Грабить и убивать не мешая окружающим

** — Спасибо. Я слышал, как он смеётся, — помассировав ногу, произнес Рик. — Я уже и забыл, когда слышал этот звук. И спасибо, что нашла его. Не представляю, что бы он без тебя делал. — Боюсь, Рик, ты меня переоцениваешь. Когда я набрела на него, это мне нужна была помощь, а не ему. — Мишон ухмыльнулась и покачала головой. — А уж, какую вкуснятину он приготовил на той крыше, пальчики оближешь. Я и не знала, что он умеет готовить, тем более на костре. — Ну, — пожал плечами Рик и, поморщившись, потянулся к ране на боку. — Слушай, можно я, наконец, вытащу эту пластмассину из своей раны? — Не вздумай! — перехватив руку Рика, испугано вскрикнула девушка. — Карл сказал, что не знает, как правильно долечивают людей после операций. А еще он попросил меня проследить, чтобы ты не выдрал дренаж раньше времени. — Карл? — демонстративно убрав руки от раны, удивился Рик. — Причем тут Карл? — Это же он тебя оперировал, и раз ты еще не умер в муках, значит, он знал что делал. — Прости, что? — изумленно вскинул голову мужчина. — А разве это не ты… — Нет-нет, ты что, — смутилась Мишон. — Я живого человека разве что до смерти замучать могу, да и то в приступе безумия. Нет. Тебя сын зашивал. А я так, на вроде сиделки. Ты что не помнишь ничего? — Нет… — неуверенно ответил Рик. — Помню только, что стрелял в кого-то и, как ты надо мною склонилась и не давала встать. — Было такое, — кивнула девушка и, обнаружив, что обсуждаемый мальчишка спустился по лестнице и направляется в их сторону, отшагнула в сторону, освободив дверной проем кухни. — Карл, ты как насчет завтрака? — Обеими руками за, — жизнерадостно ответил ребенок и, зайдя в помещение, с недоумением посмотрел на стол. — Это что еще за hueta? — Что-что? — с недоумением переспросила Мишон, услышав незнакомое, явно не английское слово. — Не знаю, что такое hueta, а это хлопья. Неужели не узнал? Все дети в Америке любят хлопья с молоком на завтрак. — Вот только боевого ponosa нам для полного счастья и не хватало, — опять использовав незнакомое слово в своей речи, с сомнением на лице ответил Карл. Он взял немного сухих хлопьев и осторожно их пожевал. — И много у нас этого? — Семьдесят пять унций, — махнув рукой в сторону невскрытых пакетов с хлопьями, ответила девушка. — А что не так? — А сколько это в килограммах будет? — не ответив на вопрос, спросил мальчишка, и увидев, что собеседница затрудняется с ответом, подошел к пакетам и взял их в руки. — Килограмма два… Плюс-минус. — Карл? — вопросительно протянула девушка. — А? — вынырнув из задумчивости, мальчишка удивленно посмотрел на взрослых. — Только не говорите мне, что никто из вас не умеет готовить. ** Пистолет Рика, Кольт Питон, оказался очень броской и понтовой машинкой. Это был хромированный, довольно увесистый с несуразно длинным стволом револьвер. Я думал, что это у него трофей такой, а оказалось, нет, он с ним до всей этой истории с зомби, работал. Оказывается Рик помощник шерифа, лейтенант, если переводить на наши деньги. И тут мне сразу вспомнился тот самый анекдот про сержанта и генерала. Мда. Давненько лейтенанты не указывали мне, что делать. Я с большим трудом смог скрыть свою растерянность и изобразить обычную для подростка реакцию. Я уже и забыл, что означает быть ребенком. Это же каждый взрослый на полном серьезе считает, что имеет право шпынять тебя и вешать на уши лапшу своего собственного производства. И да, я все понимаю и не принимаю близко к сердцу, но нет-нет да царапает. Приняв от здешнего отца этот монструозный револьвер, я с грехом пополам пристроил его за поясом и, не сдержавшись, фыркнул, когда мне по десятому кругу попытались рассказать, что надо быть осторожнее. Досчитав до десяти, я выдохнул и, улыбнувшись, заявил, что все понял и буду очень стараться. Спровадив раненого в постельку, я на всякий случай загородил дверь снаружи и, поразмыслив, при активной помощи Мишон натянул бечевку, на которую нацепил разнообразный хлам. Консервных банок у нас было не так много и все они были ещё целые, поэтому и пришлось городить эту окопную сигнализацию таким вот образом. Убедившись, что все подходы к дому перекрыты, я более-менее успокоился и смог, наконец, оставить безоружного человека в этом доме. Ну, а дальше начались уже знакомые действия. Правда, в этот раз я был не один, а в компании с девушкой, поэтому разграбление оставшихся домов в этом небольшом