Догони меня!

      — Я докажу! — Выкрикнула шатенка и только села на мотоцикл, не надевая шлема, помчалась.       Спустя минут десять, появилась Сменкина.       — Кира… — уже без надежды сказал Мещеряков.       — Арт. — Она впервые произнесла его имя.       Парень встрепенулся. Он начал подниматься с брёвнышка от поваленного дерева, когда у них тут бушевал ураган и всё посносил, благо, крышу их дома не тронул… А они были на гонках, представляющих страну. И оба выиграли, хоть и действовали не так как всегда, в его мотоцикле по-прежнему играла эта песня и он не стал разговаривать с фанатами, поэтому Кире пришлось самой заниматься и автографами и прессой и отвечать на сомнительные вопросы, особенно по поводу того, когда же их уже можно будет назвать парой, покорившей скорость?       Сменкина усмехнулась, скрывая очень естественно за этим горечь, но девушка всё же, едва заметно, провела сжатую руку к сердцу.       — Думаю, ещё рано думать об этом. Нам и этой награды достаточно, а связать жизнь успеем.       Этот ответ вполне устроил, хотя было видно, особенно друзьям, что журналистам явно не хватало их великолепной синхронности, лёгких жестов Арта, взглядов друг на друга. Ведь его не было, вспышки фотокамер мелькали реже, чем обычно. Кира сослалась на то, что Артём сегодня особенно устал. ОСОБЕННО — заинтересовало всех журналистов.       — Трудный период в школе. Много заданий и всё это, если честно, требует ещё более полной отдачи, чем гонки. — Она немного посмеялась, представляя и будучи уверенной, что Арт сейчас где-нибудь с Лилей. Целуется, ласкает её. Может, и того хуже.       Слёзы чуть не навернулись на глаза. Лишь одна газета зафиксировала, почти вовремя скрытый за чёлкой грустный взгляд, друзей и руку, уводящего её Ильи.       — Она устала. — Твёрдо сказал парень.       Она даже не представляла, что Артём Мещеряков заливал своё горе в клубе, не слушая увещеваний, вскоре обидевшийся Лили, попытавшейся сначала поцеловать его и уже потянувшейся к нему у стойки.       — Ну Артёём… — он снял её руки со своих плеч и чуть оттолкнул девушку.       — Отстань, Лиля. Иди потанцуй. А меня оставь.       — Ну и пойду! — Она ушла, нарочно флиртовала с каким-то полупьяным парнем и танцевала, как девушка лёгкого поведения, изображая перед ним, что ей очень весело.       Но Арт смотрел в свой стакан, наполненный очередным энергетиком и видел в нём только силуэт девушки. В конце концов, Лиля обиделась, фыркнула, забрала одежду и ушла из клуба.       Глядя в свой бокал, Арт увидел в нём своих друзей, дёрнул головой, они нашли его, все, кроме Киры. Фил сдёрнул с него наушники, в них по-прежнему громыхала эта песня.       Вэл покачала головой и нажала на кнопку, выключив песню.       Илья и Вик что-то говорили, Мещеряков хватил рукой по прилавку и провёл ладонью свой стакан, разбив его в осколки об пол. Взгляды друзей сменились сожалением, Арт сел на своём стуле, весь напрягся, подтянул колени к лицу, снова так же упёр ладонь в переносицу и лоб. Фил повис на нём, обнял со спины. Все обступили парня, успокаивая.       На следующий день в газетах и новостях писали и говорили:       «Неужели, золотая пара распадётся? Новый фаворит Илья Муромов?!»       — Идиоты. — Рыжий швырнул газету на пол.       Арт проснулся. Он был в старой белой футболке с дырками, но в своих джинсах, безжизненный безразличный взгляд под жалостливые и немного удивлённые взгляды друзей посмотрел на фото, где Илюха уводил её за руку, Мещеряков отсутствующим взглядом прочитал надпись.       — Артём, не бери в голову. — Вэл выключила новости, нажав на пульт.       — Покушай. — Черных подал ему мягкий тост на тарелке.       Арт и не посмотрел на них. Он развернулся, прямо как шёл и вышел из дома. Больше, парень целый день не возвращался.       