Another part of me.(Другая часть меня)

       Я вышел из мастерской и почти врезался в Шэдоу, которая почему -то стояла около двери, как будто не решалась войти.  — О, ты уже не спишь? Тэйлс сказал, что…  — Да, я слышал… — пробормотал бархатный голос, пока угольный ёжик смотрел вникуда, но затем, черная голова резко поднялась, а взгляд сменился на осмысленный, когда Ultimate lifeform решительно посмотрела мне в глаза.  — Шадс, привыкай… Ты теперь: ОНА… — игриво сказал я, но как только смысл слов дошел до мозга, искра грусти мелькнула в рубиновых глазах. Это было мимолетно и незаметно, если не знаешь, куда смотреть, но я знал… Возможно слишком хорошо… Поэтому дерзкая ухмылка, с помощью которой я пытался поднять настроение Совершенной Форме Жизни тут же сползла с моих губ, когда та искра, казалось, проникла в самое сердце, прожигая в нём дыру.  — Да… Да… — отрешенно сказала она, снова опуская взгляд. — Я пойду попрощаюсь с Тэйлсом. А потом, мы можем пойти домой?        Я чувствовал, как будто внутри меня скребут кошки… Шэдоу сказала это так тихо и мягко, как будто умоляла, чтобы я наконец, забрал её домой и оставил одну.       Я не помню, чтобы этот дерзкий чёрный ёж выглядел так… Подавленно?  — Да, мы можем пойти домой, когда ты захочешь… — сказал я, убедительно глядя в расстроенные алые глаза и пытаясь положить ладонь на тёмное плечо, но ёжик лишь кивнул и быстро скрылся в проходе, не давая мне возможности даже коснуться…        Не то, чтобы Ultimate lifeform любила прикосновения. Конечно нет.       Но я был исключением. Мне казалось, что это что-то, доступное только избранным, и я был горд, что Шэдоу не отвергает меня и ТОЛЬКО меня, когда я хочу поддержать касанием. Физически показать, что я рядом. Что я понимаю.        А сейчас… Я сжал руку в кулак и стиснул зубы.       Не хватает ещё, чтобы эта ситуация испортила отношения между нами, которые мы выстраивали годами.        Я не знаю, как я буду бороться с собой без Шэдоу.       За всё это время, я не научился справляться с эмоциями без грамотных советов.       Звучит позорно да?! Думайте, как хотите.       Я понял, что нужно быть честным с собой и я знал свои минусы. И этот минус был слишком большим, чтобы за такое короткое время избавиться от него.        Что ж… Я просто надеюсь, что это отрицание меня — просто работа взбесившихся гормонов…        Вернувшись через минуту и надев свою обычную маску безразличия, угольный ёжик вопросительно приподнял бровь, намекая, чтобы я подготовился.        Я утвердительно кивнул, закрывая глаза, позволяя своей энергии слиться с энергией Шэдоу, чтобы легче было управлять хаосом. Мне нравилось это чувство единения. Спокойствие и расслабленность, которые царили внутри Совершенной Формы Жизни заставляли меня таять, как синий воск, потому, что я сам не мог так легко успокоиться, но сейчас, когда невидимая ладонь управляла моим хаосом внутри меня, подчиняя его и мягко направляя, я чувствовал, что плыву, я чувствовал, что готов раствориться без остатка, готов подчиниться этой ласковой руке, как будто знающей что нужно делать, чтобы я сам отдал себя на милость этому мудрому чёрно — алому ежу.  — Хаос Контроль!        Два слова, и мы оказались дома, падая на деревянный пол, накрытый мягким ковром.        Хриплый кашель ворвался в мои уши, из-за чего я удивлённо обернулся, потому, что, честно говоря, не ожидал, что Шэдоу перенесет телепортацию… Хуже меня?! Что блин происходит?!       Рука в красную полоску была прижата к белой груди, в то время, как угольный ёжик стоял на четвереньках, сдавленно дыша и продолжая кашлять.  — Шадс… — я встал на колени рядом с ней и протянул руку к спине, обычно, круговые движения успокаивали кашель, но Шэдоу остановила мою руку, отталкивая её.        