Сага о Тени

      На рассвете шестого дня до стен Цитадели Ксагос донесся ужасающий грохот, а под стенами, из осадного лагеря, слышались радостные крики и боевые кличи. Всеобщее замешательство прервало появление огромного танр’ри – крылатое чудовище с бычьей головой, которое взгромоздило свою тушу на одну из оборонительных башен. Защитники Цитадели начали реагировать моментально: соседние башни начали поворачивать свои фокусированные линзы на тварь бездны, ближайшие чародеи готовили изгоняющие заклятья, но неожиданно рассмеялся и рычащим голосом сказал: - Великий Акир Кессел король-чародей показал жалкому гарнизону Форта небольшую часть своего могущества, и к закату по улицам Форта будут гулять мёртвые. К следующему рассвету та же участь может постигнуть и эту жалкую цитадель, если она не откроет свои ворота и не сдастся на милость короля-чародея. – сказав это танр’ри взлетел, улетев в сторону касра Форт.       Жуткая весть быстро разнеслась по Ксагосу и в некоторых районах даже вспыхнули бунты, которые быстро подавили. Но страх, подобно яду, растекся по умам осажденных. Великий Совет Ксагоса не колеблясь, принял решение не открывать ворота, если им суждено погибнуть, то только в бою.       На рассвете яркая вспышка озарила восточную стену Цитадели и через мгновение восточные ворота были уничтожены, а в стене образовались огромные бреши. В них незамедлительно хлынула орда: орков, зверолюдов, гоблинов и варваров. Исполины забрасывали защитников огромными валунами, а в небесах кружили мелкие демоны. Орду встретили щиты и пики защитников, и на улицы Цитадели Ксагос пролилась кровь. На узких улицах образовывались горы трупов, достигавшие второго этажа зданий, захватчики дорого платили за каждый квартал, устилая его своими трупами. Но и бравые солдаты Цитадели несли огромные потери, буквально своими телами блокировали продвижение врага, но они медленно отступали ко второму кольцу стен. Лучше всего обстановка была у северо-западных брешей, где гарнизон смог отбить атаку варваров и снова занять стену. Но к вечеру защитники отступили за втрое кольцо – они смогли вырвать один день, для спасения обычных людей.       В это же время по узкому тоннелю шли несколько человек. Серый Орден не сидел, сложа руки пока Ксагос медленно погибал, по огромной сети туннелей, которая оплетала город под землей, расходились небольшие отряды. Один из таких отрядов вёл Хал, с ним было всего десяток бойцов, но все они были закалёнными ветеранами. Их глаза немного светились желтовато-зелеными точками – заклятье «кошачий глаз». Отряд шёл в полной тишине, но вдруг ведущий остановился и полез по выбитым в стене ступеням. В подвале небольшой таверны медленно приподнялся потаённый люк и из него подобно теням вылезли десять фигур в гамбезонах и одна фигура в чёрном плаще. С помощью особого языка рук Хал повторил основную задачу, и отряд поднялся по лестнице на разграбленную кухню. С улицы доносились женские крики и смех, по-видимому, орков. Выглянув в выбитую дверь, Хал увидел, как в небольшом дворе вокруг костра расселся отряд орков, а рядом с выгребной ямой сидели связанные солдаты. Один из орков пытался оттащить, наполовину закованную в латы, девушку, но она яростно сопротивлялась. Тут один из пленных солдат вскочил и попытался напасть на вонючею тварь, но удар дубины проломил ему череп. Хал повернулся к отряду и подозвал двух гвардейцев: - Алтман и Харди, ваша задача отвлечь орков, но не вступайте в бой. После всего встречаемся у чудака. – два гвардейца коротко кивнули и бесшумно ушли в центральный зал таверны.       Оглядев остальных Хал удостоверился, что они поняли свою задачу и их глаза излучали боевой пыл. Через какое-то время раздался сдавленный крик и шесть орков побежали за ворота, у костра осталось ещё тринадцать. Пользуясь замешательством Хал с отрядом, держась тени, вышли из кухни. Трое направились к пленным, а остальные набросились на орков.       С кличем «За Цитадель и Викторию» они обрушили свои мечи на гнусных тварей. Семь орков упали так и не поняв что произошло, остальные схватили свое грубое оружие и вступили в схватку. Хал отбивался одновременно от двух окруживших его дикарей, со всей возможной ловкостью уклоняясь от их ударов. После очередного уворота Хал рассёк одному орку брюхо, заставляя его собирать собственные потроха. Хал уже собирался расправится со вторым, но тот вдруг остановился и упал к его ногам. Перед Халом предстала светловолосая девушка. - Натали Берск, младшая дочь дома Берск, белый рыцарь. – спокойным голосом произнесла девушка. - Старший охотник Серого Ордена. – с лёгким поклоном ответил Хал. - Как тебя звать? – недовольным голосом спросила Натали. - Старший охотник или просто охотник. Имя достопочтенной леди-рыцарь вам знать необязательно. – спокойно сказал Хал.       