В полночь Вселенная пахнет звёздами

Кале, Франция. — Нужно навестить Амстердам. — Синеволосая посмотрела на экран телефона. — Видимо, на этом моменте наши пути расходятся. Огромное спасибо за оказанную нам помощь. Как мы можем вас отблагодарить? — Миюки неоднозначно улыбнулась. — Рада была помочь. Отблагодарить? Просто помогите по пути тому, кто в этом нуждается. Может быть, ещё когда-нибудь встретимся. Пока. — Агата подняла руку в знак прощания и направилась в сторону небольших домов. — Пока… — В унисон ответили подруги. — Такая милая. — Зеленоглазая смотрела ей в след. — Согласна. Нам так повезло с ней. Тучи застилали небо, а прохладный ветер заставлял пряди волос причудливо развеваться. Напыщенные голуби неповоротливо расхаживали по тротуару, один из них спрыгнул на дорогу, но стоило только машине на большой скорости пролететь мимо него, как сразу же, затрепетав крыльями, он вскочил обратно. — Кого-то ты мне напоминаешь. — Прошептала девушка и мягко улыбнулась. — Нужно найти самый неприметный отель. — Акира огляделась по сторонам. — И купить средства для осветления. — Аоки глянула в стеклянною стену остановки, пытаясь разглядеть отражение. — Хорошо, но сначала жилье. И оторвись ты уже от зеркала. — Простите, пожалуйста, а вы не подскажите, где тут можно найти комнату или хостел на одну ночь? — Миюки не ответив на замечание подруги, задала вопрос проходящему мимо дедушке. — Ох, конечно, милая. — Он добродушно улыбнулся. — Садитесь на четырнадцатый автобус и через две остановки выходите, там будут одноэтажные домики и кафе… — Пожилой мужчина потер затылок. — Я помню, когда ещё был юнцом, часто туда прибегал посмотреть на официанток в коротких юбчонках и за самым вкусным в мире абрикосовым компотом, может, он ещё и продается там, кто знает… Не приходил туда уже пять лет. — С грустью рассказывал дедушка, рассматривая лицо молодой туристки. На мгновение замолчав, незнакомец продолжил: — Что же, мне пора, удачи, дорогая, цени каждую минуту своей жизни, а то гляди, подойдёт к концу, ты и не заметишь. — Старик взглядом будто дотронулся к душе Аоки. — С-спасибо… — Растерянно пробормотала девушка, от неожиданного потока откровения и наставлений.

***

— Сбежали! — Поднял шум дворецкий. На крик прибежало два охранника. Наспех осмотрев место побега, самый высокий из них завопил: — Звони, быстро! Побледневший мужчина резко достал телефон из кармана и нажал на номер в избранных контактах. — Он же нас и в правду убьет… — Прошептал черноволосый мотая головой. — Д-доброе утро… Тут такое дело, мне так н-неловко говорить. — Начал заикаться служащий. — Не тяни! — Грубо сказал Юичи. Второй охранник стал белее мела после того, как услышал голос этого устрашающего человека. — Они сбежали… — Тихо произнес он. — Убью! — Закричал отчим Миюки. — Убью и их, и вас! Сотру в порошок! … Не-ет. Сначала заставлю вас страдать. — Раздался жуткий смех. — Как она посмела предать меня?! — Звон разбивающегося бокала неприятно прозвучал в трубке. Сердца троих бешено стучали, будто пытаясь вырваться наружу. Руки у самого молодого начали судорожно трепетать. Юичи скинул звонок. — Вам не кажется, что и нам пора бежать? — Обратился дрожащим голосом дворецкий к перепуганным мужчинам. — Согласен… — Одновременно ответили встревоженные люди.

***

Не потратив много времени на поездку, Акира и Миюки вышли на нужной остановке. Красивые деревянные домики стояли рядом друг с другом, напротив каждого из них росло пышное фруктовое дерево. Над дверью в двухэтажное здание, которое заметно выделялось на фоне низких домов, весела почти незаметная табличка «Как дома». — Пойдем туда, где вывеска. — Женщина взяла зеленоглазую под руку. — Ты не думала, что нам нужно как-то замаскироваться? — У нас есть чем? — Иронично спросила черноволосая и подняла бровь. — Ах, да. Как я могла забыть? Но ничего, будет. — Безусловно. Зайдя в уютное заведение, обе сразу заметили необычную женщину старше средних лет на ресепшене. Вся одежда которой блистала розовыми тонами, а между её коротких пальцев, вертелось перо, служащее инструментом письма. — Добро пожаловать! — Радостно поприветствовала гостей администратор. — Добрый день. — Спокойно, но достаточно громко сказала Миюки. Подойдя к высокому столу, в нос ударил резкий аромат сладких духов и нафталина. — У вас можно снять комнату на одну ночь? Днем мы можем не заселяться, чтобы вышло дешевле. — Акира достала кожаный кошелек. — Конечно, конечно, дорогуши. — Она с интересом взглянула на подруг. — Приходите к шести за ключиком. Как раз в часов пять освобождается три кровати. — Женщина захихикала. — Хорошо, мы вернемся вечером. Спасибо. — Темноволосая мило улыбнулась и направилась к выходу. — До свидания.

