Пораженный любовью

Спустя день после того, как Тэхен потерял сознание, он все же пришел в себя. Ему поначалу казалось, что все это было сном. Но когда омега попытался встать, он почувствовал сильную боль во всем теле. Омега осмотрел себя и понял, что это никакой не сон, все это было в реальности. Все его тело было покрыто синими, почти черными, синяками, колени были стерты в кровь. На руках ссадины и такие же темные синяки. В комнате не было зеркал, но Тэхен прекрасно чувствовал, в каком состоянии сейчас его лицо. Он боялся дотрагиваться до него. Ему было так страшно от того, что он видел на своем теле. Наконец, омега коснулся своих губ, на них была застывшая кровь, по ощущениям они были опухшими, так же, как и левый глаз. Омега дотронулся до лба и стер с него грязь, смешанную с собственной кровью. От такого зрелища Тэхену стало не по себе. Мало того, что он был просто изуродован, так еще он чувствовал, как его органы внутри него сильно болели и пульсировали. Живот впал от нехватки еды, конечности были слишком слабы, чтобы держать вес Тэхена, поэтому омега не мог подняться на ноги. В течение нескольких минут омега просто смотрел в одну точку и пытался сконцентрировать свой взгляд. Он не мог сфокусировать свое зрение из-за подбитого глаза, поэтому все немного расплывалось. Омега прикрыл его и смотрел только правым. Вскоре Тэхен начал чувствовать себя лучше. Но вскоре он понял, что его мочевой пузырь был полностью наполнен. Омега осмотрел помещение и не нашел куда можно было бы сходить. Он пытался сдерживать себя. Вдруг, развернув немного голову, он заметил на столе остывшую и слипшуюся кашу, а также бутылку воды. В горле и во рту была просто пустыня, а живот яростно выл, издавая страшные звуки. Тэхен не ел и не пил совершенно ничего в течение нескольких дней. Он сразу же забыл о своем желании сходить в туалет и принялся уминать рисовую кашу. На вкус она была просто отвратительная, видимо, лежала здесь долго, потому как у нее появился запах плесени или чего-то похожего. Сам рис в некоторых местах просто скатался в неприятные комочки. Но будучи зверски голодным, Тэхен умял эту кашу за несколько секунд. После чего он еле-еле открыл запечатанную бутылку с минеральной водой и быстро присосался к ней с таким жадным рвением, будто у него сейчас заберут эту воду. Отпрянув, наконец, от бутылки, он вытер губы, на которых остались капли воды. Через несколько мгновений организм дал о себе знать новым напором. Тэхен съежился и всеми силами пытался приглушить свое желание, но его мочевой пузырь болел все больше, у омеги складывалось ощущение, что он сейчас просто лопнет. Спустя какое-то время боль подутихла и Тэхен услышал громкие шаги за закрытой дверью. Он сразу же вжался в стул, на котором сидел. Омега уже заранее знал, что сейчас придет его насильник и, может, снова сделает с ним что-то подобное. А ведь у Тэхена предыдущие раны еще не прошли, а его заднее отверстие дико болело, не давая спокойно сидеть. Дверь медленно открылась и через нее вошел тот самый альфа, он спустился по лестнице и прошел дальше по помещению ближе к сидящему Тэхену. Он встал посередине комнаты, его руки были убраны в карманы спортивных бесформенных штанов. Также на нем была большая футболка, а на ногах белоснежные кеды. Он смотрел сверху вниз на измотанного и побитого омегу. Сверху на альфу светила единственная слабо горящая лампочка. Поэтому Тэхену казалось, что его выражение лица было еще грубее, чем в предыдущий раз, отчего у омеги появилась неприятная дрожь по всему телу. Через несколько секунд альфа тронулся с места и направился прямо на Тэхена. Омега вцепился в спинку стула, так что его костяшки побелели, а ногти