Я сжал губы в тонкую линию.  — Просто дай мне побыть одному. — прохрипел бархатный голос, вызывая возмущение на моём лице.        Но, когда я посмотрел в эти глаза, наполненные страданиями, я просто заткнулся и пошел в свою комнату, громко хлопнув дверью.        Меня раздражала эта ситуация. Меня раздражало, что я не могу помочь. Меня раздражал факт, что меня тянет к ней, но я готов был справиться с этим, лишь бы не терять нашу дружбу…        Громкий звук вывел меня из странного состояния, когда я сидел на полу, обняв свои колени и уставившись в одну точку в течение… 3 часов?! По-моему мне пора в психушку.        Собрав свои мысли в кучу и, наконец, заставив себя подняться с пола, я спустился вниз, решив сходить в душ.        Теплая вода крупными каплями падала на иглы и лицо, снимая напряжение, которое слишком сильно одолевало мышцы всё это время. Я только сейчас понял, что не мог даже нормально двигать руками.        Сев в ванну, чтобы усилить мощность, с которой вода попадала на моё тело, я закрыл глаза и поднял лицо, чтобы эти маленькие приятные касания были повсюду.        Мне казалось, что вода смывает не только грязь, но и раздражение, оставшееся после того, как мы попали домой.        Хотя неприятное чувство, которому я привык доверять, где-то глубоко внутри твердило, что я не могу расслабляться, что я не должен просто так сидеть и ничего не делать, но… Что мне еще оставалось?!        Мягкое полотенце лежало на моих плечах, собирая остатки воды, которую я не смог убрать со своих игл, пока я брел на кухню, чтобы убедиться, что Шэдоу поела.        Но еда в холодильнике осталась нетронутой, а рядом с ним лежала записка. Ушел по делам… Вернусь, как смогу. Не ищи меня.       Слово «ушел» было яростно зачеркнуто, но если присмотреться, было заметно, что изначально, зачеркнуты были только последние две буквы, после чего исправлены на одну, чтобы получилось правильно, но, видимо, потом, Шэдоу психанула и зачеркнула всё слово целиком…        И это меня ужасно напрягло. Потому, что Шэдоу… Никогда не оставит такой небрежной записки в нормальном состоянии. Это могло значить две вещи: Либо она ушла прогуляться, чтобы развеяться… Либо… Она решила найти Эгги и устроить ему сладкую жизнь…       И это было нехорошо, если не сказать — НЕВЕРОЯТНО ХРЕНОВО потому, что даже Хаос Контроль отнимал сейчас слишком много сил для её, итак чрезвычайно ослабленного организма.        Ругая себя за безответственность и идиотизм, я мгновенно обулся и метнулся в сторону базы, которая всё ещё была работоспособна, как я знал, потому, что я был там недавно.        Пробив сквозную дыру в двери, я пролетел все коридоры так быстро, что роботы даже не успели поднять тревогу, когда я ворвался в главный командный пункт, который явно пострадал от рук разъяренной Ultimate lifeform, затем судорожно ища глазами Эгга, и надеясь, что он еще жив, потому, что, как бы я его не презирал, я не хотел, чтобы на руках Шэдоу была чья-то кровь. Это неправильно. Мы не убийцы…        Но он, к счастью, удивлённо уставился на меня, выбираясь из-под обломков.  — Пришел добить меня? Давай! Вы уже испортили всё, что можно! — кричал док, махая рукой в мою сторону.  — Заткнись, мразь. Радуйся, что ты еще жив… — прошипел я, хватая его за ткань рубашки. — Что ты сказал Шэдоу?  — Она потребовала, чтобы я отдал препарат, который GUN разработали, чтобы изменить её. Но у меня его НЕТ! Они не дали мне даже посмотреть доклады о его исследованиях! А теперь всё уничтожено!!! И за тебя и твоей психической подружки!  — Фильтруй свой базар, жалкий кусок дерьма. Грубо произнес бархатный голос, заставляя нас обоих широко раскрыть глаза, когда я услышал, КАК ОН ЗВУЧАЛ.       