Ошибки прошлого

Все тот же вечер и беседа семьи Скарлеттов. После разговоров о своих же детях в комнате провисла тишина. Вечерний ужин был уже доеден, а напитки допиты. Вдруг эту тишину прервала Меселина, но и она только забрала всю посуду с подносом в кухню и ушла. Было видно, что тема о детях задевала каждого. Как и требуется, в светской семье о проблемах никто не говорит. — Амелия, а какая она? Я давно не видела племянницу, — слегка скривив лицо на этом слове, промолвила Андреа. Все, кто сидели в комнате, посмотрели на девушку. Астория улыбнулась сестре. — Она внешностью пошла вся в Уила, — ответила Астория и посмотрела на мужа. Он ухмыльнулся ей в ответ. — У неё темно-каштановые волосы — проводя по своим более светлым волосам, чем те что у дочери, ответила Астория — и светло зелёные глаза. Скажем так, у неё холодная и сдержанная внешность. Она довольно симпатичная, — продолжила старшая сестра, немного улыбнулась и увела взгляд в сторону. Андреа улыбнулась на слова сестры. Очень мило слышать то, как мать отзывается о своем любимом ребенке, считает девушка. Увы, как и в любой другой семье, всё не может быть так гладко. Чем же отличается судьба Астория от её сестры? В основном, только тем, что все скандалы Андреа были вынесены на показ, а все переживание и боль Астории всегда скрывались у неё внутри, как и отношения с мужем и дочкой.

***

Воспоминания. В последнее время в семье Скарлетт не все так гладко, а в ообености всё пошло на перекосяк после открытия тайны Андреа и настоящего происхождения Артура. После этого всего брак Оливера с Андреа полностью распался. Чтобы одна из дочерей самого влиятельного вампира была не замужем, да, ещё и с ребёнком на руках? Так не должно было быть. Точнее, это считалось бы очень плохо и даже унизительно и очень сильно бы повлияло на репутацию Августа. Поэтому главе семейства пришлось согласиться на брак дочери с оборотнем. Через год в жизнь семьи Скарлетт влился Жерар. Он и Андреа сыграли свадьбу, что не могло не радовать девушку, хоть её состояние и желало лучшего. Жерар отдавал всю свою любовь своей супруге, дабы поднять её на ноги после всех её бед. Маленький Артур первое время не воспринимал Жерара как отца, но после уже привязался к нему, ведь Андреа так и не могла дарить ему тепло и любовь, а Жерар мог. Через некоторое время, а точнее в 1952 году, дом семьи Скарлетт покинула старшая дочь Астория со своим мужем Уильямом. Ей было сложно объяснить своё решение, а в семье отношения дали трещину из-за довольно масштабной ссоры и поэтому не выдержав такого напряжения они уехали из особняка. Август явно был не доволен поступком своей дочери, но понимал что сделать ничего уже не сможет. Аннет как и всегда поддержала поступок племянницы, но вот кто действительно возненавидил решение сестры так это Андреа. Для неё это стало больше, чем предательство. С сестрой они были всегда вместе, даже в самые трудные моменты жизни, а тут она вдруг решает её покинуть, когда вроде бы жизнь начинала налаживаться. Через время семью Скарлетт одарила очень приятная новость. Когда Астория приехала на один из семейных вечеров в родной дом, девушка рассказала всем очень радостную и приятную новость — у них с Уильямом в скором времени будет ребенок. Астория не любила Уила, но уважала его и он уважал и ценил её, поэтому брак не был для неё таким тяжёлым, как первый брак её младшей сестры. У Августа блестели глаза, ведь наконец-то дочь, которую он так «любил», сможет подарить ему настоящего наследника, который продолжит их семейный бизнес. Такого же мнения придерживался и Уильям. Ну, а Аннет просто была рада за свою племянницу и то, что она будет счастлива с маленькими ребёнком. Жерар поздравил Асторию с Уильямом, не смотря на призрение со стороны Уила к нему. Лишь Андреа молчала, для неё желать рождения ребёнка это не понятное чувство и поздравлять