1. Возвращение
13 марта 2020 г., 00:39
– Выглядишь отвратительно, – старик присел рядом.
– Знаю, – вдыхая сигаретный дым, кивнул мужчина.
Вид на озеро, где вода выглядела словно чёрное зеркало, мозолил глаза. В дали, на берегу, виднелись высокие сухие деревья, на закате казавшиеся чёрными дьявольскими руками. Землю под ногами покрыли уже порядком сгнившие листья и мелкие лужицы. Невзирая на середину осени, вечер был достаточно тёплым.
Мужчина снова затянулся, выпуская в пасмурное небо едкое облако сигаретного дыма. Сидящий рядом невольно чихнул и зажмурился, потирая пальцами нос.
– И привычка тоже отвратительная, – фыркнул старик, на что курящий, усмехнувшись, хмыкнул.
Мужчина потушил о железный столб сигарету и выбросил её в озеро, наблюдая как она исчезает в поблескивающей чёрной воде.
– Не о том думаешь, старик Винсент, не о том, – мужчина покачал головой и встал со скамьи, потягиваясь, – Подумай лучше о беременной дочери. Я уже не тот парень, за которым нужно следить и давать советы.
– Для меня ты навсегда останешься таким парнем, Чарли, – Винсент улыбнулся, а мужчина снова хмыкнул.
Чарли продолжал молча стоять и всматриваться в чёрные воды. Он часто приходил сюда утром, в детстве, и наблюдал за утками, которые плескались в ещё чистой воде, думал о своём будущем и осознавал настоящее, не вспоминая о прошлом. Летом, по вечерам, когда Чарли возвращался с Винсентом из города, он замечал здесь и своего брата Александра. В такие дни младший брат приходил домой за полночь и невольно заставлял нервничать родителей. Такое происходило только летом, в другие сезоны Александр никогда не приходил к озеру.
И как ты, брат?
– Где он сейчас? – резко спросил Чарли, после чего сложил руки на груди и повернулся к старику. Мужчина был уверен, что собеседник понял, о ком идёт речь.
Винсент прищурился и улыбнулся, всматриваясь в деревья на горизонте. Он встал, подошёл к Чарли и повторил его позу, не отрывая взгляда от завораживающего вечернего пейзажа.
– Я, как и ты, вернулся сюда недавно, – начал Винсент, – Эмма говорит, что он здесь, живет сейчас с отцом.
– С Далласом значит... – Чарли опустил голову и задумчиво смотрел под ноги, – И как поживает Даллас?
– Вполне славно, – пожал плечами старик, – Все так же живет и работает в том отеле. Каждый день, по утрам, ходит на кладбище.
– Кладбище..? – Чарли неуверенно поднял голову, посмотрел на старика, а потом издал нервный смешок, – Ха-ха, Верно... Мария, да. Как я мог забыть?
– Не хочешь навестить её?
– Нет, она для меня никто, – теперь мужчина заговорил с явной сталью в голосе, уверенно и даже озлобленно, – Что ж, я лучше прогуляюсь. Рад был видеть тебя, Винсент, не прощаюсь.
Чарли последний раз взглянул на озеро и пошёл в сторону дома своего друга.
Не озеро, а чертово болото.
Мужчина шёл долго. Постоянно останавливался и думал о том, что будет делать дальше. Пойти к Далласу? Просто взять и заявиться спустя девять лет? Что будет делать брат и сам Даллас? Они явно не ждут возвращения блудного родственника, которого, к тому же, сами когда-то прогнали. Может, отец бы и принял его, злился бы, но принял. Но брат никогда в жизни. Точно не после того, как Чарли бросил его одного со строгим отцом и истеричкой-матерью.