поселении началось в непринужденной дружественной обстановке. В первом же здании, в которое мы вошли, я обнаружил, что тут явно проживала семья с ребенком примерно моего возраста. Счастливо улыбаясь, я выгреб всю одежду, которую нашел в комнате с игрушками. До тех пор, пока я не получу доступ к стиральной машине, любой, кто скажет мне про то, что и одного комплекта одежды достаточно для выживания в мире пост апокалипсиса, того я просто пристрелю, невзирая на последствия. — Эй-эй, мальчишка, ты чего это тут устроил? — обалдела моя напарница, когда я без стеснения скинул с себя пропахшие потом шмотки, и принялся облачаться в свежее бельё. — Ты бы хоть предупреждал что ли, нудист недоделанный. Проигнорировав слова Мишон, я сложил снятые вещи в кучку и втолкнул в горловину ранца, где они благополучно и канули, провалившись в кольцо пробойника. — Слушай, Карл, не хотелось бы влезать не в свое дело, — с сомнением в голосе произнесла девушка, — но, черт тебя побери, у тебя сумка волшебная что ли? — Нет, она просто вместительная, — индифферентно ответил я, закинув ранец на плечо. — Ну как тебе сказать, — с сомнением в голосе протянула моя напарница. Она с каким-то странным выражением на лице посмотрела по сторонам и вновь уставилась на меня. — Ах, вот оно что. А мантию ты почему не забрал? Вскинув бровки, изобразил лицом непонимание и был утащен напарницей в соседнюю комнату, где обнаружил кресло, на спинке которого висела черная ткань. Мишон подтолкнула меня к ней и добавила трагическим шепотом: — Вот. Судя по выражению лица, девушка придавала этой тряпке какое-то особое значение. Хмыкнув, я подошел ближе и потянул ткань на себя. Но не успел я снять эту штуку полностью, как мне под ноги что-то упало с характерным таким звяком. Посмотрев под ноги, я обнаружил что-то вроде указки, только очень небольшой, размерами раза в два длиннее карандаша. А рядом с этой странной указкой лежало симпатичное выполненное в старинном стиле, словно бы на пергаменте, письмо. Еще раз, покосившись на Мишон, я убедился, что девушка находится в каком-то неадекватном состоянии. Подняв с пола упавшие предметы я положил их на ближайший стол и внимательно осмотрел. Всего предметов было три. Первым оказалась деревянная указка, которая выпала из футляра. Вторым предметом была ткань, которая оказалась и не тканью вовсе, а чем-то вроде накидки. Ну и третьим предметом было письмо. Понукаемый жестами Мишон я вскрыл конверт и с недоумением прочел его содержимое. — А, понял, это реквизит к какой-то пьесе, — догадался я. — Че это сразу реквизит?! — возмущенно прошипела девушка. — Дай сюда! Выхватив письмо, моя напарница развернула его подрагивающими пальцами и с восторженным выражением на лице вчиталась. — Так значит, они существуют, — с придыханием заявила она. — Существуют кто? — на всякий случай переспросил я. — Маги. — То есть ты считаешь, что это все взаправду? — уточнил я. — Да. — Ну, если это все, в самом деле, правда, тогда Америка все еще является колонией Великобритании. Обнаружив тягостное недопонимание на лице напарницы, я тяжело вздохнул и забрал у нее письмо.       ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»       Директор: Альбус Дамблдор       (Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный,       чародей, Президент Международной конфедерации магов)       Дорогой мистер Уайт!       Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место       в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста,       ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком       необходимых книг и предметов.       Занятия начинаются 1 сентября. Ждём вашу сову не позднее 31 июля.       Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора! Пробежав взглядом по первому листку сообщения еще раз, я перевернул его и продемонстрировал Мишон обратный адрес, где зеленым по серому было написано про Великобританию, а точнее про её составную часть — Шотландию. — Это не довод, — затрясла головой девушка. — Ты лучше возьми палочку, взмахни ей и скажи — Люмос. С ощущением, что попал в дурдом к психам, я подчинился требованиям перевозбужденной Мишон и, изобразив кончиком требуемый от меня жест, четко произнес то, что меня просили. Секунда… вторая… третья… и ничего не произошло. — Ну, может ты просто не волшебник, — предположила девушка и выхватила у меня палочку из рук. Она сосредоточенно крутанула ее в пальцах и с