« Я не святой, но таким стал »

       Последние несколько дней, после отличного празднования студвесны, успешно сданных экзаменов, начинается следующая волна, ломающая голову не одному студенту — каникулы.        В небольшом помещении по типу бывшего актового зала, что сейчас служит танцевальным, расположились ребята. Хосок, с нахмуренными бровями, плавно движется под играющий ритм в наушниках, отслеживая каждое движение своего отражения, редко поджимая губы и качая головой в жесте неудовлетворения проделанной работой. Пот скатывается мелкими каплями по вискам, плавно опускаясь к шее и прячась в вороте белой свободной футболки с чёрной надписью. Парень вынимает наушники из ушей, доставая телефон и поправляя свободные шорты, что чуть выше колен, падает на пятую точку, закидывая голову назад и упираясь руками в пол, заводя их за спину. Со стороны слышны тихие переговоры друзей и приближающиеся шаги. — Всё в порядке? — совершенно близко Чон слышит нежный голос Джоан и открывает прикрытые глаза, смотря в точности в кофейные глаза напротив. — В норме. — с тёплой улыбкой кивает шатен. Джоан не глупая, все замечает и видит, что родной для её души человек чем-то обеспокоен, это читается по движениям в танце, в той неуверенности, с которой Хосок смотрел на своё отражение. Девушка наблюдает это уже не первый раз, но задать вопрос, который так и просится, всё не решается и стоит ли вообще? Последнюю неделю Хосок словно сам не свой. Пропадает в зале, студии, на работе, но только не рядом с девушкой. Всё напрягает, заставляя сердце сжиматься от неизвестности и странных мыслей, которые поселись в светлой голове Джо. Пара, в повисшем молчании, поднимается на ноги, возвращаясь к сидящим в другом конце друзьям. За небольшим прямоугольный столом разместились четверо молодых людей: Карен и Холли о чем-то разговаривают, иногда поглядывая на Хосока и Джоан, что безшумно присели друг напротив друга. Чонгук и Джин играют в телефоны о чем-то бурно общаясь и выкрикивая, к ним присоединился и Хо. Джоан, поджав пухлые губы, наблюдает за тремя взрослыми парнями, что ведут себя как дети и опускает глаза, стоит посмотреть на того, с которым сейчас не самое лучшее время. Холли никогда не лезла в отношения других, тем более не была готова как-то поддержать, но, видя подругу в не особом настроении, делает первый шаг. — Джо? — подвигаясь ближе и накрывая ладонью сомкнутые руки девушки на столе, спрашивает: — Всё в порядке? Пускай ничего не в порядке, на душе скребут кошки, а слезы сами просятся брызнуть с глаз, Чхве уверенно кивает, убеждая, то ли саму себя, то ли сидящую обеспокоенную подругу, что беспокоиться не о чем, закрепляя всё улыбкой, которую так сложно выдавить из себя, но все же Холли не решает задавать вопросы, молчаливо отодвигается не нарушая личное пространство. Джо благодарна за появление заботы, но не сейчас. Чуть позже, когда волна пройдёт и плакать не захочется. ×××× Дверь с характерным скрипом открывается, впуская прохладу вечерней улицы. Юнги валится с ног уже в гостиной даже не стащив и джинсовки. Работать на износ привычное дело для парня, но сейчас лето и работы поднавалилось больше, поэтому усталость валит, тяжёлым грузом придавливая к мягкой поверхности старого дивана. Ноги гудят от целого дня беганины, руки словно живут отдельной жизнью, свисая с края дивана тряпочками, а голова гудит от непрекращающихся разговоров. Работа в ресторане все-таки дело не лёгкое, особенно, если ты официант и на половину грузчик. Не успел заказ отнести, зовут помочь выгрузить пришедшие продукты. Мин лежит так минут десять, приходя в себя от тяжёлого рабочего дня и все-таки поднимает тяжёлую тушку. По пути