Другая сторона

Несколько часов Тони сидел в одиночестве в кабине пилота, смотря в темноту космоса и пытаясь осознать все, что с ним произошло за последние пару дней. Чувства нереальности и сюрреализма не покидали его. Он ушел. Бросил Орден и свою прежнюю жизнь. Все, чего добился, своих друзей, наставника. Но поступить иначе мужчина не мог, выбора просто не было. Но смуту и какую-то боль внутри это не притупляло. Питер без сознания лежал в медблоке. Этот корабль не был самым большим и навороченным, но тут было все необходимое для долгих перелетов, оказания первой помощи и даже проведения операций. На этом судне можно было жить при желании. Юноша изредка просыпался, чтобы попить воды и снова засыпал. Дроиды передавали Старку о состоянии парня. Тот раз в несколько часов ходил проведать ученика, иногда заставая его пробуждение. — Где мы? — почти бессознательно спросил Питер, когда впервые увидел Тони после того, как почти умер на его руках. Мужчина успокаивающе погладил его по волосам. — Спи, Пит. Все хорошо. Мы в безопасности. Этого юноше было вполне достаточно. Он снова позволил себе закрыть глаза. Старк осмотрел медблок и проверил ПО дроидов. Они могли провести операцию по вживлению простого протеза, поэтому мужчина собрался предложить это Питеру, когда тот сможет здраво соображать. Парень просыпался еще несколько раз, пытаясь осмотреться в темноте, когда его освещали лишь звезды из иллюминатора. Сил у него все еще не было, когда корабль совершил посадку в практически открытой пустыне на планете Арракис. В следующий раз Питер проснулся, ощущая непривычное тепло, сухость и свет. Он лежал на чем-то вроде спального места, высеченного прямо в стене. Свет падал откуда-то сверху. Это жилище находилось ниже уровня поверхности земли, но солнце заливало почти каждый уголок благодаря его конструкции. Сверху нависал купол, выточенный из какой-то породы камня, защищающий от прямых солнечных лучей, но и пропускающий достаточное количество света днем. Так в дом почти не попадал песок с поверхности, а внутри сохранялось необходимое количество влаги для комфортной жизни. Тут были и другие комнаты, где было попрохладнее, и достаточно места. — Тони? — растерянно позвал Питер, побоявшись, что тот оставил его тут совсем одного и улетел обратно на Каладан. Может, Старку приказал Орден избавиться от парня. Ведь Локи говорил ему, что… — Пит? — парень облегченно выдохнул, когда услышал ответ. Старк спустился с поверхности по такой же выточенной в породе лестнице, держа что-то в руках. — Ты наконец встал? Как себя чувствуешь? — Есть слабость, но получше. Голова еще болит, — юноша наблюдал за Тони и пытался уловить каждое изменение в его мимике. — А что произошло? Где мы? — Ты помнишь свой бой с Локи? — спросил Старк, усаживая Питера обратно на «кровать». Тот кивнул. — Да, но очень расплывчато, я, именно Питер, плохо осознавал свои действия. Тьма почти поглотила меня. Как оказалось, в руках Тони держал аптечку. Пока они говорили, мужчина принялся обследовать его, чтобы убедиться, что жизни парня ничего не угрожает. — Ты почти умер. Как мне казалось. Хватался за меня, кричал от боли. Ты почти переродился в полноценного ситха, но что-то тебя остановило. Орден хотел снова схватить тебя. Они боялись увиденного и твоей силы, считали, что рано или поздно тьма поглотит тебя окончательно, если уже не поглотила, и тогда ты разрушишь их. Я смог вытащить тебя из того места. С помощью Наташи. Сейчас мы на Арракисе. Ты в курсе про эту планету. Я не знал, куда нам идти в этом мире. На глаза попалось это жилище. Тут явно кто-то жил раньше. Вряд ли такие просторные и правильной конструкции комнаты образовались под землей сами собой. Думаю, нам лучше остаться здесь. По крайней мере, на первое время. Питер спокойно смотрел, как Тони берет у него кровь из пальца, мерит температуру, давление. Этот момент казался таким уютным, если бы не обстоятельства. — Что мы будем делать дальше? — осторожно спросил Питер. — Думаю, лучшим выходом будет по частям продать корабль. Он слишком приметный. Я отключил все навигаторы, чтобы нас не вычислили, но всякое может