Кто такой Барти Крауч?

Спустя 10 лет: Макс, как решил называть себя новый Барти Крауч, хорошо устроился в Австралии. Он даже получил мастерство в боевой магии и рунах. Макс сам точно не понимал, как ушел из Азкабана: он приучил всех, что скрежет из его камеры, это выдалбливание картины, так что на открытие замка никто не среагировал. Дементоры пропустили его, так как Крауч сумел слиться с аурой Азкабана. В магии самое главное это желание, а странного Барти Крауча перестали воспринимать как угрозу через четыре месяца. Маги — люди с интуитивным пониманием действительности, так что на подсознательном уровне его выпустил из тюрьмы сам начальник Азкабана. Выйти оттуда физически он смог благодаря опыту, приобретенному Барти при Волан-де-морте. А потом Барти вышел в море на самодельном плоту. Макс помнил, как боялся, что его могут заметить, но все обошлось. Он не знал в какую сторону плыть и положился на волю Судьбы, которая вывела его в Австралию. Макс, как образованный человек, прекрасно знал, что невозможно пересечь огромное расстояние по воде, на плоту, за неделю, но факт оставался фактом. Именно этот феномен заставил его поверить в аксиому: магия может все. Его нашли на берегу Австралии какие-то мальчишки, горожане решили, что он стал жертвой шторма, закончившегося вчера. В этом они не ошиблись, Макс действительно попал в водяную бурю. Потеря памяти никого не удивила, как и истощённый вид: +30°, палящее солнце, обезвоживание 24 часа! Хоть Австралия маленький континент, но люди на нем теряются точно также, как и на любом другом, так что неузнанный найденыш сильно не удивил: может он вообще приезжий. Палящее солнце в течение недели обожгло его кожу до красноты, так что от английской бледности не осталось следа. Ему помогли «вернуть» документы на имя Макса Крауста, помогли с работой и образованием, а потом у него произошел «случайный» выброс магии, на который среагировали местные волшебники. К тому времени Макс прочно закрепился в обычном мире, став хорошим прокурором, для разнообразия деятельности. Маги ограничились надзором и учебной литературой, но пытливому Максу хватило этой крупицы, чтобы через шесть лет сдать на мастерство, причем комиссия сошлась во мнении, что Макс просто вспомнил ранее полученные знания. В какой-то мере это было правдой, так как Барти был лучшим выпускником Хогвартса в своем поколении. Макс отвлекся от воспоминаний, придя на рабочее место. Он привычно ознакомился с делом и информацией, полученной от своих агентов. Последний год мужчина занимался делами, связанными с магическим миром. Особое удовольствие он испытывал, когда заслуженное наказание получали те, кого не могли достать раньше из-за их богатства. Но сейчас… На скамье подсудимых оказался Алистер Рамблер, 22 года, наследник корпорации по изготовлению летающих метел, обвиняемый в убийстве девушки — полукровки. Все найденные улики указывали на виновность парня, но Макс чувствовал подвох. Очевидцы, видевшие Алистера, могли быть обмануты Оборотным зельем, след волшебной палочки можно подделать… Да и то, что дело чистокровного состоятельного мага попало к нему, было доказательством невиновности парня: репутация ненавистника богатых людей крепко прицепились к нему. А когда пришло уведомление, что у Рамблера аллергия на компонент из зелья правды, то сомнения переросли в твердую уверенность. Осталось лишь доказать свою правоту. Взгляд со стороны Алистера Рамблера: Я ждал суда со слабой надеждой оправдаться. Макс Крауст был известен как обвинитель, любящий отправлять богатых людей за решетку. Когда я впервые увидел его вживую, то надежда во мне расправила крылья. Ну не мог человек с таким мудро-насмешливым взглядом развлекаться арестом невиновных! Он был среднего роста, худощав, темноволос. У него был приятный бархатистый голос, заставляющий прислушиваться к нему. А ещё было ощущение того, что могут почувствовать лишь артефакторы: его магия кружилась вокруг него в хаотичном порядке, не позволяя сконцентрироваться на себе, она могла быть ласковой, теплой, но в другой момент тяжелела, наполнялась