в ванну заглядывает в комнату, где сладко спит Холли укутавшись в плед и обнимая миновскую подушку. Парень улыбается и идёт в душ смыть грязь и немного освежиться. Когда стрелка часов переваливает за двенадцатый час ночи, Юнги медленно выкуривает сигарету на балконе, смотря на вибрирующий рядом телефон. На дисплее высвеченное имя «Тэ», парень принимает вызов. — Полуночничаешь или только с работы? — слышится в трубке. Мин закатывает глаза надеясь, что вызов срочный, а не как обычно, ради веселухи засранца на том конце провода. — Собираюсь спать, чё хотел? Опять забыл сайт, на котором ахуенное порно или в этот раз проблемы посерьёзнее? — с ноткой сарказма спрашивает Мин, дабы быстрее узнать о столь позднем звонке и пойти в тёплую постель, где ждёт возлюбленная. — Ну чё ты такой, а? Может я соскучился по другу — возмущение и обида мелькает в голосе, — Ладно, я звоню попрощаться — добавляет Ким, а у Юнги глаза с орбит. — В смысле? Ты там нахуй укурился укропом или мозг вышибло от передоза счастья в виде соседки и крышесносного минета? — немного агрессивно, но с нотой переживания дополняет Мин, — Тэхен-а, ты куда намылил свою задницу? На том конце сети слышится лёгкий вздох и Юнги готов поклясться, что Ким улыбается, молчание разбавляемое дыханием с обоих сторон затягивается на долгие шесть секунд, а после спокойный и глубокий голос Тэхена отзывается в трубке: — Я уже в самолёте через минуту вылет, так что, мой дорогой долбоеб, прощаюсь с тобой на долгие лета и зимы. — Хуя сё, так просвяти меня куда ты уматываешь? — Немного позже, Юнги. До скорой, передай всем пламенный… — связь прерывается, завершая диалог ровным сигналом гудка. Юнги подкуривает вторую сигарету, заполняет лёгкие едким дымом и отрывает от уха телефон, устремляя взгляд в тёмное звёздное небо. Корпус мобильного слегка трескается, заставляя хозяина ослабить хватку и парень опускает взгляд на тёмный экран, хмыкая разглядывает своё отражение, освещаемое светом фонарей. — Главное долети нормально, остальное похуй. — тихо говорит Мин, улыбаясь уголком губ, возвращая взгляд к небу. Совершено не важно, что будет дальше, главное, чтобы с Кимом и его шатенистой головой и идеальной задницей всё было в порядке. Кому, как не Юнги, известно в какие передряги встревает эта выскочка. Тэ всегда отличался от остальных своей неординарностью, но был в компании, как лучик, озаряющий даже самый паршивый день. Затейщик грандиозных тусовок и приколов. Мин никогда не забудет, как познакомился с этим парнем в буфете университетской столовой, когда Ким танцевал на столе непонятный ритм, вводя в ступор всех преподавателей и веселя студентов, случайно зацепив взглядом Юнги, сколько Тэ его доставал, ходил и бесил, но всегда улыбался и говорил, какой Юнги скучный. Но ни разу не ушёл, совершено ни разу, даже когда они крупно ругались. Ким всегда оставался рядом, где-то неподалеку и в любой момент мог прийти разбавить вечер своими шутками и идеями, а сейчас? Куда он свалил, оставив в неведение Мина, да и всех впрочем? Остальное отходит на второй план, когда Юнги замечает в небе набирающий высоту самолёт, на душе становится грустно из-за того, что Тэ сообщил об отлете сидя в салоне лайнера или все-таки из-за того, что решение его спонтанно, слишком запутано. ××××× — Хочу верить, что он не съебался на остров к макакам, думая, что они его родственники. — постукивая пальцами по столу, говорит Джин, неотрывно смотря на остывающий кофе. Утро словно дало отцовского леща, заставляя Юнги обзвонить компанию и собрать в своей небольшой кухне. Холли готовит завтрак на пятерых парней и варит очередную порцию кофе, мимолётно слушая разговор. Юнги стоит у