случиться. На борту три дроида. Двоих тоже можно продать, а третьего оставить себе и переустановить ему ПО. Сейчас у нас есть только еда, которая осталась на корабле. На первое время должно хватить. Я видел, что рядом с нами есть город, Арракин. На этой планете очень много контрабандистов, скупщиков запчастей, там точно должен быть кто-то, — Тони замолчал на пару секунд, проверяя состав крови парня. — Ты почти здоров, но еще очень слаб. До конца недели тебе лучше побольше отдыхать. — Вам тоже, — смотря мужчине прямо в глаза, ответил Питер. — Вы ведь провели целые сутки в плену, а потом битва и долгий полет. — Я уже отоспался, Пит. Мы на Арракисе уже третий день. Ты проспал четверо суток. Нам нужны продукты. Я буду потихоньку продавать части корабля, искать нужных людей, чтобы не возникло подозрений. И еще у меня есть к тебе вопрос: пока я не разобрал корабль, можем установить тебе протез руки. Если ты готов, то можем провести операцию хоть завтра. — Я буду очень благодарен, — без раздумий согласился юноша. — Хорошо, — кивнул Тони, собирая обратно в чемодан все приборы, которыми проверял состояние парня. — Я обнаружил на поверхности сборщики влаги. Их давно не использовали, но восстановить можно. Видимо прежние обитатели торговали водой. В перспективе можем заняться тем же самым. Теперь снова ложись спать. У тебя глаза закрываются. У Питера еще осталось много вопросов, которые, по правде говоря, было страшно задавать, поэтому он послушно лег, накрылся тонким покрывалом и снова уснул. Ему больше не снились сны. Через пелену бессознания он чувствовал присутствие Старка где-то рядом и успокаивался. После обещанной операции и небольшой порции наркоза Питер снова не вставал с постели два дня. Теперь его правая рука от плеча была из нержавеющего материала, которым можно было управлять. По форме эта конструкция напоминала скелет. Это была крайне устаревшая модель протезов. Сейчас можно было воссоздать руку, будто бы она настоящая. Но в данных условиях выбирать не приходилось. Парень был просто рад, что снова мог совершать, казалось бы, такие базовые действия, не мучаясь, используя лишь левую руку. Однако все шло не так радужно, как хотелось бы. По крайней мере, на взгляд Питера. Тот начал замечать, что Тони уходит в Арракин каждый день на несколько часов на протяжении нескольких недель. Когда бОльшая часть корабля, все его самые важные и дорогие комплектующие были проданы, необходимость в проделывании довольно долгого пути до города отпала. Но Старк все равно не мог долго оставаться в их доме, отказываясь брать с собой в попутчики парня. Это тревожило Питера, вселяло в него страх, что он что-то делает не так, пробуждало чувство вины, что из-за него жизнь самого дорого человека разрушена. Их общение было… нормальным, без претензий, ссор и обид. Со стороны все было хорошо, но юноша не мог нормально спать, думая, что своей детской и ненужной любовью все испортил. Парень полностью восстановился, помогал обустраивать дом, с помощью небольшого количества оставленной техники проводить электричество и программировать дроида, соорудить для них небольшую мастерскую в одной из комнат, выточенных в камне. Их жилище постепенно становилось уютным. В этот день Питер не мог усидеть на одном месте. Он решил во что бы то ни стало поговорить с Тони, узнать, что его тревожит, о чем он жалеет. Юноша знал все его желания, мечты, знал, что тот обожал полеты в космосе, свое призвание, любил Орден, своих друзей, миссии, драйв. А сейчас он лишился всего. И ради чего? Какого-то мальчишки. Паркер не знал, какой выход может предложить Старку, если тот все же скажет, что не желает такой жизни, как может все исправить. Возможно ли это вообще? Тони вернулся под вечер, когда солнце уже заходило за пустынный горизонт. Питер сидел за столом на кухне, постукивая пальцами по пластиковой поверхности. Он пытался глубоко дышать. Пусть ему и удалось не поддаться тьме тогда, несколько недель назад, но чувство стыда и вины постепенно провоцировали рецидив. Мужчина, заметив, как парня чуть потряхивает, подошел к нему со спины и положил руку на плечо, спрашивая: — Все нормально? Питер обернулся, чуть вздрогнув от неожиданности и кивнул. — Да, — Тони потянулся к фильтру с водой, чтобы утолить жажду после дня под палящим солнцем, а Питер все же решился начать разговор, — Слушай… куда ты уходишь уже который раз? Ведь у нас пока есть еда, и мы пока не подготовили следующие части корабля на продажу. Старк стоял к юноше спиной, но было заметно, как тот напрягся, сжал в руках стакан, но видимо и сам хотел уже во всем разобраться, поэтому сел напротив Питера, положил руки на стол и тяжело вздохнул. — Мне просто нужно все обдумать, понимаешь. Привыкнуть к таким переменам. Это непросто. Питеру так хотелось сказать простое «хорошо» и убежать к себе, лечь под покрывало, укрывшись от всего мира, и больше не поднимать этот разговор. Но нужно было перебороть страх и продолжить разговор. — Ты так и не рассказал мне об Ордене, о том, что ты… ты ведь покинул его? Окончательно? — спросил Питер. — Официального письма им не отправлял, но выходит, что так, — саркастично ответил мужчина. — Меня спокойно могли скрутить за помощь тебе. Я знал, на что иду. — Но ведь сейчас мы в безопасности. Тебе не следует закрываться в себе. Я рядом и готов помочь, ты можешь все мне рассказать. Чем дольше ты молчишь, тем хуже. Уж я-то знаю, что это такое. Старк не смотрел на Питера, а куда-то в стену, все так же сжимая стакан с недопитой водой, нахмурив брови. «Я потерял все» — эта фраза крутиться в его голове вот уже почти месяц. Слова юноши о том, что надо просто поделиться переживаниями, почему-то взбесили его. — О чем мне надо тебе рассказать? О том, что я потерял дело всей своей жизни? Что теперь не магистр-джедай, а простой беглец, который прячется на задворках Республики?! Что я больше никогда, скорее всего, не покину эту пустынную планету?! Что не увижу друзей?! Чем из этого я должен поделиться, чтобы мне стало легче?! Я пытаюсь привыкнуть, что моя жизнь теперь такая, какая есть! И на это нужно время, Питер! От переполнявших его чувств Тони аж вскочил, кажется, сам не ожидая, что может так вспылить. Впервые за много лет ему было плевать на внутренний покой, на правила джедаев, на Кодекс. Ему хотелось кричать о том, как ему тяжело. Сам парень растерялся, ведь никогда не видел наставника таким. Таким яростным. «Старк ненавидит тебя! Ты предал его! Предал всех!» — в голове Питера вспыхнули слова Локи. — Прости меня, — Старк перестал мерить шагами совсем небольшую кухню и остановился, удивленно глядя на совсем подавленного юношу, который был готов заплакать в любой момент. — Я всегда думал, что защищаю тебя, но на самом деле лишь тянул ко дну. Прости! Видимо, мне следовало умереть тогда на твоих руках. Я не знаю, как все исправить, но я что-нибудь придумаю! Я попытаюсь! Клянусь! Ты снова сможешь вернуться к своей обычной жизни, быть счастливым, а не со мной… Тони смотрел на совсем заплаканного Питера и ощущал, как ярость внутри сменяется стыдом и сожалением о сказанном. На миг он испугался, что того может поглотить тьма, чувствуя напряжение в Силе. Он достал из шкафа полотенце и сел перед парнем на корточки, заставляя его посмотреть на себя. Выражение лица Старка смягчилось, он положил ладонь на щеку Питера, осторожно придерживая и начав стирать слезы с его лица. — Ну что ты, — успокаивал юношу Тони, будто ребенка, чувствуя свою вину. — Тише-тише. Все хорошо. Прости, я не должен был срываться. — Должен был. Я все испортил, — все еще хлюпал парень, но с благодарностью принимал мягкие прикосновения. — Ты не заслуживаешь такого конца. — Ну вот, появился шанс повести себя ужасно и эгоистично, и я тут же расстроил тебя, — пошутил Тони, тепло улыбнувшись, пытаясь так извиниться. — Все-таки джедайская подготовка сказывается. Они просидели в тишине около минуты. Питер до конца успокоился и перестал лить слезы, а Тони, выпустив накопившиеся эмоции, обдумывал ситуацию, понимая, что тут никто не виноват. Он жив сейчас только благодаря своему ученику. Чтобы выразить свою благодарность и окончательно извиниться, Старк прильнул к Питеру, уткнувшись ему в живот. Парень совсем растрогался и обнял мужчину в ответ, вдыхая