего рассказывать! – он содрал маску с лица и в ярости кинул на пол. - Так значит… Из-за меня… - ты не договорила. Спазм сжал горло. Ты и так мало что сделала для тех ребят, что были в школе. А теперь ты подвергла их смертельной угрозе. Это твоя вина. Это будет на твоей совести. Ты работала психологом при Юуэй, так как после атаки злодеев кто-то выше вдруг решил, что у детей может быть психологическая травма и им срочно нужна помощь психолога. Именно поэтому ты и попала туда, как одна из лучших, и тут же прочувствовала всю свою бесполезность. Если кто и обращался за советом или переживаниями – то девчонки, которых волновал слишком необычный, даже для героев, внешний вид или же отношения с противоположным полом. Никто не воспринимал тебя всерьез, даже учителя смотрели отчасти насмешливо, не понимая, что ты там забыла. Ты хотела сама переговорить с Бакуго Кацуки по поводу его плохо контролируемой агрессии, но он быстро обозвал тебя «старой кошелкой» и тем самым поставил жирную точку под вопросом о твоем пребывании в школе. Нет, тебя не уволили и твою должность не убрали, однако с каждым днем ты все чаще и чаще просиживала в своем кабинете, занимаясь какими-то своими, личными делами. Порой к тебе заглядывал Сущий Мик – вы были друзьями детства и он стал твоим лучиком света в темном царстве. Это он познакомил тебя с Айзавой и Тошинори, так что вы немного сдружились, хоть и с остальным коллективом у тебя не заладилось. Только благодаря Мику ты смогла участвовать в школьных обсуждениях «круглого стола учителей», где решались насущные вопросы. В том числе и местонахождение летнего тренировочного лагеря для класса 1-А. Ну а дальше – все произошло так банально, что аж скулы сводит: поздняя ночь, дорога до дома, темный переулок и удар по голове. Очнулась ты в ванной, примотанная к стулу, где и провела последующие три дня. - Нет! Даже не думай об этом! – Твайс уже нацепил маску обратно, пряча усталые глаза и уродливый шрам, и теперь осторожно вытирал слезы с твоих щек. - Да забей! - воскликнула и его вторая личность, гладя тебя по голове. - Ты совсем не виновата, просто так сложились обстоятельства. - Ну и что, что ты виновата, ничего страшного! - Мы могли бы украсть вообще любого. - Мы специально тебя выслеживали, ты тут ничего не могла сделать! Так вы и сидели несколько минут – он, похититель, утешая тебя, ты, жертва, рыдая от безысходности и своей никчемности на его плече.

***

- Открой рот, а-а-а, - он впихнул в тебя ложку супа и зачерпнул новую. Твайс уже вернулся из лагеря, пропахший дымом, уставший. Он оставил тебя, не связав, потому что видел, как сломан твой дух. Ты ничего не могла сделать. Телефон он забрал, выбраться ты не могла. Оставалось только ждать. Ты не ела, не пила, просто сидела в углу комнаты, уставившись на дверь, обхватив колени руками. Временами ты проваливалась в сон, урывочный, полный кошмаров, криков и боли. Вздрагивая, ты просыпалась и почти сразу же тебя накрывало новое беспокойное сонное марево. Проснувшись, ты обнаружила себя на диване, укрытую одеялом. В ванне лилась вода, раздавались пофыркивания и плеск. Ослабев от голода, ты дошла до ванны и распахнула дверь, падая на пол. - Уи-и-и!!! Не смотри! – Твайс дернул занавеску, прикрываясь. - Рассмотри получше! – тут же предложил он, выглядывая из-за нее. Ты подняла голову, чтобы задать волнующий тебя вопрос, но тут же ты потеряла сознание. Уже потом, выходив тебя, Твайс, перебивая сам себя, рассказал и о нападении на лагерь, и о похищении Бакуго, и о том, как его спасли. Ты внимательно выслушала рассказ от начала до конца и от сердца немножко отлегло. Все же, никто не погиб по твоей вине. Пусть даже теперь нет героя номер один, зато есть те, кто придут ему на замену. Ты заметно повеселела и, получив по шее от Твайса, начала нормально питаться, хоть он до сих пор то и дело порывался покормить тебя сам, считая, что ты ешь слишком мало. Но он не отпускал тебя, утверждая, что Лиге Злодеев ты еще можешь пригодиться. Ты удивлялась этому, ведь Тога себя раскрыла и не могла больше пользоваться твоей внешностью, а значит, герои