I would like to see death

Ванная. Вода. Лезвие. Холод. Сейчас лежу по плечи в воде, одетый в чёрную футболку с надписью «Metallica» и чёрные джинсы. Это будет последнее, в чём я изъявил желание появиться при жизни. Довольно иронично, не правда ли? Захотел себя видеть в гробу таким, но мать обязательно заставит надеть на мой бренный труп костюм, чтобы сын ушёл «красиво».

***

В ту неделю. В ту последнюю неделю моей жалкой жизни, ты, Фрэнки, был как всегда таким солнечным, я старался запечатлеть тебя на каждом клочке бумажки, который находил.

Хотел что-то оставить тебе после себя, чтобы ты помнил только хорошие моменты. Поверь, я остался бы с тобой, я безумно люблю тебя, ты же знаешь это лучше всех, я бы никогда не бросил тебя просто так, если бы не это отвратительное чувство, разъядающее с каждым днём. Я не хочу жить, Фро. Я устал жить. Меня бесит то, что я живу.

***

Запустив пятёрню в довольно отросшие чёрные волосы, поправляя их, чтобы видеть собственную руку, которую я собираюсь превратить в кровавое месиво. Чёрт, понимание того, что ты увидишь меня первый не даёт покоя, но так будет лучше, поверь, я избавлю тебя от такого большого депрессивного бремени, мой солнечный мальчик, ты это поймёшь очень скоро, просто поверь мне на слово.

***

Мы лежали на диване с Лойс под шум какой-то программы по телевизору, на который уже давно не обращали внимание. Ты лежал на моей груди, я обнимал тебя за плечи, перебирая волосы и вдыхая твой, такой родной запах, а собака наслаждалась ласками твоих забитых татуировками рук, прекрасных рук. Вам было хорошо. Даже я тогда почувствовал какое-то желание остаться на миг, старался зацепиться за ту мысль, что буду нужен тебе, но каждый раз понимал, что лишь делаю тебе больно своей затянувшейся депрессией и тем, что ты видишь таблетки, благодаря которым я могу что-то чувствовать, как-то продолжать жить. Понимал, что тебе страшно осознавать, что они могут начать глушить чувство любви, вот только ничто не заглушит то, что горит ярким пламенем в моей груди уже долгое время, даёт какой-то толчок и одновременно губит полностью, заставляет сгорать до тла от осознания собственной бесполезности в твоей жизни. Приняв решение, что сам избавлю тебя от этого дерьма, становится легче, но позволяю себе эти несколько дней с тобой.

Ты всегда был моей единственной ниточкой, лучом света в непроглядной тьме, но увы, нам пора проститься, я не хочу дать тебе погаснуть, мой солнечный зайчик.

Это был понедельник из последней недели моей жизни.

***

Обвожу ванную комнату взглядом, замечая, что наше мыло уже превратилось в маленький блинчик. Тебе надо будет его заменить, надеюсь ты не забудешь, Фрэнки, или наконец, купишь жидкое мыло, как я когда-то предложил в магазине во время воскресного похода туда вместе. Любил всегда наблюдать то, как ты катаешься на этой тележке, будто маленький ребёнок, это в тебе и нравилось до безумства. Хотя к чему я лгу?

Мне нравилось и нравится в тебе абсолютно всё. Я люблю до безумства каждую твою черту как в характере, так и во внешности.

***

Вторник. Глубокая ночь. Я не сплю, лишь обнимаю тебя одной рукой со спины, защищая от монстров под кроватью, что существуют лишь в нашем воображении, а ты буквально минуту назад перестал мирно сопеть, из-за чего породил мои переживания. Твоё дыхание сбилось, ты начал всхлипывать, что заставило напрячься в разы сильнее. На собственном опыте, уже нашем опыте, с моими постоянными кошмарами, мы оба ясно запомнили, что будить, даже если до чёртиков хочется прекратить страдания, нельзя. Проходит полминуты и ты открываешь глаза, из которых продолжают течь слёзы. Ты пристально смотришь на меня четверть секунды, а затем заваливаешь на другую половину кровати, прикладывая два пальца к сонной артерии, проверяя, скорее всего, наличие пульса. А затем крепко-крепко обнимаешь, я тебя стараюсь прижать к себе ещё ближе, чувствую твоё сердцебиение, которое никак не может успокоиться. Вот и снова, даже во сне достаю тебя, прости пожалуйста, это скоро прекратится.

Ты всегда спасал меня от ночных кошмаров, от которых после я боялся вообще идти спать. Получилось их отогнать только тебе и я всегда буду благодарен за это, мой лучик.

Это была ночь вторника, на последней неделе моей жизни.