надеждой в голосе произнесла: — Люмос. Постояв в тишине примерно минуту, я задумчиво хмыкнул и произнес успокаивающим тоном: — Мишон, я понимаю, что одиннадцатилетний пацан не лучшая замена психиатра, но я честное слово готов выслушать тебя и даже обеспечить алкоголем, если потребуется. — Думаешь, я сошла с ума? — напряженным голосом спросила она меня. — Чтобы сойти с ума в медицинском смысле этого слова, надо серьезно постараться. Я думаю, тебе просто нужно место, где можно спокойно отдохнуть, где ты не будешь ежесекундно ожидать, что тебе на голову свалится очередной ходячий покойник. — Значит, считаешь, — сделала вывод девушка. — Но ведь сумка-то у тебя, в самом деле, безразмерная?! — Ну да, безразмерная, — кивнул я, пытаясь понять, что пытается до меня донести эта взволнованная шоколадка. — И что тут такого? Мишон зашипела как проткнутое колесо и оббежала вокруг меня по кругу. — Да ты надо мной издеваешься, — пробормотала она. — Ты ведь эту сумку здесь взял, да? Посмотрев на разложенные вещи и затем, окинув возбужденную девушку взглядом, до меня, наконец, дошло, что мне пытались сказать. — Нет, сумку я сделал сам, — вздохнул я. — И вообще, сказочная магия не существует. — Статут секретности, — «понимающе» закивала она. — Не беспокойся, я никому не расскажу. — Ну… типа… спасибо, — не очень уютно чувствуя себя под восторженным взглядом девушки, пробормотал я. И как только я закончил говорить, довольно сильные руки Мишон прижали мою пухнущую от происходящего голову к ее почти отсутствующей груди. И не успел я ничего предпринять, как на меня насильно напялили эту самую черную тряпку, всунули указку в руки и поцеловали в лобик. — Кто бы мог подумать, она существует, — пробормотала Мишон и с улыбкой на лице буквально выбежала из комнаты. Из коридора донеслись ее удаляющиеся шаги и голос: — Я пока другие комнаты проверю, не буду тебе мешать. Проведя пальцами по накидке, я был вынужден признать, что материя очень даже хорошая. Учитывая, что сегодня довольно пасмурно, можно, наверное, пока и в этой штуке походить. Авось черненькую расклинит. Опустив взгляд, я с недоумением покрутил палочку в руках. Я не решился бросить ее здесь. А ну как для Мишон это что-то важное? Не зря же она так странно отреагировала. Вложив палочку в предназначенную для нее коробочку, я закинул ее вместе с письмом к остальным вещам. Закончив досмотр в верхних комнатах, я спустился вниз и обнаружил набивающую провиантом сумку напарницу. Судя по объему пакетов, ей посчастливилось наткнуться на серьезные запасы. — О, гриффиндорец, и ты здесь, — подмигнула девушка мне. — Представляешь, я нашла растворимые сливки. Ты бы знал, как же иной раз хочется молока. — Угу, — кивнул я и набравшись смелости спросил: — Слушай, а про что ты вообще сейчас говорила, что это за Хогвартс такой? — О, мой таинственный друг, — вскинув палец вверх, улыбнулась Мишон. — Неужели ты не слышал знаменитую историю про Гарри Поттера? Мальчика-который-выжил? — Ну… как бы… мне доводилось видеть многих детей, которые выжили, — был вынужден признать я. — Но про этого самого Портера слышу впервые. — Не Портера, а Поттера, — возмутилась Мишон. — Это же, блин, классика английской литературы. — Так то английской, а мы, типа, в Америке, уж снизойди, пожалуйста. — Ну что с тобой будешь делать? — вздохнула девушка и указала пальцем мне за спину. — Я там стойку для книг в гостиной видела, там есть. Она так и называется. Потоптавшись на месте, понял, что мне больше ничего не скажут. Хмыкнув, направил свои стопы в указанное место, и после минуты поисков стал обладателем явно детской книжки. С сомнением полюбовавшись обложкой, я неторопливо открыл ее и, пролистав пару страниц, всмотрелся в выходные данные. Как я и ожидал, книжка оказалась художественной. Повертев томик в руках, отложил его отдельно и чтобы два раза не переделывать, ссыпал остальные книги, которые здесь были, в горловину своей сумки. В конце концов, кто этих психов знает, может найденные нами предметы, в самом деле, что-то значат и это никакой не розыгрыш. Ну, а если это все-таки розыгрыш, то всю эту макулатуру мы всегда сможем испустить по назначению. Листочки в книгах мягкие, можно и огонь разжечь и в туалет сходить. С такими мыслями я пошел обратно, но был перехвачен на полпути взволнованной Мишон. — Карл, беда, какие-то люди ворвались в дом, в котором остался Рик. — Блин. Да что за день-то сегодня такой?!