***
Все началось с того, что в один погожий солнечный день, пока финансовый туз занимался своими делами в кабинете, а пиковая дама с наслаждением загорала на крыше, Чарли, ерзая на ступенях парадной лестницы, ждал письмо из университета. Он мечтал о поступлении в университет на лечебный факультет, но его мечты не совпадали с мечтами его отца, Далласа. Не желая становиться заменой отца в его бизнесе и управлять отелем, Чарли просто решил поставить Далласа перед фактом. Он протянет ему письмо о поступлении и, горделиво вскинув голову, скажет: «Я смог. Я стану врачом и ты мне не помешаешь». И Чарли был уверен, что отец ему не помешает, поймёт, что врачебное дело сыну намного ближе, чем работа с бумагами, но этому навряд ли было суждено сбыться. Парень получил письмо и, недолго думая, вскрыл его. Чарли только пробежался глазами по длинному тексту и увидел желанное слово: «Зачислен» Парень вскочил с лестницы и прыгнул пару раз вокруг своей оси. Радостно влетев в дом, он в считанные секунды преодолел лестницу и ворвался в комнату младшего брата. Александр что-то тщательно переписывал в тетрадь и даже ухом не повёл, когда услышал хлопок двери. – Александр! – вскрикнул Чарли, подбегая к брату, – Я поступил, представляешь?! – он обнял его за плечи и начал яростно крутить то вправо, то влево. – Отпусти, Чарли, – недовольно ворчал младший брат, – Куда ты поступил? На финансы, как и хотел отец? Чарли отшатнулся и опустил голову. – В медицинский...Я...прости..ты навряд ли будешь рад... – парень убрал письмо за спину и открыл дверь, собираясь уйти. – То есть...Ты уедешь? Надолго? – брат резко встал и подошёл к Чарли. – Учеба длится более пяти лет и я не уверен, что смогу приезжать на выходных, так что, да, это надолго, – иногда запинаясь отвечал старший брат. – А отец? А мама? Что они скажут? – он схватил Чарли за плечи и начал трясти, – Мама точно будет против! А отец тем более! Чарли нахмурился и скинул руки младшего брата со своих плеч. Он недовольно взглянул в окно, а затем на брата. Перед ним стоял высокий широкоплечий юноша, с коротко подстриженными темными волосами и карими глазами. Алек был на два года младше брата, но телосложением и ростом они обладали практически одинаковым. Александр внешне был копией матери, а свой скверный характер, видимо, унаследовал от отца. Братья были разными, но в то же время до безобразия похожими. – Мне плевать, что скажет Мария, – Чарли продолжал пристально смотреть на брата, – Она давно не считает меня своим сыном, а я её своей матерью. Но отец поймёт, он всегда понимал меня, – говорил парень, украдкой улыбаясь. – Не оставляй меня здесь одного, Чарльз, – младший брат редко произносил вслух полное имя старшего брата, а потому немного смутился, когда Чарли нервно посмотрел на него. – Я должен, Александр, я всегда хотел...– он замолчал и медленно поднял голову — такой безысходной тоски в глазах брата Чарли прежде не видел. – У нас в городе есть несколько медицинских колледжей! Тебе не придётся далеко уезжать и ты сможешь жить здесь, с нами, Чарли! Пожалуйста, не оставляй меня здесь одного, – брат уже готов был расплакаться и его состояние, похоже, держалось на одном лишь божьем слове. Чарли лишь молча покачивал головой. Сейчас он не может дать себе пасть жертвой сомнений и неопределенностей. Как бы Чарли ни любил своего единственного брата, он не мог пожертвовать ради него своим будущим. Старший брат медленно подошёл к Александру и обнял его, успокаивающе гладя по спине. Для Чарли было главным продолжить нести миссию уважения и братской любви по отношению к своему брату. Он не мог позволить проблемам разрушить между ними то, что они оба называли семьей. И плевать, что для Чарли семья состояла только из младшего брата. – Александр, я постараюсь приезжать на каникулах, – Чарльз продолжал обнимать брата, – Я ни в коем случае не оставлю тебя. Враньё. Ложь до последнего слова. После того, как Даллас увидел письмо, он отказался я разговаривать с сыном, только произнёс гневное: «Уходи, проваливай отсюда. Ты – неблагодарныймерзавец! Не смей возвращаться!». Даллас рассказал младшему сыну о том, что Чарли уехал и не пожелал больше возвращаться. Всего одной фразой настроил Александра против его единственного брата. Самый худший отцовский поступок. Впоследствии, когда Чарли уже проходил обучение в университете, он нередко замечал возле себя мистера