громовыми раскатами. У него были кольца Мастера Боевой магии и Рун, но его знания определенно не ограничивались этими направлениями. Я не думал, что во время суда маги используют магию, но это было чем-то необыкновенным: судья, адвокаты, прокурор, присяжные, все присутствующие излучали магические волны. Когда они говорили, приводили законы, доказывали прецеденты или просто смотрели, они пытались воздействовать на других. Это была ментальная магия. Судья ощущался как ветер, смерч, ураган; адвокат был похож на гранит, скалу, за которой можно спрятаться. Мерлин, если бы не повод, я был бы рад оказаться здесь. Мой обвинитель выкладывал факты, доказывающие мою вину, но адвокат успешно защищал мою невиновность. Чувствовал ли он, что Макс Крауст не использует свой потенциал, чтобы обвинить меня? Оправдательный приговор был вполне закономерен, так как и адвокат, и прокурор верили в мою невиновность. Для всех тех, кто был за пределами судебного заседания, Макс Крауст потерпел поражение, но он не проиграл, и это знали все, кто присутствовал на этом заседании. Основная линия: Макс собирался домой, когда почувствовал странное напряжение в ментальной сфере. Он проверил амулет, но никто не пытался взломать защиту на разуме. Иногда напряжение сменялось расстройством или страхом. Что с ним творится? Неделя странного ментального возмущения привела его в больницу к целителю. Мистер Шеффилд обследовал Макса и выявил связь с кем-то, кто сейчас чувствует себя в опасности. Целитель смог отследить тип связи и сообщил, что она завязана на несовершеннолетнем. — Очень похоже на узы крестничества, мистер Крауст. — Я не помню данного ритуала, — Задумчиво сказал мужчина, — Возможно ли, что защита младенца активирует связь? — Такой вариант вероятен, только в этот миг у родителей не должно быть возможности защитить дитя. И главное! Его родители должны быть врагами. Там ещё несколько условий, но это основные. У вас была подобная ситуация? — Да, припоминаю. И что мне теперь делать? — Как пожелаете, вы не обязаны защищать ребенка, если не проводили ритуал, отката не будет. Ваша связь сформирована только в одну сторону: от него к вам, вы чувствуете его эмоции, но ребенок даже не подозревает о вашем существовании. — Спасибо, мистер Шеффилд. Макс не знал что ему делать: Невилл Лонгботтом был абсолютно чужим для него, но память прошлой жизни тянула защитить ребенка. У него не могло быть детей тогда, но сейчас судьба подарила ему шанс! Шанс иметь крёстного сына! Черт с ритуалом! В душе Макс был готов к ответственности за подростка, и никакая магия не нужна для этого решения. У него ушел год, чтобы переехать в Англию, не возбудив подозрений. От прошлого Крауча в его внешности ничего не осталось: одно из покушений на его жизнь почти удалось, и редкий яд из волнореза оставил на его коже множество тонких, золотистых шрамов. Отравление было одним из факторов, задержавших его в Австралии. По приезде в Англию он направился в Министерство, где получил временное гражданство и смог устроиться на работу по рекомендациям из австралийской прокуратуры. Крауст решил не покупать дом, а ограничился съёмным жильём. На обустройство в стране ушел месяц, и в августе Макс случайно попал на слушание по нарушению Статуса Секретности. Миссис Боунс, его непосредственный начальник, не смогла прийти туда и отправила Макса. В прошлой жизни, читая книги, он не представлял себе магический суд, как впрочем и Барти Крауч. Макс Крауст же стал лучшим прокурором магического суда в Австралии. Сейчас, наблюдая за фарсом, устроенным Фаджем, ему было обидно за родную страну Барти. Чтобы не говорили про Крауча — старшего, но тот никогда не позволял себе издеваться над судебной системой. — Наследник Поттер, вы не хотите воспользоваться правом возбуждения магического суда? — Крауст, скрывая жалость, смотрел на подростка, попавшего между двумя жерновами под названиями: Министерство и Дамблдор. Мальчишка не выглядел как наследник рода, чем вызывал соответствующую реакцию. Дело было не во внешнем виде или поведении, а в ощущении его личности: неуверенность, страх