Я все сделал правильно

— Ричи… милый, послушай, Ричи, прошу тебя — пора уходить. Он мертв… Эдди умер, понимаешь? Давай, я тебя прошу, давай уходить! Слова ускользают и Ричи, бросив на Бев еще один взгляд, снова поворачивается к Эдди. Он жив, он уверен в этом, тот просто потерял слишком много крови и отключился. Это вполне возможно. Вполне реально. Ричи решается проверить свою догадку и кладет свою руку Эдди на грудь, чуть дальше того места, где зияющую дыру прикрывает собственная кожаная куртка. Вокруг — хаос. Разрушение. Земля под ногами начинает сотрясаться, от чего друзья вокруг пошатываются с каждым резким рывком. Но Ричи сосредоточенно слушает. В этот единственный важный момент вокруг все замирает и прекращает существовать, потому что Ричи — слушает. Ему отчаянно нужно услышать удар под своими пальцами. Он сильнее нажимает на грудную клетку Эдди. — Ричи, прошу тебя! Нам нужно уходить, все рушится! Билл рядом хватает его за плечо, почти мягко, но вполне настойчиво. Они все боятся. И Ричи тоже боится. Боится, что уйти сейчас — означает бросить Эдди. Оставить умирать. Ричи настолько боится этого, что чувствует собственное сердцебиение в горле. Да черт возьми, он может слышать сердцебиение Билла сквозь его руку, что сжимает плечо! И только Эдди один молчит. И вдруг… — Хватайте его, пора валить! — Нет, нет, вы не понимаете! Он жив! Я слышу, я чувствую, Эдди — жив! Осколки пещеры с грохотом падают где-то совсем рядом, пока Билл оттягивает Ричи. Бев всхлипывает, и Бен держит ее за руку. Майк испуганно глядит по сторонам, переживая, как бы все это место разом не обрушилось и не придавило их всех одним большим обломком. Ричи плевать. Он кричит, противится, и спустя миг освобождается от рук Билла и снова прижимает к себе Эдди. Он жив, он еще жив! — Ричи… дорогой, пожалуйста… — Я понесу его на руках, я не оставлю его здесь. Эдди всегда был таким хрупким и легким, что Ричи подхватывает его с первого раза. Закидывает его руки на свои плечи и крепче прижимает к себе, чтобы не уронить, чтобы не отпускать. Он не оставит его умирать здесь, он никогда не оставит его… Билл что-то кричит ему, Майк с мольбой в глазах смотрит на тело Эдди, пока Бев заливается слезами, но все их слова пролетают мимо ушей и им приходится смириться с решением Ричи. Он забирает Эдди с собой. И точка. Если из-за этого Ричи погибнет — так тому и быть. Он хотя бы попытается. Он хотя бы сделает что-то, даже если Эдди на самом деле умер. Они пересекают купол пещеры, уворачиваясь от стремящихся к земле обломков. Ричи бежит последним, и Майк в один момент толкает его в сторону и чуть не падает сам под очередной бесформенный камень. На лице друга — страх, боль, но что страшнее всего — осуждение. Оно мелькает в один момент и исчезает, стоит Ричи моргнуть. Он знает, что они все думают. Будто он спятил. Будто его решение забрать с собой Эдди погубит не только его самого, но и все остальных. Но Ричи плевать хотел. Он набирает в легкие побольше воздуха и, со всеми присущими ему силами сохраняет равновесие и бежит вперед, обгоняя остальных. Путь через расщелину, подъем вверх, проход по воде — Ричи пробирается из последних сил. Ему тяжело, руки ноют, а колени подкашиваются с каждым шагом, но Эдди он не отпускает. Билл пытался снова, он пытался уговорить его оставить тело, но в ответ получил пару сочных матов, среди которых «Пошел к черту» — самое мягкое. Никто больше не пытается отговорить его. Они стремительно направляются к выходу из дома на Нейболт-стрит, и Ричи наконец понимает, что имел в