сестру было не с чем. Через год семью Скарлетт пополнил ещё один прекрасный член семьи. Это была девочка, маленькая и милая девочка, которую назвали Амелия. Август явно был расстроен таким исходом действий. Он ожидал, что продолжить его бизнес должен был мужчина, но передавать бизнес мужу старшей дочери он не хотел. Изначально он передал его своему первому ребенку — Астории и ждал, что после неё управлением бизнеса займётся её сын. Но увы, его планы не сбылись. Астория с Уильямом дружно жили отдельно от особняка вместе со своим ребенком, изредка приезжая домой по праздникам. Андреа с Жераром и Артуром жили в особняке, также как и Аннет с Августом. Все тихо и мирно. 15 сентября 1961 год. Вот наступил праздник на который решила собраться вся семья: Астория с Уильямом и пятилетней Амелией, Андреа с Жераром и уже подросшим одинадцетелетним Арутром, Август и Аннет — именинница этого вчера. Как следует за этикетом, возраст дамы не прилично знать, но можно сказать с уверенностью Аннет уже давно за пол сотни лет. С самого утра прислуга трудилась к празднику, подготавливая блюда в столовой к приходу гостей. Аннет очень любила путешествовать и поэтому один её рейс препадал на её день рождения. Так что, со своей поездки она сразу же приедет домой к празднику и семейному сюрпризу. Август как раз выехал на машине, чтобы забрать Аннет с поезда, а Андреа с Жераром ожидали прихода другой супружеской пары. Через пол часа они уже были в особняке. Астория с Уильямом спокойно зашли в дом, в коридоре которого их уже ждали. Пары встретились взглядами. Астория, как и всегда, натянула свою фальшивую улыбку, хотя глаза выдавали, что всё в её жизни не столь радостно и подошла к сестре и её мужу. Девушка молча обняла сестру, не охотно Андреа ответила на её жест. — Здравствуй, — проговорила Астория, но её младшая сестра лишь кивнула. В коридоре уже переобувшись стояли Уильям с Амелией, держащей отца за руку. Мужчина, как и полагается, кивнул всем присутствующим в знак приветствия. — И тебе здравствуй, Уильям, — осмотрев вампира, проговорил Жеррар. Девушки после объятий переглянулись между собой и своими семьями. Артур, который тихо стоял возле Жерара, вдруг заговорил. Мальчик был очень похож на своего отца. У него так и блестели его тёмно-зелёные глаза, а тёмно русые волосы и чуть-чуть смуглая кожа очень виделялась на фоне слегка светлых вампиров. — Ты же Амелия? Мальчик окинул взглядом маленькую девочку, стоящую возле Уильяма, а она не охотно кивнула в ответ. Артур подошёл к ней ближе. — Я Артур — твой двоюродный брат. Ты очень подросла с нашей последней встречи, — проятнув руку к девочке, промолвил мальчишка. Амелия косо глянула на руку брата, но в скоре протянула руку в ответ. Как не удивительно, но что-то схожее во внешности брата и сестры было. Амелия смотрела своими большими светло-зелёными глазами, а на её голове красовалась красиво заплетенная прическа из тёмно-каштановых волос. Девочка тоже перенял многие черты внешности от отца. Как пологается джентльмену, Артур легко поцеловал её в руку. Взорослые с трудом сдерживали свой смех от всего происходящего. — Как я посмотрю, ты настоящий джентльмен, — промолвила Астория, глядя на мальчика. Он вальяжно повернулся к ней, держа одну руку за спиной. — Конечно, тётушка, любой мужчина должен уметь ухаживать за дамой. Теперь Астория не сдерживала свой смех, лишь прикрыв рот рукой. За ней повторили и все остальные взрослые, только Артур с Амелией не понимали что не так. — Что ж проходите, тётя Аннет с отцом должны скоро приехать, — показывая на столовую, сказала Андреа. Все сразу же обратили на это внимание и двинулись в сторону комнаты. Амелия уже была раньше в особняке, но она не очень привыкла бывать здесь и чувствовала себя здесь как у гостей, поэтому сторонилась всего. Астория остановилась на дороге в столовую и подошла к