***

— Ну что, очнулся? — Женщина лет двадцати с лиловыми волосами сидела напротив привязанного к кровати Дазая, который находился лишь в брюках. — Где я? — Он повертел головой. Стены комнаты цвета бычьей крови и особа с плетью в руках наводили на не очень приятные в такой ситуации мысли. — Ты в месте, где уходит боль. — Она игриво закинула ногу на ногу. — Интересно. И почему же мне сейчас больно? — Шатен подергал привязанной рукой. — Чтобы от неё избавиться, её нужно полностью прочувствовать. — Девушка встала с кресла и подошла к кровати, которая стояла в центре комнаты. — Ты же хочешь навсегда забыть о боли, разочаровании, скорби… Душевных терзаниях? — С чего ты взяла, что я скорблю? — Я это чувствую, чувствую каждый звон твоей души. Она страдает. — Незнакомка присела рядом и провела нежной рукой по груди кареглазого. — Как тебя зовут? — Называй меня Момо. — Значит так, Момо, мне не интересно, что ты тут мне заливаешь про душевную боль и разочарования. Мне хорошо, и я счастлив. — Твоё сердце дрогнуло на последнем предложении. — Ухмылка появилась на её лице. — Чего ты хочешь? — Он бесстрастно посмотрел ей в глаза. — Хочу, чтобы ты покаялся. И таким образом ты будешь свободен от угнетающих тебя чувств. — Закусив губу, она оглядела верхнюю часть тела Дазая. — Как ты это сделаешь? —  Осаму поднял бровь. — Чувствую, ты заинтересован. Ну ещё бы… Носить в себе столько горечи. Должно быть, хммм, как минимум неприятно. — Я тебя спросил о другом. — Ты уже давно догадался, как я это сделаю, не так ли? —  Девушка хмыкнула. —  Так же, как и ты, мне досталась необычная способность. И её предназначение заключается в том, чтобы дарить людям чувство покоя… Взамен на правду. — Не интересно. — Его лицо не выражало никаких эмоций. А так? — Не так давно, ты потерял кое-кого очень близкого. Я права? Ответом послужила тишина. Приняв это как вызов, молодая особа коснулась стройной ноги и приподняв юбку, достала из-под резинки чулка фотографию. С интересом разглядывая её, она продолжила: — Это чувство не сравниться ни с чем. Оно ужасно… Разъедает изнутри. — Похитительница растягивала гласные. — Верно? Дазай продолжал безэмоционально вглядываться в глаза своему похитителю. Резко повернув руку, Момо показала изображение шатену их-за чего в области сердца всё начало ныть. Молодой парень с легкой щетиной умиротворяюще смотрел на живых с листа бумаги. —  Это он. Не так много времени прошло, чтобы с легкостью можно было встречаться взглядами с человеком, который больше… никогда не скажет тебе ни слова, не улыбнется и не обнимет. Больше не удастся прогуляться, посидеть в кафе или дома, обсудить волнующие и глупые вещи… Больно. — Она с хитростью глянула на привязанного. —  Чего ты хочешь? — Со злобой чуть ли не зарычал шатен. Артерия под бинтами на шее Дазая начала пульсировать быстрее, чем раньше, а руки, которые до этого просто безучастно висели привязанными к спинке кровати, сейчас напряглись до такой степени, что казалось, можно было разглядеть каждую вену на тех участках, где белая ткань не покрывала кожу. Не сбавляя темпа, неприятная леди продолжила: — А ещё от тебя кто-то ушел, ты ощущаешь это так, будто тебя бросили. Как в детстве, да? Дааа. Точно, прямо как тогда. Припоминаешь? — Она с азартом надавливала на душевные открытые раны. Его лицо лицо передавало лишь одно желание — убить. А искры ярости в глазах давали понять, что всё идет по плану злоумышленников. — Кажется, её зовут Миюки. — Плеть коснулась низа живота Дазая. — И она тоже кинула тебя, как и твой друг… Ох, как бессердечно со стороны этой нахалки. Бросить тебя в таком состоянии. Хотя, откуда ей знать об этом, если она никогда тобой всерьез не интересовалась… — Голубоглазая приподняла бровь и с невозмутимым выражение лица добавила: — Видишь, поступки говорят сами за себя. — Это ложь! — Крикнул Осаму, но тут же опомнился. Нельзя реагировать на такие ничтожные попытки вывести его на эмоции. Но может не настолько и ничтожные, раз уж они действуют? — Возможно, возможно… А вдруг правда? Он расслабил все мышцы и снова бесстрастно уставился на Момо. — Ты может сейчас и подаешь вид человека, который полностью удовлетворен своей жизнью, которому легко и просто находиться в этом мире. Всегда с улыбкой, всегда веселый. Знаешь, это как игра… Быть и казаться. — Девушка ногтями провела по ребрам Осаму, отчего на коже появились мурашки. — Вот тут болит, да? — Она положила ладонь на грудную клетку парня, а затем резко встала и размахнувшись, нанесла удар плетью. Из уст кареглазого не вырвалось ни единого