Пораженный любовью

Спустя месяц совместного проживания Чонгук становился все более покладистым и уравновешенным. Он лучше стал контролировать свои эмоции, особенно гнев, но все же иногда мог сорваться, что бывало крайне редко. Чон уже настолько сильно привязался к Тэхену, что совсем перестал обращать внимание на всех вокруг. В любую свободную минуту он мчался к омеге, чтобы провести с ним как можно больше времени. Сейчас альфа не получает так много заказных дел от Кима, потому как тот отправился на острова, поручив все своему заместителю. С этим альфой у Чона не слишком приятные отношения, поэтому они видятся только по сильной нужде. Из-за этого всего Чонгук может спокойно отдыхать вместе с Тэхеном, не задумываясь о незавершенных делах. Тэхен же в этом месяце поступил в очень престижный вуз на факультет лингвистики, специальность переводчик, поэтому у омеги становилось все меньше свободного времени. Но он все равно успевал посвящать Чону часы после занятий. Из-за того, что Чонгук его пристроил в этот университет, Тэхен получал особое отношение к себе со стороны преподавателей. Омега сначала не понял этого, а только потом до него дошло, что ему одному многое дозволено. Он спокойно мог опоздать на пару или уснуть на ней. Также Тэхен постоянно задерживался в библиотеке, поэтому преподаватели разрешили ему посещать ее в счет его самостоятельных работ. Остальные студенты стали пренебрежительно относится к омеге, потому как сразу заметили такую несправедливость. Тэхену самому было не комфортно от такого, поэтому он перестал отлынивать и принялся усердно учиться, чтобы его хвалили за реальные знания, а не потому, что он чей-то омега. Особенно сильно его задел один омега из университета, который учился в его группе. Он сильно начал докучать Тэхену, а после и вовсе называть подстилкой и другими подобными словами. Отчего Тэхен нередко закрывался в уборной, чтобы выплакать всю боль. Омега старался не говорить об этом Чонгуку, чтобы тот не переживал и не волновался за него. Но однажды, когда тот парень сильно ранил своими резкими словами Тэхена, ему все же пришлось рассказать об этом Чону. Потому как вернувшись с учебы, омега сразу же зашел в комнату и сел на край кровати, начал громко рыдать. В это время альфа был дома, поэтому сразу же прибежал на его всхлипывания. После долгих и упорных расспросов Чонгук все же добился от Тэхена правды. В тот вечер альфа был зол как никогда, он рвал и метал, не находя себе места. А после куда-то ушел. Тэхен сначала не придал этому значения, потому как Чон нередко уходил из дома, чтобы выпустить пар. Но придя на следующий день в университет, Тэхен не видел больше своего обидчика, а потом и на следующий и через день. В общем Тэхен понял, что Чон «поговорил» с тем омегой. Тэхен изначально начал чувствовать свою вину за это, но потом его голову заняли другие мысли по поводу учебы.