своей дочери. Она протянула ей свою руку, чтобы та взялась за неё и они вместе пошли. Амелия, надув щеки, легонько ударила мать по руке и пошла сама. Астория лишь провела дочь неодобрительным взяглядом и последовала за ней и мужем. Зайдя в столовую, гостей дома встретил большой стол со всеми вкусностями и угощениями на будущий совместный обед. — Ого, прислуга постаралась на славу в этот раз, — осмотрев стол, промолвил Уильям. Дети также с большими глазами осматривали стол, ищя что-то вкусное для себя. Увы, на столе пока что стояли только первые и вторые блюда. Пока за стол могли сесть только дети, ведь как полагается все остальные должны дожидаться приезда самой именинницы. Где-то ещё через пол часа коротких бесед на разную тематику между семьями, они услышали что в особняк кто-то зашёл. Все они явно понимали, кто это был и всей группой направились в коридор. С громкими поздравлегиями они встретили Аннет. Дети от переполняющих их веселых эмоций просто напали на имениницу с объятьями, чтобы тоже выразить свой чутсва и любовь. Аннет было ужасно рада видеть всех, а в особенности детей, а также вместе своих любимых племянниц. Дав женщине передохнуть и разобраться с вещами, все они дружно пошли в гостиную, в которой Аннет ждали ее же подарки. В целом её поздравляла только семья, так что подарки можно было посчитать по пальцах. Первым шёл большой портрет тёти в синем платье в тёмных тонах комнаты, что очень хорошо подчеркивало её черты лица. Вторым выступило дорогое изумрудное ожерелье, что в целом подходило любой красивой женщине, п под это ожерелье очень хорошо подходил и третий подарок Аннет. Это была её именная шкатулка, в которую она могла сложить очень много различных украшений. Ну, а также рисунками Аннет поздравили и дети. В целом тётушке понравились все её подарки, так что теперь можно было приступать и к праздничному банкету. Все дружно и по семейному сели за стол. Аннет сразу же начала свои рассказы со своей поездки. Конечно, они были не такими уж захватымыми, как те, когда она ехала в страну с другим минталететом, но в всп же она нашла себе приключения, как и всегда. Дальше разворы перешли к каждому члену семьи. Август рассказывал о своих делах и достижениях по работе, обсуждая это с Уильямом. После разговор перешёл к вопросам по типу — как у кого дела и какие есть у кого новости. Сначала Астория с Уильямом расказывали о Амелии, а после о том, как они скучали за всеми родными. После их подхватил и Жерар, лишь Андреа молчала и не лезла в разговор, сидя тихо за столом. Это очень странное поведение для неё, но оно стало довольно частым из-за её стресса. Плавно речь перешла на тему детей и решив, что хватит молчать в разговор влез Артур, который до этого тихо сидел за столом. — Мне бы тоже хотелось заниматься чем-то ещё, помимо учебы, — сказал мальчик и все взрослые обратили на него внимание. — Что ж, и куда бы ты хотел ходить? — спросил у него Уильям. Мальчик хотел уже ответить, но его перебил дедушка. — Стрельба или же какой-то спорт? Было видно, что после слов мужчины мальчик больше не хотел говорит то, что он думал и опустив глаза на стол, замочал. Жерар аккуратно положил руку на плечо сыну. — Артур хотел заниматься пением, — сказал Жерар. Его сын сразу же посмотрел на него с глазами полными радости от того, что хотя бы отец поддерживает его. Лишь Август с Уильямом не довольно переглянулись между собой. — Это же не мужское дело — заниматься пением, — серьёзным тоном произнес Август. Мальчик сразу же обратил внимание на дедушку. — Ну, я бы ещё хотел заниматься вышивкой, как мама, — сказал мальчик, смотря на Андреа и ища в её глазах и действиях хоть каплю поддержки, но опустив приборы, она безэмоционально взглянула на него. — Отец прав, это не мужское дело, тебе лучше им не заниматься. — Но ты же тоже… Хотел что-то добавить Артур, но понял что его