впились в обведшее дерево. Чонгук подошел еще ближе и взял Тэхена за подбородок, притянув его лицо к своему. — Ну что, как ты здесь, небось соскучился по моему члену? — со злорадной улыбкой Чон оборвал молчание. Тэхен скорчил непонятную рожицу, он попытался оскалить зубы, но у него это не совсем хорошо получилось. Омега нахмурил брови, прикусил губу и повернул немного в сторону свое лицо, чтобы только не смотреть в эти ужасно черные глаза, которые сами по себе наводили страх на маленького омегу. От такой близости Тэхен ощущал горячее дыхание на своем лице и шее, от Чонгука все также приятно пахло, этот запах мог заставить омегу течь, но не в таких условиях. Сейчас Чон отвратителен Тэхену, омега ненавидит его. Ему противно даже от самого себя, что ему лезут в голову такие ужасные мысли. — Смотри мне в глаза и отвечай, когда тебе задают вопросы, — злобно сказал Чонгук, снова повернув лицо Тэхена на себя. Тэхен все также молчал, он не собирался ничего говорить этому подонку. Он проклинал его, проклинал его манящий запах, который сводит омегу с ума. Тэхен не понимает, как такой аромат мог достаться такому моральному уроду. Не дождавшись ответа от омеги, Чон поднял его за горло вверх и сильно ударил по ребрам. От такого удара омега весь скукожился и задрожал. У него снова выступили слезы, которые начали омывать застывшую кровь на лице. — Мразь, ты будешь отвечать? Или предпочитаешь играть со мной в жертву? — грубым, охрипшим голосом говорил Чон. Тэхен поднял свои заплаканные и опухшие глаза на Чонгука и злобно посмотрел на него, он ненавидел этого альфу за все его действия. Он считал его самым худшим человеком на Земле. Почему вообще они должны были встретиться и что Тэхен сделал ему, за что он так с ним жесток? Омега закусил губу до крови, а слезы так и продолжали стекать по его щекам. — Ты все равно убьешь меня, зачем все это? — севшим голосом, очень тихо проговорил Тэхен. — Просто сделай то, что хотел тогда… — Всему свое время, — Чонгук приблизился максимально к Тэхену, отчего у омеги сильно забилось сердце, а дыхание участилось. Чон поднес свои губы к уху Тэхену и тихим шепотом продолжил: — Ты ведь еще не расплатился за то, что сдал меня копам. От этих слов у Тэхена задрожало все тело, оно покрылось мелкой дрожью, а сердце билось просто с бешенным ритмом. Он громко сглотнул подступающий ком в горле и зажмурил глаза, слезы полились еще большим потоком. Тэхен понял, что его никто так просто не отпустит, что он влип по полной. Этот псих будет издеваться над хрупким омегой до тех пор, пока у него не откажет сердце или пока Чон не разорвет ему внутренности. Ото всех этих ужасных мыслей Тэхен начал невольно скулить и громко всхлипывать. Чонгук в это время просто улыбался и наслаждался чудным зрелищем. Чон усадил трясущегося Тэхена обратно на стул, затем он заметил, как омега сильно возбудился, его член уже выделил немного смазки, а сам Тэхен елозил на стуле. Это означало, что омега потек, и его анус расширился и наполнился естественной смазкой. Чонгук жадно сглотнул и облизал сухие губы. Он приблизился к омеге и вдохнул его запах. — Даже будучи в этом месте, весь грязный и потный, ты пахнешь очень приятно, — Чон вдохнул в себя больше воздуха и закатил глаза. — Благодари природу или своих родителей за свой естественный запах. Скажу честно, если бы не он, я давно отдал бы тебя голодным псам. Тэхен просто был в шоке от таких слов, омега не знал, как вообще на это реагировать, он не понимал. Сейчас этот альфа сделал ему комплимент или дальше продолжил издеваться? Тэхен пытался понять, о чем же думает Чон, но тот прервал раздумья омеги своим прикосновением руки к его возбудившему члену. Тэхен сразу