его запах. Момент был настолько приятным и спокойным, что разговор было решено закончить завтра: — Уже поздно. Пошли спать, — он вывел юношу из кухни. Тот уже хотел выбраться из объятий мужчины, чтобы уйти в свою комнату, но его остановили. — Если хочешь, сегодня можешь переночевать у меня. Мы оба сейчас на эмоциях, просто так не уснем. Питер знал, что спальное место Старка гораздо больше, и там спокойно поместятся двое, но сам факт сна в одной постели с любовью всей своей жизни выбивал весь воздух из легких. Но он смог сохранить невозмутимость и просто согласился. Они легли на разные части постели, которая, как и многое в этом доме было выточено из камня, но не в стене, а представляло собой ровный высокий прямоугольник, сильно напоминающий настоящую двуспальную кровать. Она, как и спальное место Питера, была хорошо застелена, поэтому жестко костям не было. Тони был так близко, что даже пользоваться Силой для того, чтобы убедиться, что он где-то рядом, не приходилось. Мужчина быстро уснул и тихо сопел, а Питер все вспоминал их объятия на кухне, украдкой смущенно улыбаясь. Он все же смог расслабиться и позволил голове отключиться. Старк резко открыл глаза от чьего-то кряхтения и тяжелого дыхания. Даже в темноте было несложно определить, кому они принадлежат. Питеру явно снился плохой сон, он метался по своей части кровати, сильно вспотел, что-то бормотал и, кажется, снова плакал. Тони на секунду растерялся, не зная, что лучше предпринять, но, когда парень закричал, сразу начал его будить. — Тони? — в панике позвал мужчину Питер. — Тони, ты здесь? — Да, я рядом. Что случилось? Что тебе приснилось? — спросил Старк, прижимая юношу к себе. — Тот день и Локи. Он кричал, что ты и Орден меня ненавидят, что я угроза и погибель, что ты считаешь меня чудовищем. Да, Старк помнил эти слова Лафейсона и попытался сейчас сделать все, чтобы доказать, что это все ложь. Он лег обратно, уложив Питера совсем рядом. — Я буду рядом. Попробуй успокоиться. Помни, что все то, что говорил Локи — неправда, — Тони почувствовал, как юноша сжал его футболку в отчаянии. С самого их побега они не говорили о темной стороне, о чувствительности парня к Силе, о том, навсегда ли он победил всепоглощающую тьму в себе в тот день. Кажется, они просто избегали проблемы, желали как можно скорее забыть обо всем случившимся и убедить себя, что сейчас все в порядке. Сон не приходил к обоим еще довольно долго. Тони заснул лишь к заре, а Питер, когда розовое солнце освещало уже добрую половину их жилища.

***

Парень потянулся после сна так сильно, что почувствовал хруст в правой лопатке и услышал тихий и теплый смех за спиной. Это был Тони, который принес ему кашу. На Арракисе ели много круп, им также удавалось разводить скот в наиболее благоприятных районах, где был достаточный уровень влажности. Поэтому молоко было дорогим, но только не в Арракине, самом большом городе планеты, от которого неподалеку были несколько ферм, пусть и в сравнении совсем маленьких. Старк, любивший молоко, плевался от этого продукта местного производства, но ничего поделать не мог. — Выспался? — спросил мужчина, присев на кровать и протянув Питеру косушку. — Да. Прости, если сильно потревожил ночью. Надо было все-таки спать у себя, — начал оправдываться парень и опустил взгляд на кашу, медленно помешивая ее ложкой. — Теперь ты после моей вчерашней детской истерики будешь постоянно извиняться и делать все, чтобы я не впадал в ярость? — усмехнулся Старк. — Твоя истерика не была детской. Тебе нужно было выговориться. Я не мог спокойно жить последнюю неделю, чувствуя, что тебя что-то тревожит. Теперь ты хоть улыбаешься, — Питер наконец посмотрел прямо Тони в глаза и сам улыбнулся. — Раз ты так рассуждаешь о моем вчерашнем поведении, то должен и осознавать, что я не виню тебя. Каюсь, меня и правда посещали такие мысли, когда я уходил в город один, но я всегда гнал их от себя. А после нашего вчерашнего разговора я понял, что без тебя не было бы никакой жизни. Ты был готов пожертвовать всем ради меня. Приспособиться к новой, далеко не самой худшей реальности — меньшее, что я могу