слова слушать никто не хочет и воспринимать их всерьёз тем более. — А как проходит твоя учеба? Все ли тебе по ней понятно? — спросила Астория у своего племянника Он сразу же перевел на неё взягяд и замолк на пару минут, думая над ответом. — Да все хорошо, но у меня есть небольшие проблемки с историей и математикой, — почесав затылок, ответил мальчик. Как-будто признавая, что это ужасно стыдно и позорно. Астория улыбнулась в ответ. — Если хочешь, я могу помочь тебе. Мне действительно не сложно и мне бы хотелось позаниматься с тобой. Артур радостно закивал на предложение тёти. Ему было приятно слышать, что не только бабушка из женской части семьи приделяет ему внимание. Материнское внимание. После приема пищи, беседы продолжились. Дети заскучали и лишь сидели, наблюдая за взрослыми. От безделия Амелия ковыряла вилкой еду, которую уже не хотела есть, в своей тарелке, вдруг её вилка упала на пол. От звука падающего серебра все взрослые сразу же глянули на неё. Сидевшая рядом Астория лишь улыбнулась дочери и подняв вилку с пола, положила её на стол. Амелия сама слегка запачкалась и, взяв салфетку Астория, вытерла рязную часть щеки дочери, на что девочка скривилась и отпрянула от матери. — Зачем ты это делаешь?! Я итак чистая — угрюмо говорила Амелия, сама протирая свои щеки — Это обязательно было делать? Тон малького ребенка звучал ужасно грубым, тем более от такого безобидного действия. — Я ведь просто помогла тебе, — немного грустно и удивлённо сказала старшая дочь Августа, но она уже, на самом деле, привыкла к такому поведению дочери. Девочка не довольно посмотрела на мать. — Тебя никто не просил, — ответила Амелия на слова Астории. Все сидящие за столом пришли в лёгкий шок от такого поведения от маленького ребенка. — Амелия, так нельзя говорить с матерью, — грозно произнёс Уил. Астория также покачала головой, ей и самой не были приятны слова дочери. — Да, Амелия, пожалуйста, будь добра, так больше не говори со мной, — попросила Астория, но девочка недовольно глянула на родителей и неохотно извинилась. Дальше развор и обед пошёл по своему пути, как-будто этого инцидента и не было. Где-то через часик взрослые решили передохнуть от еды и бесед и некоторые вышли покурить на улицу, а другие остались дома, но уже не сидели, а медленно обходили дом и разговаривали при этом. Детей, чтобы не напрягать их своей рутиной, решили отправить в зал, чтобы перед сладким они тоже могли развеяться и отдохнуть. Амелию оставили с её игрушками, которые остались в особняке, а Артуру пришлось остаться и смотреть за сестрой. Как бы ему не хотелось побыть со взрослыми. Вот он и наблюдал, сидя на диване, как играет Амелия. Пару раз к ним приходили и проверяли, как они и в один раз им вынесли большую стопку бумаги с красками. Тут и Артур подключился к сестре, ведь его всегда клонит к художеству, будь-то любое его проявление. Так они вмести сели за диваный столик и начали рисовать. Самым банальным было нарисовать семью, особенно на это празднике, так и поступил Артур, начиная рисовать. Через пару минут, когда он смог кое-как нарисовать себя, маму и отца, он посмотрел на рисунок сестры. У нее же вышла трава с голубым небом и большим жёлтым солнцем, хоть она ещё ребенок выходило у неё не плохо. Скорее всего, это передалось ей от матери, которая очень любит рисовать. — Красиво, — сказал Артур, глядя на рисунок сестры. Она ненадолго подняла на него глаза и снова опустила их на рисунок. — Знаю, спасибо, — сказала девочка и продолжила своё занятие. Артур глянул на свой и, взяв его за концы, поднял его вверх. — А это мой. Амелия пару секунд молчала, а после подняла свою голову на бумагу с рисунком Артура. — Красиво, это ты и тётя с дядей? — Да, — улыбаясь ответил Артур и опустил рисунок. Увы, пока он не мог продолжить его, потому что правая часть ещё не высохла, а рисовать остальных членов