— here for you.

✧✧✧

      Холодный зимний воздух кусает раскрасневшуюся кожу щёк, массивный шарф жутко мешает вдохнуть полной грудью горный воздух, вязаная шапка с дурацким помпоном, купленная не по размеру, то и дело сползает набок, спутывая каштановые пряди. Величественные заснеженные горы и россыпь маленьких огоньков на снежных склонах вдалеке вызывают неосознанную лёгкую улыбку и приступ беспричинного счастья у Чонгука...       Зимнее небо цвета индиго устлано клоками кучевых облаков. Тэхён мёртвой хваткой вцепившись в ярко расписанный сноуборд тихо наслаждается живописными видами горных хребтов и теплом чужой руки в своей.Чон устало улыбается, упираясь лбом в стекло их поднимающейся по склону кабинки, ни на мгновение не оставляя хватку на родной ладони. С высоты подъёмника открывается захватывающий дух вид на заснеженные вершины, но взгляд молодого человека направлен не на них, не на яркие огни вдалеке, а на отражение лица своего возлюбленного, впрочем, как и всегда.       — Всегда такой задумчивый вид, — выдыхая облачко горячего воздуха в сторону произносит тонсен, — и такой красивый, хён, — переводя взгляд со стекла на брюнета, слабо улыбаясь комичности вида его возлюбленного, — о чём думаешь?       Лицо старшего тут же меняется, от задумчивости в миг не остаётся и следа. Вместо неё на лице отражается лёгкая усталость прошедшего выходного, смешанная со счастливой, бесконечно благодарной улыбкой.       — Ни о чём, Гукки, — сонно моргая отвечает старший, крепче сжимая тёплую руку в своей.       — Сегодня был довольно насыщенный день, — задумывается на мгновенье Чон, оторвавшись от стекла. Он поворачивается к старшему и улыбается шире, тратя остатки сил на яркую, такую любимую Тэхёном кроличью улыбку — оба поддаются воспоминаниям о прошедшем дне: о раннем подъёме, постоянных гонках на склоне на лыжах, сноубордах, собачьих упряжках… о долгих прогулках, нескольких пролитых глёгов и новом шарфе младшего, насильно купленном Кимом.

«Застудишь горло, я тебя лечить не буду»

      В снятом на канун Рождества домике уют и спокойствие: потрескивает камин, яркая двухметровая ель усыпана яркими игрушками и гирляндами. На подоконниках гостиной расставлены новогодние безделушки. Местами разбросаны упакованные «подарочные» коробки, а приглушённый свет и душистый горьковатый аромат глинтвейна придают особую атмосферу праздника.       Именно этой незыблемой безмятежности не хватало двум сердцам в родной стране. Зимнее путешествие в Норвегию подарило новые, эмоции и улыбки, поселило в душах спокойствие, подарило совместные мечты и маленькие цели: в следующем году они просто обязаны украсить свою квартирку также — легко, ненавязчиво, но чтобы каждый сантиметр их убежища дарил ощущение волшебства и Новогоднего чуда.

✧✧✧

      Насыщенный аромат корицы заполняет лёгкие, и Гук осторожно делает небольшой глоток горячего винного напитка, в то же мгновение морщится от слишком резкого привкуса гвоздики и апельсина. Тело младшего постепенно согревается и расслабляется, мысли улетучиваются вместе с усталостью, даря покой. Тэхён устраивается рядом незаметно и обнимает, запуская ледяные руки под колючий свитер тонсена, кладёт уставшую голову на его плечо. Потрескивающий камин дарит тепло и вызывает приятные мурашки.       Ким хотел бы навсегда остаться в этом уютном домике — тут нет работы и родственников, упрекающих в неверном выборе, нет привычной суеты, нет никого и ничего, что могло бы отвлекать их друг от друга. Здесь они могут целиком посвятить себя их чувствам. Они называют друг друга «возлюбленными» и «любовниками», скорее для того, чтобы осознать, что именно ими они друг другу и являются, чтобы привыкнуть к этому осознанию, ведь совсем недавно они были «друзьями».       Нет, всё-таки просто друзьями они не были. Родственными душами, семьёй, но не просто друзьями. Эти «прозвища» то и дело вызывают улыбки и неловкий смех, но всё же безумно приятно слышать заветное «возлюбленный» и понемногу они привыкают.       Они знакомы словно всю жизнь, выросли на глазах друг у друга, стали личностями, завели друзей и множество различных интересов. Их всегда объединяли целеустремленность и рвение к великому. Можно ли счесть их карьерный рост, мировую славу, заоблачные гонорары тем, к чему они стремились? Можно, если к этому прибавить запретные чувства, которые оказались взаимными: неуместные, возможно, но страстные, честные и такие долгожданные.       На шерстяном ковре напротив зажжённого камина мягко и тепло, но в любимых объятиях ещё теплее. Тэхён обнимает крепко, всем телом тесно прижимаясь к младшему. Беспокойные языки пламени обдают небольшой шрамик на щеке жаром, Гукки прикрывает глаза и лениво цепляется руками за растянутый махровый свитер возлюбленного, растворяясь в своей собственной тихой эйфории. На его устах расцветает яркая, блаженная улыбка, стоит старшему впервые за вечер коснуться его шеи. Сухие губы приятно движутся от основания вверх, пуская тепло по всему телу, обделяя вниманием лишь слегка похолодевшие кончики пальцев.       Повернув голову, Чон заглядывает в глаза хёна на мгновенье, затем скользит взглядом по обветренной коже щёк, рассматривая каждую морщинку на лице Кима и замечает привычный грустный взгляд. Но Чонгук знает — в этих глазах отражается весь мир, и хён… он всегда такой. Очаровательный, задумчивый, словно фарфоровая кукла. Вот только… Гук всё равно застенчиво улыбается от ладони, что крепко сжимает его талию.       Но та пропадает, заставляя молодого человека слабо нахмуриться и повернуться обратно к камину, опуская голову вниз. Парень рассеянно переводит взгляд на раскрытую ладонь Кима, повисшую в воздухе, на которой два кольца цвета белого золота. На первый взгляд кольца совершенно обыкновенные — широкие, такие же как они носят в повседневной жизни, но позже становится видна переливающаяся гравировка внутри.       Глаза Чонгука в мгновение округляются, а сознание перестаёт функционировать, заставляя лишь с жадностью смотреть на каждое действие Тэхёна — вот его длинные пальцы тянутся за его кистью, прохладное кольцо с именем старшего осторожно скользит по фалангам, и вот такое же кольцо, но уже с именем Гука, красуется и на хёновом пальце. Безымянном.       «С Рождеством, Гукки», — всё, что успевает произнести Ким перед тем, как горячие губы втягивают его в настойчивый поцелуй. Младший целует нетерпеливо и грубо, возможно, от переполняющей радости, а, может, от безысходности, ведь его подарок остался за тысячи километров от них — дома. Свою пару колец Чонгук успеет сдать обратно в салон. Теперь ему точно придётся искать другой подарок, но сейчас это совершенно неважно, ведь маленький крольчонок безмерно рад, что именно хён сделал этот шаг первым.       Однажды, гравировка на их кольцах будет сиять и на внешней стороне, но это, пожалуй, уже совершенно другая история...

✧.･ﾟ✧ .･ﾟ✧.･ﾟ✧.･ﾟ✧