сделать для тебя. Питер растрогался и, чтобы скрыть это, начал потихоньку есть. Слова Старка били по самому сердцу, даря приятную дрожь. — Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Я всегда этого хотел, пытался делать все, что понадобится. Но, видимо, сам все и разрушил. — Перечислить, сколько раз ты спасал мне жизнь? Я буду вечно тебе обязан, — спокойно и уверенно ответил Тони. — Ты ведь знаешь, что я делал это не из-за возможного твоего долга передо мной. О чувствах Питера они тоже ни разу не говорили за эти три недели. Юноша просто попытался убрать свою любовь в самый дальний угол и убедить себя, что их сложившаяся жизнь — то, о чем он мечтал. Чего он может еще просить? — Почему ты не говорил мне, что тебе сняться кошмары? — Тони решил резко перевести тему и, заметив искру обиды в глазах парня, уже успел дать себе мысленную пощечину. — Потому что раньше они мне не снились. Последний кошмар был в ту ночь, когда Совет решил арестовать Локи. Я не знаю, почему этой ночью… может, потому что вчера я вспомнил те самые слова, что все считают меня чудовищем. — Когда я кричал на тебя? — теперь поник уже Тони. — Не бери на свой счет. Тебе и правда нужно было выговориться. Ты никогда ничего мне не обещал. А я никогда ни на что не рассчитывал… — Питер грустно улыбнулся и начал подниматься с кровати. — Спасибо за завтрак. Я пойду помоюсь, весь липкий после ночного кошмара. Когда Паркер скрылся в другой комнате, Тони понял, что делает что-то неправильно, и почувствовал укол совести. Все это время он буквально не позволял себе думать о чувствах Питера, ведь тогда он может почувствовать влечение, раз теперь их ничего не останавливает и не разделяет. Парень мог кинуться в жерло вулкана на задании при необходимости, но в вопросах своих чувств он теряется, смущается, ему стоит таких усилий говорить об этом. Он все еще беспросветно влюблен, все еще готов на все ради счастья Тони. Старк повторил про себя, что теперь он может испытывать яркие чувства, что может дать себе волю и возможность ощутить влюбленность или страсть, может не беспокоиться о том, что это помешает ему при исполнении долга. «А может и правда попробовать?» Пока Питер мылся, Тони ходил по пространству под куполом, внутри него роились незнакомые ранее эмоции и ощущения. Теперь ему надо будет привыкать к такому яркому спектру. От таких острых чувств, простого предвкушения и волнения, грез мужчина уже был готов взорваться, в зрачках сверкали искры, а ноги подкашивались. А что же с ним будет при физическом контакте? Парень, наслаждаясь чистотой своего тела, направлялся на кухню, но, увидев какого-то потерянного и даже немного ошалевшего Тони, подошел к нему. — Все хорошо? — юноша аккуратно прикоснулся к руке Старка, желая обратить его внимание на себя. — Да! Да… я просто… — все слова вылетели из головы, но Тони попытался продолжить после небольшой заминки. — Прости меня, Пит. Я совершенно не знаю, как ты отреагируешь на это, но… поцелуй меня. Глаза парня расширились, брови нахмурились, язык заплетался. Он несколько раз прокручивал в голове последние слова мужчины, чтобы точно понять, что правильно все расслышал. — Тебя? Поцеловать? — Да. Я вел себя, как дурак. Все это время. До побега меня сковывали обязательства и долг, но эти три недели я лишь жалел себя, совершенно забыв о тебе. Не понимаю, как ты все еще можешь чувствовать что-то ко мне… Я хочу почувствовать твою любовь, хочу испытать то же самое, хочу узнать, что может толкать людей на подвиги. Ты мне так дорог, Пит. Я не пытаюсь воспользоваться твоими чувствами, ты не подумай, просто… Питер не дал Тони договорить, а все же выполнил его просьбу. Ведь в плане романтики и выражении эмоций мужчина пока не силен. Поцелуй не был долгим. Юноша ощутил, как руки Старка, которые он положил тому на скулы, начали чуть трястись. — Ты в порядке? — сам чуть ли не заикаясь, спросил Питер. — Да. Теперь я точно знаю, что хочу быть с тобой, Пит. А ты… И снова ему не дали договорить. Парень крепко сжал Тони в своих объятьях и снова поцеловал как умел. После этого дня они больше никогда не спали в отдельных комнатах.

