Я буду ждать

      Лиэль медленно сползла с кровати и наклонилась, чтобы взять обувь. Прокравшись босиком мимо спящего Кристина, она вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь. В коридоре никого не было, и Лиэль двинулась в сторону лестницы, ступая по ковру так тихо, как только могла. Стоя на холодном полу лестничной площадки, Лиэль обулась. Но едва успела спуститься на этаж ниже, как услышала шаги. Она пригнулась и выглянула, просунув голову меж вертикальных перил. Как бы она хотела увидеть Луиза, но навстречу ей поднимался Кимэй, и его руки были в крови по самые локти. Он резко остановился, поднял голову вверх и встретился с испуганным взглядом Лиэль.       – Это краска, – спокойно произнес он. Но Лиэль еще находилась под влиянием сна, который и сном-то не был. Она не стала дослушивать оправдания Ревера и бросилась бежать. Ливий, перехвативший ее на бегу, зажал большой ладонью рот и утащил в свою комнату.       – Не кричи. Я уберу руку, – мрачно произнес дикий, выпуская Лиэль из хватки.       Услышав голоса Кимэя и Даниэля, что бегали по коридору и искали ее, Лиэль метнулась к противоположной двери стене. Зацепившись ногой за ножку дивана, она кубарем пролетела до окна и, упав, свернулась в комочек, поджав коленки. Ее снова трясло, и слезы, вырвавшиеся из глаз, душили ее. Лиэль кусала руки, пытаясь успокоиться, но лишь разразилась истерическим смехом от осознания всей безысходности своего положения.       – Тише, – Ливий схватился за голову, – ты создаешь очень много шума, – он подошел ближе.       – Что тебе от меня надо? – отползая в сторону, она искала глазами то, чем можно было бы защититься.       – Какая же ты... кхм, – он недовольно поморщился. – Я хочу помочь, но если ты и дальше планируешь привлекать к себе внимание, то могу передумать, – прошипел сквозь зубы дикий.       – Так не мучайся, выкинь меня, – Лиэль лихорадило. Она не понимала, что делает, что говорит, и пальцы ее нервно скребли по паркету.       – В дверь или в окно? – глухое рычание раздалось из его груди, и он оскалился.       – Удивлена, что тебя интересует мое мнение, – проговорила она тише и начала задыхаться. Ливий схватил Лиэль и, крепко придерживая за талию, подвел к распахнутому настежь окну.       – Что, определился с желаниями? – повиснув на его руках, она даже не пыталась отбиваться.       – Замолчи и дыши.       Послушно вдохнув полной грудью воздух, Лиэль замолчала. Она вспомнила их знакомство. Тогда Ливий душил ее, лишая возможности сделать хоть маленький вдох, а сейчас... Лиэль смотрела в окно, смотрела на сад и луну. Цвет ее менялся с серебристого на красноватый. «Что делать дальше?» Стало холодно, и Лиэль пыталась отойти от окна. Только сил совсем не было и, находясь в состоянии глубокого нервного истощения, она лишь слабо дернулась в его руках.       – Эй, – он закрыл окно, – ты как? – подхватил ее на руки и развернулся в сторону кровати.       – Бывало и лучше, – поняв, куда Ливий ее несет, она вздрогнула, – я не хочу спать.       – Ты устала.       – Нет! – громче произнесла Лиэль и вцепилась в Ливия.       – Тсс, Зверя разбудишь, – он махнул рукой в сторону камина, где на кресле, нагло растянувшись, лежал крупный черный кот. Он дремал. Один глаз его был чуть приоткрыт, совсем немного, тонкая еле заметная золотистая полоска, и создавалось впечатление, будто он подсматривает. Черная узкая щелка зрачка перемещалась синхронно движениям хозяина, наблюдая за его настроением сквозь сонно прикрытое веко.       – Сумасшедший дом, – Лиэль отвернулась от кота, – ладно, пусти меня.       – И куда ты собралась? – хмурился он. – Тебя до сих пор трясет, да еще с мокрой головой. Да чтоб тебя! Ты же... чел... – он запнулся, – заболеешь, – подхватив Лиэль на руки, Ливий направился в ванную. Войдя внутрь, он поставил Лиэль на ноги, но она начала оседать. – Да что с тобой? – он опустил ее на пол.       – Перенервничала, наверное, – Лиэль растирала ноги. – Оставь меня, пожалуйста.       – Тебе бы врача. Я вряд ли смогу помочь, если тебе станет хуже.       – Только не к Кимэю и не к Кристиану, уж лучше в окно, – Лиэль как-то странно улыбалась, когда произносила эти слова. Ливий удивился, но лишних вопросов задавать не стал.       – Ладно, – взъерошил он и без того лохматую голову, – тогда в ванну, греться, – и включил воду.       – И пенки добавишь? – Лиэль подняла голову и встретилась взглядом с фиалковыми глазами Ливия.       – Ты еще и шутишь? – он присел перед ней на корточки. – А шампанского тебе не принести?       – Нет, но спинку можешь потереть.       – Все-таки надо было тебя выкинуть.       – Так чего ждешь, только угрожаешь, – она попыталась встать, но ноги снова подвели ее. Не успев приподняться, она шлепнулась обратно на пол.       – Какая ж ты проблемная, – он поднялся и скинул с себя одежду. Оставаясь в одних плавках, Ливий приблизился к Лиэль.       – Что ты делаешь? – она выставила руки перед собой, не позволяя ему прикоснуться.       Бережно обхватив запястья, он ловко стянул с нее одежду, оставив лишь нижнее белье: – Что я там не видел? В чем ты потом собираешься ходить? Голой? Я только «за», – Ливий взял ее на руки и подошел к ванне.       – А ты зачем…       – Ты даже сидеть нормально не можешь, а в воде как будешь лежать? Или ты решила у меня утопиться? – он перекинул одну ногу через край ванны. – Расслабься, мы просто полежим, – перекинув вторую ногу, Ливий аккуратно опустился, погружаясь в воду вместе с Лиэль.       Шум льющейся воды успокаивал, а ее тепло мягко обволакивало. Не в силах сопротивляться накатившей усталости, Лиэль прикрыла глаза и, спустя время, уснула. Ливий выключил воду и бережно вынес Лиэль из ванной комнаты.       – Да, девочка, досталось же тебе. От жнеца особенно, – он провел рукой по влажным волосам Лиэль и, накрыв ее двумя одеялами, ушел к камину. Дикий растянулся на полу, лениво почесывая мохнатое пузо кота.

***

      Лиэль проснулась от шума воды. Ливий принимал душ. Скинув в сторону оба одеяла, она прокралась к одежде, заботливо разложенной на батарее, выглянула в окно. Солнце уже поднималось над садом, собирая росу. Натянув джинсы и футболку, она впрыгнула в обувь и выскочила за дверь. Прислушиваясь к каждому шороху и пугливо оглядываясь, Лиэль шла к спальне Луиза, и вдруг ее окликнули. Она ускорила шаг, но Даниэль нагнал ее и остановил, положив руки на плечи.       – Так торопишься к своему ангелу, что даже поздороваться некогда? – слова, полные ревности, прозвучали за ее спиной.       – За что ты его ненавидишь? – Лиэль развернулась к нему лицом.       – Сущность, нацепившая на себя маску благочестия, верящий в свою «богоизбранность». А на самом деле всего лишь пешка в руках Отца. Ты бы видела его в гневе. Такие извращенные наказания даже демону недоступны. Как мне к нему относиться?       – Да причем тут ангелы и демоны? Это ничего не объясняет! – она обхватила себя за плечи и уголки губ ее скривились.       – Это правда, – Даниэль приблизился, желая дотронуться до нее.       – Чья правда? – она отстранилась. – Твоя? – злость поселились в ее сердце. – Может, ты сам так живешь? Если бы у тебя появилась возможность что-либо испортить или кому-то навредить с выгодой для себя, как бы ты поступил? – оттолкнув от себя вновь сократившего дистанцию Даниэля, Лиэль сложила руки на груди и впилась в него взглядом. – Ничего не хочешь рассказать мне про Эмили? А про девушек, что ты прячешь за потайной дверью в библиотеке. Что ты с ними делаешь? – Лиэль не нужны были ответы. Дрожа от ярости, она развернулась, чтобы уйти, но врезалась в возникшего перед ней Кимэя.       – Прости, Лиэль, – сказал Даниэль, и прохладные пальцы Кимэя легли на шею Лиэль, надавив на сонную артерию. Кимэй подхватил оседающее тело Лиэль.       – Без Авриэля и Рэми нам не справится, Даниэль. Ты меня понимаешь? – и Кимэй понес Лиэль в подземелье.       Какой же ужас испытала Лиэль, очнувшись прикованной за ноги тяжелыми цепями. Цепи тянулись от металлической скобы, вбитой в каменный пол низкой и сырой комнаты. Оковы больно сжимали лодыжки, отчего ногам было еще холоднее. Сидя на потрепанной тряпке, Лиэль оглядела мрачное помещение. Судя по затхлому запаху, это был подвал, возможно, тот, что описывала Эмили, вот только клеток с девушками здесь не было. Большой, вытянутый в длину зал слабо освещался единственной лампой, свет от которой едва доходил до середины всего помещения. Нервно подрагивая, она обещала и вовсе погаснуть, оставив Лиэль в темноте. Облокотившись о стену позади себя, она повернула голову вправо и увидела небольшое возвышение наподобие постамента с выгравированными на его видимых сторонах иероглифами. В центре же самой конструкции располагался крупный красный камень, такой же, как на украшении, которое ей подарил Алоис. В полу по обе стороны постамента сделаны круглые углубления. Вот только что бы это все могло обозначать, Лиэль понимала смутно.       – Ну, здравствуй, красавица, – обратился к Лиэль голос из темноты. – Я думала, что найти нефилима будет сложнее, – говорившая подошла ближе и Лиэль узнала в ней хозяйку поместья. – Не волнуйся, твой любимый скоро присоединится к тебе, – она прикоснулась к амулету. – Одного не пойму, как в тебе оказался последний ангельский фрагмент, – Амира провела острым ноготком по её щеке, оставляя на коже красный след, – но разве это важно? Близиться время, когда тьма поглотит землю, и падшие обретут свободу и душу, – глаза женщины блеснули, и губы ее изогнулись в злорадной улыбке. Уж одной полудемонической сущностью можно пожертвовать ради свободы целой армии асуров. Ты согласна со мной, дорогая? – холодный пронизывающий взгляд изумрудных глаз опустился на жертву, – ты бы меня поняла, будь на моем месте Ну да ладно, чего тебе объяснять. Кимэй, Даниэль – позвала она близнецов и шагнула обратно в темноту, – приступайте.       В присутствии Амиры братья схватили Лиэль и пустили кровь одновременно из обеих ее рук. Стекая по ладоням, она капала на символ, находящийся в углублении пола. Остановили Ревера злодейское действие лишь тогда, когда Лиэль потеряла сознание. Придя в себя, она услышала, как жестокосердечная хозяйка, руководящая этим процессом, радовалась собственному бессердечию. Она получала неописуемое удовольствие от мучений Лиэль, и пролив кровь несчастной, седовласая женщина продолжила мучить ее сердце:       – А знаешь ли ты, деточка, что за кулон подарил твой возлюбленный? – спросила Амира, чуть наклоняясь вперед, – он забирает часть души, светлую часть. И если в тебе ее больше, чем темной, я даже не уверена, что ты выживешь. Хотя буду честной, я и не собиралась оставлять тебя в живых. Ты будешь главным блюдом на нашем празднике, который состоится очень и очень скоро, – и комнату наполнил жуткий хохот.       – Покормите ее, – сказала она близнецам, успокоившись, и покинула помещение.       – Даниэль, – Лиэль не могла даже плакать, – что происходит? – пересохшие губы с трудом шевелились. Низко опустив голову, она смотрела, с какой бережность Даниэль перебинтовывал ее запястья.       – Прости, – вновь произнес он, – тебе надо поесть. Я помогу. – Даниэль приподнял ее голову и поднес ложку с бульоном к губам. Он был напряжен, и старался не смотреть на Лиэль, будто боялся встретиться с ней глазами. Даниэль еще не был в нее влюблен, но она ему нравилась, сильно нравилась, и он не желал ей зла.       – Тебе помочь? – Кимэй положил руку на плечо брату.       – Я справлюсь. Оставь нас.