***

Намджун устроил своему возлюбленному незабываемый отдых. Каждый день проведенный вместе с Джином для альфы был лучше предыдущего. Чего они только не делали. Джун оберегал и заботился о своем брате как никогда раньше. Он был с ним очень нежным и ласковым, сдувая малейшие пылинки с его хрупкого тела. Спустя месяц незабываемого отдыха они должны были возвращаться в Сеул на днях, поэтому Джин уже потихоньку начал паковать чемоданы. Вещей стало в разы больше, из-за чего пришлось купить пару-тройку чемоданов. Бета был в восторге от медового месяца, ведь каждый день от начала и до конца был особенным и неповторимым. За время этого отдыха они сблизились настолько сильно, насколько это было возможно. Изредка они даже не разговаривали, потому как понимали друг друга с помощью жестов и мимики. Бета никогда не чувствовал себя таким счастливым и беззаботным, как сейчас, рядом со своим альфой. Каждый день Джин всматривался в обручальное кольцо, на котором были выбиты их инициалы. От такого у беты сердце не переставало биться с бешеной скоростью. Джун же не мог налюбоваться своим бетой, он раньше никогда его таким не видел. Альфа проклинал себя за то, что за все совместные годы жизни с братом, он только сейчас осознал и понял, насколько сильно Джин дорог ему. Особенно Джуну стыдно за их школьные и студенческие годы, когда Намджун издевался над братом и постоянно высказывал ему грубые комментарии в его адрес. Последние дни на острове молодожены предпочли провести на пляже под открытым небом. Джун лежал и что-то читал, а Джин не мог сидеть на одном месте, поэтому постоянно бегал к воде, потом возвращался и начинал виться вокруг альфы, целуя его и обнимая. Спустя некоторое время бета все же немного угомонился и присел рядом с Намджуном, положив на его горячее плечо свою голову. Они разговаривали о различных вещах, смеясь и пародируя друг друга. Но спустя некоторое время Джин резко поменялся в лице. Его радостная улыбка совсем спала с лица, брови опустились, а взгляд был обращен куда-то вдаль. Намджун удивленно взглянул на брата, а затем посмотрел в ту сторону, куда и Джин. Вдалеке он увидел счастливую пару. Им было примерно столько же лет, сколько и им. Но единственное различие между ними было — маленький ребенок, который резвился и бегал вокруг влюбленной пары. Джун сразу понял, что Джин чувствует сейчас. Поэтому прижал его к себе и начал поглаживать волосы, зарываясь в них своими длинными пальцами. После чего альфа поднял бету за подбородок, чтобы поцеловать его. Их поцелуй был очень аккуратным. Намджун с помощью него хотел успокоить своего бету, который был очень расстроен. — Джини, что случилось? — отрываясь от пухлых губ беты, спрашивал Джун, хотя и так знал ответ на свой вопрос. — Ну, ты же знаешь… — Джин отвел глаза в сторону, а на его лице еще больше проявлялась грусть. — Скажи мне, что такое? Ты не должен хранить в себе переживания, поэтому поделись со мной, — серьезным тоном сказал Намджун, чтобы бета послушал его и рассказал, что у него на душе. — Ты знаешь… — Джин тяжело вздохнул и опустил голову. — Я тебе уже говорил… Я не смогу родить тебе наследника, поэтому я просто бесполезен, — с этими словами из глаз беты градом полились слезы. — А я тебе говорил, что мне это не так важно, как быть вместе с тобой, — Джун взял своего брата за плечи и начал немного потрясывать его, чтобы тот пришел в себя. — Нет, неправда! — Джин уже не мог нормально произносить слова из-за подступающего кома в горле. — Я ни на что не способен. Даже не могу осчастливить своего любимого человека. — Эй! Джини, я сказал тебе прекратить, — твердо и немного сурово сказал Джун, отчего бета прекратил захлебываться слезами и поднял глаза на него. — Я не хочу, чтобы ты терзал себя по этому поводу. Я уже говорил, что сильно люблю тебя и не готов менять тебя на будущего ребенка. Кроме того… — Джун сделал очень долгую паузу и вздохнул. — Кроме того, я готов усыновить ребенка. — Что? — ошарашенно переспросил Джин, он точно не был готов услышать такие слова от своего брата. — Ты сейчас серьезно? — Конечно, — Намджун твердо ответил, кивнув головой. — Я же знаю, как ты хочешь детей. Да я и сам желаю видеть тебя рядом с маленьким, которого ты будешь оберегать. — Джун! Ты лучший! Я совсем не ожидал! — с восторгом выкрикивал Джин, бросаясь на шею альфы с объятиями. — Если это и правда случится, то я буду самым счастливым на свете! — Джин весь засветился и озарил своей улыбкой альфу, который был поражен такой реакцией. — По приезду в Сеул я займусь всеми необходимыми бумагами, а после мы сможем усыновить ребенка, — Джун медленно прислонился лбом к лицу брата, отчего тот сразу же раскраснелся. — Я надеюсь, что все это не сон, — Джин криво улыбнулся, чтобы убедиться в реальности ситуации. — Перестань, за кого ты меня принимаешь, раз даже не думал о том, что я сам этого захочу? — Намджун немного нахмурил брови. — Джун, не пойми меня неправильно, просто обычно люди хотят только своих родных детей воспитывать, а не чужих, — бета виновато смотрел в глаза альфы. — А он и не будет чужим, когда мы возьмем его себе, то станем ему настоящими родителями. От этих слов Джин еще больше начал ценить своего альфу, он чувствовал, что Джуну можно доверить свою жизнь, поэтому после этого разговора бета стал еще сильнее любить Джуна. А Намджун увидел в брате те полыхающие чувства, которых не видел ни у одного омеги, которого он знал. Альфа за все свои года жизни встречался с несколькими омегами, но они совершенно не хотели детей, поэтому каждый раз принимали противозачаточные, что сильно нервировало Джуна, и именно это и становилось причиной разрыва. На самом деле Намджун уже давно был готов к детям, просто ему не попадался такой же человек, как и он сам.