и злость. У магов гораздо больше диапазон восприятия, чем у людей, что диктует им соответствующее поведение. Что чувствуют маги, собравшиеся в зале? Такова и реакция. — Мистер Крауст! — возмутилась Амбридж, — Что вы себе позволяете! — Я поступаю по правилам, мисс Амбридж, — Отрезал Крауст, — Мальчишку приволокли в зал, традиционно использующийся для суда над опасными преступниками, не предоставили защитника… Я лишь спасаю репутацию магической Британии. Ваше решение, мистер Поттер? При процедуре магического суда вы сами вправе выбрать адвоката, вас освободят в случае вашей невиновности с вероятностью 100 процентов, но если вы виновны или сомневаетесь, то вас не оправдают. Что вы решили? — Я, я. Но мальчишку перебил вошедший Дамблдор: — Спасибо, что дождались меня, уважаемые коллеги. Как Верховный судья Визенгамота я предлагаю инициировать магический суд, в конце концов, на территории Англии его не было около десяти лет… Это будет интересный опыт для многих присутствующих, не так ли? — Риторический вопрос Альбуса Дамблдора не предполагал ответа, как и его решение отказа. Взгляд со стороны Поттера: Меня никто не хотел слушать, Фаджа волновала лишь его карьера и желание выставить меня сумасшедшим. Когда неизвестный волшебник предложил магический суд, мне осталось только удивиться, про такое я никогда не слышал. Мистер Крауст, как назвали его другие, впервые спросил только мое мнение, и я не знал, что ответить: согласиться, отказаться? Явление Дамблдора было моим спасением. Объявление магического суда немного обрадовало меня, все-таки любопытство было мне не чуждо, а в директора я верил. Отличие того, что было, и того, что разворачивалось на моих глазах, было очевидно. Дамблдор... Все называют его Великим волшебником, но сейчас я ощутил его силу, магию, ауру, пронизывающую каждого, как поток воды - изменчивую, она могла быть спокойным ручейком или волнующимся океаном, готовым сломать неосторожное судно. А мистер Крауст казался ветром, способным ласково разметать волосы или закружить в урагане. Я мог выбрать любого в этом зале своим защитником, даже Дамблдора, что я и сделал. Все сидящие в зале замялись, опасаясь обвинять меня при прямой охране Великим волшебником, кроме мистера Крауста. — Я буду вашим обвинителем, мистер Поттер, раз никто из присутствующих не решается взять на себя эту роль. Никто не против?— Он обвел волшебников взглядом и начал допрос. Дамблдор спокойно парировал все обвинения, объясняя сложившуюся ситуацию. Крауст согласно кивал на его ответы, и я почему-то подумал, что он получает удовольствие от четких формулировок директора. — Мистер Поттер оправдан по всем пунктам обвинения!— провозгласил разочарованный Фадж. — А с вами интересно работать, мистер Дамблдор,— сказал Крауст,— Я очень давно не получал такого удовольствия от своей работы! Вы мастерски владеете ораторским и ментальным искусствами. — Благодарю, мистер Крауст. Вы тоже довольно хороши,— Вежливо ответил директор,— У вас отличные ментальные навыки, но стоит подтянуть точность формулировок. У каждого слова... — Бесконечность значений, мистер Дамблдор. Мой учитель вбивал в меня этот тезис днём и ночью. — О! Так вы - судебник! Как бы вы объяснили слово: маг?— Директор с интересом наблюдал за мыслительным процессом молодого коллеги. — М-да, задачки у вас... Маг - это человек, маг - существо, он может использовать космическую, природную, личную, стихийную энергию в своих целях. Маг - это разумный, стадия развития между человеком и существом высших планов. Маг, маг... Вроде больше смыслов нет... — Маааххгг,— протянул Дамблдор. Мистер Крауст потёр висок и виновато сказал: — Опять забыл про наречия. В других культурах это слово означает огонь, мир, зверей. Мордред! — Не расстраивайтесь, мистер Крауст, современные судебные маги Англии даже не задумываются об этом. Как вы смотрите на преподавание в Хогвартсе? Большую зарплату не обещаю, но много работать и не требую: уроки магического законодательства. Вы даже можете совмещать работу в Министерстве и в школе. — Я подумаю,— Задумчиво кивнул Крауст.