По лицу девушки было понятно, что её такой ответ не устроил, но она не стала расспрашивать дальше. Оглядев двор, Хал удостоверился, что все орки убиты, отметив что битва далась им без потерь. После чего он показал Натали и остальным освобождённым тайный туннель и сказал фразу-пароль. Когда они скрылись во тьме туннеля, Хал с отрядом выдвинулся к «чудаку».       «Чудак» представлял собой башню одного старого чародея, в стоящем рядом сарае находились Алтман и Харди. По докладам гвардейцев стало ясно, что они успешно скрылись от орков, а также узнали что проход к цели свободен. Кивнув Хал повёл отряд к намеченной цели и ей был дровяной склад. Задачей отряда было устроить пожар, который должен заблокировать врагу подступы к стенам. Путь до склада был безопасным и отряд не теряя времени разлил масло, а Хал с помощью огнива пустил красного петуха. Пламя быстро расползлось по сухому дереву, а отряд тем временем скрылся в одном их многочисленных туннелей.       Неистовое пламя множества пожаров охватило восточный район внешнего города, оно поглотило многих врагов и их крики раздавались до самого рассвета. Но на рассвете, там где раньше была Восточная площадь, возвышалась огромная кристаллическая башня. Башня появилась буквально на глазах у изумлённых солдат, как только на небольшой кристалл упал луч солнца. Она возвышалась над оборонительной стеной, и когда солнце поднялось над внешней стеной, луч магической энергии испепелил ворота второй стены и проделал в ней несколько брешей. Но это был не конец, разъяренные проигрышем и пожаром огромная орда захватчиков ринулась во Внутренний город, вырезая всех на своем пути. С благородной яростью в сердцах защитники сдерживали обезумившую от крови орду и над улицами Ксагоса раздавался боевой клич: «За Цитадель и Викторию». Но силы были слишком не равны и уже к полудню враги подступили к внутренней цитадели. Город был практически во власти гнусных захватчиков, кроме морского тракта и нескольких параллельных улиц. По этим улицам толпы людей стремились в переполненную гавань. Из гавани уходили корабли – единственный путь к спасению. Но посреди хаоса битвы, полыхавшей у ворот Стойкости, сел танр’ри. - Вы ещё не передумали поменять свое решение, жалкие букашки? – пророкотал танр’ри. Ответом ему были два луча отсекшие огромную лапу. Взревев от боли тварь прорычала: - Вы окончательно сделали выбор в пользу смерти!       После этого оставшейся лапой он метнул небольшой предмет в сторону ворот и снова раздался взрыв. В это же время, в неприметной Теневой башне на последний Великий круг собрался Серый Орден. - Братья мои! Пришло время нам сбросить завесу скрытности и в последний раз дать битву во имя Цитадели и Виктории! – могучим голосом сказал Брентор МакАндрик. – И для этого мы снимем последнею печать! На лицах присутствующих отразился страх, последней печатью было «Проклятое сердце».       Защитники Цитадели Ксагос приготовились к своей последней битве, направив пики в сторону разрушенных ворот. Изнеможённые и истекающие кровью они твердо стояли и в их сердцах полыхала решимость забрать как можно больше врагов. Но вдруг перед Теневой башней открылся портал и оттуда вышел невообразимых размеров голем, он был равен или даже превосходили смеющегося танар’ри, которые забавлялся выкашиванию своей косой солдат. Оглушительно взревев голем за несколько прыжков приблизился к отродью Бездны и обрушил свои руки на него. Но это были не все сюрпризы Теневой башни – весь Серый Орден вышел на последнею битву.       Кровь лилась огромной рекой, звон железа не прекращался ни на минуту и среди этого кровавого хаоса стоял Хал. Его доспех был изрезан и покрыт не то его кровью, не то кровью врагов. Солнце клонилось к закату, а битва все не утихала, защитники брали с врагов огромную плату за каждый шаг, но и сами тонули в океане смерти. Хал уже давно перестал ясно мыслить, он только поднимал свой меч и сразу же обрушивал его на врага. Огромный голем добивал очередного танар’ри, но и сам выглядел плачевно – половина головы отсутствовала, сердце голема оголилось и светило неистовым темным пламенем, охватывая его полностью.       Горы трупов покрывали площадь перед Белой башней, и солдаты держались из последних сил. Но закатное небо вдруг озарил золотой свет, который все набирал силу. Вместе со всеми защитниками Хал поднял глаза на этот свет. Свет излучал спокойствие и благодать. Подняв погнутое забрало, Хал произнес свои последние слова и свет поглотил его: «Экстерминатус».