***

Как только вопрос с их взаимными чувствами был благополучно решен, Тони начал активно расспрашивать Питера про его ощущения Силы, тьму и то, до сих пор ли он ощущает себя на темной стороне. — Я все еще чувствую Силу практически в каждой части Республики. Значит, я все еще темный. Но теперь у тьмы нет повода манипулировать мной. Я получил все, что только мог пожелать. Тогда, сидя в тюрьме, даже найдя какой-то баланс, я буквально ощущал тьму, но сейчас нет. Будто она стала естественной частью меня. Даже не знаю, кто я теперь. Старк внимательно смотрел на Питера, пытаясь прочувствовать его. Теперь они и правда стали самыми близкими людьми друг для друга. — Ты ничего не чувствовал во время нашего первого серьезного разговора на кухне? — серьезно спросил Тони. — В голове всплывали слова Локи, но я не терял рассудок, Дарт Спайдер даже не пытался пробудиться. А может это он умер тогда. После того, как я убил Локи, мне и правда казалось, что я умираю. Но ты спас меня, не дал упасть в бездну вместе с Дартом Спайдером, — с искренней благодарностью и любовью произнес Питер. Тони растрогался и крепко обнял парня. — Я никогда не задумывался над этим, но что в эмоциональном плане происходит с джедаями и ситхами, которых изгнали из Ордена? Они отрекаются от темной и светлой сторон? — Это не обязательное условие, но такое может произойти. Если после изгнания джедай или ситх все еще верен своим убеждениям и учениям, то он может остаться воином-одиночкой. Но может произойти и такое, что он полностью оставит свою прежнюю жизнь, откажется от использования Силы. — А кем ты чувствуешь себя, Тони? — спросил Питер, сжав руку своего мужчины. — Не знаю, Пит. Не думаю, что теперь я когда-нибудь возьму в руки световой меч. Я решил бежать вместе с тобой еще и по той причине, что Орден и Фьюри разочаровали меня: хотели убить безоружного и арестовать тебя. И все из-за страха, который завладел ими. Они так яростно доказывали, что ты опасен из-за своей любви, но в итоге поступили так же. Разве что кроме Стива и Наташи. Питер обнял Старка еще сильнее, когда они удобно устроились на кровати. — Я бы хотел еще раз увидеть их. Надо поблагодарить Наташу за спасение и извиниться перед Роджерсом как следует за то нападение. Но все же меня волнует, кто я теперь такой. Я видел и ощущал, на что способен, даже не перейдя полностью на темную сторону. Кто бы мог подумать, что обладатель такой мощи решит провести все свою жизнь в укромном месте на Арракисе, собирая влагу. — Возможно, ты просто стал собой. Темная сторона тебе к лицу, Питер, — сказал Тони, заправив пальцами одну из кудряшек юноши ему за ухо. — Главное, что опасности в виде Дарт Спайдера больше нет. Ты обуздал тьму бездны. Отсутствие приключений даже в далеком в будущем перестало тяготить обоих. Они решили, что их реальность — лучшее, что могло с ними случиться. Корабль полностью доразобрали, лишив себя даже призрачной возможности улететь с этой планеты. Но грусти по этому поводу никто, на удивление, не испытывал. Оставалось лишь продать последние детали. Теперь Питер тоже ходил в город. Надев свой черный плащ, чей капюшон скрывал практически все лицо и защищал о прямых солнечных лучей, они направились в Арракин. Старк уже знал тут всех проверенных торговцев, кому можно было сбывать запчасти. Сегодня они дошли до нужного места, одного из таверны, уже к глубокому закату. Гуманоид-мужчина хитро улыбнулся, увидев своего нового знакомого, и подозвал из к своему столу. — Неужели снова с товаром? Да ты все местные кладбища кораблей обошел за этот месяц! — воскликнул он, допивая свое пиво. Местные, чтобы найти более-менее работающие детали для продажи, обычно искали их на разрушенных кораблях. Вот только там ничего стоящего уже не осталось, но Тони послушно соглашался со словами торговца, чтобы не вызвать подозрений. — Сколько дашь за это? — мужчина сразу перешел к делу. Гуманоид задумчиво осмотрел мелкие детали и, кажется, даже удивился. — Ты прям сыщик, Старк! С тобой приятно иметь дело! — торговец вытащил из кармана внушительную пачку денег и отстегнул несколько купюр для своего поставщика и его спутника. — Вот! Даю сумму даже выше рыночной. Детали-то редкие и в хорошем состоянии. — С тобой тоже приятно иметь дело, Каен. До новых встреч, — Тони забрал деньги, кивнул