***
В машине пахло аммиаком. Наруто выбивал ритм. Тихо напевая себе под нос. Им осталось всего пару часов, чтобы достигнуть собственного небольшого оазиса спокойствия. Он то и дело поглядывал на жену. Она сохраняла молчание. И лишь злой взгляд, что она бросала на него, выдавал то, насколько сильно она была зла. Они затормозили на автозаправке. И Наруто, вытащив сумку из багажника, сразу направился в туалет. Ему бы было не под силу спланировать все это без неё. Подготовить приманку, предоставить доказательства убийства именно тех людей, что сделают ему имя, планировка пути, чтобы они смогли спрятаться. Хината заставила проехать все мотели после сотого километра, подготовить каждый номер. Ему до сих пор жалко потраченного времени и денег, но она была неумолима, она настаивала. Она говорила, что они не могут полагаться на случай. И, конечно, подготовка транспорта. Он никогда бы этого всего не сделал. Никогда. Наруто, убедившись, что кабинки были свободны, поставил сумку на соседнюю раковину и достал черную краску. — Какого черта ты творишь? Наруто обернулся. Хината была в ярости. Она была невероятно зла. Она подошла ближе и стукнула его кулаком в грудь. — Как ты мог так облажаться?! На самом деле он скучал. Наруто притянул её ближе, его руки испачкались в обесцвечивающем растворе, что она нанесла ещё сидя в машине. — Тот последний жирный ублюдок. Я до сих пор не пойму, как он выбрался… Все бы ничего, но он слышал наш с тобой разговор, он знал, что ты в курсе. Я не мог позволить ему болтать… Хината прижалась к нему ближе. Она была такой уставшей. Она была без сил. Им срочно нужно было попасть домой. Она хотела оставить все позади. Нью-Йорк был позади, прямо сейчас они были в нескольких минутах от Мидлтауна. Им остался последний рывок. И его следовало совершить.***
Она приезжала сюда несколько раз заранее. Небольшая квартиры на окраине города. И она все идеально спланировала. Маленькая, хрупкая светловолосая азиатка, заботившаяся за калекой мужем, никогда не могла вызвать подозрение. Она точно знала, что смены цвета волос и грамотного макияжа будет достаточно, чтобы её никто не узнал. А инвалидное кресло было идеальным прикрытием для Наруто. Он мог оставаться в квартире, не вызывая подозрений. Им нужно было немного времени. Через два месяца они бы двинулись дальше.***
Наруто посмотрел на спящую Хинату. Сегодня, пока она будет в магазине, он отправит посылку. Они могли быть близки, но он все ещё хранил от нее парочку секретов. Для её защиты ему было это позволено. Уже прошло две недели, и его вылазка была вполне безопасна. Она была прекрасна. Наруто убрал светлую прядь с её лица и поцеловал. Она была идеальной.***
— Как Сай? Итачи улыбнулся. Саске был спокоен. Саске был рад окончанию всей этой истории. — Хорошо, через неделю он вернется на службу. Они были в кафе полном народу. И всем было все равно. Новости случались, они изжевали себя, они волновали людей, но это никак не останавливало чужие жизни. Узумаки Наруто произвел своим арестом шума больше, чем побегом. Ещё оставалось несколько упоминаний о линчевателе в сети, но все двигались вперед. — Зайдешь на ужин? — спросил Саске, помешивая сахар.***
Все было прекрасно. Наруто трижды проверил, что нигде не оставил способа выйти на него. Киба никогда не догадается, от кого пришла посылка. Он закрыл ноутбук. Наверное, это был его триумф. Посмотрите, для человека, которые собирался умереть в двадцать два, он был просто в потрясающем расположении духа.***
Жизнь была дерьмом. Жизнь была полным отстоем. В особенности, если любовь всей твоей жизни была замужем за серийным убийцей, и, судя по последним новостям, помогала ему. Киба открыл очередную банку пива. Хината была где-то там, счастливая с каким-то придурком. Разве все могло стать для него ещё хуже. Он ещё раз посмотрел на коробку, что забрал с почты. Это был не его заказ, он ничего не заказывал. Ему не стоило забирать посылку, что он не оплачивал. Но, может, это был его счастливый случай? Кто-то, может, и ошибся адресом, но ведь он мог хоть чуть-чуть себя порадовать? Киба надеялся, что там было что-то стоящее… Но, раскрыв коробку и увидев открытку с логотипом «Таксидермия Твена», Киба понял — это был не его день. Тошнота подступила к горлу. Он приподнял оберточную бумагу. Коричневые уши, белая морда… И может, он смог бы сдержать тошноту, если бы не подпись открытки: «Лучшие мясные рулеты Узумаки».