Regulus Black

      — Ты хоть понимаешь, какую совершаешь ошибку? Понимаешь. на что обрекаешь не только себя, но и всю семью?! Это позор, Меда! Чистокровная волшебница выходит замуж за грязнокровку!       Они стояли посреди ее нового жилища, какой-то очень маленькой маггловской квартиры, где было всего две комнаты. Регулусу казалось, что все происходящее — кошмар, хаос, пробравшийся в мозг и теперь мучивший его. Его любимая сестренка, ценившая всегда комфорт во всем оказалась здесь не из-за какой-то великой цели, а просто потому, что влюбилась. Любовь. Он всегда считал ее слабостью, слишком переоцененным чувством, чтобы идти у него на поводу.       — Меда, ты вообще меня слушаешь?       — Белла, наверное, в ярости. Как и твои родители. Дай угадаю, меня поддерживаешь только Сири, верно? — она подняла голову, и Регулусу отчаянно захотелось заорать. Не на нее, а просто в пустоту. Выпустить гнев, который он не мог обрушить на Меду. — Рег, как ты оказался во все это втянут? Как ты оказался на стороне этих ублюдков? Ладно Белла, она всегда была жестокая, это у нас семейное, но ты…       — Я — глава рода! — и тут она расхохоталась. Хотя, это больше походило на истерику. Регулус смотрел на нее и пытался понять, что смешного было в его словах, поэтому успел заметить молниеносное движение сестры, позволившее ей оказаться прям напротив его и обжечь дыханием лицо.       — Ты — глупец! И совсем не глава рода! Ты — марионетка, Регулус, только пока не понимаешь этого! Но ты поймешь, я знаю, что поймешь. Вот только тебе это понимание будет стоить жизни. Я знаю тебя, братец, всегда знала и когда-нибудь ты придешь ко мне и скажешь, что я была права. Но будет уже поздно, — она отвернулась также резко, как приблизилась к нему. — Уходи, сейчас я больше не хочу тебя видеть.       Он стоял в одиночестве посреди огромного поля и смотрел на небо. Серое, затянутое грозовыми тучами, вот-вот хлынет дождь. Шея затекла, но он не мог оторвать взгляда от этого неба. Есть ли там действительно другая жизнь? Что будет после смерти? Увидит ли он кого-то из своих родных?       Жизнь расставила все по своим местам. Метка, что когда-то была наградой, сейчас жгла руку, как проклятье. А слова Меды, ее боль в глазах, ее понимание сейчас отзывалось в душе горечью и сожалением. Он совсем не так видел свою жизнь, как видит все это сейчас. Глупый упрямый мальчишка, впрочем, как и все представители их семьи. Вот только за все приходится платить.       Северус оказался единственным, к кому Регулус решил обратиться за помощью. Тот не спрашивал, зачем младший Блэк интересуется его зельями, но просто рассказал правду. До сих пор Рег помнил его уставший взгляд и крепкую хватку на руке. Словно он тоже пытался его спасти, но знал, что не сможет. И мужчина понимал, что причина у этого одна — Лили. Когда-то ведь они с Севом дружили, когда-то они все дружили. Что же с ними стало?       Он усмехнулся в небо, чувствуя, как защекотало в носу. Здесь не было никого, не нужно было держать лицо. После смерти отца все изменилось — в том числе и он. Действительно глава Рода. Мальчишка, потерявшийся в крови и попытках ощутить себя мужчиной. Убийца и жертва. Повелитель и раб. Как мало он стоил, как мало сделал, как мало ценил.       В памяти мелькали лица и слова, крики и страх. Он хотел это остановить, но не мог. Мозг подкидывал все новые обрывки, и лица мешались, слова путались, а в ушах звенел крик. Постоянный крик. Он хотел забыть, отмотать время назад, чтобы все исправить. Будто хроноворот и правда мог что-то исправить. Но Регулус давно не был тем шестнадцатилетним мальчиком, который верил в свою уникальность. Наверное, он больше уже ни во что не верил.       Небо будто бы становилось еще ближе. Словно могло его поглотить, забрать к себе. Туда, где не будет ни боли, ни страха, ни крови, ни слез. Неужели он поверил в рай? Нет, убийцам не места в раю, так, кажется, написано в этой Библии, книги магглов. Хотя, у него было время узнать многое о самом себе, вдруг он тоже попадет в этот самый рай?       — Заберешь меня, а, Бог?       Ответом ему была тишина, но он и не ждал ответа. Он итак уже все решил и ничто не изменило бы этого решения. Раб и повелитель. Жертва и убийца. Пора бы стать уже человеком.