Хрипло, резко, как нож, приставленный к горлу, грозящий лишить тебя жизни в любую секунду.  — Ты бесполезен!!! Я могу и пристрелить тебя, знаешь… Если захочу… — почти заигрывая, как дикая кошка, перед тем, как добить свою жертву, сказала Шэдоу.       Её блестящий пистолет был направлен прямо на голову Дока, а по щекам текли две отчетливые дорожки слёз.        Я потерял дар речи на несколько секунд, лихорадочно пытаясь понять, что мне делать… Нужно было срочно что-то придумать, пока этот тёмный палец не нажал на спусковой крючок. Я отпустил Эгга и медленно развернулся, поднимая руки, словно я сдаюсь.  — Шадс… Пойдем домой… — ласково произнес я, делая шаги к рычащему ежу. Черный ствол сейчас смотрел прямо на меня, убийственный огонек в сияющих алых глазах подтверждал, что Шэдоу не шутит, но я не обращал на него внимания, сосредотачиваясь на том, чтобы успокоить дыхание, чтобы говорить, как можно увереннее, несмотря на то, что моё сердце собиралось пробить ребра и покинуть моё тело, потому, что я никогда не чувствовал себя под прицелом пистолета, который держал в руках мой лучший друг. Мне было не по себе…  — Я сказал тебе, не искать меня!!! Что непонятного?!  — Тише, Тень… Ты не в себе… Тебе надо отдохнуть прежде, чем тратить столько энергии, иначе…  — ДА ПОШЕЛ ТЫ, СОНИК! Ты хоть представляешь какого это?! — голос срывался на крик, а пистолет в руке начал дрожать, когда я почти подошёл к Шэдоу, но её лицо внезапно стало задумчивым, как будто она что-то вспомнила, а затем вспышка света озарила помещение.        Я выругался, а затем повернулся к Эггу.  — Куда она могла пойти?!  — Откуда я знаю?! Ей пора в психушку, так же, как и тебе!  — Придурок! Я бы избил тебя, но ты сейчас не стоишь столько времени… — Я стиснул зубы и побежал, мысленно умоляя Шадса не наделать ошибок, о которых она будет жалеть.        Была еще одна база GUN, в которой находилась исследовательская лаборатория, но её не использовали несколько лет, поэтому я не был уверен, что там будет что-то полезное. Хотя, с навыками допроса убеждения, которыми обладала Совершенная Форма Жизни, может быть ей удалось бы что-то откопать.        Я порядком устал, пока бежал туда. Проникнуть внутрь не составило труда, потому, что помещение казалось заброшенным, но судя, по горящему свету и периодически встречающимся людям, здесь все-таки кто-то был. И не просто кто-то, а сам Тауэрс…        Я, кажется, хотел с ним поговорить не так ли?  — Здравствуйте, генерал. Он вздрогнул, когда услышал мой голос.  — Соник? Я утвердительно кивнул.  — Что ты здесь делаешь?  — Я хотел спросить вас о том же, вас же отстранили? — Я сложил руки на груди, недоверчиво глядя в его глаза. — Президент любезно вернул меня на пост, когда Остров Тюрьмы был уничтожен… Полагаю… Тобой?        Я сделал вид, что не знаю о чём он.  — Не волнуйся… Я не хочу, чтобы кто-то об этом знал так же, как и ты.  — Может поясните? — дерзко спросил я, но он лишь ухмыльнулся.  — Это останется между нами. Никто не понимает, что с вами не стоит бороться, но, очевидно, меня они слушать не хотят. Пусть слушают тех, кто теперь не будет работать, потому, что боится. Я знаю, что Шэдоу здесь. И я видел, что они сделали с…        Он печально закрыл глаза.  — Я отдал последний образец, который удалось сохранить с помощью Руж. Так, что, не трать время и убеди Шэдоу… Что это может убить её. Я не хочу потерять последнюю надежду планеты… Будь уверен, я позабочусь о том, чтобы вас не трогали долгое время, а теперь, иди, пока не стало слишком поздно!        Я ошарашенно уставился на него. Что? Все-таки был еще один образец?!        