Симона, человека, работающего на Далласа. Посылал ли его отец следить за Чарльзом? Переживал ли он за старшего сына? Неизвестно, да и навряд ли когда-нибудь будет. После того, как Чарли закончил университет Симон пропал и больше никогда не появлялся. Сказать честно, Чарли звонил брату. Пытался. Обиженный Александр искусно игнорировал звонки, сообщения и даже письма от старшего брата. Чарльз пару раз намеревался вернуться в родной город, даже покупал билеты на электричку, но на вокзале его всячески начинали терзать сомнения. Он понимал иллюзорность попытки вернуться домой – семья его не примет . И каждый купленный билет был убран на самую дальную полку, в самый дальний шкаф. Через пару недель после того, как Чарли устроился на работу в местную клинику ему пришло письмо от Далласа. В нем Бэнкс старший кратко проинформировал сына о том, что Мария умерла. Лишь короткое «Мария Бэнкс погибла» было написано на потертой пожелтевшей бумаге, ни приветствия, ни прощания. Его даже не пригласили на похороны родной матери. И Чарли мельком показалось, что его это задело. В тот же день он сжёг письмо, не желая даже вспоминать о своём прошлом. Для него Мария и Даллас – незнакомые люди, и ими они остались навсегда.***
Странно, но спустя почти сорок минут Чарли пришёл совсем не к дому своего друга. Он сиротливо стоял посреди небольшой поляны. Вернее, посреди пустыря, так как земля здесь была затоптана, местами перерыта и где-то зияла проплешинами рыжей глины. Впереди была аллея, которая ведёт в местный заброшенный парк. В детстве, когда ни отец, ни Чарли не задумывались о будущем, они часто возвращались домой через этот парк. Хоть и сейчас дорога там завалена брёвнами и где-то и вовсе покрыта ямами, Чарли все равно пошёл вглубь перелеска. Мужчина будто захотел вспомнить дорогу домой, может даже потешить себя воспоминаниями о своём счастливом прошлом. Он проходил мимо покинутых маленьких аттракционов, вспоминал, как когда-то катался на качелях вместе с братом и мамой. Чарли вышел к небольшой площади, посреди которой раньше находился пруд. Теперь же это было самое настоящее болото, даже то озеро с чёрными водами казалось ему приятнее. Он обошёл трясину и вышел на тропу. Раньше деревьев здесь было не так много, сейчас же кроме кустов ничего нет. Спустя минуту он вышел на дорогу. Наконец, знакомая улица и знакомые дома. Но спустя столько лет местность кажется ему совершенно неродной. Он будто оказался там, где не должен был. Снова опасения, снова сомнения. Зачем он продолжает идти дальше? Зачем ищет встречи с Далласом и Александром? Зачем? Чарли и сам не понял, как оказался почти перед маленьким отелем Бэнксов. Он сидел на скамейке и неуверенно поглядывал в сторону бывшего дома. Чарльз периодически закрывал лицо руками, когда кто-то проходил мимо, боялся, что кто-то его может узнать и рассказать о нем. По приезду сюда он встретился лишь с Винсентом, хотя планировал увидеться и с его дочерью, Эммой. Его друг, к которому он шёл, Харви Дуглас, был заядлым собачником и жил здесь всю сознательную жизнь, но в последнее время не выходил на связь. Для Харви это поведение было не то чтобы странным, просто Чарли не привык, чтобы лучший друг детства его игнорировал. Мужчина даже не решался смотреть на здание перед собой, он просто упёрся взглядом в дорогу и снова думал. Винсент говорил, что Даллас прекрасно живет вместе с сыном. Так зачем Чарли мешать этой идиллии? Почему он не может жить спокойно? Забыть о прошлом как Даллас и Александр? В его голову даже закрадывались мысли о том, что тогда, девять лет назад, он должен был выбрать семью, а не своё будущее. Должен был выбрать брата, а не университет. Но если бы не его мечты и рвения, он бы работал на отца, ходил на ненавистную работу и общался с Марией, которая его ненавидела. При воспоминании о матери, Чарли вздрогнул и невольно посмотрел в сторону холмов, где было кладбище. А он ведь даже не знает, почему умерла его мама — Даллас посчитал, что сыну знать об этом не обязательно. Бэнкс младший подумывал навестить могилу матери, но вовремя избавлялся от этих навязчивых мыслей. Хоть между Чарли и Марией были не самые лучшие отношения, мужчина все же желал узнать о своей матери больше. Например, почему она его ненавидела, а затем и умерла с этой ненавистью? К счастью или нет, но ответ на этот вопрос Чарльз никогда не получит. Над ухом прозвучал сдавленный