открытого окна и курит вторую сигарету, струшивая пепел в рядом стоящую пепельницу. Хосок, Чонгук, Джин и Намджун расселись за кухонным столом, каждый смотря кто куда. Кто в окно за миновскую спину, кто в телефон, кто в свою кружку, а кто смотрит на то, как горит газовая конфорка. — Не мог же он так взять и свалить, не в его же интересе, бля — спустя долгое молчание говорит Чонгук, прикрывая глаза от долгого не моргания. — Ты Тэхена не знаешь? У него в порядке вещей — выкинуть какую-нибудь хуйню, тем самым заставить нас жрать ногти и не только на ногах. — не отрывая взгляда от телефона, говорит Джун. В комнате снова виснет тишина, парни обдумываю, куда мог сорваться друг, но в голову ничего не лезет. Юнги, закрывая окно на проветривание, садится за стол, ближе, опираясь локтем на глянцевую поверхность, парень после звонка друга всю ночь просидел на балконе и только под утро залез в кровать, чтобы вздремнуть хотя бы пару часов. — Может он улетел в Тэгу? Там же его родители живу, да? — не выдержав напряжения, повисшее в комнате, говорит девушка, расставляя тарелки на всех. Пять пар глаз устремляются на Холли и почему-то никому не пришла идея в голову, что ведь Ким действительно мог полететь к родителям на какое-то время, да даже на все каникулы, решив что, смена шумной столицы на тихую провинцию идеально подойдёт ему на ближайшие три месяца. И всё бы ничего, если бы: — Его родители как год живут в соседнем квартале от моего дома, в Тэгу нет никого, кроме пустого, скорее всего, уже снесенного дома и сдохшей собаки. — слишком резко говорит Хосок, опуская взгляд полный ненависти и злобы на сомкнутые руки. Теперь всё внимание подарено Чону. — Вот сейчас я не въехал, с хуя ты грубишь? — схмурил брови Юнги. Тон Хосока не понравился абсолютно никому, Холли во все отвернулась, решая продолжить заниматься своими домашними делами и не лезть больше на рожон. Хотя слегка обидно, ведь девушка ничего парню не сделала, что за ненависть в глазах? — Простите. — тихо отвечает Хосок не поднимая взгляда, Мин обязательно с ним поговорит, но чуть позже. — Давайте просто подождём, Тэхен позвонит ведь верно? Если нет, тогда будем подавать в розыск, интерпол подымем в конце концов — предлагает Джин, во всю жуя приготовленную девушкой пищу. Все соглашаются, приступая к трапезе. Холли, поцеловав Мина в затылок и попрощавшись с парнями, уходит в комнату, а после и с квартиры, оставляя пятерых наедине. Им есть о чем поговорить, а девушка там только мешает. ××× — Психолог из меня хуевый, но все-таки рассказывай, что произошло? — спрашивает Мин. На кухне ни души, кроме двух парней и пачки сигарет посреди стола. После завтрака остальные решили зарубиться в приставку, точнее Джун и Гук, а Джин решил что, его организм недостаточно выспался и развалился на диване, пуская слюни в мило предоставленную Мином подушку. — Я расстался с Джоан — отвечает Хосок, беря из пачки сигарету. Юнги в шоке смотрит на парня и не может понять с чего в шоке больше, с того, что Чон Хосок, который в жизни за все время их дружбы не курил при нем затягивается или то, что друг говорит на полном серьёзе про отношения с Джоан. — Почему? — Как тебе сказать, отношения выжили свое. — Хосок струшивает пепел и поднимает глаза на друга, — Прошла любовь, Юнги. Не горит внутри, словно вырвали что-то, там не бьется при виде её. Юнги молча кивает, но не понимает, что происходит с его вторым, не менее важным человеком. Мерзкое чувство чего-то упущенного растёт в груди. Неужели все так быстро завершилось? — Есть объяснение почему это произошло? — Юнги забирает сигарету у Чона, делает затяжку и смотрит, выжидает. — Спектакль заебал. Не было чувств. Я хотел