семьи на бумаге, когда ты правша очень не удобно и всё может размазаться. Поэтому он оставил своё рисование и наблюдал за сестрой. — А почему ты не нарисовала свою маму и папу? — оперешвись головой о руки, спросил Артур. Амелия провела кистью по бумаге и глянула на брата. — Не хочу, — сказала девочка, словно отрезала, но Артур не отступал и продолжил задавать вопросы. — Почему? У тебя очень хорошая семья. Амелия снова бросила попытки рисовать и вновь взглянула на брата. — Спасибо, у тебя тоже. Только вот твоя мама какая-то строгая и странная, — сказала девочка Артуру. Было видно, что его это задело. — Да… — грустно проговорил он, почти себе под нос, но в миг сразу улыбнулся. — А у тебя очень хорошая мама, тётя всегда радостная и веселая, — с улыбкой на лице сказал Артур. Будто говоря прям о своей маме. Амелия лишь скривилась и закатила глаза. — Ну да, может быть, но это меня и раздражает. — Что? Почему? — удивлённо спросил Артур, ровно сев за стол. Амелия пожала плечами на этот вопрос. — Она постоянно возиться со мной, будто у неё нет других дел. Все время меня поправляет, лишний раз заботиться. Бесит, — нахмурив брови, ответила Амелия брату. Артур был удивлен ответом девочки. — Но ведь есть дети без этой заботы, — скакой то долей грусти сказал мальчик. Будто говоря о каких-то других детях, но в душе он знал, что сам очень подходит под эти слова. — Ну и что, мне всё равно на них, — надув губки, проговорила Амелия. Артур же совсем не понимал сестру и её слова о матери, но чтобы не продолжать дальше он аккуратно увильнул от темы, что кстати Амелия сразу восприняла и так дети продолжили свою работу.

***

Воспоминания, 1963 год., весна (Амелии 7 лет) Утро. Голубое небо полностью укрыто пушистыми облаками и очень ярко светит солнце. Астория и её дочь сидят на небольшом, но удобном, диванчике в светлой и уютной комнате. Эта комната является чем-то по типу класса и она заполнена множеством интересных вещей. На стенах висят различные карты, также здесь есть очень большой книжный шкаф, в котором полно книг, атласов и даже несколько древних рукописей, привезённых из-за границы, на любой вкус. В комнате стоят много растений, которые очень приятно пахнут. Сейчас миссис Эванс, старшая дочь Августа ван Скарлетта, рассказывает своей дочери об истории и происхождении многих элтри. — Мы — элтри, мы эволюционировавшие люди и, на самом деле, не сильно отличаемся от них. Да, некоторые из нас умеют превращаться в животных и этот класс называется «оборотни». Кто-то владеет магией, а кто-то может менять себя как угодно. Единственное, что отличает нас от людей это наличие одного сосуда, в котором и содержится, так называемая, «магия». Таких как мы с тобой, люди, которые не являются элтри, называют «вампирами» и они думают: что мы это умершие люди, что мы пьём кровь, убиваем других людей, можем спокойно существовать только ночью, а днём наша кожа начинает «гореть» и мы можем умереть. Это всё не правда: да, некоторым из нас нужна кровь для подпитки, но это только некоторыми. Мы не умершие, как ты и сама можешь заметить и мы можем спокойно существовать днём. Да, днём наши силы намного слабее, чем ночью, но это не отменяет того факта, что мы всё равно живы. Также наш класс «вампиров» является бессмертным и стареем мы намного дольше, чем люди. А вот к примеру, оборотни ближе к обычным людям — у оборотней крепче здоровье и иммунитет, но они не бессмертны. Но всё равно и «вампиров» можно убить. Мы можем умереть и от серьёзной болезни и от тяжёлых ранений, хоть у нас и есть сильная регенерация, она помогает не во всех случаях. Мы не можем умереть только от старости, вот и всё. Ещё очень интересный пример — суккубы. Они очень похожи на вампиров, но они умеют влиять на эмоции и сны и их сила не зависит от дня или ночи. Влиять они, конечно, могут не на всех. Они не могут влиять на людей и