Что останется после нас?

      Мы зашли на базу. Привычный вкрадчивый женский голос оповестил нас о том, что все системы в норме. Пройдя в атриум я заметила привычное сообщение на приборной панели: «Введите ключ доступа». Мы надели костюмы хим-защиты и Рик отдал ключ в руки Майку. Сам ключ представлял из себя маленькую флэш-карту с микросхемами внутри. Микки покрутил её в руках и вставил в подходящий разъём на панели. Прозвучала сирена, вкрадчивый женский голос оповестил нас о том, что корпус D готов к процедуре разблокировки. Мы переглянулись. Майк нахмурился и ввёл трёхзначный пароль, указанный на обороте ключа: «7-3-0». — Корпус D разблокирован, — произнёс голос.       Мы снова переглянулись и неуверенной походкой направились к двери корпуса. Майк сделал несколко оборотов рычага и она поддалась. Брат победно улыбнулся. Мы вошли в коридор, лампы замигали, нас обдало каким-то химическим составом. Застыв на месте я присмотрелась. Капли воды стекали по защитному экрану моей маски. Голос оповестил нас о том, что процедура обеззараживания завершена. Я вздохнула с облегчением, вся группа двинулась дальше, преодолевая очередные двери.       Мы вошли в просторную светлую комнату. Повсюду на полках стояли архивные коробки с документами, в отдельном отсеке за стеклянной стеной находились разбитые пробирки, аппарат МРТ, микроскопы и какие-то приборы, назначение которых мне не было известно. Я достала одну из коробок, в которой лежали VHS-касеты. Покрутив её в руках я прочла надпись «Опыт #315». Я отдала её в руки Майку и тот вставил касету в проигрыватель. Включился экран монитора, на записи была эта же комната, лаборатория за стеной. В аппарате МРТ лежала женщина. Её тело ломало, она рычала и пыталась вырваться. Перед камерой появился мужчина в белом халате и начал отчёт: — Опыт номер 315. Подопытная не поддаётся действию вакцины. Мне удалось выяснить, что после наступления смерти некоторые функции мозга продолжают свою работу. Подопытная номер 315 реагирует на детскую колыбельную. Я продемонстрирую.       Мужчина в халате навёл камеру на проекцию мозга ходячей в апарате МРТ, затем включил колыбельную и через мгновение некоторые доли мозга проявились и стали реагировать. Запись прервалась. Я бросилась к коробке и стала искать последнюю. 360, 378, 423, 579, 605, вот она — 730. Я нахмурилась. Номер касеты совпадал с паролем активации корпуса D. Совпадение? Майк вставил её в проигрыватель. На экране показался всё тот же мужчина в халате. — Запись #730. Последняя, — мужчина горько улыбнулся. — Я решил, что будет символично закончить всё на числах пароля, который вы введёте, чтобы найти меня. Итогом моей исследовательской деятельности стал вывод, что достижение бессмертия невозможно в том виде, которого от нашей команды ждали. — Он развёл руками. — Когда всё началось, мы с Мэрри Ли, Грегором Радзински, Томом Харрисоном и Фрэдом Шоу с воодушевлением приняли предложение изучить феномен воскрешения человека после его смерти и создать вакцину бессмертия. Долгие четыре месяца мы упорно старались предотвратить эпидемию, но мы оказались бессильны. Вирус, мутировавший в пациенте номер 0, которого так и не нашли, за несколько предыдущих лет заразил большую часть населения земли. Сейчас, в своём финальном обращении, я с полной уверенностью заявляю, что вы, стоящие передо мной, кто бы вы ни были, тоже заражены, и после смерти непременно обратитесь. Единственный способ уничтожить обращённого — нарушить дееспособность мозжечка. Уничтожить вирус в теле человека при жизни невозможно. Наш организм не борется с ним, просто не замечает, если простыми словами. С большой вероятностью, через несколько лет, если ещё останутся живые на планете, они столкнутся в проблемой мутации вируса в воскресших. Предположительно, их остаточная память будет срабатывать и воскресшие будут выполнять какие-то действия, привычные им до смерти. Я ошибочно полагал, что это зацепка в нашем исследовании. Теперь все мои друзья мертвы. Я похоронил их в саду Эллизиума. Сегодня я закончу всё и для себя. Мне невыносима мысль жить в одиночестве или ждать спасения. Его не будет. Я связывался с другими континентами в аппаратной. Мы обменивались данными исследований. Некоторые из них живут в изоляции. Кто-то смог сохранить целые города. Это не на долго. Вирус победит. Нам не выжить. Придёт эпоха воскресших. Спасибо за то, что потратили своё время на просмотр этой записи, а теперь мне пора.       Запись прервалась.