же залился краской, он издал некий звук, похожий на стон, и прикусил губу. Омега отвернул голову в сторону и зажмурил глаза, ему сейчас так стыдно перед собой и перед Рё за то, что в такой момент он не может ничего с собой поделать, а просто тает от прикосновений этих мускулистых рук и венистых ладоней. Как Тэхен может убить все свои принципы и нравы ради какого-то слияния запахов? Омега тихо плакал из-за своей никчемности. Тэхен ведь понимал, что сейчас Чон снова возьмет его. Но почему эта мысль не вызывает у Тэхена отвращение, почему его половой орган так возбудился от этого ужасного альфы? У омеги все перемешалось в голове, воздуха ему катастрофически не хватало, все легкие были уже забиты ароматом шоколада, который обволакивал его собственный запах. Тэхен больше всего на свете любил шоколадно-вишневые десерты. Омега опять вспомнил своего бывшего возлюбленного, ведь он постоянно покупал такие десерты Тэхену. От этих воспоминаний на душе становилось все паршивее, он чувствовал, что предал Рё, предал все, что было ему дорого. Тэхен заливался своими собственными слезами, он просто не мог успокоится, и также не мог перестать возбуждаться от того, как массирует его взбухший член альфа. Тем временем Чонгук, видя данную картину, решает подлить масло в огонь. Он сильно сжимает в руке, уже колом стоящий член омеги, и начинает медленно наглаживать его, тем самым провоцируя Тэхена. Чон пытается больше издеваться над телом хрупкого и маленького омеги. Наконец, Чонгук добивает Тэхена, попадая в самые недра души. — Неужели так сильно хочется быть подо мной? — улыбался своей зловещей улыбкой Чонгук. — Не стыдно вот так желать другого альфу, сразу после того как твоего суженого не стало? Тэхен от таких слов просто впал в безрассудство. Его слезы никак не кончались, а стояк не переставал изливать смазку. Чонгук смеялся ему в лицо, видя, насколько плохо себя чувствует этот омега. Он видел, что тот уже находится на грани между мирами, поэтому собрался воспользоваться моментом. — Раз ты так сильно желаешь меня, должен как следует попросить об этом, — Чон демонстративно поднес левую ладонь к уху, чтобы четко слышать, что скажет омега. Тэхен уже задыхался от руки Чонгука, которая не переставала массировать его член, он чувствовал, что вот-вот уже настанет пик его блаженства. Но в это время Чон взял в руку головку и большим пальцем надавил на вершину, закрыв проход, из которого сочилась смазка. От такого у Тэхена все тело затряслось еще сильнее, он закатил глаза и выдал из себя несколько утробных стонов, после чего начал быстро набирать воздух ртом. Омега понимал, что Чон сильно унижает его таким образом. Тэхен понимает, что если он сейчас скажет то, чего добивается Чонгук, то обратной дороги точно не будет. Омега перестанет быть человеком, он превратится в животное, которое будет думать только о спаривании. Тем временем у Тэхена понемногу темнело в глазах, он не мог больше сопротивляться и стараться избавиться от своего возбуждения. — Прошу Чон, прошу тебя, сделай это со мной… — в каком-то бреду начал мямлить Тэхен. — Нет, я тебя совершенно не слышу и совсем не понимаю, что ты там говоришь, — издеваясь, сказал Чонгук. — П-пожалуйста, — задыхаясь от слез, пытался выговорить все четко омега, — Пожалуйста, войди в меня… — еле выговорив последние слова, Тэхен опрокинул голову назад. Чонгук победно ухмыльнулся. Он взял Тэхена на руки и положил на стол. На этот раз лицом к себе. Омега лежал на спине, он сам раздвинул свои дрожащие ноги и поднял их немного вверх. Чон подошел к нему вплотную и начал массировать его промежность. Тэхен начал немного постанывать, он скрестил руки у себя на груди. Чонгук просовывал