Необычная история или сказка о всесильной гриффиндорке

-Мистер Флитвик? – позвала я; дверь жалобно скрипнула, захлопнувшись. В кабинете было непривычно тихо и темно, и даже жутковато. Шкаф с инструментами был открытым, а перья и подушки раскиданы по полу. -Мистер Флитвик? – еще раз напряглась я, когда увидела в преподавательском кресле сгорбившуюся фигуру профессора. – С вами все в порядке? Флитвик смачно захрапел. Я, зажимая рот рукой из-за смеха, щелкнула пальцами. Раз! – и все инструменты встали по своим местам. Два! – и свечи зажглись, освещая комнату. Интересно, если я ему молнию на лбу нарисую, мой юмор оценят? -Мистер Флитвик, просыпайтесь! – я, помешкавшись, тронула его за плечо. -Гермиона? Что-то случилось? – мужчина выпрямился в кресле. – У тебя начались судороги? -Нет! – воскликнула я недоуменно и поморщилась. – Я очень хорошо себя чувствую. Но, я думала нужно прийти... -Ну, раз вы пришли, мисс Грейнджер, то думаю можно попробовать использовать бытовые заклинания. -Может, сразу начнем с сильных? – неловко спросила я. -Зачем? – Флитвик оглянулся на меня, не сразу сообразив, о чем я. -Я просто подумала, что вы же говорили, что мое магическое поле отличается от любого другого волшебника... Если попробовать учиться не как все с маленьких заклинаний, а сразу с больших, может что-то да получится. -Составить противопоставление вашей магии и силового поля Хогвартса? – задумчиво произнес Флитвик и взглянул на меня. – Если у нас не получится, то ты можешь случайно разнести весь замок. -Ну не замок... -Но башню-то точно! – заверил меня профессор. – Ну, хорошо, кто не рискует, тот не катается на гиппогрифе! Есть одно занятное заклинание... Толку от него никакого, но смотрится красиво и требует большого количества сил. Произносится «Авана Таррера». Нужно четко выговаривать букву «Р». Давайте начнем! Флитвик отошел за шкаф, наверное, испугавшись выброса магической энергии, а я встала посередине кабинета и выставила руки в стороны. Я уже давно отвыкла от волшебной палочки. -Авана Таррера! – четко произнесла я. На несколько мгновений в комнате замерла тишина. Но тут – Пуф! – и из моих ладоней вырвались два ослепительно ярких желтых широких луча и начали плавно обволакивать пространство вокруг меня, словно северное сияние. Пуф! – и вместе с вибрацией в воздухе из моих ладоней вылетело еще несколько красных и оранжевых лучей, будто лент. Красные лучи догоняли желтые, подчеркивая их снизу, а оранжевые раздваивались и взлетали вверх фонтанами. Пуф! – и среди сияния начали проглядываться силуэты животных. Лиса, бегающая за кроликом, садящийся на землю сокол, рычащий представитель кого-то из кошачьих, олень, зацепившийся за ветки и выдра. Всполохи лент начали менять цвета на фиолетовый, сочно голубой и зеленый. Пуф! – и все животные и ленты, сделав несколько резких движений, вернулись в мои ладони. В кабинете снова стало темно и тихо. -Профессор? – позвала я, ощупывая свои горящие ладони. -Гермиона. Это было потрясающе! – моментально откликнулся Флитвик, не заметив, что назвал меня по имени. – У обычных волшебников обычно два или три ментальных тела, а у тебя целых шесть! Это невероятно! -Бред какой-то... – пробормотала я. – Толку-то от этого ведь нет? А патронус у меня выдра, да... -Ну, толку-то от этого, конечно же, нет, - согласился Флитвик. – Но все же интересно, какой зверь живет внутри тебя. Это очень сложная наука. При усердных занятиях можно будет выпустить твоего внутреннего зверя. Обычно, когда люди выпускают его наружу, то становятся раскрепощеннее, получают привычки своего зверя. -То есть если я все-таки окажусь кошкой, то буду спать целыми днями? – хмыкнула я. -Нет, - лукаво улыбнулся