её, все это гребаное время, чувствую себя мудаком, потому что, люблю другую — отвечает Хосок, отворачиваясь к окну. — Кажется, даже знаю кто, это твоё право, но пойми, что я не пожертвую дружбой и разобью её с тобой, только если…— Мин не успевает договорить как его перебивает Хосок въедаясь холодным взглядом. —… если я её хоть пальцем трону? Юнги, ты вообще долбоеб? Ты меня знаешь, что не трону, мне дружба с тобой важнее юбки, я знаю, то как ты её любишь, поэтому, друг мой, успокойся. На этом парни прекращают разговор, каждый уходя куда-то далеко в свои мысли, мнимую тишину разбавляемую звуком фоновой музыки из видео игры, откуда-то из глубины гостиной. ××××× Холли входит в одно из уже давно облюбившихся кафе, сразу же оглядываясь по посетителям, ища нужного человека. Джоан сидит за дальним столиком, в мягкой лауч зоне с одной чашкой латте и не тронутым вишневым чизкейком. Холли находит её быстро и сразу отправляется к подруге. Джо и Холли — стали общаться более тесно после вечера студвесны, как говорится пьянка сближает, после не меренного количества выпитого, Джо заботливо держала чёрные волосы Холли, пока та избавлялась от лишнего алкоголя из своего желудка. Вот так и стала крепче связь. Как говорит Холли:  — Ты видела меня в не лучшем свете, что может быть ещё хуже, чем моё лицо в блевотине и бухое тело. Но сейчас помощь явно нужна Джо и желательно физическая с примесью психологии и ахуенного алкоголя. Смотреть больно, поэтому Холли слегка приобнимает подругу за плечи и старается не смотреть на заплаканные глаза шатенки. — Не знаю, что сказать, но с Хосока я явно в ахуе. Может это временно? — начинает Холли, решая разбавить молчание между собой. — Скажи, что ты сейчас пошутила, иначе я плюну тебе в лицо. Какое временно? Он собрал вещи и сказал «досвидос бомбит, с тобой было идеально в постели, но мне мерзко с тобой на людях» — не контролируя голос, который дрогнул, произнесла Джо, снова утыкаясь в слодерве руки под столом. — А я причём? Надо было ему харкнуть. Так понимаю, поиграл и послал, вот же гандон. — слегка стукнув ладонью по столу сказала Пак, теперь понятно, что с парнем с самого утра и чего это грубил в разговоре, знала бы об этом раньше, подрассказала бы. — Извини меня, я не должна была. — Забей, мне не привыкать, а тебе подруга надо расслабиться, предлагаю затусить. — девушка подмигивает подруге, получая улыбку в ответ. — Надеюсь, Юнги твой, не будет против? — Начнёт возникать, я ему вспомню те месяца ада, которые он за мной бегал — ехидная улыбка заряжает Джо настроением, а ведь подруга права, грустить глупо, а Чон ещё пожалеет. Девушки сидят в кафе ещё долгих сорок минут, обсуждают планы на вечер и выпивают по две чашки латте, прощаются у выхода и расходятся в разные стороны. Холли обещает набрать ближе к восьми и требует быть готовой, на что Чхве смеётся и клянётся не подвести, в приподнятом настроении девушка отправляется домой в предвкушении отличного вечера в компании подруги и алкоголя. ×××× День плавно перетёк в вечер, окрашивая небо в золотистый цвет закатными лучами. Приятная прохлада окутывает местных, разрешая вдохнуть с облегчением после жаркого дня. В комнате, напротив большого зеркала, сидит девушка, смотря в свое отражение нечитаемым взглядом, скользя по припухшим от слез губам, что изрядно искусаны, на тёмные круги под глазами и вообще растрепанный вид, словно не молодая особь сидит напротив, а жизнью потяганая старуха. От последней мысли бросает в дрожь и заставляет скривиться. Может именно поэтому Хосок решил прекратить начавшиеся отношения? Может ему не нравилась эта внешность? Эти глаза и губы, цвет волос и длина? А может дело в фигуре и