женский кашель. Мужчина поднял голову – рядом стояла девушка лет тридцати, со светлыми волосами до плеч и большими карими глазами. Она не была красивой, но миловидными чертами лица её не обделили. – Эмма? – удивленно заговорил мужчина. – Чарльз, – она улыбнулась и убрала руку с живота, присаживаясь рядом с другом детства. Из под яркого платья был виден округлившийся живот девушки. Да неужели? Гарри все таки сделал то, о чем трындел с шестнадцати лет? – Ты все такая же красивая, – Чарли попытался выдавить из себя хотя бы какое-то подобие улыбки, чтобы не смущать девушку, – Ребёнок Гарри? – Спасибо, – она рассмеялась и прикрыла рот рукой, – Верно, это его ребёнок. – Какой месяц? – из некой вежливости спросил мужчина. Конечно, он понимал, что Эмма на четвёртом месяце, не зря же так долго учился. Девушка снова звонко рассмеялась и начала поглаживать рукой живот. Она смотрела то на здание впереди, то на мужчину рядом. – Не задавай глупых вопросов, Чарли, я знаю, где ты учился, – Эмма улыбалась, – Четвёртый, – все же ответила девушка, смотря мужчине прямо в глаза. От такого зрительного контакта Чарли немного напрягся, но взгляд отводить не стал. Он знал, что так Эмма проверяла его, иногда мужчине казалось, что она смотрела в его душу . – Ты же к брату пришёл, да? Боишься заходить? – Чарльз неуверенно кивнул, – Я не знаю, что о тебе думают твои отец и брат, но думаю, они уже давно остыли и не станут злиться на тебя. А Даллас и вовсе примет тебя с распростертыми объятиями, особенно после смерти Марии... – Два с половиной года прошло, сейчас ему все равно и на меня, и на Марию, – он вздохнул и хотел уже было потянуться за сигаретой, но вовремя остановил руку – рядом беременная Эмма. – Нет, не говори так, я много раз видела, как твой отец покупал цветы и уходил на кладбище, – она продолжала пристально смотреть на Чарли, похоже, даже не моргая. Чарли замолчал. Он хотел съязвить, что, мол, Даллас ходил к любовницам, но понимал – отец однолюб и не станет изменять любимой даже после её смерти. И несмотря на взаимную неприязнь между Марией и Чарли, Даллас продолжал любить жену, иногда даже пытался их помирить, раньше, до отъезда. – Я боюсь, что своим появлением сделаю только хуже. Я не знаю кем вырос мой брат и в каком состоянии сейчас отец. Думаю, они вдвоём начали счастливо в жить без наших с Марией конфликтов. – Плохо думаешь, Чарльз, – она легонько ударила собеседника по голове и вновь рассмеялась, – Тебе стоит просто сходить к ним, а не терзать себя сомнениями, сидя перед их домом. К тому же, как я слышала, живут они сейчас не так счастливо. Говорят, в отеле раз в пару месяцев находят мертвого человека и полиция пару раз хотела обвинить во всем твоего отца или брата, но так как трупы находили и в других местах, посчитали, что это дело рук какого-то серийного убийцы. – Такое же и раньше бывало, правда, в отцовском отеле трупов не находили. Гарри разве не говорил? Если убийца один и тот же, то он остаётся безнаказанным уже более двадцати лет, – Чарли хмыкнул и размял шею, – Не думаю, что смогу чём-то помочь. После небольшого разговора они сидели молча. Эмма периодически гладила свой живот руками и смотрела на темное небо. Чарли же сверлил взглядом здание перед собой. Постояльцы отеля, должно быть, уже давно почувствовали тяжесть его взора. Входная дверь отеля открылась и оттуда неуверенно вышел старик, с массивной тростью в руках. Чарльз резко повернул голову к Эмме и улыбнулся так широко, что ему показалось, будто он слышал треск собственных щёк. Девушка поначалу вопросительно смотрела на него, но когда увидела подходящего к дороге старика, улыбнулась в ответ. – В общем, Чарльз, просто сходи в отель, ты не узнаешь, как к тебе будут относиться родные, если ты не придёшь и не попробуешь узнать, – она, не переставая улыбаться, встала со скамейки и потянулась. – Верно, – он вздохнул, – Тебя проводить? Уже ночь, – вскочил мужчина, не отрывая взгляда от Эммы. – Не стоит, Гарри уже приехал, – она мотнула головой в сторону дороги. И впрямь, рядом с остановкой стоял небольшой темно-зеленый пикап. Водитель сидел внутри и непрерывно махал рукой. – Что ж, пока, Чарли, ещё увидимся! – она обняла друга и уверенно зашагала к машине. Чарли лишь молча стоял под крышей автобусной остановки и смотрел вперёд, сквозь здание отеля. Сейчас он обязан пойти к своей семье. Обязан вернуться к брату.