мой собеседник. – Ты получишь ловкость и грацию! – я нахмурилась, пытаясь представить, что в итоге получу, если стану кроликом. – Гермиона, пойми, если зверь получит свою свободу, то ты получишь свое настоящее нутро. Ты начнешь по-другому смотреть на людей, потому что, высвободившись, зверь дарует тебе проницательность. У тебя изменится походка, поменяются движения. Понимаешь? – я кивнула в ответ. – На сегодня хватит, Гермиона, до встречи. -До свидания, - кивнула я и направилась к двери. *** -Ты опоздала! – выдвинул обвинение Джеймс, как только я зашла в Выручай-комнату. -Зато ты у нас сама тактичность! – улыбнулась я, вспомнив видение, которое получила по пути сюда, в котором Джеймс пришел на полчаса раньше и сильно волновался перед встречей. -Да, а еще я добрый и умный, - улыбнувшись, проговорил Джеймс. -И скромный, - засмеялась я, потрепав Поттера по черным, как смоль, волосам. Мерлин, как они с Гарри похожи. -С чего начнем? -Ну, - я нахмурилась. – Ты ведь тут учитель! -С теории или с практики? – подавив усмешку, спросил он и снисходительно улыбнулся. -Лучше сразу с практики... -Садись! – кивнул он мне на мягкие подушки, рассыпанные по полу и сел рядом. – Попытайся расслабиться. Закрой глаза и выровняй дыхание. Постарайся почувствовать каждый предмет вокруг себя, ощутить его ауру. Получается? – спросил Джеймс через некоторое время. Получается. Я чувствовала все предметы в этой комнате, всю ее магию, но все равно даже вся мощь Выручай-комнаты не сравнится с тем, что я чувствовала, обнаружив ауру Джеймса. Его аура была горячей и отдавала сушеной травой, землей и лесом. Олень. -Ну как тебе сказать... – невнятно пробормотала я и расслабила плечи, опустив голову и ссутулившись. -Гермиона, - хрипло произнес он – наверное, тоже почувствовал мою ауру. – Отпусти себя. Пусть магия полностью пропитает тебя. Прислушайся к своим ощущениям. Каким зверем ты себя ощущаешь? -Я не знаю, - прошептала я, помолчала и вдруг внезапно громко в голос расхохоталась. – То есть, когда вы учились, ты ощутил себя оленем? -Гермиона, это не так уж и смешно! – серьезно произнес Поттер, наблюдая, как я падаю спиной на подушки и смеюсь, как сумасшедшая. – Ах так, да? Джеймс схватил меня за талию и, подтащив к себе (и забив на то, что я, сползая с подушек, больно ударилась головой об каменный пол), навис надо мною. -Когда я учился превращаться, в один момент мне почудилось, что я зецепился рогами за ветки деревьев. И на следующий день превратился. – Он понизил голос и еще ниже склонился к моему лицу; внезапно стало не смешно, а дыхание перехватило. – Мне очень интересно, в кого превратишься ты. Думаю, тебе пошел бы кто-нибудь из кошачьих... Я, забыв про обещание самой себе игнорировать видения, изо всех сил пыталась вызвать хоть одно, но всматриваясь в сосредоточенное лицо Джеймса, понимала, что рогами зацепилась именно я. Мерлин, что со мною? Это же отец Гарри, моего лучшего друга! -Почему ты так решил? – мне удалось сохранить ровный голос. -Не знаю, может, потому что ты сейчас на меня смотришь так, словно планируешь выцарапать мне глаза, - нарочно медленно и тихо произнес он, и я поняла, что надо мной просто смеются. -Неужели у тебя появилось чувство юмора? – процедила я ядовито. -Оно у меня было и раньше, просто ты обращала внимание только на свои видения и на спасение мира, - спокойно произнес он, но с места не сдвинулся, до сих пор наклонившись ко мне. Создавалось впечатление, что ему нравилось вот так нависать надо мною или просто было удобно. -Ну, шутку про рога я оценила! – ухмыльнувшись, высказалась я. -Это была не шутка, - досадливо пробормотал Поттер. Я фыркнула: -Неужели? -Знаешь, - все так же спокойно