***

Чимин и Юнги до сих пор проживали в том уютном домике в спокойном районе Осаки в Японии. Мин нанял омеге репетитора для того, чтобы тот смог быстрее выучить язык и адаптироваться в другой стране. Чимину нравилось жить здесь. Юнги помогал омеге во всем, он старался сделать их жизнь намного лучше, чем в Сеуле, чтобы Чимин не хотел туда возвращаться. Да, иногда омега скучает по дому, но позже Юнги увлекает его своими ласками и Чимин забывает про все. Сегодня в Осаке был обычный день, немного пасмурный, впрочем, как и всегда. Чимин уже привык к такой погоде. Он не очень любил дождь, но когда он проводил это время вместе с Юнги, то ему такая погода казалась очень романтичной. Единственное, что сегодня было не так обычно, это то, что уже с самого утра у Чимина тянуло внизу живота. Эти ощущения тяжести с одновременным желанием хорошо известны каждому омеге. Вставая с кровати, Чимин уже почувствовал, как его ноги становятся ватными, а в глазах немного поблескивают разные огоньки. Омега не смог сделать и пару шагов, почти упав на пол, он ухватился за впереди стоящий стул. Чимин сел на него и начал тяжело дышать. В это время в спальню вошел уже полностью одетый альфа, который собирался на работу. Но не успел Юнги пройти ближе к Чимину, как его будто током ударило. Разум был затуманен за долю секунды от резкого запаха ванили. Простояв в одном положении несколько секунд, Мин будто освободился от невидимых оков. Он быстрым шагом направился к Чимину, который вжался в стул и вцепился в спинку своими пальцами. Юнги рывком добежал до Чимина и с силой поднял того со стула. Альфа сразу же вцепился в тоненькую шею. Мин целовал каждый сантиметр кожи, облизывая и покусывая белоснежную кожу. Чимин уже начал стонать от таких действий альфы. Юнги же продолжал исследовать тело омеги, которое все благоухало манящим ароматом. Его кожа испаряла такой приятный запах, что Мин закатывал глаза от удовольствия. Чимин был в одной просторной майке без рукавов, а под ней совершенно ничего не было. Поэтому с приходом Юнги в комнату, омега возбудился еще сильнее, а после и вовсе начал истекать собственными соками, которые просто лились из него. Мин поднял своего омегу за ягодицы, а Чимин в свою очередь обхватил альфу ногами, отчего Юнги мгновенно стало жарко и душно. Чимин терся об торс альфы, подавая таким образом сигналы Мину, что он больше не может ждать. Юнги не нужно было повторять дважды, поэтому он быстро перетащил омегу к своему письменному столу, который был в углу комнаты. Мин рукой снес все, что лежало на столе. Вся его документация мигом разлетелась по всему полу, туда же полетели ручки, папки и другая канцелярия. Юнги сам уже не мог терпеть свой ноющий стояк, который до сих пор был сдавлен одеждой. Поэтому первым делом Мин стянул с себя все ненужное, а потом разорвал на две части майку Чимина. Глаза омеги наполнились пеленой, он ничего не видел перед собой. Он не собирался сегодня быть пай-мальчиком. Поэтому раздвинул свои ноги, чтобы альфа не тратил лишних секунд. Чимин начал трогать самого себя, сначала лаская грудь, затем живот, а после спустился к своему перевозбужденному органу, который уже дрожал от изнеможения. Омега обхватил свой член ладонью и начал массировать его в удобном