Лабиринт

Сначала он обнял Сохатого. Крепко. И отпустил только тогда, когда Ремус начал покашливать, а Эванс заявила: «Не задерживай очередь, Блэк!» А потом он врезал Снейпу. Но несильно. Левой. — Спасибо, Блэк, — сказал на это Снейп. — Теперь у меня с двух сторон синяки. Симметрия соблюдена. — Всегда пожалуйста. — Не бей моего брата, — сказал Сохатый, — он меня вытащил и сам чуть не сдох. — Брата?! Получив разъяснения, Сириус только головой покачал. И сам удивился облегчению. Все-таки Снейп оказался человеком. И почему-то его этот факт сильно обрадовал. — Ну как, Снейп, менять фамилию будешь? — спросил он. — Раз уж ты теперь Поттер? — Я думаю, — сказал Снейп, промакивая порезы заживляющим, — что мы остановимся на двойной фамилии. Так современнее. Правда, Джеймс? Сохатый заржал.

***

Они провели перед большой и явно важной дверью около часа. Перевязали раненых. Посидели. Пока не перестало трясти. Пока стало возможно разговаривать более-менее нормально. Спокойно. — Вы как думаете, — спросил Сириус, — за дверью — выход? — Ну, наверное, — сказал Джеймс. — Честно говоря, я устал. Боюсь, я немного обижусь на Лабиринт, если выхода за ней не будет. — Страшная угроза, — хмыкнул Снейп. — А я думаю, за дверью то, зачем нас тут водило. — Ты полагаешь в этом был смысл? — спросил Ремус. — Ну да. В лабиринтах обычно всегда есть какой-то смысл. Если бы не было, нас бы кружило до сих пор, мы же разделились, могли никогда не найтись. — Я знал, куда шел, — возразил Сириус. — Мы поняли, что ты полез вниз, и решили так же — но другим путем. Ловушка на нас не позарилась. Ты ее испугал, похоже. — Дырки — это неприятно кому угодно, — хмыкнул Снейп. — А мой мешок вы нашли? — Нет, — отозвалась Эванс из объятий Джеймса. — Ты его оставил? Как жалко! Там же семена были? — Ну да. Но — ладно. Я что говорю, Блэк. Хорошо, ты шел по карте. Но она же неполная, верно? Вас могло водить сколько угодно. А вывело на нас. — Или нас на них, — сказал Сохатый. — Нас всех — сюда вывело, — сказал Ремус. — Да, я понимаю, что ты имеешь в виду, Северус. Там — последнее задание. Настоящее. — Угу. Сириус поднялся на ноги. — Ну тогда пойдемте, что ли? Чего тянуть? Он ожидал увидеть что угодно, любые залы, провалы и коридоры, но не то, что увидел. За дверью оказалась церковь.

***

Небольшая. Романского типа, с арками. Маленьким алтарем в конце нефа, даже не приподнятым. С полностью расписанными стенами. — Ох, — сказала Лили. Сириус согласился. Да, действительно — впечатляло. Но в росписи что-то было неправильно. Над алтарем все было верно — крест, какие-то святые с головами на золотых тарелках, а вот на стенах… — Это история Основателей, — сказал Джеймс ошарашенно, показал влево от Сириуса. — Вы посмотрите только. Встреча. Битва какая-то и подписи: Салазар и Годрик!.. А Салазар… — Это наш «Годрик» — сказал Снейп. — Светловолосый, высокий… Сириус шагнул ближе. На стене двое юношей пожимали друг другу руки на поле битвы. «Слзр» гласила подпись над головой знакомой, светловолосой фигуры. «Гдрк» же был темноволос и гораздо ниже. — «Анно Домини 937», — прочитал Сириус. — Это же битва при Брунанбурге! Саксы против викингов. Точно, вон король Этельстан. И что было дальше? Дальше, судя по фреске, Годрик и Салазар путешествовали. Охотились на чудовищ. Встретили Хельгу — у церкви, в Уэльсе… — Куда это она указывает? — Смотри, — сказала Лили, — белый змей украл ребенка. И здесь Ровена… Ребенка Ровены?! — Наверное… Она здесь с мечом. Идет за чудовищем… Линия Ровены пересеклась с линией Годрика и Салазара, они окружили логово Змея, выманили его, но убила его Ровена. Мечом. И ее окатила кровь. — Она умела говорить с животными, — сказала Лили, показывая на Ровену, окруженную птицами. — Прямо по легенде… Сириус прошел дальше, скользя взглядом по фреске. Основатели разделились, вновь встретились (АД 973, коронация Эдгара) и... — Это что? — Разрушение школы Мерлина в Корнуэлле, — сказал Джеймс, всмотревшись. — Салазару, похоже, было видение. Видишь, иначе нарисовано. Нашествие викингов… — И они решили основать Хогвартс. — Поэтому Хогвартс и замок, — воскликнула Лили. — Вот поэтому! Чтобы защититься от набегов! Постройка замка нарисована была любовно, в деталях. А потом…. — Вот, настоящее разрушение школы Мерлина. И Салазар с Годриком поругались. Из-за чего? Неясно. Но правым художник считал Салазара. Он был нарисован красиво, а Годрик — изломано, коряво. И — Салазар отправился в Корнуэлл. — Он спасал магов, — пробормотал Сириус. — И погиб в бою. Потом умерла Хельга. И Ровена после странной запутанной истории. У самого алтаря Сириус замер, не веря глазам. — «Анно Домини 1040, — прочитал он вслух. — Я, Годрик, закончил нашу историю на этих стенах. Я остался один и жду. Надеюсь на скорую милость Господа». Сириус сглотнул. Он рисовал? Вот это все — сделал Годрик Гриффиндор? И в их покоях, у сада, получается, тоже? — Как же он тосковал, — прошептала рядом Лили. — Это же… Они помолчали, глядя на фреску. — Но зачем нас сюда позвали? — проговорил наконец Джеймс. — Просто чтобы показать? — Нет, — сказал Снейп. — Повернитесь. Справа от алтаря на стене была нарисована схема. Карта. Огромная, постоянно меняющаяся, как карта Лабиринта самого Сириуса… Постой, Блэк, так это и есть карта Лабиринта. Только настоящая. Кто-то грубо нарисовал поверх старого рисунка рунную вязь. — «Огонь», — прочитал Ремус. — «Опасность». «Враги». — Кто-то оживил Лабиринт, — сказал Джеймс. — Сказал ему, что все здесь находящиеся — враги. И все ловушки начали работать. Их ведь спрятали! Должны были дезактивировать! Сириус кивнул. В этом был смысл. Если замок служил прежде всего защитой, значит, всякого неожиданного для врагов в нем было много. А когда викинги закончились и норманны успокоились, то ненужные и старые защиты убрали… Кто здесь проходил? Что искал? Не важно на самом деле. — Ну что, — сказал он. — Очистим исторический памятник от всякой гадости? Когда они восстановили карту — а это оказалось непростым занятием, пришлось работать иголками и трансфигурировать лупы, чтобы не задеть старый красочный слой, — дверь из церкви открылась прямо в коридор Хогвартса. Перед ними стоял директор Дамблдор и улыбался. А рядом с ним с ноги на ногу переминался Питер.