Пока мысли роились в моей голове, я уже бежал домой, потому, что знал, что Шадс не рискнет навещать Тэйлса без меня.        Сыворотка может вернуть её обратно, но может и убить, потому, что никто не знает, сможет ли организм пережить столько стресса за такое короткое время и только мой брат может предположить, как правильно её использовать. Это давало мне немного времени.        Я влетел в дом, вышибая дверь и тяжело дыша.       Легкие горели, а ноги болели, словно по ним проехался асфальтоукладчик, но мне было плевать, потому, что мой лучший друг сейчас сидел на коленях на полу, заметно трясясь от перенапряжения и держа в руках заветный пузырек, который приносил слишком много сомнений.       Я медленно подошёл к ежу и сел рядом, обеспокоенно глядя в опухшие от слёз рубиновые глаза, которые медленно поднялись на меня.       Пушистые уши прижались к голове, когда Шэдоу снова опустила грустный взгляд на пузырек.  — Тауэрс сказал, что вероятность того, что я выживу 60 на 40.  — Тень… — тихо произнес я, мягко обхватывая запястье в красную полоску.— Тебе нужно подумать тысячу раз перед тем, как решиться на это. Я не хочу потерять тебя… Ты…        Алые глаза с болью уставились в мои.  — Соник. Прости за…  — Не надо… Всё хорошо… Я понимаю… Мы можем попробовать изучить это и доработать, Тэйлс сделает, всё, что в его силах, чтобы помочь…  — Я знаю…  — Давай просто подождем, пока ты восстановишь силы, а потом, ты решишь хочешь ли ты этого, или нет. Я приму любое твоё решение, только пожалуйста, не торопись…  — Ты правда веришь, что может получиться?  — Если ты хочешь в это верить, я поддержу тебя. Ты мой лучший друг Шадс… Я всегда буду поддерживать тебя. Что бы не случилось.        Крошечная улыбка озарила загорелые губы, когда проблеск надежды мелькнул в алых глазах.        Я приподнялся, протягивая руки, чтобы обнять Шэдоу, и почувствовал, как меня нерешительно обнимают в ответ.  — Мы справимся, вместе. Как всегда. Тишина повисла в воздухе на некоторое время, но я почему -то был рад этому, потому, что чувствовал, что Шэдоу успокаивается, наполняясь надеждой.  — Я верю тебе… И это было всё, что мне требовалось, чтобы быть уверенным на сто процентов, что все будет хорошо. Мы справимся. Как всегда.

***

Полгода спустя два силуэта снова сидели на крыше полуразрушенной высотки, наблюдая за закатом и наслаждаясь ветром, играющим с их иглами.       Рубиновые глаза задумчиво уставились на горизонт, в то время, как чёрно -алый ёж держал в руке пустой пузырек, который не так давно не давал ему покоя.       Но теперь, все снова вернулось на свои места, и кобальтовый напарник, сидящий рядом, всем своим видом показывал, что он счастлив, несмотря на то, что Шэдоу некоторое время переживал не испортятся ли их отношения после этого долбаного перевоплощения.        Изумрудные глаза удивлённо посмотрели на сосуд в руке с красной полоской, а затем синяя бровь вопросительно поднялась, когда Шэдоу повернул голову, отрешенно смотря вдаль, как будто он хотел задать какой-то вопрос. Но Соник не дал ему этой возможности.  — Нет, я ни о чем не жалею Шадс. Давай просто забудем об этом и продолжим жить, как раньше, а? — он улыбнулся своей неповторимой улыбкой и уставился на заходящее солнце, красиво подсвечивающее сапфировый мех рыже-розовым цветом.       Алые глаза широко открылись, пока угольный ёжик пытался понять, как герой мог знать о чём он хотел спросить, но затем, палевые губы растянулись в довольной ухмылке, а веки закрылись наполовину, пока Шэдоу снова смотрел на пузырек, который неосознанно потирал пальцами.  — Да. Ты прав. — ответил чёрный ёж и выбросил последнее напоминание об этом странном приключении с огромной высоты.