виду Билли, когда как-то сказал, что его Сильвер «обогнал Дьявола». Ричи выбегает одним из первых, делает последний рывок, пересекая лужайку перед домом, и падает на землю, полностью лишенный сил. Его друзья останавливаются рядом секунду спустя. Он бережно кладет Эдди на землю, и оборачивается, чтобы увидеть, как дом на Нейболт-стрит разрушается, содрагая землю, и проваливается обломками внутрь, навсегда закрывая за собой двери. Это закончилось. Оно мертво. Зияющая дыра в земле наконец становится точкой в кошмарном цикле. — Мы справились, — полу-радостно, полу-удивленно роняет где-то рядом Бен, и смеется на глубоком выдохе. Майк хлопает его по плечу. — Рич? — Билл оказывается за спиной и снова, так же бережно, как и там, под землей, кладет свою руку ему на плечо. — Ричи, послушай, ты сделал это. Ты спас его. А теперь… позволь нам позаботиться о нем. — Нет, — Ричи снова кладет свою руку Эдди на грудь в полной уверенности, что тот еще жив. — Не трогай его. Лучше помоги и вызови скорую. Или ты, черт возьми, не видишь дыру в его груди?! Билл обреченно отстраняется, и Ричи чувствует своим нутром взгляд каждого, и ту необъятную жалость, направленную в его сторону. Бев обнимает Бена, и ее плач теряется в складках его рубашки. — Эй, Эдди, ты слышишь меня? — Ричи склоняется над его телом, чуть ли не касаясь его лбом, и шепчет, шепчет что-то невнятное и неразборчивое, будто какое-то заклинание. Он сосредотачивается, концентрируется, и весь мир сужается до размера игольного ушка, через которое Ричи пытается нащупать сердцебиение. Оно есть. Он его уже слышал. — Я знаю, ты здесь, пожалуйста… Эдди, пожалуйста… Не смей бросать меня. Его вторая рука тянется вверх и Ричи уже ощупывает друга за лицо, откидывая упавшую на глаза челку, пропитанную кровью, сточными водами, и бог знает чем еще. Никакого движения, никаких признаков жизни. Они все были правы — он умер, погиб, защищая Ричи. Эдди Каспбрак наконец нашел в себе смелость и сразился со своим страхом. Он был самым смелым, самым отважным, самым… Ричи чувствует внутри нарастающую истерику, и факт смерти Эдди обрушивается на него, как те осколки из пещеры. Он хватает друга обеими руками и прижимает к себе, завывая и всхлипывая, будто ему снова двенадцать. Ричи покачивается на месте, прижимаясь щекой к макушке Эдди. После, совершенно на автомате, почти не осознавая себя, целует мужчину в лоб, щеки, касается губ. Он чувствует липкий привкус крови, пыли, грязи, и где-то на подкорке маленький, тонкий голосочек пищит ему: «Ты слышал что-нибудь о стафилококке?!». И Ричи смеется, потому что ему больно, смеется, потому что стафилококк — меньшее, что его сейчас заботит. Он был готов умереть за этого человека, и если говорить по правде — какая-то часть его только что умерла. Рука, потом еще одна, потом еще одна — и вот клуб Неудачников обнимают Ричи со всех сторон. Он поднимает на них взгляд и боль от происходящего только усиливается. Значит, что они тоже видят это, значит, что Эдди на самом деле мертв. Тишина под его пальцами, там, где должно стучать сердце, рвет его на части и Ричи откровенно орет в пустоту. Глаза смыкаются, и он снова жмется к остывшему телу, холодному, безжизненному, и очки его трещат по швам от давления, как и сам Ричи. Кто-то (снова Билл, наверное) хватает его за плечо и трусит, настойчиво, будто в этом был какой-то смысл. Будто это может помочь справиться с болью, но Ричи лишь отмахивается, и жмурит глаза сильнее. Он не хочет помощи, он хочет вернуть Эдди, только Эдди, только его. «Пожалуйста, верни