звука, лишь глубокий вдох послужил реакцией на пытку. — Откуда тебе известно о таких подробностях моей жизни? — Игнорируя боль, он спросил садистку. — Наша организация может достать любую информацию, и ты был не проблемой. А теперь закрой глаза. — Нет. — Почему же? — Мягко спросила хитрая особа. — А зачем закрывать? — Спокойно ответил вопросом на вопрос шатен. — Чтобы увидеть то, что ты уже давно мечтал. Я решила устроить тебе сюрприз и пригласила кое-кого… О, твое сердце забилось чаще, но уже не от злости. Женщина обошла кровать и стала у головы кареглазого, медленно опустив руки на его лицо, начала поглаживать щеки. — Сначала он сопротивлялся, но всё же сдался. — Таким же темпом сняла с волос бархатную ленту и повязала её на глаза пленнику. — Жди. Неспешным шагом дойдя к двери, она открыла её, сделала вид, что вышла и осталась в комнате. Через некоторое время снова хлопнула ею и уже изменив скорость походки, направилась к Осаму. — Господи! Что они с тобой сделали? — Девушка подбежала к кровати и стянула ленту. — Миюки! — На лице появилась широкая улыбка, дыхание и вовсе на несколько секунд пропало. В глазах начали появляться цветные мушки, а тело так и просилось вырваться с веревок и обнять Аоки. — Дазай… — Она прижалась к нему, положив голову на грудь. Было слышно, как вылетает его сердце. К лицу приливала кровь, отчего оно становилось алым. — Помнишь молоко? — Вдруг он спросил её. — Какое молоко? — Темноволосая привстала. — То, о котором ты мне говорила. То, которое ты считаешь волшебным, то, которое ты мне советовала обязательно попробовать хотя-бы раз в жизни. — Ты о чём? — Назови мне молоко. — Господи, что ещё за молоко? Ладно, коровье. — Ты не она. — Брезгливым взглядом окинув образ подруги, Дазай скривил губы. — Ты чего? Совсем? — Она бы назвала кокосовое. — Разочарованно глянув на неё, парень отвернул голову. Неприятное чувство прокатилось волной по всему телу. — Да ладно тебе. Обижаешься ещё. — Уже совсем другой женский голос звучал в комнате. — Ты снова чувствуешь злость, хотя секунду назад был на седьмом небе от счастья. Интересная реакция. О, да-а. Она бурлит в тебе, рвется наружу. — Женщина ловко заскочила на бедра Осаму и обхватив их своими, прижавшись к его сосредоточию мужественности. — Расскажи, дорогой, а как много вы знаете о нашей организации? — Спросила она, будто детский врач у ребенка при этом водя пальцами по животу шатена. Ответом послужила тишина. — Даже не попытаешься что-то выдумать? — Голубоглазая приподнялась, пытаясь найти позу по-удобнее. — Оу, слушай, а я тебе нравлюсь. — Она ещё сильнее прижалась. — Слишком высокого ты о себе мнения. — Как невежливо с твоей стороны. Ты мне надоел, надо было заканчивать раньше. — Легко встав с бедер Дазая, преступница, плюхнулась рядом. — Теперь я знаю, что ты ничего не расскажешь. Поэтому, сделаю тебе акцию невиданной щедрости. А могли бы и развлечься. — Она с напускной грустью глянула на выпуклое место на брюках. — Оставлю тебя в покое и заберу все твои воспоминания о той девке и твоем друге, который ушел на вечный покой. — Чего? Ты совсем больная? — Обескураженный таким заявлением Осаму попытался подняться? — Что слышал. — Не вздумай! — Крикнул он. — Ещё как вздумаю. По тебе сразу было понятно, что ты ничего не расскажешь. — Нет! Нет! — Дазай пытался вырываться. Женщина дотронулась двумя указательными пальцами к вискам шатена. — Нет, я расскажу! Она остановилась. — Мы ничего не знаем, кроме расположения этого офиса. — Судорожно и с надеждой в глазах, он выпалил фразу. — Прекрасно. — Её пальцы снова коснулись головы. — Что ты делаешь? — По лицу скатилось несколько капелек холодного пота. — Я же сказала, дорогой, акция невиданной щедрости. Пока ты ещё в сознании, хочу сказать, что, если ты захочешь восстановить воспоминания, а ты вряд ли захочешь, нужно всего-навсего взять за руки тех двоих беловолосых девочек. — Зачем ты мне это говоришь? — Кареглазый начал паниковать. — Я каждый раз провожу эксперимент. Мне интересно, кто сможет что-то вспомнить. — Ты больная! — Только не брыкайся. — Нет! Я не хочу! — Будто тебя кто-то спрашивать будет. — Нет! — Его душа будто разрывалась от нежелания забывать столь дорогих и важных для него людей. Женщина активировала способность и всё вокруг засветилось лиловым светом. Кашляя от собственных криков, Дазай не переставал вопить и пытаться вырваться. — Я вас не забуду! Я вас вспомню! — Его тело вмиг обмякло, а глаза закрылись. Сердцебиение становилось медленнее. На ресницах осталась маленькая капелька. — Не за… — Вырвался шепот.