элтри, которые умеют «закрывать» своё сознание от них. Есть ещё гоблины, они так вообще отличаются ещё и цветом кожи, но опять же это из-за сосуда. Гоблины могут научиться владеть магией, но они не бессмертны. Почти все элтри могут овладеть магией, но это нелегко и тратит очень много энергии, только со временем можно научиться контролировать её, не принося себе вред. Так можно ещё долго говорить про разные классы, но я думаю, пока что хватит. Есть ещё вопросы? — закончив рассказ, спросила Астория у Амелии и улыбнулась ей. — Да есть, то есть, все элтри отличаются от «обычных» людей одним лишь сосудом? — удивлённо и скептично спросила девочка. Она, как обычно, выглядела серьёзно, с идеально ровной осанкой, а руки сложила на груди. Хоть она и была ещё ребёнком, в её уже глазах читался холод и отстранённость, который так пыталась побороть её мама. — Да, всего лишь одним сосудом. — Мы отличаемся только из-за сосуда, но мы все равно лучше. «Вампиры» лучше не только обычных людей, но и оборотней, гоблинов и всех остальных. Плюс нас намного больше. Если вампиры захотят, они могут захватить всю власть. Это так неприятно, что нами управляют обычные люди, когда у них даже никаких сил нет и живут они мало. Девочка не успела договорить, потому что Астория перебила её. — Хватит, остановись. Да, я тоже считаю, что элтри не надо прятаться. Нам всем надо наоборот вместе сосуществовать. Какой толк во власти? Людей очень много, у них очень много технологий и оружия, одной магией с этим всем не справиться. Да, хоть мы и прячемся, но в нашей жизни есть много плюсов. Забудь о том, что вампиры лучше других. С чего ты вообще это взяла? То, что нам дано немного больше возможностей, не делает нас лучше. Только наши поступки показывают, кто мы. А теперь всё, урок окончен. Договорив, Астория мигом вышла из кабинета. Девушку переполняли эмоции, она столько времени пыталась переубедить дочь, показать ей обратную сторону медали, что власть абсолютно не главное в этой жизни, что это не то к чему следует стремиться, но всё без толку. От бессилия ей хотелось плакать, она уже видела какую-то жестокость в дочери. То как она обращается с теми, кто ниже её по статусу, как она относится к окружающим. Это всё очень сильно пугало девушку. Но она понимала, что ничего не может с этим сделать. Она даже разговаривала с семейным врачом, но тот сказал, после того как побеседовал с девочкой, что скорее всего у неё просто отсутствует чувство эмпатии. Астория не хотела в это верить, но другого объяснения поведения дочери у неё не было.

***

Воспоминания. С первого взгляда Уил Эванс кажется холодным и замкнутым, таким он и являлся. Для него было чуждо проявлять эмоции и вести с кем-то беседы на непринужденные темы, он больше любил тишину. Он угрюмый и неразговорчивый, может показаться что это из-за каких-то комплексов, но это совершенно неправильное предположение. Просто ему так удобно, ему так нравится. Тем не менее, мужчина не является тряпкой; ему не сложно высказать своё мнение, если ему что-то не нравится, то он скажет прямо, не боясь задеть чьих либо чувств. Он не будет искать более мягкой формы для выражения своих мыслей и идей. Парень был искренне удивлён, когда его отец предложил ему взять в жены мисс Скарлетт. Как он может взять её в жены, если она скоро выходит замуж за Алостора фон Рейнфолда? Хоть семья Эвансов и жила в Лондоне, но мальчик всн равно знал о семье Скарлетт. Потому что их главное поместье находится в Лондоне, на той же улице, где и его дом, поэтому он видел Асторию, когда она приезжала сюда на праздники и семейные сборы. Он влюбился в неё, точнее в образ, который она создала — тихая, спокойная, образованная, красивая, милая и послушная девочка. Чем тебе не идеальная жена? Но он не знал её настоящую, как и все, кроме одного человека. Астория не смогла открыться даже тёте, хоть