Сборник драбблов по BTS

Первый раз всегда важен. Важен не только для омеги, который лишается того, что он хранил все эти годы для определённого человека, но и для альфы, понимающего, что ему больше никто не нужен, кроме этого мальчика. И ведь все начиналось с простых заигрываний взглядом и смущенных улыбок уже три года назад. Не каждый альфа, да во время гона, сможет сдержать себя и не поддаться инстинктам, но Юнги даже ни разу не думал об измене и не заходил далеко в простых ласках, когда замечал, что омега напрягается и незаметно начинает нервничать. Хотя метка ещё не поставлена, в их отношениях все правильно: омега не объект для ублажаний, а альфа не вызывает страха, злости и ненависти. Юнги уже и не думал о сексе до совершеннолетия омеги, как к концу одной из вечерних прогулок Чимин смущённо произнёс:  — Хен, ты, — он начинает нервничать, ведь раньше не приходилось говорить подобных слов, — хочешь меня?  — М? О чем ты? — немного не поняв, говорит брюнет и слизывает мороженое.  — Я об этом, хен, — Чимин сминает край рубашки и самостоятельно угощается мороженым своего парня, но тот, по всей видимости, совсем и не понял намека омеги и только изогнул бровь. — Я сегодня подготовился, мы можем остаться у тебя на ночь?  — А, ты об этом. Конечно, — и, кажется, сейчас альфу осенило. Он пытается скрыть улыбку и целует мальчика в лоб, — только ты уверен, что хочешь этого сейчас? — он мягко, с любовью смотрит в глаза блондина и получает кивок в ответ, снова целуя в лоб. — Уже становится холодно, идем. *** Омега разувается и проходит в знакомую кухню, где, спросив разрешения, выпивает стакан воды и уходит в ванную, чтобы проверить, все ли в порядке с его телом. Альфа готовит презервативы и много смазки, на случай, если омеге будет больно. Однако он обещает самому себе, что если его мальчик заплачет, все это действие придётся прекратить. Он совсем не извращенец, но сейчас, сидя в кресле, он думает о том, что делает его парень в ванной, как смотрит на себя, трогает, готовится, и от этого мурашки по коже и первое мимолетное возбуждение, которое прерывается, когда омега шагает в комнату. Он полностью подготовился, но страх в глубине все же остался. И страх не боли, а страх разочаровать альфу. Да, это его первый раз, и понятно, что он будет не самым лучшим, но, как это свойственно омегаи, Чимин сильно и часто себя накручивает пустыми мыслями «а если ему не понравится и он уйдёт от меня?»,» как я буду смотреть ему в глаза после этого, а буду ли вообще?», и не заметив стену на своём пути, Пак врезается лбом, получая смех Юнги. Альфа встаёт с кресло и подходит к мальчику в халате.  — Больно? — Убедившись, что омега не заплачет, а значит не очень больно, Юнги сажает парня на кровать и осматривает место удара.  — Так хорошо иметь парня медика, — улыбается Пак и смотрит на сосредоточенное лицо Мина.  — Но мне повезло больше, — он поправляет волосы омеги и замечает вопросительный и немного угрожающий взгляд, — ведь мне принадлежит такой милаха, — он чмокает в щеку  — Но метки ещё нет, значит я тебе не принадлежу, — намекает парень, ложась рядом с брюнетом.  — О метке не мечтай до совершеннолетия. Твои родители прикончат меня, в таком случае. Кружится голова? Принести водички? — Не кружится, — очень смущаясь и краснея, Пак садится на бедра Юнги. Для них такое не впервые, но в тех случаях следовали милые обнимашки и сладкие поцелуйчики, а здесь даже воздух стал другой. Мин тянется развязать пояс на мягком халате, чтобы оголить ещё не знакомое голое тело. Ласки, похожие на поглаживания, сминания во время поцелуев были, но омега никогда не давал видеть себя голым, ссылаясь на смущение и отсутствие метки, хотя знал, что рано или поздно она появится, ведь он нашёл своего