вовнутрь сразу несколько пальцев, он раздвигал и расширял омегу, в котором было так тепло и приятно. Чон просовывал пальцы все дальше, затем резкими движениями начинал водить ими внутри, отчего Тэхен снова издавал пошлые стоны. Чонгук не останавливался и продолжал пытать омегу. Тэхену сейчас было так приятно, он снова был на пике блаженства. Чон не впервой так манипулирует омегами, поэтому знает, в какой момент нужно остановиться. Он резко вытаскивает свои насквозь мокрые пальцы, слышав при этом недовольный вздох. Это было отправной точкой для Чонгука. Альфа быстро спустил свои спортивки до колен. Взяв свой мощный и жилистый член в руку, он стал водить головкой по мокрому анусу Тэхена. Он снова дразнил его, альфа не собирался входить в него так сразу. Омега жадно мычал и скулил, выгибал спину и шевелил бедрами в разные стороны, еще сильнее разводил ноги в стороны, омега был уже в полном предвкушении. Чонгук водил по анальному кольцу Тэхена, размазывая его смазку по всей промежности, также немного похлопывал своим членом по бедрам омеги. Вскоре альфа взял в одну руку ногу Тэхена, а в другую — свой набухший орган, головку члена он вогнал в омегу сразу и на несколько мгновений остановился, почувствовав, как сильно сжимает его Тэхен, видимо, не хочет отпускать, затем Чон продолжил просовывать в уже полностью мокрый анус. Войдя полностью в Тэхена, Чон больше не мог выдерживать такое давление, он начал сильными рывками вдалбливать Тэхена в этот несчастный стол, отчего тот постоянно скрипел и шатался. Омега закинул ноги на спину альфы и сжал его, от чего Чон только сильнее начал долбить его. Кроме того, Чонгук опять взял пульсирующий орган Тэхена и стал активно массировать его. От такого наслаждения омега не прекращал стонать и выдыхать клубки воздуха из легких. Омега от таких страстных движений Чона хотел уже кончить, но альфа специально не давал ему это сделать, он закрывал пальцем его отверстие на члене, а сам продолжал втрахивать того в стол. Спустя некоторое время Чон стал неровно дышать, он заглатывал воздух ртом и иногда закатывал глаза. Чонгук шлепал Тэхена по его бедрам и внутренней стороне ноги. Там появлялись новые синяки и красные отпечатки ладоней. Но в этот раз Тэхену было настолько приятно, что он не мог сдерживать себя и свои неумолимые стоны. Так продолжалось около получаса, после чего Чонгук излился внутрь Тэхена, он залил его всего так, что горячая вязкая сперма вытекала из омеги. Тэхен испытал настоящий оргазм, он начал изливаться следом, но не смог удержаться от большого желания и такого жаркого секса, омега обмочился прямо на себя, отчего ему сразу же стало стыдно. Омега закрыл лицо руками, чтобы только не смотреть на эту фирменную улыбку Чонгука. Тем временем Чон уже успел отойти от омеги и натянуть на себя одежду, стряхнув на пол капли семени с члена. — Хотел спросить, понравилось ли тебе, но сам вижу, — смеясь, говорил Чон. — Ты просто мерзок. Чонгук уже собирался уйти, как услышал охрипший голос Тэхена. — Я не мог сходить, тут ведь нет туалета. — Пытался оправдаться Тэхен. — А зачем такой псине, как ты, туалет? — ехидно спросил Чонгук. — Тебе что, углов мало? — на этих словах Чон просто развернулся и вышел, закрыв за собой железную дверь. — Но я не собака… — тихо проговорил в пустоту Тэхен и начал плакать. Он не мог понять, что с ним происходит. Ему сейчас противно от самого себя. Как он вообще мог отдаться такому омерзительному альфе, кроме того если в первый раз он хоть как-то сопротивлялся, то сейчас он самолично попросил альфу об этом, так еще и не сдержался в конце. Тэхен уполз в темный угол, свернулся в клубок, поджав ноги под себя, и продолжал рыдать.

***