Сменкина нервно и расстроенно прочитала статью и приняла новые газеты, а также вопросы от почтальона, улыбалась ему лучезарно, заходя в дом чемпионов и закрыв дверь, сгребала нервно ногами ковёр, снова подходила к дивану, набирала его недоступный номер всё чаще и чаще, не реагируя на своё имя, не разговаривала с друзьями.       За некоторое время до полудня.       — Кир, успокойся, иди, … попей чаю. — Предложила Вэл.       — У неё сейчас уже этот чай из ушёй польётся. — Проворчал Фил, напряжённо сидя на спинке кресла. Вик носился по дому с компьютером, Илья листал каналы, на её лице мелькал свет телевизора, друзья смотрели на безжизненный взгляд девушки — в одну точку, когда Черных всё-же удалось выдернуть из застывших пальцев сотовый, Кира тут же поднялась:       — Жёлтая газетёнка. — Посмотрела на газету, подняла её с пола и рывком выкинула в открытое окно по листкам и страницам.       Все друзья обеспокоенно посмотрели в её сторону, она по-прежнему стояла у окна. Этой же ночью, девушка схватила ключи со стенки.       Фил и остальные следили за ними в мониторной комнате Черных.       Двое на его экране ехали по одной и той же ночной трассе, буквально через несколько сотен метров друг от друга. В одну сторону, только по разным развилкам.       В мотоциклах обоих играло радио с одной и той же песней.       Только она — по поворотам каньона, а он — по прямой, их первой трассе, с поворотом, недалеко от главной.       Арт мчался, обдуваемый ветром, без шлема.       — Оба. — Заключил Вик.       Парень нажал за секунду до неё на автопилот. Арт развернулся спиной на перед своего железного друга, лёг, заложил руки за голову, он бессознательно завёл руку и повернул регулятор. Арт смотрел на звёзды, слушал это на тихой дороге, полностью погрузившись в свои мысли и музыку. Слова тоже играли одинаковые.       В определённый момент двое почти одновременно повернули регулятор. Девушка развернулась на своём мотоцикле и легла на дорогу, закрепила ноги за руль, она ехала спиной по покрытию трассы, заложив руки за голову, совершенно не боясь пораниться, смотрела на звёзды как и он и слушала музыку.       — Я же люблю тебя! — впервые честно прокричал Арт, он уже ехал прямо, через пару десятков метров после крутого поворота.       Она тоже что-то шептала:       — Я тебя люблю…       Три часа спустя… Ребята всё также сидели у экрана слежения. Фил зевнул, что чуть челюсть себе не свернул.       — Уже три часа едут.       — Там конец трассы. — Выдохнул Вик.       — Точно. — Снова Илья.       — Значит, скоро будут дома? — Непонятно у кого спросила то ли у Фила, то ли у Муромова.       — Надеюсь. — Выдохнул Сменкин, ответив ей.       Много позже оба остановились, каждый на краю трассы. Они могли видеть друг друга из-за окончившейся цепи — из стен горных хребтов. Таких прекрасных и манящих для них. Могли, если бы хотели.       Девушка развернулась на своём мотоцикле. По её лицу вновь покатились слёзы.       — О нет. — Произнёс с сожалением Вик.       — Да что ж это такое! — Фил вскочил за приборами.       — Кира… — одними губами прошептала Вэл.       Мещеряков смотрел вниз: на землю около ноги, на педали, перед обоими была просто огромная луна. Но ни один этого не видел. Им хотелось только сейчас быть рядом, только без этой боли. Но они даже не представляли, насколько близко.       Парень тоже закрыл глаза ладонью.       — Всё! — Вик и Фил сорвались с места.       Упирающуюся девушку приткнули к экрану.       — Алимпова! — прикрикнул грозно на неё Фил.       — Что вам надо? — она желала спать, а не отвечать на вопросы.       — Ты видишь вообще? Нет! Ты видишь, что сделала?       — Фил, не кричи на неё. — Мягко сказала Вэл.       Девушка видела с удивлением и смятением для себя слёзы и боль обоих. Они и правда были вместе и она — третья… — поняв это, Лиля резко приняла невозмутимый, разозлённый вид.       — Ну и что?       — Что? — Воскликнул Черных.       — Отстаньте от меня! — Она убежала оттуда.       — Лили… — Тихо прикрыла лицо рукой Вэл, не поднимая головы от взгляда в пол. Илья посмотрел на неё.