теле, что изрядно изматывается тренировками? Много вопросов, но мало ответов, да и вряд ли они есть, эти ответы скорее всего похоронены в молчании того, кто сказал о конце и поставил точку, уходя даже не соизволив обернуться, напрочь обрубая любую надежду на кратковременность своих слов. — Бля, Джо, ты ебанутое создание. — говорит девушка в отражение зеркала, — Ради пидора страдаешь, собери свою гордость в кулак, сраная кукла и живи дальше, привыкай к реальности жизни и не смей больше ныть, — тееь улыбки, что попуствует смех и сжатые кулаки на коленях, — Долбанная истеричка, ты слишком молода чтобы хоронить себя из-за одной неудачи. Созерцание на улыбку в отражении и взгляд невольно цепляется за ножницы в левом углу трельяжа. А что если? Держа в руках приятной тяжести канцелярские ножницы и уверено кивая сама себе, распускать длинные волосы, что без труда касаются ниже груди. Ловкое движение и красивые волосы опадают на пол, как ненужное воспоминание о том, кто гладил и накручивал на свои ладони, чей запах держали. Через пару минут в отражении Джон видит уверенную в себе двушку с короткой стрижкой, что чуть выше плеч и довольной улыбкой. Сегодня в мире засияет новая душа, а старое сожжется и прахом по ветру рассеется. Из пепла восставшая душа в разы сильнее и терпеливей. Сегодня любовь к себе дарит чувство тепла и затягивает раны. Сегодня Джоан отпустила Хосока, благодаря за лучшие моменты и так же с лёгкостью их сожгла. ××××× В клубе шумно, душно и несёт алкоголем вперемешку с сигаретным дымом. Холли пробирается сквозь пьяную толпу молодёжи прямиком к барной стойке, где её уже ждёт подруга. Чхве не слишком заморачивалась с выбором одежды, поэтому остановилась на голубой лёгкой рубашке и такого же цвета джинсах с небольшой потертостью, чёрные кроссовки, завершают образ вечерним макияжем с кошачьей стрелкой, что подчёркивает выразительность глаз и нюдовой помадой. На шее поблескивает тонкая цепочка из белого золота и пара колец на пальцах обеих рук, но не аутфит ввёл в ступор, а блондинистые короткие волосы. — Изменение? Почему именно блонд? — не отрывно глядя на девушку и садясь рядом, произносит Холли, которая выглядит не менее шикарно своей подруги. Атласная рубашка цвета бордо, заправлена в чёрные джинсы скини, белые сланцы, высокий хвост с выделенными и слегка накрученными прядями спереди, подаренный Мином кулон в виде месяца из серебра и, наручные часы в металлической оправе. — Он терпеть не может блондинок, решила стать его личным кошмаром. — пожимает плечами Чхве, потягивая через соломинку свой коктейль. — Предлагаю: выпить за конец, который станет началом грандиозного — улыбается Холли и поднимает заказанную маргариту. Девушки отдыхают, много болтают и выпивают. После очередного коктейля, они отправляются на танцпол, решая забыться в толпе и громкой басистой музыке. Яркие вспышки светодиодов освещают на секунду лица окружающих, искажая и придавая загадочности. Джо закрывает глаза, полностью разрешая алкоголю брать контроль над собой и поднимает руки в воздух, плавно двигаясь в такт играющей мелодии. Сейчас нет абсолютно никаких мыслей, голова пуста и, именно из-за этого, на душе становится хорошо. Мерзкое чувство, которое посеял внутри души Хосок, выветривается, на смену ему приходит полное умиротворение и покой. Джо чувствует руки на своей талии, сейчас это мало её беспокоит, так же как и то, что грубые ладони незнакомца скользят по фигуре, изучая изгибы, словно знакомится. Опора в виде крепкой груди сзади, нет, никаких стопов! В мыслях всплывает образ Хосока, но девушка умело его обгоняет и оборачивается, раскрывая глаза, встречаясь с родными/чужими глазами. Убегать от