***

      По моей спине пробежал холод. Я выпустила очередную касету из дрожащих рук. Уши заложило, ком подступил к горлу, по телу пробежал электрический разряд. Я не смотрела на парней, но была уверена, что их одолела такая же буря эмоций сейчас. Мы все заражены. Это внезапное откровение открыло глаза на некоторые события и пазл в моей голове сложился. Я посмотрела на Рика и заметила, как капля пота сорвалась с его лба, прошла путь до кончика носа и упала на пол. В горле пересохло. Я достала из рюкзака флягу с водой и протянула ему. Граймс дрожащей рукой принял её из моих рук и сделал глоток. Дэрил сел на стул. Он первым очнулся от оцепенения: — Все заражены? — он вытер лицо ладонью и взъерошил свои волосы. — Предпримем меры, — отозвался Джордан. — Будем следить друг за другом. — А что насчёт потомства? — внезапно спросил Майк. Его вопрос завис в воздухе. — Если дети будут рождаться мёртвыми, то мы последние из человеческого рода… — Никто не знает, Майк, — сказала я. — Нам необходимо отсмотреть все опыты, изучить архивы. Что он говорил про аппаратную? Где она? — За той дверью? — предположил Джордан и покосился вправо.       Майк подошёл к неприметной металлической двери и надавил на ручку — поддалась. В нос ударил невыносимый запах гнилой плоти. За всё время мы уже привыкли к нему, но тут, где всё стерильно, запах ощущался особенно остро. Я прикрыла нос рукавом, прошла внутрь и увидела сгнившее тело в белом халате. На нём висел бейдж с именем — «Доктор Мэттью Скотт». Он вышиб себе мозги убойным пистолетом, такие используют на скотобойнях.       Нашему взору открылась огромная приборная панель с радио-приёмником. Майк подошёл ближе и нажал на несколько клавиш. Через мгновение он зажал ещё одну и произнёс: — Кто-нибудь меня слышит? Приём. Отзовитесь.       В ответ послышалось лишь привычное шипение. Микки нахмурился и принялся настраивать приёмник. Спустя несколько минут он повторил вопрос. Прозвучали хрипы приборов, среди которых отдалённо был различим мужской голос: — При…ём. Я сл…шу в.с, — послышалось из динамиков.       Микк улыбнулся и включил ещё несколько тумблеров. — Приём. Я слышу вас! — восторженно произнёс брат. — Где вы? Вы один? Я так рад слышать вас! — Я не могу выдать своё местоположение, — произнёс собеседник. — Это небезопасно. — Понимаю! — ответил Микк. — У вас есть община? Вы что-то знаете о вирусе? Информация? — Нет, я ничего не знаю. Да, у нас есть община выживших. — У нас — тоже. Мы узнали кое-что сегодня… Мы все заражены. Мёртвые восстают даже без укусов… — Майк печально вздохнул. — Вы должны знать. Все должны знать. Сообщайте всем живым. — Ох… — послышалось из динамиков. — Это… я должен… простите. Мы можем связаться позже? — Когда? — Завтра в полдень. — Принято! Мой позывной — «Воробей». Приём. — Зовите меня «Койот». — Принято. Конец связи.

***

      Мы покинули Эллизиум через четыре часа. Вопрос с переездом больше не был диллемой. Рик осмотрел базу и был намерен переехать в ближайшие дни. Нам необходимо изучить архивы, связаться с выжившими. Граймс хотел расширить общину, создать Содружество, а в Эллизиуме было достаточно места и возможностей, чтобы предоставить дом многим выжившим. Мы вяло обсудили планы, по большей части размышляя каждый о своём. Дэрил и Джордан дважды выходили на поверхность, чтобы покурить и подышать свежим воздухом, которого резко стало слишком мало после шокирующих новостей. Когда мы вернулись в Александрию, то собрали всех в доме Рика, подключили проигрыватель и запустили запись #730. Когда вещание прервалось, Мэгги поднялась с кресла, сделала шаг и упала в обморок. Хёршелу быстро удалось привести её в чувства. Мы все столпились вокруг Мэг. Кровь отлила от её лица, дрожащими губами она произнесла «я беременна» и разрыдалась.