***

— Надеюсь, получится. — Миюки стояла в общем душе и смешивала окислитель и порошок для осветления волос. — Что-то нехорошее у меня предчувствие. — Акира надевала одноразовые перчатки. — Всё будет хорошо. Готово. Можем начинать. — Окей. — Черноволосая подошла к девушке и взяла пластмассовое вместилище смеси. Аоки присела на корточки, ибо никаких сидений и стульев не было. — Куда мы дальше двигаемся? — Швейцария, а после Австрия. Будем просто продвигаться по прямой. — Она провела перед собой воображаемую линию. — Как думаешь, Юичи уже начал поиски? — Уверенна, он рвёт и мечет*. — Ухмылка сама по себе появилась на лице. Женщина рассмеялась. — Что планируешь делать, когда вернешься в Японию? Немного поразмышляв, зеленоглазая без нотки сомнений сказала: — Есть только два выхода. Как ты поняла, пока этот козёл не умрет, спокойной жизни можно не ждать. Поэтому, или Портовая мафия, которая может обеспечить мне безопасность, или… Я даже не знаю, что ещё может быть. Может, залечь на дно? Хотя… Не вариант. А у тебя какие планы? — Во-первых, хочу найти убежище в виде надежной организации и это не обязательно мафия, во-вторых, начну поиски твоей мамы. — Акира решительно посмотрела в зеркало. — Насколько вы были близки? — Спокойно задала вопрос Миюки. — Ты себе представить не можешь… — Черноволосая мягко улыбнулась. Девушка решила не развивать тему, чтобы не утонуть в слезах и соплях. — Поверни голову влево. Нужно прокрасить за ухом. — О том же подумала и её подруга. Спустя пол часа раздался радостный вопль: — Я же почти рыжая! — Девушка покружилась перед зеркалом. — Только вот концы спалила. — Она растерла их между большим и указательным пальцами. —У меня есть идея. Нужны ножницы. Хочу перемен! — Зеленоглазая быстро вышла из душа. — Тебе всего этого мало? — Кареглазая дотронулась ко лбу ладонью и подняла брови. — Серьезно? Через две минуты дверь снова распахнулась. На пороге стояла Аоки с канцелярскими ножницами в левой руке и яркой улыбкой на лице. Снова присев на корточки, она передала ножницы подруге и скомандывала: — Режь. — Перед этим показав длину, которую хочет получить. Послышался приятный звук режущихся волос. Сердце юной девушки радостно трепетало. Клочки спадали на пол, образовывая светлый ореол. — Готово. — Акира отошла. — Вау… — Миюки застыла перед зеркалом с неравномерным оттенком шевелюры и каре на голове.  — Спасибо тебе! — Она подбежала к подруге и крепко обняла её. В этот момент раздался громкий шум от выбивания двери.