произнес он. – У тебя странная привычка. Ты когда ухмыляешься, злишься или просто внимательно смотришь на человека, то щуришься левым глазом, а правый широко открываешь. Никогда ничего подобного у людей не замечал. Усмешка сползла с моих губ, словно краски с холста, когда он упомянул эту мою привычку. Мне и мама, и папа, и Гарри говорили про нее. И вот теперь Джеймс. А, к примеру, Рон со всей своей любовью ко мне, никогда не смотрел на меня достаточно внимательно, чтобы заметить ее. Может, я, и правда, слишком сильно погрязла в свои видения, что не замечаю, как друзья на меня смотрят? Внезапно Джеймс вздрогнул и поспешил отстраниться от меня, приняв беззаботную позу. Словно он только осознал, что именно делает. Все. Нужно держаться от Джеймса подальше. -Может, мне сначала проштудировать теорию? – нарочно спокойно спросила я. – А то я совсем ничего не понимаю... -Теория тут не поможет, - отозвался Джеймс, специально на меня не глядя. – Книги тут не помогут. К каждому человеку требуется особый подход. Попробуем еще раз? -Давай, - кивнула я и приняла сидячее положение. *** -И мы чтоб не грустить, побежали в Хогсмид пить! – пел Сириус, пританцовывая и заматывая на Римусе шарф. С этакой заботой я встретилась с утра пораньше в воскресение, когда Лили разбудила меня и с недовольным видом сказала, что Мародеры ждут меня внизу. Тут же, вылезая из кровати, я взглянула на часы, - какого черта им от меня надо в 7 утра? Еще не до конца проснувшуюся голову посетила мысль, что явился Хвост, но я тут же отбросила ее. Хвост пришел вчера. Уже без воздействия зелья. И, чуть заикаясь, рассказал, где хранится чаша Халфпаффа. Там же где и была в моем времени – сейф Лестрейндж. А еще Питер сказал, что переосмыслил все и едет домой, - оказывается его родители все-таки не настолько чокнутые, чтобы следовать за Волдемортом, и его мать была в ужасе, когда узнала. Обещал, что если что поможет нам. Мародеры сначала с недоверием отнеслись ко всему сказанному и в молчаливой просьбе поглядывали на меня, и я проверила. «Питер, твои родители хотят тебя перевоспитать, будь аккуратнее – они устроят множество проверок» - произнесла я, чуть помедлив. В комнате сразу все расслабились, а Питер добродушно улыбнулся мне, попрощался с нами и вышел. -Привет, Гермиона! – ласково улыбнулся мне Сириус, заметив меня на лестнице и то, как я на него таращусь. – Мы идем в Хогсмид. О, нет! -Отлично, - кивнула я, села на ступеньки и взглянула на Джеймса.- А при чем тут я? У меня ведь даже одежды нет! -Мы тебе трансфигурировали ее! – показал Джеймс мне свитер в полоску, джинсы и пальто с капюшоном. – А в Хогсмиде как раз и купим! -У меня нет денег, - пожала плечами я. -В Хогвартсе для студентов, которые не имеют денег, есть специальные счета... А если этого не хватит, мы заплатим! – улыбнулся Сириус, а Римус мне подмигнул. Но... – замялась я, пытаясь придумать отмазку. – Но я думала, что мы займёмся придумыванием плана. Нам нужно выкрасть чашу! -Нельзя все время воевать, Герм! – засмеялся Римус. – От прогулки в Хогсмид в нашей компании ничего страшного не произойдет! -Мы классные, Грейнджер! – рявкнул Сириус и безбашенно улыбнулся. -Просто очаровашки! – хохотнул Джеймс и натянул мне вязанную оранжевую шапку по самые глаза. -То-то я смотрю и удивляюсь: откуда у вас столько врагов? – произнося это, я прищурилась и попыталась снять с себя эту шапку, не повредив локоны. После соблазнения Люциуса я, покопавшись в библиотеке, нашла простые заклинания, которые могли бы укротить мои волосы. Пользуюсь и радуюсь. -Ну, Гермиона! – прозвучал нестройный хор голосов. -Ни за что! Вы меня опозорите на всю Англию! – заявила я, глядя на их хитрые