мне Эдди, пожалуйста, прошу, верни его, больше ничего не нужно, пусть он вернется, пусть вернется ко мне…» — Ричи вдруг признает Всевышнего, в один невероятный момент надеется на его существование и готов молиться, молиться, лишь бы это сработало. Лишь бы только… — Рич… Он слышит голос и думает, что кто-то опять попытается поднять его на ноги и заставит бросить Эдди, заставит разомкнуть объятия и посмотреть правде в глаза. Но Ричи не хотел видеть. Все, что у него осталось — хрупкое тело Эдди Каспбрака на руках и запах его волос, к которым он прижимался лицом. Он не мог отпустить его, не мог смириться. — Милый, пожалуйста… Нет, он не согласен признавать потерю. Он хочет запомнить все, как есть, каждый изгиб и каждую нотку, что сможет уловить. Еще слишком рано прощаться, еще слишком рано отпускать. Ричи не готов, он должен запомнить… Сквозь закрытые веки он ощущает резкий свет, но глаза держит закрытыми. Плотно и надежно, чтобы реальность не пробралась сквозь расщелину к зрачкам. Ричи сгибается, уменьшается, пытаясь заставить себя исчезнуть. Себя и Эдди, и вдруг тогда это просто обернется кошмаром, из которого есть возможность выбраться. Но настойчивые руки тянуться к нему и более настойчиво трусят. Ричи задыхается, кричит, но веки держит закрытыми, все плотнее прижимаясь к холодному телу. Голос в голове все громче повторяет мольбы, стараясь заглушить мир вокруг. И на мгновение у него выходит. Пока тяжелая ладонь не обрушивается на горячие, залитые слезами, щеки. И Ричи открывает глаза. — Прости! Прости, Ричи, но тебе нужно прийти в себя. Свет от лампы заливает ему глаза; настолько яркий и слепящий, что у Ричи начинает гудеть в ушах. Он оглядывается, и когда у него наконец получается сфокусироваться, он смотрит на свои пустые ладони. Эдди исчез из его объятий, будто испарился, будто его никогда там и не было. Ричи сжимает и разжимает ладони, и паника волнами начинает накатывать. Комок в горле. Глаза слезятся. Ричи понимает, что сидит без очков и начинает шарить руками вокруг, надеясь, что они где-то рядом. — Это ищешь? Тихий голос рядом, и Ричи ориентируется на него, получая заветное средство для зрения. Он жмурится раз, моргает и поднимает голову. — Э… Эдди? Ты? Мужчина напротив облегченно улыбается и берет Ричи за руку. И тот наконец осматривается по сторонам, чтобы увидеть, что сидит в кровати, запутавшись в простынях, а прикроватная лампа мягко освящает его комнату и спокойную, ночную обстановку. Сердце Ричи, что минуту назад пыталось раздробить его грудную клетку изнутри, наконец успокаивается, а дрожь в руках постепенно отступает. — Да, Рич, все в порядке. — Мне приснился кошмар… — и он тянется к Эдди, обнимает его обеими руками и радуется, что больше не чувствует обмяклое, холодное тело напротив. — Я знаю. — Ты был мертв… — Я знаю. — И я думал, что потерял тебя. — Я знаю, — и Эдди целует его, нежно, бережно, еле касаясь губами, потому что Ричи до чертиков испугался. — Ты спас меня, помнишь? Ты вытащил меня и спас. — Эдди… — Вот, смотри, — он поднимает свою спальную футболку, оголяя грудь, и Ричи видит старый шрам в виде круга, который благополучно зажил еще несколько лет назад благодаря тому, что он был настойчивым. Он был настойчивым и не дал Эдди умереть в пещерах. — Все хорошо, Рич. Со мной, с тобой — с нами. Все хорошо. Ричи кивает, вытирая накопившуюся влагу в уголках глаз, и снова тянется к Эдди. Он целует его крепко, прижимается сильно. Ему никогда не избавиться от кошмаров. Но Эдди рядом, а значит, что он все сделал правильно.