истинного. Чимин мягко убирает длинные пальцы альфы от пояса со словами «нельзя. Это чуть позже» — У тебя есть какой-то план, как это должно все происходить? Хочешь посвятить меня в них? — Нет, плана нет, но я не хочу, чтобы это было все так быстро, — он прикрывает чуть оголенную грудь и руками закрывает промежность. — И ты ещё в одежде, а я уже нет. — Ну, — Мин снимает чёрную футболку, видя, как это смущает. Блондин отводит взгляд от белоснежного торса, чуть завидуя. Альфа улыбается и, привстав, нежно, сначала совсем невесомости, целует мальчика в пухлые губы, сразу же получая ответ. Они долго и нежно целуются, меняя позы, потому что где-то у омеги затекла нога, где-то он устал сидеть. Пока Юнги не решается залезть рукой под халатик, поэтому гладит хрупкие ноги, замечая, что омега постарался сделать их максимально гладкими. Но Чимин, кажется, смелее или только хочет казаться смелее. Он гладит маленькими пальчиками немного накаченную грудь парня и ловит себя на мысли, что нужно было раздеть альфу ещё давно. Он представляет, как по этому торсу сбегают капельки пота во время тренировки и чувствует что-то сладкое в промежности, сводя ноги, но это действие вырвало в губы альфы тихий стон, который он воспринял как зелёный свет. Поглаживающими движениями Мин поднимает рукой под мешающуюся ткань, чувствуя, как его мальчик подрагивает и немного дрожит. Мин убирает руку, чтобы не напугать омегу, но тот кладет её на место, позволяя продвинуться дальше. Альфа перебирается поцелуями к шее, чтобы омега меньше думал о смущение и получал наслаждение, гладит и сминает небольшие, но сочные и аппетитные ягодицы, чувствуя уже учащенное и тяжёлое дыхание парня.  — Хен, мне так хорошо, — дело ещё не дошло до середины, а Пак уже поплыл. И это радует и умиляет альфу, ведь его малыш такой чувствительный, а значит будет получать больше удовольствия, но есть и другая сторона. Паку будет ещё больней при первых движениях и это пугает Мина, но пока он старается не думать об этом. Омега уже позволяет целовать грудь, но избавляться от халата даже не думает. Да, на улице темно и свет от луны совсем тусклый, но его тело будет хорошо освещаться, а омега в нем не совсем уверен. Хоть альфа и говорил тысячу раз о том, что и Чимин, и каждая часть его тела совершенны, он все равно боится разочаровать. Мин не решается раздвинуть ягодицы и провести пальцами по уже влажной дырочке или провести по разбухнувшему члену, хотя понимает, что, да, Чимин омега, но также он и парень, которому необходимы такие ласки. Мин отстраняется от блондина, немного напугав того, и снимает с себя оставшуюся одежду, подмечая, что в комнате немного прохладно, а значит избавляться от халата не стоит. Альфа кладет на спину омегу и зависает сверху, снова целуя в губы. На этот раз Чимин и не старается помешать своему парню наконец развязать пояс. Снова долгий поцелуй переходит к шее, там к груди, до пупка и ниже, и омега понимает, что чем ниже поцелуй, тем приятнее, но выделившаяся смазка там заставляет снова накручивать себя. Однако Юнги, заметив напряжённость парня, все же смог избавить его от этого. Он совсем уже спустился вниз и поднял ноги омеги, чуть раздвинув. Член уже ноет, как хочется в эту булочку и заполнить её до краев начинкой, витающие в воздухе феромоны омеги кружат голову, но альфа старается держать, потому что эта ночь принадлежит не ему, а им обоим, и для омеги она намного важнее. Юнги целует внутреннюю сторону бедра, слизывает с кожи естественную смазку парня, не задевая член, и получает кайф, когда блондин сжимает меж пальцев волосы альфы и сводит ноги, придушивая. Юнги чувствует, как пахнет член его омеги, трется щекой и сжимает тонкую талию. Когда уже тихие стоны омеги стали изнуряющим скуляжом, Мин без предупреждения взял член в рот и втянул щёки, наблюдая за реакцией Пака исподлобья. Чимин так мило попытался убрать оттуда голову парня и при открыл рот, что альфа не смог сдержать улыбку и лёгкий смешок.  — Не смейся надо мной, — обиженно кинул омега, надувая губы.  — Прости, малыш, я не хотел, — оставляет лёгкий поцелуй на щеке, — просто ты такой милый -Я хочу ещё, — жалобно просит мальчик и тянет голову хена вниз. Горячий язык проводит по не менее горячей промежности под звуки стонущей омеги. Юнги совсем не противно вылизывать своего парня, ему нравится его вкус и запах, нравится наблюдать за скромными подрагиваниями, слышать о том, что ему хорошо. Но слишком долго подобное продолжаться не может. Юнги снова поцелуями поднимается вверх и тянется к презервативам и смазке. Он тянет резинку на член и наносит смазку на промежность омеги. — Страшно? — спрашивает альфа. Он не хочет напугать и навредить омега, но успокаивается, когда почти расплавленный мальчик мотает головой и тянется за поцелуем. На первый взгляд может показаться, что он пьян, но это совсем не так. Мин наносит на средний палец смазку и аккуратно вставляет в дырочку омеги. Сначала Чимин даже и не понял, что произошло, но когда он напряг мышцы, попытавшись приподнять голову, почувствовать что-то явно не лишнее в его заднице, но обещанного удовольствие он пока так и не получил. Однако оно долго ждать себя не заставило, ведь Мин своими длинными пальцами с лёгкостью исследует глубины своего парня, трогает стеночки, водит пальцем по нервному комочку, а Чимин удивляется новым ощущениям. За вторым пальцем следует и третий, и тут мальчик чувствует явный дискомфорт. Ему неприятно, но он быстро привыкает, и через пару минут пальцы заменяет член. Однако это ещё одна проблема. Член входит совсем по-другому, нежели пальцы, и боль намного больше. Пак старается глубоко дышать, чтобы сдерживать чувство боли, и в этом ему помогает Юнги. После вопроса о прекращении процесса и отрицательного ответа, Юнги выцеловывает каждый миллиметр тела омеги, мило гладит по голове и шепчет нежности на ухо, отчего боль улетучивается, и омеге хорошо. Если Пак знал, что секс — это так хорошо, то обязательно бы занимался им раньше. Но только с Юнги. Альфа так хорошо это делает, у него такой хороший темп и размер, что у Пака звёздочки в глазах, а из губ не устают вылетать стоны. Но, кажется, оба из них на разных стадиях процесса. Юнги вгрызается в чуть пухлую грудь блондина, понимая, что ещё чуть-чуть и он достигнет пика удовольствия, но омега, хоть и стонет от наслаждения, никак не может довести себя. Он начинает нервничать, потому что так не должно быть. Альфа так старается ублажать омегу во всех местах, а тот не может кончить, и это должно расстраивать брюнета, но почему-то не по себе именно Чимину. Он старается мыслями уйти в возбуждение, пока сладость между ног не пропала, почувствовать каждую венку на члене Юнги, старается сам двигаться.  — Я не могу, хен, — омега прижимает руки к груди, пряча тело в халате, — я не могу кончить.  — Для тебя это так важно? Разве тебе не приятно? — немного хриплый томный голос альфы, соединенный со словами, заставляет пробежаться новым муражкам. -Очень приятно, — Пак тянется к груди Мина губами, потому что она так соблазнительно выглядит. И только когда Чимин окончательно расслабился, оба почувствовали теплую жидкость на животах, а Чимин почувствовал каждую пульсацию члена парня, когда тот кончил. Казалось бы, все хорошо, оба получили удовольствие, но омега внезапно решил заплакать, пугая брюнета.  — Что такое? Я сделал что-то не так? — альфа мигом завязывает и выкидывает наполненный презерватив, беря омегу на руки. -Это было так хорошо, хен, — омега вытирает рукавом халата слёзы.  — Дурашка.