улыбки. -Неужели я позволила им себя уговорить? – я уронила голову на свои же руки и еще раз взглянула на Мародеров. Парни банально выпендривались, когда, усевшись на один из столов в «Трех Метлах», исполняли песни The Beatles. Сириус отбивал ложками по столешнице, стульям и пустым бутылкам ритм, Римус своим голосом пародировал гитарное соло, а Джеймс, изредка не попадая в такт, пел про вчерашний день. И все посетители паба с удовольствием слушали их. И, уж чего таить, получалось у них обалденно, - девушки томно вздыхали, а парни решительно игнорировали их, пытаясь перекричать торжественную тишину. «You’ve got the love» - пела я, широко улыбаясь. Люди с восторгом на меня смотрели. Лили хмурилась, а Мародеры, словно соревнуясь друг с другом, пытались лучше исполнить свою партию. Я вздрогнула и огляделась – никто не заметил моего «странного вида». Все взгляды были до сих пор прикованы к парням, никто и не взглянул на мой дальний столик. Мародеры закончили петь и сейчас раскланивались под бурные аплодисменты. -Спасибо, друзья! – торжественно произнес Сириус. – А сейчас мы будем исполнять песни по заказам! -Мой заказ примете? – мгновенно - для них, внезапно для самой себя произнесла я, встав со своего стула. -Прекрасная барышня хочет послушать любимую песню? – пафосно спросил Римус. -Ты! – я с ухмылкой указала на Римуса. – Напевай «соль», «фа» и «до», Сириус, подстроишься под ритм? -Конечно! – кивнул тот. -Готовы? Начинаем! -Стоп! – Джеймс хмуро покосился на меня. – А что мне петь? -А кто сказал, что ты будешь петь? – невинно поинтересовалась я, наблюдая, как Сириус с широкой ухмылкой протягивает Джеймсу ложки. Наколдовав звуки арфы, я махнула Римусу и начала петь. Через несколько секунд в игру вступил и Сириус. - You’ve got the Love! – повторяла я, растягивая последние слоги и наблюдая, как у Джеймса категорично не получается подстроиться под наш ритм. - But you've got the love I need to see me through, - пропела я, когда Сириус переключился со стола на пустые стеклянные бутылочки. Римус все так же исполнял свою партию, а у Джеймса было до того обиженное лицо, что я сбилась, хихикнув. Поттер мрачно на меня взглянул и, на мое удивление, поняв, что текст в этой песне повторяется, присоединился ко мне, запев: - You’ve got the Love! - You’ve got the Love! – повторила я так, словно бросила ему вызов. - Sooner or later in life, the things you love you lose! - But you've got the love I need to see me through! – с легкостью пропел он ранее произнесенные мною слова. -You got it’s free! – спела я, отвернувшись от Джеймса к восторженной публике. - You got it’s free! - You got it’s free... И разом мы все вчетвером замолчали, а через секунду начали греметь аплодисменты. -Эта песня запрещена в магической Англии! – пробился голос Лили через восторженные крики; она шагнула к нам с решительным взглядом. – Её нельзя петь! У вас, конечно, классно получается, но вы только что нарушили правила! После ее слов стало решительно не весело. Я мельком взглянула на парней – они выглядели мрачно. -Эванс, сотри, пожалуйста, усы от пены сливочного пива, а то твои слова звучат не шибко впечатляюще... Хохот сотряс маленький паб. Эванс, вытерев губы, фыркнула и убежала. Джеймс, ради приличия покачав головой на мои слова, вышел вслед за Лили. Сириус и Римус хмуро посмотрели ему в след, а я, пытаясь подавить в себе раздражение, отвернулась от дверей. -Кретин! Мародеры удивленно на меня взглянули. За окном полил дождь. Песни, которую я втиснула в текст, в то время даже не существовало. И в магической Англии, я уверена, ее могли бы смело петь и слушать, поэтому можете не обращать на этот недочет внимание. Он слишком несерьезный. 