because cigarette smoke

Хэчану становится откровенно скучно. Он пытается веселить себя мыслью о том, что все их постоянные (однотипные!) сборища похожи на какой-то цирк уродов. Все абсолютно разные — в каком-то плане даже ничего общего у них друг с другом нет, но по какой-то причине они продолжают общаться, собираться все вместе и говорить обо всем буквально. Лукас же лениво ведет плечом, оборачивается, оценивающе смотрит на друзей и ухмыляется. — Донхёк, мы можем отойти? — он слегка наклоняется к уху сидящего рядом парня. — Ну да, — он отвечает с каким-то вопросом в голосе. Они заходят в спальню, Юкхэй закрывает дверь и моментально прижимает к ней Хёка Тот сначала не реагирует и вообще ему смешно с этой ситуации, пока рука Сюйси не оказывается под футболкой младшего — тогда он правда начинает паниковать — Что ты делаешь? — он слегка толкает Лукаса и смотрит на него немного сердито — А что, непонятно? — он снова придвигается к парню, да еще и взглядом одаривает, что Хёк в дверь интуитивно вжимается и щурится. А Лукаса это ну ни капли не смущает, пока он не оказывается на кровати после того, как Хек толкает его с новой силой. Это правда только хуже младшему сделает. Он Хэчана притягивает за руку и подминает под себя, садится на грудь, коленями руки прижимает, закрывая рот ладонью, судорожно достает телефон из кармана джинс, тыкает что-то быстро и младший слышит звуки, от которых по телу мурашки. Юкхэй показывает Донхёку видео, а тот жмурится, его трясет и лицо все уже в слезах. Он ждет, когда Ли посмотрит уже и наводит пальцем на надпись «отправить» рядом с набранным текстом «папочка жестко взял своего малыша))», улыбается и дождавшись, пока Хэчан расслабится, отодвигется. — Чего ты хочешь? — тихо спрашивает он, смотря в потолок. Они оба слышат, их друзья включили музыку и смеются громко. — Ты знаешь, — отвечает парень и наклоняется к лицу чужому как можно ближе, — Тебя, — младший дергается от последнего слова, но не предпринимает никаких попыток сопротивления, — Иначе. Ты знаешь. Это видео будет не только между нами и твоим папочкой, — последнее слово он произносит по слогам и касается пухлыми губами щеки, двигаясь поцелуями к губам. Хэчан не отвечает, просто смотрит перед собой и ничего не чувствует, не считая отвращения по большей части к себе. Все, что он может сделать против Лукаса — не делать ничего. И за это Вон его кусает, сначала не больно, потом прокусывая губу до крови, но понимая, что тому правда плевать, опускается ниже, размазывая выступившую вновь кровь по подбородку. Снова забирается руками под футболку, длинными пальцами обводит слегка выпирающие ребра и, вдыхая запах Хэчана, поцелуями спускается ниже и ниже, расстегивет ремень, стягивая обтягивающие джинсы. Хэчан не возбужден. Лукаса это раздражает потому, что сам он сейчас еле держится. Лукас не хочет трахать буквально никакое тело без отдачи. Он губами припадает к головке, облизывает через ткань, рукой водит по основанию, периодически отстраняясь, переходит на бедра, гладит и дышит горячо, так близко. Стягивает мешающий элемент одежды и сразу же берет в рот, посасывая, щеки втягивает, очень старается. Лукас никогда не делал никому минет и то, что тело младшего начинает реагировать на то, что Вон вытворяет — огромный комплимент для него. Хэчан себя не контролирует, он до сих пор отказывается что-то делать и даже на то, что у него встал — ему плевать, он на это никак не влияет. Любому так отсоси — он возбудится и Хёк не считает причину радости Сюйси обоснованной. А Лукас окончательно стягивает джинсы с Ли и с себя, буквально подминая парня под себя снова, сует ему два пальца в рот, понимая, что парень знает, что делать, но тот до сих пор игнорирует его любыми путями, что заставляет Юкхэю самому их пососать, не отрывая взгляда от Хёка и войти одним и сразу другим, потому что становится понятно, Донхёк растянут — он недавно спал с Джонни. Лукас пытается заглушить это возмущение в голове, твердит сам себе, что Хэчана ему хочется исключительно в сексуальном плане. Он уверен был, что хочет просто трахнуть младшего. И только. Но сейчас его колотит только от мысли о том, что Джонни преуспевает в этом, раз два пальца так легко проходят, представляет, как он берет Хёка в своей квартире, а тот в подушку утыкается, пальцами простынь сжимает и кричит «Папочка, быстрее!» Он ненавидит Джонни всей душой в этот момент, но продолжает повторять, что ему плевать. Плевать. Плевать. Плевать. И Лукас злится. Делает все быстро, не контролирует себя и останавливается только когда сквозь мысли слышит плач и мольбу младшего быть поосторожнее. Тогда уже страшно становится. Хэчан плачет. Рыдает. Юкхэй выходит из него, пытается поцеловать, но тот отворачивается. Тогда он опускается ниже, пытается извиниться, хоть и понимает, что это очень глупо, исследует его всего: от подбородка, ключиц, ребер, до бедер и колен. Целует каждый миллиметр кожи Хэчана. Парень чувствует себя уязвимым. Противоречия бьют очень больно. Он хочет любить Хёка полностью. Но он терпеть того не может, ни о каких чувствах и речи быть не может. Отступает, делает паузу, убеждаясь, что слезы младшего высохли, входит на этот раз аккуратно. Хэчан понимает, что выбора ему никто особо не давал и лучшим решением для него будет — расслабиться и отдаться, но заставить себя он не может. Ужасно больно. Не из-за Лукаса, из-за Джонни.

***

Лукас помогает застегнуть ремень Хёку, ибо у того пальцы совсем не слушаются, все тело болит. Он снова показывает видео младшему, на этот раз получая тяжелый вздох и кивок головой.