головой в знак прощания и вышел из таверны, увлекая за собой и Питера. На улице уже сильно похолодало. Когда солнце исчезало за горизонтом, температура воздуха сразу же понижалась. Тони и Питер быстро шли по улицам Арракина, направляясь к выходу из города, накинув капюшоны. Неожиданно юноша услышал чей-то крик. Остальные прохожие тоже его слышали, но внимания не обратили. Грабежи и набеги преступных шаек здесь были обычным делом. Власть не особо заботилась этими вопросами. — Питер? — окликнул его Старк, когда парень направился на источник крика. Пятеро огромных бугаев окружили молодую девушку, стоящую за прилавком с фруктами, которые на Арракисе считались деликатесом. Один схватил ее за руку, дернув на себя. У Питера сработал рефлекс. Он сразу же снял с пояса световой меч, который тайком взял с собой. — Отпустите ее, — сказал он голосом, который в миг понизился. — Не связывайся с нами! — прокричал кто-то из них. Все вздрогнули, когда на них из-под черного капюшона в темноте городских улиц смотрели два золотых глаза. Питер активировал свой меч и бросился на воров, не обращая внимание на замешательство прохожих. Он двигался быстро, словно тень. Его положение можно было определить лишь по звуку светового меча, рассекавшего плоть преступников. Питер не собирался их жалеть. Через минуту те, кто были еще живы, лежали на земле и молили отпустить их, но юношу это совсем не тронуло. Их головы покатились по пыльным улицам. Парень заметил, что все горожане уставились на него, он с подозрением прошелся по ним взглядом и, снова скрыв свое лицо за капюшоном, ушел к Тони, наблюдавшему за всем этим со стороны. Питер снова почувствовал это: тепло и настоящий огонь внутри, ощущение власти и своей мощи. Ему было хорошо. А ощущение объекта своей любви рядом наполняло его сердце еще и нежностью. Он чувствовал, что полыхает от эмоций. Когда они вышли за пределы города, Питер притянул Старка к себе и страстно и глубоко поцеловав. Юноша хотел передать все свои чувства Тони, показать, что ощущает сам. Мужчина разомлел, почувствовав во рту чужой язык, по его коже струился жар, исходящий от Питера. Такой вспышки страсти между ними еще никогда не было. Их поцелуй был долгим, таким грязным и самозабвенным, что на их плащи стали капать слюни, только непонятно чьи. — Я так сильно хочу тебя, — прошептал Питер Старку на ухо, а тот обреченно застонал, ведь до дома их было еще идти и идти. Они добежали до своего жилища в рекордное время. Парень сразу пошел готовить себя. А Тони остался мучиться со своим стояком в спальне. Он любил всего Питера, каждую его часть, но темный Питер возбуждал его до помутнения в глазах. Член был уже настолько каменным, что болезненно ныл. Погружение в теплую дырочку юноши было подобно вознесению. Парень изворачивался на кровати, его глаза все еще блестели золотом, пресс так напрягся, что были видны все рельефы. Он был гибким и изворачивался так, чтобы чувствовать проникновение наиболее ярко. Ему нравились искры боли, смешанные с удовольствием, поэтому он всегда твердил Старку не тянуть. — Твою мать, Тони! Как же хорошо! — кричал Питер, когда мужчина вбивался в него. Сам Тони сохранял молчание и просто наслаждался стонами своего партнера, стараясь не терять темп. — Глубже! Трахни меня сильнее! Кто бы мог подумать, что в этом бы, казалось, невинном и самоотверженном юноше кроются такие черти? Первым кончил Питер, даже не прикоснувшись к себе, но оставив на своей же шее следы от ногтей, так ему было хорошо. Старк продолжил рывками входить в его слишком чувствительный после оргазма проход, заставляя парня буквально кряхтеть. Питер резко отпрянул назад, не выдержав остроту ощущений, и повалил Тони на спину, взобравшись на него сверху. Мужчина был уже близко к оргазму, поэтому Паркер сам насадился на его член. — Кончи для меня, любовь моя, — снова прошептал он на ухо Старку своим хриплым темным голосом. — Ты так прекрасен. Старк, закричав и почувствовав сильное головокружение, кончил внутрь юноши и поцеловал его раскрасневшиеся губы. Он, как часто бывает, заснул первым, крепко обняв Питера, который устроился под его боком. Последний пребывал в сладкой неге и полудреме, но в его голове все еще были мысли о том, кто он такой. Встав с кровати на следующее утро, Питер обнаружил, что его глаза все