та и была ей как мать. Вот Уильям узнал, что помолвка Астории и Алостора расторгнута по непонятным причинам. Конечно, он захотел чтобы она стала его женой. Она для него выгодная партия с хорошей репутацией. Пока девушка придерживалась своего образа, все было — прекрасно, но ничто не вечно. Все маски когда-то трескается или их снимают, вот также случилось и с маской старшей дочери семьи Скарлетт. Ее маска потихоньку начала трескаться, потому что она уже по просту устала. Она устала притворяться, врать, лицемерить. За столько лет ей это всё очень сильно надоело, вот девушка и начала меньше прислушиваться к мужу, чаще высказывать своё собственное мнение, а не просто во всём соглашаться с Уилом и даже решила заняться своим бизнесом — открыть художественную студию. Уилу это так не нравилось, ведь жена с ним даже не советовалась, а его было очень важно чувствовать себя главным, авторитетом для неё. 1972 год, утро в особняке семьи Эванс в Лондоне. Вся семья — Астория, Уил и их дочь сидят в большой столовой. Комната освещена лучами солнца, которые постоянно поблескивают и переливаются на лакированной мебели. Горничные снуют то тут, то там, предлагая членам семьи разные блюда и напитки. Когда все уже выбрали, что будут есть и прислуга это всё приготовила в комнате воцарила тишина, которая прервалась только позвякиванием ложек и вилок. Уильям позавтракал и уже пил свой кофе, читая во время питья утреннюю газету. Вдруг его взгляд остановился на одном предложении, мужчина в миг стал более серьёзным и жёстким. — Астория, — подозвал он жену, чтобы привлечь её внимание. Девушка прервалась от трапезы, отложила столовые и приборы и внимание посмотрела на мужа. — Ты всё-таки решила открыть эту студию во Франции, да? — задал вопрос Уил. Он скорее не спрашивал, а утверждал, но в его голосе еле заметно промелькнула надежда. Он надеялся что то, что он прочитал, ему померещилось. — Да, я её открываю и какое-то время мне нужно будет пожить во Франции. Голос Астории приобрел нотки какой-то стали и жесткости, не свойственной ей. Было видно, что она уже устала от постоянных разговоров на эту тему и что отступать от начатого со студией она не планирует. — И ты решила со мной даже не посоветоваться? — ещё раз спросил мужчина, в конце вопроса его голос немного надорвался и Уил еле себя удерживал, чтобы не закричать. — Амелия, солнышко, ты поела? Сейчас уже 7:50 ты можешь опоздать на учёбу, поэтому иди собирайся и попроси водителя отвезти тебя, — обратилась к дочери Астория, проигнорировав слова мужа. Она это сделала, чтобы дочь не видела ссоры родителей, хотя и понимала, что смысла скрывать особо нет. Амелия уже не маленькая, ей 17 лет, и она все понимает. Девушке, на самом деле, нет дела до ругани родителей, это их дело, а ей главное, чтобы они продолжали её обеспечивать и устроили в престижный университет после окончания школы. — Хорошо, мам. Я пошла в школу. — Успехов, пока, — сказала Астория, у помахав рукой дочери. Девочка немного натянуто улыбнулась, в после посмотрела на отца. Уильям кивнул и Амелия вышла, он провёл взглядом, выходящую из помещения дочь и вновь посмотрел на жену. — Ну так, ты ответишь на мой вопрос? — Мы с тобой это уже обсуждали, я не отступлюсь от этой идеи и открою студию. Эта студия будет во Франции и точка, — сказала миссис Эванс и сложила руки на груди, — Мой отец не зря меня учил столько лет и перед тем, как стать управляющей его бизнеса, я хочу потренироваться. — Ты же знаешь, как я отношусь к идеи о том, чтобы женщина имела свой бизнес, ещё и управляла им, — со скептицизмом во взгляде и голосе сказал Уил. — Мне все равно на то, как относишься к этому ты, моё мнение остаётся неизменным. — Ты не понимаешь, бизнес не дело для женщины, ты с этим попросту не справишься. Не все мужчины справляются, а тебе туда зачем лезть. — Ты мыслишь слишком старомодно. Ты