себя нет смысла. Воспоминания возродившись из пепла, бьют по сознания и девушка крепко цепляется за смуглую шею парня, вдыхая любимый запах. Запах, который стал родным, сильно жмурит глаза, боясь их раскрыть и остаться полной дурой, ведь это игра, очень злая игра воображения и пьяной возбужденной фантазии. Холли находится неподалеку удерживаемая Юнги и кроет матом троих парней. Всё было спланировано, всё было заранее оговорено и, выбрав один из лучших вариантов: набухать и с толкнуть лбами, сделано. — А ты боялась — улыбается Мин, глядя на друзей, которые, не смотря на танцевальную музыку, стоят в обнимку и медленно двигаются, словно под симфонию оркестра. — Завтра нам пизда будет. — выдыхает Чонгук, и он прав, пока Хо и Джо в состоянии пьяной спящей гремучей змеи, но завтра это будет тотальный пиздец, с сопутствующими взрывами гранат, по порядку автоматной очереди, один за другим и так, пока не взорвётся каждый из здесь присутствующих. Созерцания на мирно танцующую пару среди толпы заканчивается, разваливаясь где-то на верхних этажа клуба и выпивкой. Через несколько минут присоединяются Хо и Джо, ещё через час приезжает Ирен и её подруга Лори, последняя вызывает не понимающий взгляд со стороны Юнги, который замечает Холли и Джин. Девушка коротко здоровается и остаётся в тени, отстранённо ведя себя, мало общается так, словно боится быть заклёванной. — Ты с Тэхеном в одном доме жила, верно? — спрашивает Мин, прищурив лисьи глаза, парень замечает лёгкий кивок и хмыкает, — Теперь понятно, почему он свалил. Лори ничего не говорит, слыша пропитанный голос нетрезвого парня ненавистью, не приятно, точнее обидно. Ведь осуждению, которое девушка не заслужила, сопутствует и взгляд сидящих рядом парней. О том, что Тэ улетел, Лори знает давно, более, чем является её причиной, что Мин так идеально подметил. — Ему нужно время для раздумий, моей вины нет, это его выбор. — говорит девушка, не выдержав пристального взгляда Юнги. Смешок срывается с губ парня. Девушка готова поклясться, что въедет стулом по этой роже, если тот не перестанет так делать. — Ну конечно же, это не твоя вина, его выбор. Только,— парень подаётся корпусом вперёд, вкладывая локти на свои колени и свешивает руки, — не ты ли, подтолкнула его к этому решению?! Вопрос или утверждение? Скорее, всё вместе, пазл сложился, вот тот самый "заебатый тип, что мне как брат" Тэхена. Лори улыбается принимая ту же позу. — Наслышана о тебе, вашей компании. Будь добр не заебывай меня. То, что Тэхен решил свалить - абсолютно его дело. Нахуй ты приписываешь вину? — И похуй о слухах, я сплетников в рот ебу и тебя, если надо в порошок сотру, можешь не сомневается. — говорит Юнги, излучая всем своим естеством, что нихера не шутит и, возможно бы Лори испугалась, но во взгляде этой девушки полное спокойствие, уверенность и холод. Юнги открывает рот чтобы кинуть пару колких фраз, но отвлекается на короткую вибрацию в заднем кармане джинс. Достав телефон, слегка щурясь от яркого света дисплея, Мин открывает пришедшее уведомление от неизвестного номера. Неизвестный : « Мин Юнги, разве твоя жизнь не теряет краски? Если уверен, что нет, то спешу огорчить, в эту секунду она очернится в чёрный» Улыбка сползает с лица, а рука, что держала стакан сжимается, круша графированное стекло, в горле ком, а в уголках глаз скапливается влага. Мин не отрывно глядит на фотографию приклепнную к сообщению и медленно умирает. Окровавленное лицо его любимой девочки, осквернено ссадинами и мелкими порезами, на которых подтеками стекает кровь. Юнги цепляется за глаза и прикрывает свои. В янтарных блестящих глазах, что смотрят на него по ту сторону экрана — угасла жизнь.