для него темпе. Из головки сразу же полилась смазка, которая обволакивала тонкие пальцы Чимина. Юнги все наблюдал за пошлыми действиями омеги. Он никогда не видел своего маленького омегу таким. Мин вообще считал, что Чимин слишком стеснителен для такого. Но, видимо, сейчас ему снесло крышу по полной. Юнги вслед за Чимином начал ласкать свой взбухший член, который тоже уже бился от резкого желания. Затем Мин взял руку Чимина и оторвал ее от члена, от чего омега издал недовольный вздох. Альфа приблизился к Чимину впритык и обхватил одной рукой его ногу, а другой рукой взял член омеги и свой, соединяя их вместе. От такой близости Чимин начал дрожать и задыхаться от нехватки свежего воздуха. Омега терся о Мина, который, в свою очередь, ласкал их члены друг об друга. Чимин чувствовал каждый изгиб и каждую вену на члене своего альфы, это сводило его с ума. Он чувствовал, как уже зашел за грань, поэтому просто откинул голову назад, закрыв глаза, начал еще больше ощущать приятные прикосновения к своим самым откровенным местам. Чимин кусал губы до крови, царапал стол и слишком сильно стонал. Омега уже весь извелся, а ведь Мин до сих пор не вошел в него. Чимин уже боялся, что если Юнги только дотронется своим членом до него, то он просто потеряет разум. Альфа в это время кусал мочку уха Чимину, постоянно нашептывая ему приятные и успокаивающие слова, параллельно обхватывая его член, сильно сжимая. Через мгновение Юнги впился своим ртом в нетронутое место на шее, от такого Чимин просто взвыл, потому как Мин поставил ему не просто засос, а свою метку. Теперь омега точно принадлежит только ему одному. После того, как его багровая метка виднелась на коже Чимина, Юнги сорвался со всех тормозов. Он резко пристроился к бедрам омеги, прислоняясь головкой к аналу Чимина, который уже весь истек и намочил ствол альфы. Немного проводя членом по сокровенному месту омеги, он приготавливал его к своему набухшему органу, который уже весь налился кровью от возбуждения. В одно мгновение Юнги вошел в Чимина сначала только головкой, а после загнав его до самого основания. Омега ныл, стонал, кричал и дергался под Мином, он получал сейчас такое невероятное удовольствие, которое просто вознесло его к небесам. Чимин не чувствовал своих ног и рук, он чувствовал только свои внутренности, все нервные окончания и член Мина, который пульсировал внутри него. Юнги начал набирать темп, попутно сжимая ноги Чимина, чтобы всем телом чувствовать его. Омега уже захлебывался своими же стонами, но все равно продолжал истошно кричать и издавать непонятные звуки гортанью. Через несколько мучительных для Чимина минут Мин очень сильно разогнался, вгоняя свой член глубоко в омегу. Продолжая резко двигаться внутри Чимина, Юнги чувствовал уже подступающую разрядку, которая ему так необходима. Сделав еще несколько глубоких толчков Юнги, полностью заполнил омегу своим густым семенем. Чимин излился следом, попадая на свой живот и грудь. После чего облегченно вздохнул и упал головой на стол. Мин же еще немного подвигался внутри Чимина, разгоняя собственную сперму по всему аналу парня, а затем вышел из него. Так началась их бурная неделя, которая сопровождалась сильной течкой омеги и внеплановыми выходными для Юнги.

***