еще золотые, пусть и не такие яркие. Тьма окончательно поселилась в нем, но больше не собиралась губить и захватывать его разум. Кажется, юноша обрел контроль над этой частью себя и все благодаря принятию своих чувств и взаимной любви, возможности не прятаться ото всех. Когда изменившийся облик заметил Тони, то он улыбнулся и притянув парня к себе. Темный Питер не был полностью хорошим или плохим, добрым или злым, он был полностью гармоничным, живым и абсолютно прекрасным. Сам же Старк окончательно отпустил свое прошлое магистра и джедая, не держа обиды на Орден и Совет. Его жизнь не была скучной или унылой, как он сам опасался. Каждый из них был счастлив, с улыбкой на лице просыпался каждое утро и с приятной усталостью ложился спать. Орден и учение джедаев многое дали им в этой жизни: дом, второй шанс на лучшее будущее, в конце концов именно на этом жизненном этапе Тони и Питер встретили друг друга. Они с теплой ностальгией по вечерам вспоминали свои миссии, звонко смеясь от вновь пережитых эмоций, но вернуться в прошлое и что-то менять категорически не хотели. На деньги, вырученные от продажи корабля, они до конца обустроили свою мастерскую, где теперь могли работать, выполняя заказы пилотов. Их ферма по сбору влаги тоже работала и приносила постоянный, пусть и не самый большой доход. Иногда Питер начал выбираться на вечерние патрули в Арракин. Темная сторона требовала выплеска эмоций, поэтому юноша наказывал бандитов и воров. Тони сделал для него темную маску, которая закрывала его лицо до глаз и крепилась на затылок с помощью ремней. Глаза и волосы прятались под капюшоном, поэтому его так никто и не узнал. В один момент Старк тоже захотел вспомнить какого это — бить плохих парней, но брать в руки свой старый меч не хотел. Через Каена, торговца и контрабандиста, им удалось достать фокусирующий кристалл, который был частью механизма и придавал оружию цвет. Каен смог добыть лишь белый кристалл, и этот цвет идеально подходил под новый статус Тони. Такими мечами традиционно пользовались «серые» джедаи, которые не выбирали ни светлую, ни темную сторону. По городу стали ходить слухи о двух воинах с фиолетовым и белым мечами, которые спасали торговцев и шинковали преступников. Власти пока не знали, как к ним относиться, и нужно ли вообще искать их, ведь они приносили только пользу. Тони и Питер даже не знали, закончилась ли война или нет. Впервые какую-то информацию они услышали по радио, которое купили во время устройства мастерской. После смерти Локи джедаи смогли воспользоваться паникой и недоумением в рядах ситхов и разбили их, вытеснив из Республики. Ситхи захватывали и Арракис в самом начале войны, но улетели из этого мира, так как взяли отсюда все, что могли. Новым канцлером Республики стала Вирджиния Поттс. Старк знал ее лично, они пересекались несколько раз на заседаниях Сената. Эта женщина была очень умной и рассудительной. Сомнений в том, что она способна навести порядок в Республике, не было. От Ордена новостей не было. Так недели складывались в месяцы, а месяцы в годы. В таком темпе прошло целых пять лет. Тони и Питер продолжали жить в этом небольшом жилище с фермой по добыче влаги, хоть и накопили приличное состояние и могли купить целый дом в столице планеты. Но им было так комфортнее. Пусть сейчас они и имели возможность испытывать яркие и страстные эмоции, оба мужчины осознали, что их внутренний покой как никогда постоянен и устойчив. Они были темным и светлым защитниками Арракина, лучшими мастерами и техниками этого мира, самыми пылкими любовниками, которые нашли смысл жизни. Когда Питер, настраивая фильтры для сбора влаги на поверхности, заметил, что к ним приближается корабль явно из Каладана, он замер на месте. Вначале юноша испугался, но Сила подсказала ему, что бояться не надо было. Он широко улыбался, смотря, как Тони, словно маленький ребенок, бежал к своим друзьям, Наташе и Стиву, которые как-то все же смогли найти их и прилететь. Парень тоже почувствовал тепло объятий рыжеволосой женщины, объявившей, что они прилетели ненадолго, всего на пару часов, но пообещали рассказать всю историю, как им пришлось шифроваться от Совета, чтобы убедиться, что с легендами Ордена, которые отреклись от долга ради любви, все в порядке. Теперь в жизни Тони и Питера все было идеально.