тебя искали. Возможно. В общем, для Лиги ты сулила одни лишь неприятности, но возражать – не возражала. В целом, над тобой не издевались, избили «на всякий случай» и то, всего один раз, даже заботились. Джин рассказал тебе свою историю, а ты поведала, почему вдруг оказалась в Академии. Почему-то, вам было комфортно. Несмотря на то, что у Твайса были явные проблемы с психикой, несмотря на то, что он тебя украл и использовал, ты чувствовала к нему некоторую симпатию. Все же, тебе повезло, что он решил сам выведать у тебя информацию. Остальные из Лиги скорее всего действительно бы пытали тебя и, возможно, в результате даже убили бы. Но Джин таким не был. Чуткий, в чем-то добрый, заботливый, - он оказался среди злодеев лишь потому, что общество не было готово помочь ему или принять. И вместо злости ты испытывала к нему сострадание, глядя на то, как тяжело ему быть единым, как он дрожащими руками нащупывает маску. В такие моменты ты клала его голову себе на колени и напевала песенку, что давным-давно пела тебе мама перед сном. Под незатейливую мелодию мужчина успокаивался и, уткнувшись носом в твой живот, засыпал, обхватывая себя руками, как ребенок. Ты гладила его на удивление мягкие волосы, осторожно проводила пальцем по шраму и ниже – по шее, где всегда была содрана кожа. Повторяя движения, ты и сама засыпала, убаюканная размеренным дыханием, тяжестью и теплом. Проснувшись, ты улыбнулась, глядя в темно-серые глаза, и прижалась щекой к колючей щетине. Но твоя улыбка не нашла отклика, равно как и твои утренние объятия. Джин был угрюм и, кажется, его что-то беспокоило. - Что-то не так? – ты и правда немного заволновалась. Не за себя, а, почему-то, за него. Неужели, и правда – все же влюбилась в того, кто тебя похитил? Вот тебе и стокгольмский синдром. Твайс лишь кивнул, ероша пятерней непослушные светлые волосы. – Если ты будешь молчать, то я не смогу тебе помочь, - предприняла ты еще одну попытку разговорить мужчину. Тот тяжело вздохнул и смущенно поднял на тебя глаза: - Кто мы? – этот вопрос определенно застал тебя врасплох. Кто же? Похититель и жертва? Нет. Будь ты настоящей жертвой, ты бы боялась, пыталась сбежать, ненавидела бы его. Злодей и учитель Юуэй? Но тогда вы оба предатели. Он тебя не убил по приказу Шигараки Томуры, как ты потом узнала, а ты, пусть и против своей воли, но слила злодеям информацию о детях, не сильно-то и сопротивляясь. – Мы общаемся, шутим, смотрим вместе фильмы. Мы завтракаем и когда меня вызывают – ты провожаешь меня на работу, даже зная, в чем она заключается. Ты убираешься и содержишь это место в чистоте, я приношу деньги и еду. Нам хорошо вместе. Я смотрю на тебя – и мое сердце пускается вскачь. Когда ты на меня смотришь – на твоих щеках появляется румянец. Так кто же мы? Он смотрел серьезно, сжав челюсть так, что желваки заходили. Ты вздохнула. Это был нелегкий вопрос. Вы оба понимали, кто вы друг для друга. Вот только имели ли вы на это право? Могли ли вы быть вместе, когда твой гражданский долг – сдать его полиции, а его – убить тебя, как ненужную пешку? Ты прикоснулась ладонью к его щеке, и он инстинктивно зажмурился, прижимаясь к ней сильнее, чуть царапая ее щетиной. Ты убрала непослушную прядь за ухо и зарылась пальцами в его волосы. Ваши взгляды встретились и дыхание обоих немного сбилось. Вы пытались найти ответ, разрешение друг у друга. Повинуясь единому порыву, вы сблизились так, что ваше дыхание смешалось. Глаза в глаза. Ваши губы замерли в паре миллиметров друг от друга. И он сделал первый шаг. Он накрыл твои губы своими, нежно и немного неловко целуя тебя. Его губы – сухие и немного обветренные. Твои – мягкие и влажные от слюны. На секунду оторвавшись, уже увереннее он поцеловал тебя снова, прижимая к себе. От нахлынувших эмоций и ощущений тебя потряхивало и по телу словно бежал ток. Кажется, вы целовались вечность, не в силах оторваться друг от друга, насладиться друг другом сполна. А оторвавшись – вы прижались лбами, переводя дыхание, не желая отпускать друг друга. Да, вам будет непросто. Но вместе вы готовы преодолеть любые стены.