можешь хоть чуть-чуть в меня поверить? Мой отец же не спроста решил, что его наследницей все-таки буду я? — У твоего отца не было выбора, у него родилось две дочери, поэтому ты как страшая и стала наслндницей. — У него был выбор, он мог найти новую жену, а она родила бы ему сына. Еще он мог сделать наследником моего мужа, но он, как видишь, не сделал этого. Было видно, что Астории сложно давался этот диалог, но она не хотела отступать и сдаваться. Она итак слишком долго молчала. — Твой глупец, если разрешит управлять тебе бизнесом, он слишком в тебе уверен. Хотя знаешь, лучше всё-таки ты, чем твоя сестра, — сказал мужчина и ухмыльнулся. — Не вплетай сюда мою сестру! Мой отец лучше знает, что будет лучше, а что будет хуже для нашей фирмы, поэтому не смей называть его глупцом. Как же ты не понимаешь? Мне важна эта студия и наследство отца. Я хочу быть полезной, сделать что-то значимое, чтобы было что рассказать. — Зачем тебе это? Ты же женщина — хранительница очага. Зачем тебе это всё? — Ты меня не понимаешь. Я все равно открою эту студию, ты меня не переубедишь, — сказала девушка, уже более уставшим и тихим голосом, но уверенности и силы в нем не поубавилось. — Ты моя жена и ты должна меня слушать! Мужчина был взбешён, все эти долгие переговоры утомили и его. Двум сильным личностям бывает трудно ужиться вместе. Он вскочил со своего места, напротив жены, поставил обе руки возле её плеч и посмотрел снизу-вверх. Астория медленно подняла глаза к мужу, руки всё также были сложены на груди и современно спокойным голосом она произнесла: — А то что? Что будет, если не послушаюсь? Опять поднимаешь на меня руку? Мужчина отшатнулся, как от пощёчины. Он не ожидал, что она вспомнит те несколько случаев. — Нет, не подниму. Я же уже извинялся за те свои проступки. Я был пьян и не мог себя контролировать, — Уил сказал это всё довольно неуверенно, он понимал как ничтожно это звучит. Но ему действительно было стыдно ща то, что он сделал под воздействием гнева и алкоголя. — Проступки? Так ты это называешь? Даже то, что ты и был пьян не давало тебе право поднять руку на свою жену, я не твоя собственность. В голосе девушки слышалась сталь, жёсткость и непоколебимость. Она не забыла те «проступки» и ей до сих пор больно это вспоминать. — Прости, — он сказал это тихо, но услышала. — Твои извинения не помогут мне забыть. Девушка встала из-за стола, поправила волосы и вышла из комнаты, оставив мужа в одиночестве. Конец воспоминаний.

***

Настоящее время. — Что ж, раз наш ужин уже закончился, предлагаю разойтись по комнатам, — встав с кресла, промолвил Уильям. Все посмотрели на него, а после переглянулись. — Да, ты прав, — проговорила Астория, а её поддержала и Андреа, посмотрев уже на своего мужа. — Тебе после дороги нужно отдохнуть, так что думаю время закругляться. Жерар, соглашаясь, кивнул жене. Встав, все направились на второй этаж. Уильям заскочил к себе в комнату, а Жерар пошел разбирать свои вещи в спальню жены. Две сестры остались наедине. Встав возле лестницы, оперешвись на её перила. Сказать что-то или начать разговор никто не желал, но Андреа решила вдруг прервать тишину. — Что если бы всё было по-другому? — сказала девушка, отвернувшись от сестры, чтобы скрыть подступающие к глазам слёзы. — Что если бы не все те события? Всё могло бы быть нормально, — продолжила девушка, а в её голосе скрывалась дрожь и боль. Астория лишь мельком глянула на сестру и после отвела взгляд куда-то в сторону. Прошла минута, а каких-то слов от старшей сестры Андреа так и не услышала. Девушка повернулась к ней. Астория аккуратно взяла сестру за руку, отвернув взгляд от неё. — Возможно, но увы все случилось как случилось, — сказала старшая сестра для которой эти слова очень тяжело дались. Андреа, в знак согласия, сжала руку сестры. На лице у сестер заиграли грустные, но искренние улыбки.