Догони меня!

      Ещё звёзды не уступили место солнцу, ещё не сменили свои вахты сотрудники ночных клубов, даже стрелка часов не сдвинулась и на минуту от того времени, как она коснулась головой подушки, а уже кто-то крадётся.       Девушка резко открыла глаза и села на кровати. Она столкнулась с удивлёнными зелёными глазами. Мягкая рука была перехвачена её ладонью.       — А я хотел разбудить тебя, — немного взволнованным голосом от такой реакции говорил парень.       — Тебе удалось, — холодно ответила Сменкина и встала.       Ткань ночной одежды соскользнула по её ногам и наполовину покрыла щиколотки.       Она заметила, что Мещеряков наблюдает.       — Что хотел? — снова жёсткий голос заставил парня покрыться мелкими бисеринками пота и покраснеть. Хорошо, что в темноте незаметно. Он поймал знакомый взгляд подруги.       «Незаметно? С каких пор для неё что-то незаметно?» — Арт выдохнул через лёгкий смех. Она как всегда видит его насквозь.       Парень завёл одну руку за голову, забурился пальцами в немного растрёпанные, как и каждый день волосы в поисках темы. Он улыбнулся, смотря в потолок. Глаза как-то сами проникли за большое окно её комнаты, откуда открывался вид на синее-синее небо, испещрённое далёкими светилами. А если посмотреть чуть дальше, то видно такой притягательный для души рейсера мост, по которому несутся машины, точно электроразряды по проводу.       — Звёзды сегодня… такие красивые, — мечтательно выдохнул Мещеряков. Он проследил за её взглядом и вновь не смог сдержать тёплой улыбки. Двое всегда смотрели в одну сторону. — Давай покатаемся, а?       Он выжидающе смотрел на девушку.       — Хм… — через миг она хитро улыбнулась в темноту.       Двое быстро оделись, заправили и закрепили как надо экипировку, проверили до последней задоринки свои мотоциклы и понеслись по ночной дороге на тот самый мост, лихо объезжая полусонных водителей и редких пешеходов.       Почему сегодня они оделись в гоночные костюмы? Просто Арт и Кира решили, что именно сегодня — самая подходящая ночь для тренировки, которая принесёт столько адреналина в их кровь, что хватит на неделю.       Посмотрев на шикарный мост так близко, как только было возможно, прокатившись по нему туда и обратно дважды, они помчались за город, вдыхая восхитительную ночную свежесть, явно предсказывающую лёгкий утренний дождь. Они даже не включали музыку, так им было хорошо. Когда проезжали мимо так называемого «старого квартала» — милое, живописное местечко со своими кочками и ухабами, поросшими зелёным мхом, да покосившиеся старые домики из бруса, в которых уже давно никто не живёт, парочка оставила за спинами знак, чётко говорящий не ехать дальше, если хотят, чтобы всё было в порядке с головой и остальными частями тела. Но… они всё же не смогли удержаться.       Двое прыгали колёсами: и передними, и задними по скатам и подъёмам причудливых изломов от времени строений, делали простые трюки на своих железных любимцах, ловили друг друга, качались на ветках деревьев. От «нечего делать», въехали с разгона на его мотоцикле в какой-то старый курятник, протаранив его.       Потом долго, заразительно смеялись, завалившись на кучу старого сена, которое видимо, либо не пригодилось, либо его забыли связать в сноп. Арт и Кира смотрели в небо, всё ещё смеялись над своими дурачествами, лежали голова к голове и соприкасались локтями, они уже давно сняли костюмы, предусмотрительно одевшись сначала во что-то более приемлемое для города. Пока гоночная экипировка покоилась на её мотоцикле, стоящем и ждущем свою хозяйку неподалёку от сломанного курятника, ребята наслаждались жизнью, заложив расслаблено руки за головы и смотря в предрассветное небо. Они вспоминали недавнюю гонку, очередную победу, жар в костях, после самого опасного их трюка, из-за которого Фил чуть не пустил на фарш обоих.       Кира засмеялась.       — Арт…       — Что? — так же тихо спросил он.       — Спасибо, что увёз меня в эту ночь, — Мещеряков приподнялся на локте и посмотрел на девушку. Он нежно улыбнулся, ведь она сказала это, даже не отрывая сияющего взгляда от небесных красот. Только одна её рука, словно без ведома самой гонщицы медленно двигалась в воздухе, как будто считала тающие звёзды. Сменкина улыбалась и прикрыла глаза, когда почувствовала ладонь в своей руке. — Не засыпай, — тихо сказал парень и не заметил, как подул тёплым воздухом на её веки. — Илья с нас три шкуры спустит, если… — он не закончил. — Илья… — стоило вспомнить искажённое злобой лицо Муромова, когда он битый час им объяснял, что двое могли просто сломать себе шею от своих трюков, оба рассмеялись. Они одновременно поднялись на сенной куче и застыли. Прямо перед заворожёнными подростками вставало сверкающее, словно неогранённый бриллиант солнце, воспламеняя собой полнеба. Будто огненным щитом уже севших на свои мотоциклы с восхищёнными взглядами, Арта и Киру покрыло сияющим куполом солнечного света, лившегося на них, казалось, прямо с неба. Двое с улыбками прищурились, но всё равно не отрывали глаз от солнца. И поехали обратно по той же дороге, домой. Часы уже показывали пять утра. Стрелка медленно приближалась к двум минутам шестого часа, а парень и девушка мчались на своих мотоциклах и радовались небольшой влаге утренней мороси, которая застигла их только полчаса назад. Бивший от скорости в лицо нежный ветер срывал с обоих застывшие в складках одежды капли дождя, когда они на всех парах пролетели на зелёный сигнал светофора в густую пелену тумана, стелящегося над городом. Арт и Кира ещё не успели-то окончательно заглушить моторы, как дверь дома отворилась, их встретил Фил. Он вышел за газетой. Черных сразу понял — ночью они исчезали и вернулись… ясное дело. Но увидев эмоции их обоих, с такой лёгкостью и нисходящей с лица улыбкой Мещерякова, только подхватил и перебросил в руках утренний номер, просто развернулся, кивнул им головой и вошёл в дом. Но ближе к полудню появилось кое-что, немного омрачившее обоих, а скорее, озадачившее их. Мещеряков и Сменкина после сытного завтрака и разговора с друзьями разом плюхнулись в объятия дивана и принялись наперебой читать газету, ребята занимались там своими делами, когда гонщики немного застыли, брови их сдвинулись к переносицам, сначала взлетев в немом вопросе. Они сосредоточились на информации и повернули газету так, чтобы было удобно читать и ему и ей. На первом же развороте была их фотография с церемонии награждения, с указанной датой: 25. 07. 17. Арт переглянулся с Кирой, рассмотрев снимок следующего содержания: «Они стоят на постаменте. Сменкина держит кубок в опущенной руке легко, он обнимает девушку за талию, словно пытаясь притянуть её ближе. Сама она положила подбородок мягко ему на плечо на своей руке, как будто пытается не сделать больно. Оба счастливо улыбаются. На этой фотографии вокруг них так и нарисовали ореол света. Как будто кубок, которого с таким трудом добились, им уже и не был нужен, это выглядело так, словно: «Больше ничего не надо, только быть с тобою рядом». При этом сбоку попала в объектив фотокамер и стояла на затенённом фоне Лилия Алимпова, отвернувшись спиной к ним, полубоком, она сложила руки на груди и надулась немного, но что явно видно, она злилась, просто кипела от ярости. На изображении между ореолом с ними и тенью с ней сделали молнию, словно разорвали фотографию. «НЕОФИЦИАЛЬНАЯ ДРАМА, ОФИЦИАЛЬНЫЙ РАЗРЫВ». И надпись в названии статьи на следующей странице: «Уже ничего не скрыть». — Это насторожило Арта и Киру. Они внимательно всё прочитали, закрыли газету и одновременно кинули её на низкий столик. Илья выходил из кухни. Он бросил взгляд на стену с часами и облокотился спиной о косяк двери, допивая молоко в стакане, его глаза медленно перевелись на растерянную пару и тут же снова вернулись к часам. — Илья, можешь смотреть свои единоборства, — встала с дивана Кира, но сказала она это немного не таким голосом. Арт тоже поднялся. Они оба приняли решение. Примерно через полчаса, когда обычно катались, ребята никуда не пошли. — А тренировка? — удивлённо сказал Вик и остановился на лестнице, ведущей на второй этаж. — Забыли что ли? — Не сейчас. Вопрос есть, — ответила Кира. — Слушаю, — он остановился, облокотившись на перила лестницы. — Ни к тебе, братец, — снова сказала девушка. — Иди пока, — Сменкин пожал плечами и ушёл. Девушка с каштановыми волосами вернулась из магазина. Арт дождался, когда она сходит на кухню, сделает нужные приготовления и снова придёт в гостиную. — Лиль, можно поговорить с тобой? — спросил её осторожно парень, он стоял неподалёку от окна у самой стены. — Арт? — с надеждой произнесла она. — А, я… — но увидев их обоих, стоящих прямо перед ней, явно настроенных на важный разговор: — Н-нет. — Лили… — её голос был пронизан волнением. Она протянула руку к отступившей девушке. — Мы волнуемся за тебя, — почти ей вслед. — Что случилось? — Арт крикнул то же самое. — Ничего. Всё в порядке! — она бегом вылетела из дома. — Лили, — тихо повторил парень. Двое подошли к окну, видя из него, как она надела свой белый шлем и куда-то не слишком быстро поехала.