У подъезда

10:45 Я сижу на лавочке и допиваю "Спрайт". Просто сижу и пью этот ебаный спрайт, который, как на зло, не хочет кончаться. Почему я не пойду домой? Я сама не знаю. Мне, наверное, нравится вот так вот сидеть. Насрать на то, что холодный ветер дует, словно ураган. Я просто хочу тут сидеть. И что? Ну сижу я, сижу. Вам-то какое дело? Проходите дальше, что вы смотрите? Хули зыришь, иди уже. Да не бомжиха я, уходи. Посидеть уже нельзя? Сразу "Бездомная, бездомная". Даже если бы я и была бомжихой, то какая вам, к черту, разница? Я же вас не трогаю? Вот и не надо так на меня смотреть. 19:56 Сижу. Да. Все еще сижу. Уже ноги затекли, а я сижу себе и сижу. Ну, когда ты там выйдешь, мразь? Я тут че, зря почти 10 часов сижу? Те чё, жалко что ли выйти на улицу, ублюдок? Ну да, конечно, нахер надо. Тебя же всего лишь ждет та, которой похуй на то, что она может заболеть, не важно чем, важно, что в ожидании. В ожидании тебя, имбецил. И че, не хочешь выйти, прям ни капли нет желания покинуть сие здание? Тебе сложно что ли спуститься на 4 этажа, открыть дверь и выйти из этого здания? Хорошо, ты сиди там, а я здесь. Бля, уже темно. А я сижу, как дура, ей богу. Сижу, жду. Тебя, блять. Вот, сижу, да. А тебе весело, наверное, с пацанами пиво хлестать. Я бы тоже, тоже хотела с вами, да поздно уже. Есть ли смысл тут задерживаться? Может быть, ему написать? Да нет, ему все равно. В его окне до сих пор горит свет. О, кто-то выбил бутылкой стекло. Та разбилась, ровно так же, как и мои надежды на то, что ты, блять, выйдешь уже из своей квартиры. 21:09 Зачем я здесь осталась? Может, это все зря? В твоем окне уже не горит свет. Оно лишь выставлено на проветривание. Тюль слабо колышет ветер. Может, пойти домой, мало ли? Ай, да кому я нужна. Чет грустненько, может, домой? Так, стоп. В его окне снова загорелся огонек, похоже, фонарик. Этот свет резко повернули в мою сторону. Бля, хули слепишь, тебя сломать? Темный силуэт помахал мне рукой. Окей, допустим, тоже помашу. Фонарь выключается, загорается яркий свет лампы. Господи, тебе делать нечего? Ну сижу я, сижу, что надо-то от меня? Он жестом зовет в дом и пытается объяснить, что сейчас спустится и откроет. Господи, мне не надо повторять тысячу раз, я не тупая. 21:14 О, открылся Сизам, наконец-то. - Че ты тут сидишь? - Спрашивает он. - Нельзя что ли посидеть? - Грубым голосом вылетает фраза из моих уст. - Иди домой, - протирая глаза отвечает он, - ой, прости, забыл, что ты живешь у черта на куличиках. Зайдешь, или тут останешься ночевать? - С улыбкой произнес он. -Я так понимаю, ты без бабла? - Конечно, я же бомжиха и не могу себе позволить убер, да? По крайней мере, меня такой и считали. Тебе так трудно было выйти из дома? Капец. Или ты не видел, что я сижу тут целый день, что у меня затекли ноги, что, в конце концов, закончился спрайт? Я даже нормально взять ничего не могу в руки, они тоже затекли. Прикинь, когда у людей садится телефон, они не могут позвонить или написать, - предсказывая вопросы, на повышенных тонах ответила я. *** 12:32 Где я? Черт... - О! Проснулась, голубушка. - Доброе, - томный вздох, - утро, Алексей Геннадьич. - Здравствуй. Ты снова приходила туда? Мне нечего было ответить, ибо он и так знал правду. - Пойми, этого человека больше нет, - вздохнул Алексей Геннадьевич, - хватит туда приходить каждый божий день. Нет смысла сидеть весь день на лавке и ждать чуда. Когда ты уже перестанешь? Он мертв, всё. Я промолчала. Наверное, единственное, во что я не могла ему поверить - он мертв. Я не проронила не единой слезы. Мне нужно доказательство того, что он умер, не более. И не свидетельство о смерти или что-то такое. Он должен мне об этом сообщить. И никто другой.