***

Взяв в руки лезвие, поднёс его к запястью, сквозь тонкую кожу которого были видны синие вены. А ты знал, что кровь, которая течёт по ним, содержит гемоглобин, в структуру которого включены четыре иона железа, а железо образуется природным образом только в одном месте, в ядре потухших звёзд, коей я и стал, хотя и звездой никогда не был, между нами только одно общее прилагательное «потухший». А ты, обещай мне, заяц солнечный, что не потухнешь даже после моей смерти, но останусь при своём мнении, без меня тебе будет в разы легче жить, Фро, помни.

Обещаю, буду охранять твой яркий свет в обличье демона из Ада, потому что суицидники попадают только туда и все прекрасно это знают.

***

Мы сидим в гостиной, за окном идёт сильный ливень, а я затачиваю острым лезвием карандаш, чтобы нарисовать твои прекрасные черты вновь. Никогда не перестану удивляться твоей красоте. —Джи, я тебе надоем так скоро. — ты вновь улыбнулся своей обаятельной улыбкой. Самой лучшей улыбкой в этом мире, в первую очередь, потому что она принадлежала т е б е.. —Ты не можешь надоесть, лучик. — Поднимая уголки губ, вновь смотрю в твои лучистые глаза, в которых можно прочесть боль от этого подобия улыбки. Кажется, надо учиться нормально улыбаться и уже перестать делать тебе больно. —Что ж, рад слышать. — Ты вновь даришь этому миру свою жизнерадостность, а на данный момент её видит лишь такая сволочь, как я. Это чертовски дорогая роскошь, которой, кажется, не достоин никто. Ты слишком замечательный человек, Фро. —Можешь замереть так? Это лучшая поза. — Хочется запечатлеть тебя именно таким, какой ты сейчас. Именно таким живым. —Хорошо, солнце, как попросишь. — Ты замираешь, а я понимаю, что не достоин такого прозвища от тебя. В принципе не достоин называться тем, с чем ассоциируется свет, этого достоин только ты, светик.

В моих блокнотах тонны твоего изображения, просто помни, что я всегда видел тебя именно таким, каким пытался изобразить, что ты всегда был и будешь таким же замечательным.

Это была дождливая среда на неделе, когда я покончил с собой.

***

Сделав глубокий порез поперёк запястья можно начать наблюдать густую, начинающую вытекать кровь. За первым идёт и второй, и третий, а затем и четвёртый. Я на миг остановился, покрутив лезвие в пальцах. Очень иронично выглядело то, что я до одури боюсь иголок и острых предметов, но сейчас этого нет, а наоборот, чувствую наслаждение от того, что скоро уйду. В голове за прошедший год, каждый раз, как я оставался наедине с собой или мы молчали и взгляд отводили друг от друга, в голове всегда была одна фраза: «I would like to see death».

Я действительно до ужаса устал за это время, а ты устал в разы сильнее, потому что возиться с таким никчемным существом просто страх как тяжело. Надеюсь, тебе станет легче после моей смерти, надеюсь, что я принял правильное решение, лучик, верю в это.

***

В этот четверг ты собирался съездить в соседний город до вечера следующего дня, вместе с Лойс, чтобы она смогла тоже чуть отдохнуть там, за городом, поэтому я помогал собрать необходимое количество корма и вещи первой необходимости. Ты вечно сопротивляется против медикаментов, но всегда кладу их тебе, потому что боюсь за тебя, свет мой.Ты быстро влетаешь в свои кроссовки и накидываешь ветровку. Напоследок мы невинно, почти так же, как и в первый раз, целуемся. —Давай аккуратнее. — Ты всё же единственный человек, за которого я так сильно волнуюсь. —Всё будет хорошо, Джи, — Ты оставляешь невесомый поцелуй на моих губах снова. — Давай, скоро будем, даже не успеешь заметить нашего отсутствия! —Ага, прощай, — Понимаю, что это последняя наша встреча, завтра я убью себя и облегчу тебе жизнь, лучик. — Помни, что я очень люблю тебя. — Пусть это будет последнее, что ты услышишь от меня, так будет лучше, так останется только положительное и ты не будешь так часто вспоминать о той боли, которую принесла тебе такая тварь. —До скорой! — и твоя фигура скрывается за железной дверью вместе с Лоис. Это была последняя наша встреча при моей жизни, скоро тебе станет легче. Это был четверг, день до того, как я ушёл из этого мира.

***

За это время я успел изрезать достаточно свои руки, уже переставая ощущать самого себя, становилось холодно, начинаю терять сознание. Ты приедешь только через четыре часа, тогда я уже точно буду мёртв, свет мой. Ты просто осознай, от какого бремени ты избавился, надеюсь, всё будет лучше. Я считаю, что тебе будет так лучше. Прости, если вдруг оказался не прав и прощай.

И даже в последний момент, И даже в последний путь, Меня будет сопровождать Лишь твоей улыбки луч…