Сможешь принять моё прошлое?

—Меня не волнует как, но теперь избавься от возникшей проблемы. Он слишком много знает. Он узнал меня.

***

      —Чёрт! Чёрт! Чёрт! Что мне теперь делать? Было глупо надеяться что он не узнает. С первых же секунд узнал.— Черноволосый стоял на балконе и нервно курил, прислонив к уху телефон. На другом конце внимательно слушали истерику старшего. —Я понимаю, Чим. Может...тогда ты вернёшься обратно в Тэгу? Я соскучился...и тебе будет проще вести все свои дела тут... —Я...вау, это не плохая идея! Можешь же выдавать хорошие идеи, когда хочешь. Ладно, я скажу Наму, чтобы купил мне билеты до Тэгу и буду собирать чемоданы. Встречай меня через пару часов в аэропорте.—Докурив и сбросив вызов, парень прошёл в просторную комнату и быстро набрав нужный номер, стал доставать чемодан. —Алло, босс? —Я улетаю в Тэгу. Достань билеты на самый ближайший рейс.— Вещи аккуратными стопками укладывались в чемодан и сумку. —Н-но босс, в Тэгу вам ни в коем случае соваться нельзя. Стражи не станут с тобой церемониться. Ты же знаешь это! —Намджун, ты вроде старше меня, вроде умнее, но почему до тебя ещё никак не дошло? Чтобы что-то спрятать, нужно положить это на самое видное место. Они уже обшерстили Тэгу с ног до головы и явно не ожидают, что я вернусь туда через столько лет. —Я понял.—Чимин сбрасывает вызов и блокируя телефон созванивается с другим человеком.       Вызов принимают не сразу, и явно не довольный человек, чей сон так нагло прервали, бубнит что-то неразборчивое. —Я тоже рад тебя слышать, хён. Собирай вещи, мы уезжаем в Тэгу. —Чимин, ты дебил?! Какой "В Тэгу" в три часа ночи?! Лучше не провоцируй меня на негативные эмоции.—Раздаётся из трубки грубый, шепелявый и с лёгкой хрипотцой голос. —Я заеду за тобой через полчаса—проговаривает милым голоском голубоглазый, благополучно пропуская угрозу мимо ушей, а после добавляет—Не дай бог ты не будешь собран, твоя смерть будет ужасной.—от этого голоса у собеседника мурашки пошли по спине, но далеко не от страха, а от возбуждения, как же он любит это двуличие в Чимине.       Сбросив очередной вызов, Чимин надел на себя косуху и вышел из квартиры. Спустившись на стоянку, он садится в машину, на переднее пассажирское сиденье и поворачивает голову в сторону водителя. —оперативно сработано, Намджун. Молодец. А теперь быстро едем к Мину. А, и чуть не забыл, уладь все проблемы со школой, напизди что-нибудь.—Бросает Пак, уже рассматривая ночной город через окно.       В остановившуюся возле одной из элитных многоэтажек машину залазит парень с такими же угольно-чёрными волосами, как у Пака. Ничего не сказав парень поудобнее устраивается сзади, укладывая свой чемодан рядом с Чиминовским. Лисьи глаза всю дорогу прожигали макушку впереди сидящего тонсена. Он уже представлял, как он оттрахает этого маленького паршивца в отеле, в котором они расположатся на первое время. —Хватит сверлить дыру в моей башке, Юнги-хён—произносит Чим, поворачиваясь к источнику ненависти.—Отоспишься в отеле. Ох, милый, в отеле Мин уж точно не отоспится и тебе не даст. —Ну всё, мы приехали. Удачно добраться, босс, Юнги. Билеты вот, номера в люксовом отеле забронированы, о школе я позабочусь.— Протягивая фальшивые паспорта вместе с билетами проговорил, всю дорогу молчавший Намджун. —Спасибо, хён. Пока-пока!— Чимин наклонился и поцеловал старшего в щёку, незаметно кося при этом глаза на сидевшего позади парня и ухмыляясь при этом, заметив нужную реакцию на свои действия. Намджун же резко покраснел, не ожидая подобного проявления благодарности. Его босс никогда подобного себе не позволял.       Пройдя контроль и уже усевшись на свои места в самолёте, парни ожидали отправления, пока стюардесса проговаривает правила безопасности.       Мин Юнги, что порядком подзаебался слушать этого попугая в юбке, наклонился к рядом сидящему Чимину и тихо проговорил— Слушай сюда, маленький засранец, думаешь твои выходки останутся безнаказанными? Ошибаешься. Как только мы доберёмся до номера, твою задницу ждёт как минимум 20 ударов плетью, а если у меня встанет, а у меня встанет, я ещё и оттрахаю тебя.       Эмоции на лице Пака менялись с невообразимой скоростью по мере услышанного. Но после того, как Юнги закончил свою пламенную речь и отстранился, обращая внимание на свой телефон с невозмутимым видом, будто это не он пару секунд назад, ухмыляясь шептал столь пошлые фразочки, в зрачках заиграл огонёк. Ему и говорить больше ничего не надо. Услышанного хватило, чтобы мозг Чимина стал выстраивать сцены, как Юн, безжалостно хлещет по выпяченной и просто ахуительной заднице, а Чимин кричит в подушку, и в эту же подушку вцепляется зубами, потому что это больно, настолько больно, что дрожащие колени подгибаются, а пульс учащается. Потому что от этой боли хочется стонать так, как ни одна шлюха в мире не стонала. Потому что эта боль приносит дикое желание получить еще больше. Потому что эта боль приносит удовлетворение. И Мин Юнги знает о предпочтения своей детки, знает как удовлетворить самого дьявола во плоти, которого когда то пригрел под свои крылом, которого когда то обучил и которого сам же и создал.

***

      Только зайдя в номер отеля, в котором они обосновались, Чимина резко хватают за руку и вжимают в стену. Воздух в комнате резко тяжелеет. Желание, которое как океаны плещется в зрачках обоих видно и невооружённым глазом. Им хочется друг друга. Сколько бы они не старались прекратить эти непонятные отношения, у них не получается. Их всё равно притягивает друг к другу, как магниты. И если всё всегда заканчивается тем, что оба просыпаются в одной кровати друг с другом, зачем пытаться что-то менять? Легче смириться и плыть по течению. Вот и они плывут...друг от друга, взаимно топя себя во взгляде напротив. —Ну что, чертёнок, готов поиграть?